— Ух! Здесь довольно напряженная обстановка, леди.
Неподалеку от особняка Ириэль Карен залезла на дерево вместе с Лили на спине и насвистывала, осматривая окрестности.
Патрульные группы бродили туда-сюда, выстроившись в два, а то и в три ряда, и с железной бдительностью наблюдали за всем вокруг.
— Хм, их личные навыки кажутся средними, но они так плотно выстроили охрану. Мы чуть не попались.
"..."
— Герцог Юстиа, должно быть, очень дорожит своей дочерью. Тц, но разве мы не можем сразиться с ними по-настоящему? Думаю, вышел бы неплохой бой, если бы они действовали сообща...
— Заткнись. Хватит нести чепуху, веди себя тише.
Лили бросила на Карен гневный взгляд и прошептала.
— Но они же не услышат нас отсюда... Если только внутри нет такого монстра, как Зик Клейман...
— Нет, я говорю тебе заткнуться, потому что ты меня раздражаешь, Карен.
— Слушаюсь, леди.
Карен с преувеличенной покорностью сделала вид, что застегивает рот на молнию.
*Серьезно... Клянусь, она стала еще страннее с тех пор, как связалась с Зиком. Нет, сейчас не об этом.*
Она отогнала отвлекающие мысли и пристально уставилась на особняк Ириэль.
Она не знала, когда Ириэль выйдет, но время еще должно было оставаться. Та определенно говорила, что перед выходом будет наносить макияж.
— Хм, леди.
"..."
— Леди, леди.
"..."
Карен снова заговорила небрежным тоном.
Не прошло и десяти секунд с тех пор, как ей велели молчать. Неповиновение приказам явно было ее повседневной привычкой.
— Эм, можно спросить только об одном?
Лили сверкнула глазами, а затем вздохнула.
— Что еще?
— Мы ведь сейчас ждем Ириэль Юстиа, ту рыжую, верно?
— Да, она сказала, что сегодня вечером куда-то собирается. Нам нужно подождать здесь, пока она не выйдет.
— Хм... Понятно.
— Так что молчи и продолжай следить за особняком. Мы не знаем, как именно она выйдет.
Лили снова повернула голову к особняку Ириэль.
— Хм, но эта рыжая здесь не живет.
— Не говори ерунды. Это особняк Ириэль — где же ей еще жить, если не здесь?
— Это правда. Сейчас она живет в особняке Серены.
— Что?!
Лили вскрикнула от шока.
— Леди, если вы будете так кричать, нас точно заметят.
— Это не главное! Почему ты говоришь мне об этом только сейчас?!
— Вы не спрашивали. А еще вы велели мне заткнуться...
Карен надулась и ответила подавленным голосом.
Лили всерьез задумалась, было ли хорошей идеей брать ее с собой.
*Ириэль живет у Серены? Разве это вообще возможно?*
В ее прошлой жизни они были как масло и вода, совершенно несовместимые люди.
Серена не могла понять желаний Ириэль, а Ириэль — чувства ответственности Серены.
*Как это произошло? Черт возьми, в Доисторическом блокноте об этом не было ни слова!*
Конечно, она знала, что Зик спас Ириэль в особняке Серены, когда та была при смерти.
Но она полагала, что после выздоровления Ириэль немедленно вернется в свой собственный особняк.
В конце концов, оставаться там означало, что гордой Ириэль пришлось бы смириться перед Сереной.
*Это тоже из-за того человека, Зика Клеймана?*
Стоит ли ей отправиться к особняку Серены, где сейчас остановился Зик Клейман?
Немного подумав, Лили покачала головой.
Она не была уверена, что сможет избежать обнаружения этим монстром.
Если ее поймают за слежкой, она снова не найдет слов для оправдания.
— В любом случае, а что насчет Сой?
— О, та девушка из пекарни определенно живет в пекарне. Пока вы были в академии, я собрала информацию обо всех, за кем вы следите. Разве я не молодец?
— Я не просила заходить так далеко. Вздох... Пойдем быстрее к Сой. Если поторопимся, то не опоздаем.
Лили и Карен спустились с дерева и направились к Пекарне Хиллейс.
Роснанте вышел на прогулку посреди ночи, чувствуя беспокойство.
Хотя его тело устало после дневных тренировок, разум становился все яснее по мере того, как ночь сгущалась.
Казалось, будто тяжелый камень лег в уголок его груди, вызывая дискомфорт.
Роснанте уже знал причину этого неприятного чувства.
Это была, разумеется, леди Лили.
Хрупкая девушка, в которую он влюбился с первого взгляда.
— Как бы это ни было неизбежно, так сильно давить на леди Лили днем было, наверное, неправильно...
Роснанте заставил Лили тренироваться, используя магические ограничители, которые обычно предназначались для опасных преступников.
Он закалил свое сердце, услышав, что она окажется в опасности, если не будет тренироваться должным образом.
Если бы она хоть раз заплакала во время тренировки, Роснанте мог бы дать слабину и немедленно остановиться.
Однако Лили не проронила ни слезинки даже во время той изнурительной тренировки.
Напротив...
Сначала она проклинала и угрожала ему, но в какой-то момент замолчала.
Настолько тихо, что это отвлекло его от тренировки и заставило обернуться, чтобы посмотреть на нее.
— ...Лили?
"..."
Она не ответила, когда он позвал ее по имени.
Ее тонкие руки дрожали, а губы были сухими и потрескавшимися.
Ее глаза были затуманены — она уже потеряла сознание, стоя на ногах.
— Лили!
Это было опасно.
Мгновенно оценив ситуацию, Роснанте попытался прекратить тренировку.
Даже Зик Клейман не продолжал тренировку, когда ученик терял сознание.
— Черт возьми! Она уже без сознания! Сначала нужно снять ограничители...!
Когда Роснанте в спешке попытался снять ограничители с ее шеи, Лили сфокусировала затуманенный взгляд и посмотрела на него.
— Что... ты... делаешь... Продолжай. Черт возьми.
Ее пронзительный взгляд пронзил Роснанте.
На мгновение ему показалось, что ее глаза отливают золотом.
Роснанте потер глаза и снова посмотрел на нее.
Это было лишь минутное наваждение; у нее были такие же черные глаза, как у Зика Клеймана.
— ...Разве ты не была против этого?
— Да, я чертовски ненавижу это. Но когда на меня смотрят с таким выражением, это еще хуже.
— С каким выражением?
— Да, именно с таким.
Роснанте был сбит с толку, не понимая, какое выражение лица у него было.
Ее слова было трудно понять, но дальнейшие тренировки стали бы для Лили ядом.
Роснанте решил убедить ее.
— Лили, это опасно. Даже инструктор Зик Клейман...
— Все в порядке.
— Нет, ты уже на пределе! Твое тело сломается! Ты сделала достаточно!
— Черт возьми. Я сказала, что со мной все в порядке!!!
Уже несколько раз перейдя свои физические пределы, Лили закричала с сильными эмоциями.
Затем, словно пытаясь взять себя в руки, она сделала долгий выдох.
— Да, я ненавижу эту тренировку до смерти. Но если я остановлюсь, то исключительно по собственной воле — только потому, что сама этого захочу.
— Что ты...
— Ты действительно останавливаешься объективно? Зик Клейман правда так сказал? Можешь поклясться, что в твоем решении нет жалости или сочувствия?
"..."
— Если ты пытаешься дать мне поблажку по таким жалким причинам, я никогда тебя не прощу. Я не та, кому нужна чья-то жалость. Никто не может попирать мою гордость.
Роснанте тупо уставился на Лили, не зная, что ответить.
— Так что продолжай. Мы достаточно отдохнули.
В конце концов, у Роснанте не было иного выбора, кроме как завершить обычную тренировку под ее давлением.
Пока он бродил по ночным улицам, образ Лили, призывающей его продолжать, постоянно всплывал в его памяти.
— Ах... я схожу с ума.
Роснанте крепко зажмурился.
Голова начала пульсировать от боли.
— ...Где я вообще?
Роснанте внезапно огляделся.
Похоже, он бесцельно бродил и оказался в незнакомом переулке.
Судя по магазинам, выстроившимся по обе стороны, это был торговый район.
Но поскольку было уже поздно, все магазины были темными и пустыми, и лишь жуткий ветер гулял по улице.
— Хм, надо вернуться тем же путем. Мне нужно поспать перед завтрашним днем... А?
В этот момент он заметил девушку с длинными черными волосами, которая куда-то спешила.
— Черные волосы...?
Черные волосы — символ Севера, и они встречаются нечасто.
Конечно, среди его знакомых было трое с черными волосами: Зик Клейман, Юри Гилберт и Лили. Во всем учебном заведении они были едва ли не единственными обладателями такой внешности, так что это большая редкость.
Значит, эти длинные черные волосы наверняка принадлежали Лили.
Поскольку Роснанте и так думал о ней, этот момент показался ему какой-то игрой судьбы.
— ...Леди Лили? Что она делает на улице так поздно...?
Почему-то ее шаги казались поспешными, словно ее преследовали.
А позади нее следовала крупная фигура.
— Нападение...!!! Нет!
Роснанте быстро бросился в погоню, оттолкнувшись от земли.