Сой Спун была потрясена, увидев Ириэль.
От её прежней уверенности в себе не осталось и следа.
На кровати лежала лишь умирающая, брошенная на произвол судьбы пациентка.
Хсс—
Хсс—
Звук дыхания, едва уловимого, прерывистого.
— К-как же так?..
Она думала, что после того, как Инструктор спас Ириэль, та будет в порядке, но всё оказалось совсем не так.
Сой посмотрела на Зика дрожащими глазами.
— Ты должна её исцелить.
— ...Я? Но как?
— Испеки хлеб.
— ...И этим я смогу исцелить Ириэль?..
Зик решительно кивнул.
С тем талантом Сой, который он наблюдал, эффект будет куда сильнее, чем от настоящих лекарств — нет, это будет обладать подлинной целительной силой.
Однако для самой Сой всё происходящее было слишком внезапным.
Требование Зика испечь хлеб, когда перед ней лежит тяжелобольная Ириэль, казалось странным, но допустим, она его испечёт.
А что, если у неё не получится?
Разве можно кормить хлебом больного человека?
Что, если после её хлеба состояние Ириэль ухудшится и она умрет?
Сможет ли она вынести эту ответственность, это чувство вины?
— Я ведь... я всего лишь обычная простолюдинка. У меня нет никакого таланта, кроме как печь хлеб... И ты внезапно вызываешь меня сюда и велишь печь...
— Да, именно так. Пеки хлеб.
— Да что такого в этом хлебе! Это просто обычное тесто из муки, а не какое-то чудо!
Хотя Сой Спун выкрикнула это в отчаянии, выражение лица Зика не изменилось.
— Сой Спун.
Зик серьезным голосом назвал её настоящим именем, а не Элизой.
— Это то, что под силу только тебе.
"..."
Но Сой отвела взгляд.
— Ладно, если не хочешь — я ничего не могу поделать. Тогда Ириэль умрет вот так...
— Умрет!..
— Да, она умрет, измучив себя до предела. Или, если нет, ей предстоит еще более болезненный процесс.
— Болезненный процесс?
— Да, ей проведут обряд экзорцизма.
— Обряд экзорцизма?..
Зик бросил взгляд на Серену, стоявшую неподалеку с непроницаемым выражением лица.
Поняв его сигнал, она объяснила Сой:
— Обряд экзорцизма — это церемония, которую проводит Центральная Церковь, чтобы изгнать злых духов или демонов.
— Злых духов или демонов...
Взглянув на Ириэль, Сой почти непроизвольно кивнула.
Если она не одержима чем-то подобным, как она могла так сильно измениться за столь короткое время?
— Я слышала, этот процесс по-настоящему мучителен. Как только он начинается, человека связывают, не дают ни есть, ни пить и заставляют непрерывно слушать молитвы. У него нет четкого конца — обряд продолжается, пока одержимый не исцелится. В противном случае говорят, что злой дух или демон перекинется на священника, проводящего ритуал...
— Это... Если она не исцелится, то Ириэль!..
Серена покачала головой с обеспокоенным видом.
— И даже если она исцелится, возникнут проблемы... Будучи дочерью герцога, она не пострадает физически, но, скорее всего, все будут относиться к ней так, будто её не существует.
— Почему... почему... Если она исцелилась, почему?..
— Ну, никто не хочет дружить с женщиной, в которую вселялся призрак.
В этот момент вмешался Зик:
— Но Ириэль страдает не от какого-то мелкого духа.
Зик заявил это с уверенным видом.
— Тогда... почему?..
— Разум Ириэль рушится. Её голову заполняют страх и ужас. По мере того как рушится разум, это переносится на её физическое тело.
— Это... Тогда нет нужды в обряде экзорцизма!..
— Вот почему мне нужна твоя помощь, Сой Спун. Разве Ириэль не нравился твой хлеб? Разве она не была счастлива, когда ела его?
Эти слова Зика задели колеблющееся сердце Сой.
— Правда... Если её разум просто пошатнулся, и если поедание моего хлеба поможет Ириэль почувствовать себя лучше... сможет ли она исцелиться?
Она крепко прикусила губу.
— ...Я попробую.
— Хорошо, ты приняла верное решение.
Зик погладил Сой по голове.
— Серена.
— Да?.. Да.
— Одолжи нам кухню на некоторое время.
— Да...
— Войдем только мы с Сой. Проследи, чтобы никто больше не приближался.
— Но почему ты всё это время называешь Элизу «Сой»... Что это значит?..
— А.
*
Просторная кухня особняка Йохайден.
В отсутствие обычных обитателей здесь царила тишина.
— Итак... какой хлеб мне испечь?..
Сой первой нарушила молчание.
— Хм, испеки тот хлеб, в котором ты больше всего уверена.
— Я могу испечь почти любой хлеб. Но в последнее время я чаще всего пекла... багеты.
Багеты.
С тех пор как она встретила Зика и начала печь багеты для тренировок по фехтованию, Сой прошла через бесчисленные пробы и ошибки.
Она придавала багетам форму, чтобы их было удобно держать в руке,
и делала их достаточно твердыми, чтобы их можно было без проблем использовать как оружие.
А поскольку хлеб не выбрасывали, а он становился едой для Зика, она делала его так, чтобы вкус держался долго...
нет, чтобы он был вкуснее всего, когда его едят спустя некоторое время.
Ради этого она перепробовала и изучила множество рецептов.
Таким образом, багеты были тем хлебом, с которым она чаще всего терпела неудачи, но и пекла чаще всего.
По правде говоря, багеты были одними из самых простых в приготовлении видов хлеба.
Ингредиенты — только мука, дрожжи, вода и немного соли.
В отличие от другого хлеба, в них не было ни яиц, ни молока.
Даже сахар в этот простой хлеб не добавлялся.
Вот почему основы хлебопечения были здесь так важны.
С какой силой замешивать тесто.
Как равномерно распределить воздушные карманы.
Сколько времени дать тесту на расстойку.
Температура выпекания, размер хлеба, количество воды, количество замесов.
Во время своих исследований Сой значительно улучшила свои навыки пекаря.
Что касается багетов, вряд ли во всей империи нашелся бы пекарь, способный сравниться с ней.
Но даже так.
— Неужели мой хлеб действительно может спасти Ириэль?
Она не могла не сомневаться.
Потряся головой, Сой отогнала отвлекающие мысли.
— Хм, это... мука... и соль... дрожжи...
Это были роскошные ингредиенты, совсем не те, что она использовала обычно.
Сой внимательно осмотрела каждый из них.
— Это всё?
— Да.
— Тогда начнем.
— Да.
Фух—
Сой глубоко вздохнула и начала печь.
Это было привычное дело, которое она делала постоянно. Хотя она совершила несколько ошибок, потому что ингредиенты были не теми, что она использовала обычно,
её наработанные навыки быстро взяли свое, и она начала замешивать тесто как обычно.
Пока она была занята тестом:
— Не то.
Зик прервал её сбоку.
— ...Прошу прощения?
— Выбрось это и начни заново.
Сой последовала указаниям Зика, выбросила тесто, которое делала, и начала сначала.
— Снова.
— Снова.
— Снова.
— Нет. Снова.
— И это не то.
Зик продолжал прерывать её работу.
Час, два часа.
Первые несколько раз она терпела, но поскольку Зик продолжал требовать начать заново, Сой становилось всё труднее сохранять терпение.
Она была уверена, что в её хлебопечении нет ничего неправильного.
Используя эти первоклассные ингредиенты, она была уверена, что хлеб получится намного лучше, чем тот, что она пекла в пекарне Хиллейс,
но Зик продолжал вмешиваться во время замеса, расстойки и даже выпекания, заставляя её остановиться.
— Что я делаю не так?!
Наконец, терпение Сой Спун лопнуло.
— Всё.
Заявление, которое перечеркнуло весь хлеб, что она испекла до этого момента.
— Всё не так.
Глаза Сой вспыхнули от гнева.
— Что ты понимаешь в хлебе, Инструктор! Ты даже не умеешь его печь!
— Верно, не умею. Но я знаю, что это не сработает как лекарство.
— Вот почему я сказала, что не могу этого сделать!
Если бы он настаивал с самого начала, это было бы одно, но она уже сказала, что не уверена в себе,
а теперь он говорит, что всё не так — чего именно он от неё хочет?
Она пекла хлеб точно так же, как всегда!
Он что, просит её попробовать что-то новое прямо сейчас?
Сой не могла так рисковать жизнью Ириэль.
— У тебя слишком много отвлекающих мыслей, Сой Спун.
— Не называй меня Сой Спун.
— Ты действительно хочешь спасти Ириэль?
Глоток.
Сой плотно сжала губы.
— Тогда почему ты продолжаешь думать о другом?
— Я думаю о другом?!
— Да. Я вижу это. По крайней мере, на месте Ириэль я бы выплюнул такой хлеб и сказал, что он невкусный.
— Что ты понимаешь!
Зик подобрал выброшенный кусок теста из мусорной корзины.
— Это... хм, беспокойство.
— А это вина? Нет, бремя.
— Это недоверие.
— Тревога.
— Гнев.
— Печаль.
— Раздражение.
Зик рылся в мусоре, поднимая каждый кусок теста, пока говорил.
С каждым словом заявления Зика вонзались в сердце Сой, словно кинжалы.
— ...Откуда ты...
— Откуда я знаю? Я же говорил тебе раньше. Когда печешь хлеб, нужно думать только о счастливых вещах. Иначе негативные эмоции проникают в хлеб и влияют на того, кто его ест.
— Н-но как можно контролировать эмоции? Это же мои эмоции.
— Ты та, кто должна с этим справиться.
Холодно ответил Зик.
— Если не можешь этого сделать, бросай и пекарство, и фехтование, и просто живи обычной жизнью, считая деньги. Но тогда ты никогда больше не сможешь ничего создать или отдать что-то от чистого сердца. Я не позволю этому случиться, клянусь своим именем.
Голос Зика был острым, как сталь.
— Итак, ты сдаешься?
Сой почему-то почувствовала, что именно этого момента Зик ждал от неё всё это время.
Ты сдаешься?
Ты хочешь сдаться?
Правда?
Пока она размышляла, перед глазами всплыл образ Ириэль, лежащей в постели.
— ...Нет. Я попробую.
— Вложи в это свои эмоции. Вложи свое сердце. Представь, какое выражение лица будет у Ириэль, что она скажет, съев этот хлеб.
Сой кивнула и закрыла глаза.
В отличие от прошлого раза, она не спешила замешивать тесто.
Она медленно вспоминала образ Ириэль.
Подругу, которая всегда наслаждалась её хлебом, которая с высокомерным видом поднимала палец и говорила: «еще один».
Подругу, чьим уверенным отношением она восхищалась и чьи редкие неловкие моменты были такими милыми.
Давным-давно, когда та с готовностью предложила выплатить долг её отца, Сой не смогла выразить это должным образом, но была по-настоящему благодарна. Благодарна за её внимание, несмотря на их разное социальное положение.
У неё оставалось еще так много вещей, о которых она хотела поговорить с ней,
и она снова хотела пойти с ней по магазинам.
На этот раз — не занимая у неё денег, как равные.
Также она хотела познакомить её со многими другими блюдами, которые пришлись бы ей по вкусу.
Если то, что мучило её подругу, было не физическим, а душевным,
если она сможет снова счастливо улыбнуться, съев её хлеб.
Когда Сой представила это, из её глаз потекли слезы.
Слезы катились по щекам и падали вниз.
— А?..
Слезы Сой упали на муку.
Это нельзя использовать.
Потому что попало постороннее вещество.
Сой потерла глаза, чтобы вытереть слезы, и собиралась убрать муку.
В этот момент:
— Продолжай.
— Что?.. Н-но это...
— Продолжай. Именно так, как сейчас.
Зик кивнул.
Сой привычно двигала руками.
И спустя долгое время простой багет был готов.
Ничего особенного, просто обычный багет.
От свежеиспеченного хлеба поднимался белый пар, источая аппетитный аромат.
Ухмылка.
Зик удовлетворенно улыбнулся, глядя на хлеб.
— Непреднамеренно, но пробуждение Сой также завершено. Теперь я могу начать её полноценное обучение.
— Надеюсь... Ириэль понравится его есть.
— Понравится.
Зик направился в её комнату вместе с Сой.