После инцидента, повергшего всю академию в хаос, Зик с невозмутимым лицом возобновил занятие. Директор мельком взглянул на урок Зика, вздохнул и ушел, чтобы проведать Второго принца.
— Отдохнули? Тогда перейдем к тренировке мышц рук.
Оставшуюся часть занятия Зик выжимал из студентов все соки, словно выкручивал мокрую тряпку.
Даже Серена сверлила его суженными глазами. Все студенты, включая ее, смотрели на Зика так, будто перед ними заклятый враг. Но кто осмелится взбунтоваться, увидев, как он уничтожил Второго принца с помощью одного лишь куска хлеба?
Хотя в мыслях они проклинали его, их тела были честны перед багетом. Не имея иного выбора, студенты двигались как марионетки, послушно выполняя его указания.
Наконец тренировка завершилась.
— Это... это просто ад...
— О-о-ох... мои ноги, они больше не двигаются.
— Инструктор Диос... я скучаю по вам.
— Я тоже, я скучаю по маме, хотя даже не знаю ее лица...
Поскольку это был первый день занятий в академии, все — и простолюдины, и аристократы — нарядились кто во что горазд. Но теперь эти старания не имели никакого значения.
Волосы у ребят торчали в разные стороны, по лицам ручьями стекал пот, а их некогда безупречная новая форма для тренировок была перепачкана потом и пылью.
Серена Йохайден не стала исключением.
— Мы что, должны тренироваться так каждый день!?
Северная знать. Она лишь слышала этот термин раньше. Каким же адом должно быть то место, если там проводят подобные тренировки?
Серена содрогнулась, осознав, на что способно человеческое тело, если довести его до предела.
Учитывая врожденные различия в мышечной массе и физических данных между мужчинами и женщинами — неизбежные биологические особенности, которые она давно приняла и к которым была готова, — ей удалось выдержать занятие благодаря одной лишь силе воли. Конечно, выдержать — не значит показать отличный результат.
Две другие девушки из простолюдинов уже выбежали с тренировочной площадки в слезах. Теперь Серена осталась единственной женщиной.
— Но если я буду так тренироваться, то смогу стать сильной. Такой же сильной, как мужчины.
Серена не забыла слова и обещание Зика. Зная о его необычайных способностях, она понимала, что именно такие суровые тренировки сделали его столь сильным.
— Да, мне нужно посещать этот урок, чтобы стать рыцарем. Инструктор не стал бы подвергать меня такому, если бы это не было мне на пользу.
Серена укрепилась в своей решимости. На самом деле, тот факт, что Второй принц Роснанте был повержен Зиком, ее не особо удивил. Любой, кто получил взбучку от цветка, закончил бы точно так же. А что уж говорить о столкновении с таким порочным(?) оружием?
— Все сегодня хорошо потрудились. На этом закончим. Можете возвращаться домой.
Когда Зик объявил об окончании занятия, студенты радостно закричали.
— Мама!!!
— Наконец-то свобода!!!!
— Шмыг, я никогда не плачу, но сейчас у меня слезы на глазах.
— Эй, помоги мне встать. Икру свело.
Студенты, опираясь друг на друга, шатаясь, побрели прочь, совершенно обессиленные.
На тренировочной площадке остались только Серена и Зик. Серена поднялась и окликнула его.
— Инструктор.
— М-м?
— Мы тоже пойдем домой?
— Пойдем.
У Серены было много вопросов, но пока она решила просто отправиться домой вместе с ним.
Топ-топ.
Зик зашагал вперед, но Серена осталась стоять на месте. Он обернулся.
— Что такое?
— Ин-инструктор.
Ее голос, полный слез, подсказывал, что она хочет что-то сказать.
— Я... я не могу пошевелиться...
Как только занятие закончилось и напряжение спало, ее тело, которое она заставляла двигаться во время тренировки, окончательно отказало.
— А.
Зик широким шагом подошел к Серене. Он подхватил ее под колени и спину и поднял — на руках, совсем как Эрик, который нес Второго принца.
— П-подождите!
Лицо Серены вспыхнуло ярко-красным цветом.
— Потерпи, даже если тебе это неприятно. Твое тело не слушается, так что вечером я сделаю тебе массаж.
— М-массаж!?
— Да, когда задействуешь мышцы, к которым не привык, их расслабление так же важно, как и сама тренировка.
— Т-тогда! Пусть это сделает Эйли!
— Нет. Я должен сделать это сам.
— Дилетант вроде нее не справится как следует. Нужно использовать немного маны, чтобы расслабить мышцы... хм. Так будет лучше.
Серена хотела топнуть ногой от смущения и стыда, но тело совершенно не слушалось.
Пока он нес Серену к выходу из академии, он заметил вдалеке крадущуюся тень. Прищурившись, он увидел убегающие рыжие волосы.
Топ-топ!
— Хм? Ириэль Юстиа...? Шпионит...? Надо будет и ее проверить в ближайшее время. Нужно наложить фильтр на ее тело, разобраться с теми парнями из подворотни. И с ней тоже... Эх, столько дел. ...Преподавать три раза в неделю... может, это не так уж и плохо?
*
— Я умираю с голоду!
Говорят, что чрезмерные тренировки отбивают аппетит, но это ложь. Напротив, потратив всю энергию, Серена почувствовала невероятный голод. Как только они вернулись в особняк, она, все еще находясь на руках у Зика, приказала накрыть на стол.
— Шеф-повар, пожалуйста, приготовьте две порции чего-нибудь, что можно съесть прямо сейчас.
— Слушаюсь, леди.
Затем она пригласила Зика разделить с ней трапезу.
Он принес к обеденному столу и тот самый хлеб. Вспомнив, как его тыкали им весь день, Серена вздрогнула.
— И-инструктор? Почему у вас это...?
— Я собираюсь его съесть.
— Это!?
Зик кивнул. Он взял пустую тарелку у ожидавшей горничной и, сделав несколько привычных движений пальцами, аккуратно нарезал багет и выложил его на тарелку.
— Вы... вы правда собираетесь это есть?
— Да, еду нельзя выбрасывать.
— И все же...
Серена была в шоке, видя, как багет, которым весь день избивали студентов, превращается в ужин Зика.
Но с точки зрения Зика, это было совершенно нормально.
В мире темного фэнтези нормальная еда — большая редкость. Найти мясо животных, пусть даже с личинками, — повод для праздника. Паразиты? Это просто приправа, добавляющая питательности.
Для Зика, который пять лет выкапывал из земли коренья, чтобы выжить, пока не развил магическое сопротивление и не научился охотиться на монстров, выбрасывать еду только из-за пыли или пота было немыслимо.
Зик обмакнул хлеб в свою кашу.
Ам, ам...
— Хм, неплохо.
Обычно хлеб со временем черствеет, но, возможно, благодаря секретному рецепту Пекарни Хиллейс, внутри он оставался мягким и воздушным.
— Он не должен черстветь. Иначе станет оружием.
Вот почему Зик каждое утро просил у Сой Спун свежий хлеб.
— Хм...
Наблюдая за Зиком со смешанными чувствами, Серена подумала:
— Надо поговорить с отцом об увеличении финансирования для Севера.
С момента их первой встречи он был без гроша в кармане, без дома и воспоминаний. Видя, как Зик с таким аппетитом ест хлеб, покрытый потом студентов и пылью тренировочной площадки, она прониклась к нему жалостью.
Сколько же лишений ему пришлось пережить! И без памяти! Должно быть, это привычка, глубоко въевшаяся в его тело.
Зрелище было поистине жалким, но Серена решила не показывать ему свою жалость.
— Да, мне тоже стоит ценить то, что я ем.
С этой мыслью даже ее обычный ужин показался вкуснее. Серена тихонько переложила кусок мяса со своей тарелки на тарелку Зика.
— М? Спасибо.
— Пожалуйста, ешьте больше. Сколько хотите.
— М-м.
Закончив ужин, Серена вернулась в свою комнату.
— Эйли, ванна готова?
— Да, можете идти.
Она искупалась с помощью Эйли. Погружение в теплую воду наконец вернуло ее к жизни.
— О-о-ой...
Из ее уст вырвался стон из-за мышечной боли.
— Ой! Что это? Ваше тело все в синяках!
— Все в порядке...
Серена ответила умирающим голосом.
— Вам очень больно?
— А, да. Но я в порядке.
— Вы сегодня занимались у сэра Зика, верно? Какой ужас!
— Да...
— Ну и как?
Как это было?
Серене внезапно захотелось написать эссе на 5700 слов, подробно описывая Эйли все, что она пережила.
— Просто я давно не давала телу нагрузок, вот мышцы и болят. Синяки неизбежны, когда тренируешься с мужчинами.
— Леди Серена...
Но, не желая, чтобы другие в особняке плохо думали о Зике, она проглотила слова.
— Ничего особенного.
Тук. Тук. Тук.
— Леди Серена, сэр Зик Клейман у дверей, просит принять его.
Голос горничной раздался из-за двери ванной.
— Массаж!!!!
— А, да! Я скоро выйду! Можешь сказать ему подождать час?
— Слушаюсь, леди.
Услышав ответ горничной, Серена повернулась к Эйли.
— Эйли, а перед этим, макияж номер пять готов? Тот, что выглядит естественно, но при этом его как бы нет?
— Хи-хи. Предоставьте это мне.
Эйли с сияющей улыбкой засучила рукава.
Час спустя.
Зик снова постучал в дверь. Он услышал ее голос, приглашающий войти.
Если подумать, хотя он жил здесь уже больше месяца, это был его первый визит в комнату Серены. Как только он открыл дверь, в нос ударил приятный аромат.
— О, комната прямо как Серена. А, это тот цветочный запах, что я чувствовал раньше.
В комнате преобладали небесно-голубые и белые тона, создавая ощущение прохлады и свежести. Несколько фиолетовых акцентов добавляли пространству чистоты.
Мерцающие свечи создавали таинственную, сказочную атмосферу.
Хотя это была комната дочери герцога, она не казалась особенно роскошной. Из большого окна открывался вид на улицу.
Когда Зик вошел, Серена нерешительно заговорила.
— Эм... И-инструктор...
— Да?
— Вообще-то, мужчине очень неприлично посещать комнату леди поздно ночью. Обычно нужно заранее предупредить и встретиться снаружи или в приемной.
Серена сидела на кровати, обхватив колени и слегка глядя на Зика снизу вверх.
— А? Но разве ты не приходила ко мне в комнату поздно ночью раньше?
Он думал, что это нормально, но, видимо, все иначе, когда мужчина посещает комнату женщины.
— О, понимаю. Прошу прощения. Тогда завтра...
— П-подождите! Я просто говорю, чтобы вы не делали так с другими леди! Мы с вами — другое дело!
— Хм? Чем же мы отличаемся?
— Н-ну... Вот именно! Учитель и ученик! Между учителем и учеником это нормально!
Конечно, это было ненормально.
Она не упоминала об этом на уроках этикета, потому что это было настолько элементарно, что она полагала, он и сам знает. Но Зик, похоже, забыл даже это из-за потери памяти.
— Мне немного совестно, но... хм! Плевать! Это просто учитель помогает расслабить мышцы ученика! Хм. Хм.
Серена кивнула сама себе. В конце концов, она была единственной женщиной на занятиях Зика. Она не могла представить, чтобы кто-то еще выдержал такой сложный урок.
— Хорошо, начнем массаж. Ложись на живот.
По словам Зика, Серена повернулась и легла лицом вниз. Она внезапно осознала, что мужские руки скоро коснутся частей ее тела, к которым никто не прикасался. От этого осознания сердце забилось чаще.
— А-а-а!! С одеждой все в порядке?
Серена почувствовала прикосновение Зика к своим ступням. Грубые и мужественные руки, но при этом нежные и заботливые.
Сжатие.
Его пальцы надавили на центр стопы, вызывая освежающее ощущение. Хотя было неловко позволять кому-то трогать свои ноги, было что-то таинственное в том, что кто-то заботится о ней настолько, чтобы делать это.
— А, это приятно.
Затем руки Зика медленно переместились со стопы на икру.
— О, о! В этом месте!
Вздрог.
Тело Серены задрожало, словно в конвульсиях.
— Хм, здесь очень напряжено.
— А-а-а... хуп!
Вырвался стон, и Серена быстро прикрыла рот обеими руками. В прикосновениях Зика было что-то томительное и горячее.
— Хм, использование маны для расслабления мышц определенно эффективно.
Но в кончиках пальцев Зика не было ни капли похоти. Чувствовалось лишь профессиональное намерение помочь ее телу расслабиться.
— Ух. Это раздражает, но правда приятно... а?!?
Внезапно пальцы Зика глубоко вонзились в икру Серены, словно пытаясь проткнуть ее. Хотя она пыталась сдержаться, прикусив губу, вырвался крик.
— А-а-а!!! И-инструктор!!! П-пожалуйста, п-понежнее!!! Больно!!!
— Потерпи. Сначала всегда больно. Привыкнешь, и станет легче.
— Я умираю!!!
— Все в порядке. Доверься мне.
— Ха! Ха-а!!!!
— Давай сменим позу.
— А! А! А-а!! Не туда, не туда!!!
— Приподними таз немного.
— Что?!
Услышав эти звуки, Эйли, ожидавшая за дверью, закрыла лицо руками и сползла на пол, чувствуя, как лицо пылает.
— Ч-что мне делать!! Я подозревала что-то, когда он нес ее на руках, но! У-уже так далеко!!! Что скажет господин, если узнает об этом!!!
Стоны Серены и глубокий голос Зика, пытающегося ее успокоить, еще долго доносились из спальни. Эйли оставалась прижатой к двери, внимательно слушая.
Глоток. Она сглотнула.
— Сэр Зик Клейман... он казался таким порядочным, но чтобы... так долго... и чтобы ему нравилось ее мучить...
Постепенно стоны Серены, казалось, сменились с боли на удовольствие, переходя в прерывистые вздохи.
— Ха. Ха. А-а! Т-там приятно, инструктор.
— Леди Серена тоже... сама того не зная... боже, вы, должно быть, прирожденный талант...