Сухопарый офицер зрелых лет с аккуратной козлиной бородкой шагнул к краю помоста и заговорил, слегка напитав связки белой Энергией Благодати:
— Приветствую вас, братья и сестры! — Ханзо Темпест одарил собравшихся дежурной благодушной улыбкой.
В ответ с плаца не донеслось ни единого одобрительного возгласа. На лицах солдат читалось неприкрытое раздражение, и над рядами повисла неловкая, тягучая тишина.
Впрочем, Ханзо ничуть не смутился: в подобных щекотливых ситуациях он бывал сотни раз. Сохраняя невозмутимый вид, аристократ продолжил: — Прежде всего подчеркну: я целиком и полностью поддерживаю справедливую казнь этих четырнадцати террористов.
— Так какого черта ты тянешь время?! Оставь свое ценное мнение при себе! — зычно рявкнул кто-то из глубины строя.
Брови Ханзо на долю секунды дрогнули, но он мгновенно вернул лицу безмятежное выражение: — Понимаю ваше нетерпение... Однако прошу проявить каплю выдержки. Прежде чем предать преступников смерти, суд обязан прояснить ряд критически важных обстоятельств.
Он повернулся к юноше и прищурился: — Оперативник Локи Брэдворт! Поскольку именно вы обезвредили эту шайку, в рамках первичного дознания вам надлежит ответить на несколько моих вопросов.
— Ханзо Темпест, ты совсем с катушек слетел?! — глухо, едва разжимая губ, процедил вице-канцлер Куппо. Одновременно с этим он взмахнул пальцами, накрыв трибуну невидимым магическим куполом глушения звука. Слова офицера слышали лишь двенадцать человек на балконе, включая Бобби. — Немедленно прекрати этот цирк! Иначе я задействую все свои властные полномочия, чтобы стереть тебя в порошок!
— Вице-канцлер Куппо, не кажется ли вам, что вы берете на себя слишком много? — с холодной усмешкой вмешалась советница по имени Рея Винчестер.
— Рея абсолютно права. Допрос захватившего цель оперативника — стандартная протокольная процедура. Не смейте препятствовать правосудию, — тут же поддержала ее статная дама из клана Гриффин.
В следующую секунду все восемь советников Департамента Наказаний, представлявшие Великие Дома, слаженным хором выступили в поддержку Ханзо, требуя провести формальный допрос Локи.
Лишь роскошная, пышнотелая Сия Вергилий хранила загадочное молчание, равнодушно разглядывая свои ухоженные ногти.
Куппо помрачнел: закон был на их стороне, и бюрократическая машина связала его по рукам и ногам.
— Вице-канцлер Куппо, благодарю за защиту, — спокойно заговорил Бобби, тепло улыбнувшись старшему офицеру. — Но советник Ханзо формально прав. Я готов ответить на любые вопросы по уставу — скрывать мне абсолютно нечего.
— Что ж... раз ты сам не против, я уступлю, — нехотя выдохнул Куппо. В глубине души он был искренне признателен парню за то, что тот спас его от унизительной публичной перепалки с девятью взбунтовавшимися чиновниками. — Ханзо, чего застыл? Задавай свои чертовы вопросы!
— Хи-хи-хи, превосходно, — ядовито усмехнулся Темпест. — Но сперва развейте барьер глушения, вице-канцлер... Солдаты внизу имеют полное право знать, как вершится закон.
— Исключено! Локи — официальный кандидат на пост Главнокомандующего, незачем выставлять служебные формальности на всеобщее обозрение! — мгновенно воспротивился Куппо.
— Всё в порядке, сэр, я справлюсь, — легко прервал его Бобби. — Давайте покончим с этим как можно быстрее и перейдем к казни. Люди на плацу уже устали ждать.
А про себя юноша раздраженно взвыл: «Да перестань ты опекать меня, старый пень, только хуже делаешь! И что за муха укусила этого Ханзо? Неужто что-то разнюхал?.. Впрочем, плевать».
«Ха-ха-ха, скучаешь, герой?» — залилась смехом Синтия прямо в его сознании.
«Сама знаешь: терпеть не могу эту показуху на публике. Особенно когда тысячи глоток смотрят на меня как на спасителя вселенной. Тошнотворно», — мысленно откликнулся Бобби.
Тем временем Куппо с недовольным видом махнул рукой, развеяв изолирующий полог.
— Благодарю за понимание, друг мой! — с издевкой бросил Ханзо и повернулся к парню: — Назовите ваше имя, род и воинский ранг!
— Оперативник Локи Брэд... впрочем, нет. Собственного дворянского герба и фамилии я пока не выбрал, — невозмутимо отчеканил Бобби. — Не возражаете, если я опущу родовое имя?
Двое советников из Дома Брэдворт яростно переглянулись и сжали зубы, взбешенные тем, что бастард открыто отрекся от их фамилии.
— Допустимо. Продолжайте, — сухо кивнул Ханзо.
— Ранг — Элита Десятого уровня. Официальный претендент на трон Главнокомандующего в предстоящих Испытаниях, — закончил Бобби без тени волнения.
— Прекрасно, тогда сразу к делу, — голос аристократа налился тяжестью. — Мой первый вопрос: согласно оперативным сводкам, банда «Истина Исчезновения» насчитывала ровно пятнадцать членов. Однако здесь стоят лишь четырнадцать. Куда подевалась последняя — девица по имени Ор?
— Высадившись на Архипелаге, я обнаружил только этих четырнадцати выродков. Никаких женщин среди них не было, — ровным тоном соврал Бобби.
— Хм-м... А может, вы тайком спрятали ее где-то на острове вместо передачи военному трибуналу? — с прищуром надавил дознаватель.
— Никак нет.
— В таком случае ответьте на другой вопрос: где награбленные сокровища синдиката? Судя по акту сдачи добычи, вы не сдали в казну корпуса ни единого медяка! Прикарманили всё себе? — Ханзо задал самый скользкий вопрос, впившись взглядом в лицо юноши, стараясь уловить малейшую дрожь мускулов.
Но лицо Бобби оставалось каменной маской: — Вы совершенно правы, сэр! Я действительно не сдал ни единого гроша — по той простой причине, что сдавать было нечего. При обыске этих четырнадцати я не нашел у них ни крупицы золота сверх того, что уже передал в комендатуру вместе с их тушами.
Услышав столь нелепое оправдание, солдаты на плацу дружно грохнули со смеху.
— Вот как?.. И вы полагаете, мы поверим в эту сказку? — осклабился Ханзо. — Добыча этой банды измеряется не сотней монет — они выгребли под ноль казну целого мегаполиса! И вы на голубом глазу утверждаете, будто не нашли у них ни гроша?.. Оперативник Локи, на основании статьи B-21 Кодекса Манджушри военного устава корпуса «Голубая Лагуна» я лично постановляю провести процедуру Принудительного Чтения Души вашего разума!
— Ханзо! — в ярости рявкнул вице-канцлер Куппо.
— Вице-канцлер, отчего столько шума? — невинно округлил глаза аристократ. — Разве закон не превыше всего?