Черноволосая девушка ворвалась в комнату ожидания инструктора, начав свое приветствие с проклятий.
Несмотря на сменившиеся имя, цвет волос и глаз, ее скверный характер остался прежним.
Хотя они мельком пересекались в горах Лайос, у них не было возможности нормально поговорить с тех пор, как она внезапно появилась, разрешила кризис Сой и тут же потеряла сознание.
Так что, технически, это можно было считать их первой настоящей встречей.
«Хм, она использует магию, чтобы изменить цвет волос и глаз? Ну, это логично. Но почему такое грубое заклинание?»
Бровь Зика дернулась вверх.
Святая была гениальным магом, превосходившим его в некоторых аспектах магии.
Зик прищурился, изучая циркуляцию маны Святой.
«...Я догадывался об этом из слов Карен, но неужели ее тело действительно настолько ослабло? Нет, погоди. Дело не в этом».
Вспоминая момент своего прибытия сюда, он мог примерно оценить ее состояние.
«Она была мастером манипуляции маной, а не физической силы. Должно быть, для нее это сущий ад».
В отличие от континента Дэйв прошлого, концентрация маны в воздухе здесь была крайне низкой.
Святая никогда не отличалась особыми талантами к физической активности.
Ему нужно было изучить магические цепи в ее нынешнем теле, чтобы быть уверенным, но если бы она могла исправить это сама, она бы уже это сделала.
Вероятно, она находилась в состоянии, схожем с его собственным.
В таком состоянии она никак не могла добыть магические камни и выгравировать фильтр у себя на спине.
Эта техника требовала определенного уровня физической выносливости для выполнения на самом себе.
«Конечно, помочь ей некому...»
Даже ему, с его тренированным телом, было трудно выгравировать фильтр маны на своей спине. В случае со Святой она, скорее всего, упала бы в обморок прямо во время процесса.
А если бы это случилось, неконтролируемая мана столкнулась бы хаотичным образом, и ее тело просто взорвалось бы.
«И она никак не могла доверить такую опасную для жизни процедуру здешним так называемым магам».
При мысли об императорском лекаре, которого вызывал Роснанте, ответ становился очевиден.
В лучшем случае они были на уровне малышей, которые только научились ходить на континенте Дэйв.
Честно говоря, хотя у них могли быть теоретические знания, в плане манипуляции маной даже студенты, которых он обучал, могли справиться с ними одной левой.
Прервав свои размышления, Зик спросил:
— Во-первых, оставим в покое ожерелье...
— Почему это оставим?! Это должно быть первым делом, ублюдок! Верни мне мое ожерелье!
Игнорируя ее слова, Зик продолжил:
— Позволь спросить тебя вот о чем. Это была ты? Та, кто похитил меня и притащил сюда.
"..."
Столкнувшись с прямым вопросом Зика, Святая прикусила губу, выглядя так, будто ее застали врасплох.
— ...Я не могу сказать.
Она прочла подозрение в глазах Зика, но ничего не могла с этим поделать.
«Похитила? Кто кого похищал?!»
Глаза Святой наполнились негодованием.
Она всего лишь создавала новый мир, охватывающий 10 000 лет, и жила в нем. Но в какой-то момент в ее блокноте начали появляться слова, которые она не писала.
Эти короткие заметки, внезапно возникавшие на страницах, оценивали созданный ею мир, выражали восторг или оставляли ободрение и критику.
Словно боги, наблюдающие за миром, который она сотворила.
Конечно, большинство этих заметок были написаны легкомысленным тоном и были прямолинейны до грубости, но Святая считала их «гласом божьим».
«Полагаю, они говорят так, потому что я сама так выражаюсь».
Поэтому она чувствовала благодарность за то, что могла слышать, пусть и косвенно, голоса богов, наблюдающих за ней.
А потом настал тот день.
Когда история подошла к своей середине.
Она должна была оказаться втянутой в различные инциденты из-за своего ослабленного тела.
Император подворотен, Родрен.
Кризис, в ходе которого ее должны были схватить воры, посланные им после того, как он заметил ее золотые волосы.
Несмотря на этот кризис, Святая сохраняла спокойствие, зная все обстоятельства.
Действия и слова естественно слетали с ее губ.
Словно в хорошо срежиссированном кукольном представлении.
— «А-а-а! В-воры!..»
Затем появляется второй принц империи, Роснанте.
— «Что за жалкие глупцы».
Второй принц, который обычно был одержим ею и даже преследовал ее.
Он должен был вмешаться в кризис, перебив похитителей.
Святая десять лет наблюдала за фехтованием Зика вблизи.
Как он взмахивал мечом и в каком направлении.
Как он использовал и разворачивал свое тело.
И что случалось с противниками, когда он взмахивал мечом.
Конечно, поскольку Зик Клейман был сильнейшим в ее мире,
она описала его появление с учетом низкой концентрации маны в мире и баланса сил.
Она была уверена. Это была самая великолепно описанная часть мира, который она создала.
Но затем. В той самой сцене был написан «глас божий».
Не ободрение или похвала, а резкая критика.
«Это фехтование ужасно, фальшиво и бессмысленно».
Предложения, передающие этот смысл, плотно заполнили целую страницу.
Сколько бы раз она ни пыталась это осмыслить,
она просто не могла принять это за чистую монету.
Как долго, по мнению этого гласа божьего, она наблюдала за тем, как он взмахивает мечом?
С мыслью о том, что даже бог не может знать о ней всего, одновременно.
— Иди к черту...
Она почувствовала сильное сопротивление этим словам, которые так легко бросались, ничего не зная.
Были бесчисленные битвы и кровавый опыт десяти лет.
Эмоции по отношению к тем, кого она изо всех сил пыталась защитить.
Все эти чувства смешались и хлынули наружу.
— Не смеши меня!!!!!
Она прикусила губу и, сама того не осознавая, написала ниже в своей обычной манере.
[Если тебя это так сильно беспокоит, почему бы ТЕБЕ самому не вмешаться и не сделать это!]
А затем мир погрузился во тьму. Когда она снова открыла глаза, то вернулась к начальной точке истории, которую написала.
【 — Из-за ошибки в правдоподобности. Мир реорганизуется. — 】
Сегодня был день без тренировок по фехтованию.
Однако основные участники, посещавшие занятия Зика, собрались в чайном домике.
Серена, Ириэль, Сой Спун, Юрий Гилберт. И Роснанте тоже.
Учитывая их статус, они забронировали весь большой чайный домик целиком.
— ...Теперь, когда все здесь, рассказывай. Цветочная голова. Почему ты внезапно собрала нас?
Ириэль цокнула языком и обратилась к Серене с недовольным выражением лица.
Сегодня она изначально планировала провести весь день, наслаждаясь чаепитием и новыми видами хлеба в лавке Сой.
Но следующие слова Серены были способны развеять любое сожаление о потерянном времени.
— ...Инструктор ведет себя подозрительно.
— ...Зик подозрителен?
— Да, вы все знаете. В дни, когда нет занятий в академии, инструктор обычно ходит на тренировочную площадку или просто спит весь день дома.
Ириэль, Юрий и Сой Спун согласно закивали.
— ...Хм? Откуда вы все знаете, чем инструктор занимается в свои выходные...?
Роснанте растерянно огляделся.
Но никто не ответил на его вопрос.
— Но сегодня инструктора не было на тренировочной площадке академии, и я слышала у него дома, что он направился в академию.
Лица всех присутствующих стали серьезными.
Они вспомнили время, когда он внезапно исчез на две недели, сказав, что уезжает по делам.
Особенно Сой Спун.
Трудности и околосмертный опыт, которые она пережила, когда неосознанно последовала за ним в горы Лайос.
Ее тело задрожало.
— ...Н-нет. Я не поеду туда в этот раз. Конечно... не снова...
Серена покачала головой.
— Нет, дело не в этом. Он точно пошел в академию. Поэтому я спросила кое-кого в академии. Сказали, что он пошел в комнату ожидания инструктора.
— ...Что? Тогда ничего особенного. Цветочная голова. Разве он не там, чтобы разобраться с накопившейся работой? Если ты потратила мое время на что-то подобное...
— Я еще не закончила. Дослушай до конца.
Серена бросила на Ириэль острый взгляд, прежде чем продолжить.
— Но потом туда направилась черноволосая женщина.
Все взгляды устремились на Юрий Гилберт.
— ...Это была не я.
Юрий заерзала от дискомфорта под их пристальными взглядами.
— Я знаю. Это не Юрий. У Юрий короткие волосы, а сказали, что у этой женщины длинные.
— О...!?
Внезапно Сой издала удивленный звук, слушая их.
Она быстро прикрыла рот рукой.
— Что такое, Сой? Ты что-то знаешь?
Ириэль надавила, и все пристально уставились на нее.
Глаза Сой лихорадочно забегали, прежде чем она наконец призналась.
По крайней мере, это были дети, которых выбрал Зик.
Хотя ей, возможно, и нужно было хранить в секрете «Потерянную надежду», она, вероятно, могла рассказать об этой женщине.
Хотя она не могла упомянуть, что изначально ее волосы были золотыми.
— ...Э-это, вероятно, леди из северного герцогства Ира.
— Что?! Откуда ты это знаешь?
— Север...?
— Почему Север...?
— Она красивая?
Сглотнув, Сой произнесла осторожным голосом:
— В-вчера леди с Севера посещала нашу лавку. Она сказала, что пришла с какой-то просьбой к инструктору Зику...
— Север? К Зику? С какой просьбой?
Все, кроме Сой, были не в курсе ситуации.
Она больше ничего не могла сказать.
У нее не было иного выбора, кроме как притвориться незнающей.
— Я этого не знаю... Она просто зашла вчера, купила немного хлеба, и все.
— ...Северное герцогство Ира.
— Почему это спящее герцогство внезапно...
Лица Ириэль и Серены стали серьезными.
Как для леди из герцогств Юстиа и Йохайден, это имя имело для них особый вес.
— Так она красивая?
Роснанте продолжал бестактно спрашивать, но никто ему не ответил.