Зик, оставив Святую на попечение Роснанте, обратился к четырем девушкам, стоявшим перед ним.
— Похоже, вы все заложили фундамент для обучения фехтованию. Вы хорошо потрудились.
От спокойной похвалы Зика в сердцах учениц разлилась гордость. В памяти всплыли дни, проведенные за тренировками тела и обучением управлению маной.
Сколько раз им хотелось сбежать с уроков Зика Клеймана, потому что они были слишком тяжелыми? Ночи, проведенные в стонах от мышечной боли. Конечно, если бы не награда в виде массажа после занятий, они бы давно сбежали.
Сначала массаж получала только Серена, но Ириэль и Юри, жившие в особняке Йохайден, заметили это и присоединились. А Сой, чувствуя нетерпение подруг после занятий, стала каждую ночь стучаться в дверь особняка Йохайден.
Так все четыре девушки стали получать массаж от Зика после тренировок по фехтованию.
Разумеется, из-за того, что четыре девушки каждую ночь навещали комнату Зика и издавали двусмысленные стоны, среди прислуги особняка Йохайден поползли слухи. Слуги шептались, что Зик — человек выдающийся: он принимает у себя не только уроженок Дома Йохайден, но и представительниц герцогства Юстиа, семьи графа Гилберта и даже простолюдинок, невзирая на сословия.
«Но кого Зик примет первым? Наверняка меня, да? Я ведь могу вполне легально получить удар от Зика... Массаж болезненный, но такой приятный. А вдруг он отлупит меня деревянным мечом?»
«Я вчера читала об этом в книге. При практике фехтования нужно прижиматься друг к другу и вступать в телесный контакт... Ик!»
«Брат и фехтование, Брат и фехтование, Брат и фехтование, Брат и фехтование, Брат и фехтование, Брат и фехтование...»
«Фу, посмотрите на их слащавые физиономии... Они точно рехнулись... Хотя нет, не подумайте, будто я сама этого не жду!»
О чем бы ни думали четыре девушки, Зик лениво открыл глаза и изучил их молитвы. Они определенно переросли начальный уровень. Теперь их можно было выпустить на Континент Дэйв, не боясь, что они погибнут на улицах.
«Хм, теперь мне просто нужно вбить фехтование в их тела».
Хотя заучивание формальных стоек меча не признавалось некоторыми фехтовальщиками, делавшими упор на практический опыт, Зик считал, что без базовых форм не может быть свободы.
«Чем лучше ты заложишь основы фехтования, тем более гибким сможешь стать».
Боевое фехтование имело свои преимущества в адаптивности и интуиции, но без таланта, как у Юри, оно часто приводило к небрежной технике и вредным привычкам. Конечно, в случае с Сой, она уже прошла через реальный бой, но это было неизбежно из-за ее уникальных способностей.
Приведя мысли в порядок, Зик заговорил.
— Теперь вам нечего делать.
— Что?..
Зик говорил, что с сегодняшнего дня начнет обучать их индивидуальным стилям владения мечом, но теперь отпускал их, говоря, что им нечего делать. Глаза всех наполнились замешательством.
— Теперь вам просто нужно довериться мне. Главное — верить в меня.
— Что вы имеете в виду под «довериться»?..
— Окружите меня с четырех сторон. Серена спереди, Ириэль слева, Сой сзади, а Юри справа.
Следуя указаниям Зика, ученицы сжали свое оружие и окружили его.
— С сегодняшнего дня тренировка будет... Ах, Серена, ты должна быть знакома с этим.
— Я?
— Да, танец меча, который мы исполняли вместе на банкете Юстиа. Разве ты не помнишь?
— ...Ах! Я помню.
Серена кивнула, словно теперь поняла, какую тренировку задумал Зик. Тогда они практиковали танец меча для банкета. Разве ее не направляла его мана, когда они танцевали вместе?
При этих воспоминаниях лицо Серены расплылось в экстазе. А вот лицо Ириэль, напротив, помрачнело: в ту ночь она хлопнула рюмашку водки и грохнулась с балкона, оступившись.
— Зик, раз вы уже делали это с Сереной тогда, начните сегодня с меня.
Резко сказала Ириэль. Но Зик покачал головой.
— Нет. Вы уже достаточно преуспели в своих силах, чтобы я мог управлять всеми четырьмя одновременно. С этого момента вам нужно лишь довериться мне и полностью положиться на меня. Если вы поддадитесь страху или попытаетесь силой заставить тело сопротивляться, чтобы сохранить контроль, вы тут же получите отпор.
Закончив говорить, Зик высвободил ману из своего тела.
«Вжух—»
Его кончики пальцев засветились синим, и нити маны выстрелили, словно паутина, прикрепляясь к телу каждой из них.
— А теперь начнем урок фехтования.
И вот тела учениц начали двигаться, словно марионетки, подчиняясь контролю маны Зика.
— ...Этот монстр... Он ничуть не ослаб...
Лили наблюдала за Зиком с выражением отвращения.
Четыре девушки яростно размахивали мечами, а Зик управлял ими всеми своими пальцами, продолжая при этом отражать их атаки.
Фехтование, которое они демонстрировали, было превосходным, но...
— А, а-а-а! Ин-инструктор! Меня разрывает на части! Нет! Еще немного, и я стану странной!
— Кья! Зик! Бо-больно... Так больно... Это не та боль, которую я хотела...
— Ух! Отдать все свое тело Брату, быть нарушенной до предела... хафф, хафф... Это больно, но мне нравится...
— Хи-и-и, почему я стою на четвереньках...
Воздух наполнился криками тех, в чьи тела насильно вбивали превосходное фехтование с помощью марионеточного контроля. И все же их предыдущие тренировки не прошли даром, так как они каким-то образом умудрялись справляться.
Даже Лили, которая в данный момент не могла должным образом использовать ману, могла понять, что делает Зик, основываясь на опыте своей прошлой жизни.
Уровень сложности был сопоставим с одновременным рисованием разных фигур каждым пальцем руки и ноги с идеальной точностью. И он совершал этот невероятный подвиг, не меняясь в лице.
— Этот сумасшедший ублюдок...
После того как он некоторое время наблюдал за ними, Роснанте окликнул ее со стороны.
— Леди Лили! Мы, мы тоже должны тренироваться.
Когда она повернулась к Роснанте, его отведенный взгляд показался ей раздражающим.
Лили посмотрела на Роснанте с презрением, отчего тот вздрогнул.
— Кхм, я, я буду говорить неформально, раз уж мы в академии.
— Забей. Я всё равно пришла сюда не ради тренировок. Занимайся своими делами, а я просто отдохну. Ты лишь впустую потратишь время, приглядывая за такой, как я.
Лили фыркнула и растянулась на грязном полу тренировочной площадки. В конце концов, ее единственной задачей было разобраться с Третьим принцем.
Это было все, что ей нужно было сделать.
До тех пор, пока не придет время, ей нужно было просто оставаться рядом с Зиком, получать его защиту и следить за передвижениями Третьего принца.
— Лили Ира.
— Да, отвали.
— Вставай.
— Нет, я не хочу.
Когда Роснанте уставился на Лили, он вспомнил то, что сказал ему Зик.
— Она добьется чего угодно, если почувствует, что это необходимо, или поверит, что может это сделать, но в остальном становится крайне ленивой. И по натуре она довольно груба, так что не принимай это на свой счет.
— О-откуда вы это знаете, Инструктор?
— Разве у нас не одинаковый цвет волос?
— Ах, возможно, скрытый родственник! Каковы же ваши отношения...?
— Это неважно, так что давай двигаться дальше. Если это случится...
Согласно словам Инструктора Зика, Лили не проживет долго. Роснанте повторил про себя, что ему нужно стать дьяволом.
— Ожерелье.
"...!"
При упоминании ожерелья Лили тут же села и яростно нахмурилась.
— Если не будешь тренироваться должным образом, я не отдам тебе ожерелье.
— Эй, откуда ты...! Этот Зик... Какой подлец!
— Так ты готова тренироваться сейчас?
— ...Черт возьми.
— Я буду докладывать о каждом шаге твоего тренировочного прогресса инструктору.
Роснанте говорил спокойным тоном, по-видимому, решившись на это. Лили попыталась спровоцировать его, чтобы задеть его гордость.
— Ха, разве ты не чувствуешь себя жалким, прячась за спиной Зика Клеймана?
— Нет, не чувствую. Я думаю, что это правильно. Так что давай начнем.
Лили прикусила губу.
Она однажды посмотрела в небо, а затем глубоко вздохнула.
«Вздох, да, мне стыдно так себя вести...»
Роснанте перед ней отличался от Роснанте из истории, которую она написала.
Тот самый человек, который так жестоко мучил её, страдал безумной одержимостью и заточил в темницу собственной болезненной страсти.
Она лучше всех знала, что мальчик перед ней отличается от того человека.
Если бы это был прежний Роснанте, он бы уже вспылил из-за сравнения с Зиком и закатил истерику. Вместо этого он по-взрослому подбадривал ее.
Его характер тоже изменился.
Если смотреть на ситуацию объективно, разве не она — прожившая гораздо дольше — закатывала детскую истерику?
Даже она сама стала говорить свободнее, чем раньше.
Не было причин, чтобы он получал такое несправедливое обращение за то, чего даже не помнил.
В одно мгновение эмоции Лили успокоились.
— Ах, прости. У меня иногда случаются такие приступы безумия. Тебе придется понять.
— Все в порядке. Так ты будешь тренироваться?
— Ну... ладно. Я не уверена, но попробую.
— Хорошо, я рад. Мне не пришлось использовать другие методы. Я тоже считал их довольно подлыми.
Другие методы, которым Зик научил его пользоваться, если принцесса не будет слушать, были слишком подлыми. Роснанте, не желая заслужить такую ненависть со стороны Лили, вздохнул с облегчением.
— Ну что, начнем?
Роснанте подошел с полными руками снаряжения, которое Зик велел использовать для тренировок. При виде этого глаза Лили задрожали, будто от подземных толчков.
— Какого черта?