Когда Отряд Лазурного Неба прибыл в Лоян, первой их встретила не кто иная, как даос Ыльчжу.
— Чхэчжи!
Сколько тревоги должно было переполнять сердце наставницы, ожидавшей ученицу, отправившуюся навстречу опасности?
Несколько дней назад вернулся Отряд Грома и сообщил, что Отряд Лазурного Неба вместе с Сонпхуном вскоре тоже прибудет. С тех пор даос Ыльчжу каждый день ходила кругами у Южных ворот Лояна, а затем возвращалась домой.
Она беспокойно ждала, страшась, что они снова не появятся сегодня или что по дороге могло что-нибудь случиться. Заметив вдали знакомые лица Отряда Лазурного Неба, Ыльчжу довела технику лёгкости до предела и устремилась вперёд.
— Наставница!
Понимавшая её чувства Сон Чхэчжи тоже побежала навстречу.
Наставница и ученица заключили друг друга в объятия. Наблюдавший сзади за этой трогательной сценой Намгун У подумал, что им всё же следовало немного поторопиться...
Хлоп!
— Ай! Наставница!
— Ускользнула за моей спиной в настолько опасное место! Ты хоть представляешь, как сильно я волновалась?
— Ах! Н-наставница, вы были так заняты, поэтому я подумала, что должна...
Наставница средь бела дня колотила ученицу по спине... Зрелище оказалось скорее необычным, чем трогательным.
Способ сначала создать возможность сблизиться, чтобы цель уже не смогла сбежать, был слишком жестоким, чтобы Намгун У решился его повторить.
— Глава, может, просто пойдём?
— ...Да.
Притворившись, будто ничего не замечают, члены Отряда Лазурного Неба прошли мимо двух даосок у Южных ворот Лояна.
— Ах! Намгун У! Спаси меня! Наставница! Вы только что ударили по тому же месту, по которому били раньше...
Оставив позади глупую ученицу, которая отправилась в путь за сотни ли, оставив наставнице лишь письмо, Отряд Лазурного Неба вошёл — вернее, вернулся — в Лоян.
— Сначала направимся в резиденцию клана Пхэн. Оставим вещи и отдохнём, а затем дадим бойцам свободное время. В Союз Мурима отправимся только мы со старейшиной и командиром Отряда Южного Ветра.
— Я благодарен за заботу, однако, чтобы должным образом разрешить вопрос с Союзом Мурима, будет лучше, если мы отправимся все вместе.
— Верно. В таких делах лучше свести возможные пересуды к минимуму. Сначала восстановимся после дороги в резиденции Пхэн, а потом вместе пойдём в Союз Мурима.
— А я тем временем навещу усадьбу своего клана. Не знаю, остался ли там командир Сонра, но мне хотя бы следует связаться с семьёй.
— Нам пойти с тобой?
— Не нужно. У нас нет причин всем вместе ходить по Лояну. Командир Ёнму, разве вы не говорили, что у вас здесь была собственная база? Не гостиница, а приобретённый дом?
— Да, но перед отъездом я попросил клан Моён заняться его продажей. Мне осталось лишь проверить, как продвигается дело.
— К слову, нам также стоит посетить клан Моён. Раз уж они помогли нам, следует хотя бы выразить почтение.
За короткое время, потребовавшееся, чтобы пройти через городские ворота, они определились со всеми делами в Лояне.
Бойцы отряда будут отдыхать. Чхок Мухон окончательно разберётся с их прежней базой. Чжугэ Сона свяжется с семьёй. Кым Син займётся размещением членов отряда в резиденции Пхэн. А руководство вместе с бывшими членами Сонпхуна, теперь составлявшими Отряд Южного Ветра, отправится в Союз Мурима и официально сообщит о смене принадлежности.
«После этого отдельно навещу резиденцию князя И», — подумал Намгун У, но тут...
— Вы вернулись!
— Кя-а-анг!
— Вы говорили, что уйдёте всего на несколько дней!
— Гр-р-р!
— А прошёл уже целый месяц!
— Гао-он!
Женщина в роскошном дворцовом одеянии с мечом на поясе, который одновременно казался совершенно неуместным и удивительно подходящим.
А в её руках находился зверь с лазурной шерстью.
В Лояне была лишь одна женщина, которая могла появиться в таком наряде и с подобным животным.
Не одна даос Ыльчжу ожидала их возвращения. Чжу Ихян тоже ждала Намгун У — правда, не у Южных ворот, а в резиденции князя И.
Но как Чжу Ихян удалось появиться настолько своевременно, если она, в отличие от даоса Ыльчжу, не проводила весь день у ворот?
Ответ находился в её объятиях.
Намгун У, казалось, понимал смысл криков Тигра Лазурного Рассвета. Пусть они и не могли общаться словами, Гони являлся духовным зверем, чей разум не уступал человеческому.
Благодаря открытому верхнему даньтяню обострённое восприятие Намгун У само переводило его вопли:
«Этот человек, называющий себя моим хозяином».
«Бросил меня одного на столько времени».
«На этот раз я его прощу!»
Примерно такие чувства он ощущал.
Честно говоря, Намгун У понимал, что зашёл слишком далеко.
Даже ему было неловко, когда вскоре после того, как он подарил Чжу Ихян Тигра Лазурного Рассвета, пришлось просить её присмотреть за собственным подарком.
— Эм... Возникли непредвиденные опасности, поэтому всё заняло больше времени, чем ожидалось. Прошу прощения.
Когда Намгун У ответил настолько официально, смутилась уже Чжу Ихян.
Подумав: «Нет, всё идёт неправильно», — она поспешно сменила тему.
— Кхм-кхм. Я предполагала, что подобное может произойти, поэтому заранее приготовила лекарства. Правда, не уверена, хватит ли их на всех людей позади вас.
Это не были духовные снадобья, однако их хватало для восполнения истощённых сил.
Разумеется, Чжу Ихян не могла самостоятельно раздобыть несколько десятков лекарств — ей пришлось настойчиво убеждать Чжу Сиёля открыть сокровищницу резиденции князя И.
В обычных обстоятельствах он наверняка отказал бы, но сейчас императорской семье требовались союзники.
Несмотря на обязательства, которые мог породить этот дар, Намгун У решил принять добрую волю Чжу Ихян. В конце концов, разве человеческие отношения не становятся крепче благодаря взаимному обмену помощью?
— В будущем я непременно отплачу за эту доброту.
— Не стоит. Разве это можно сравнить со спасением жизни?
Намгун У приказал командирам подразделений раздать принесённые Чжу Ихян лекарства.
Похоже, их хватало ровно на всех, кроме мастеров, достигших Тройного Преображения, на которых обычные лекарства всё равно уже не действовали.
Наблюдая, как лица членов Отряда Лазурного Неба светлеют при получении лекарств, Чжу Ихян удовлетворённо улыбалась про себя.
«Желаешь пленить полководца — сначала подчини его коня. Дядя оказался прав. Его замысел действительно отличается от обычных.»
Доверие Чжу Ихян к Чжу Сиёлю возрастало буквально на глазах.
Когда раздача, похоже, завершилась, Чжу Ихян искусно начала отступление.
— Будет невежливо слишком долго удерживать вас посреди дороги. Я буду ждать. Закончив дела, обязательно приходите в резиденцию князя И. Я уже предупредила слуг, поэтому заранее сообщать о визите не требуется.
— Хорошо.
— А пока я продолжу присматривать за Гони. Обязательно приходите в резиденцию князя И, чтобы забрать его.
— Кя-а-анг!
Крик Тигра Лазурного Рассвета придал словам Чжу Ихян дополнительную убедительность.
Этот милый звук внезапно показался особенно раздражающим двум людям.
Уточнять, кому именно, не требовалось.
Однако из-за положения собеседницы и того, что разговор происходил на глазах у окружающих, им оставалось лишь молча кипеть внутри, не вмешиваясь.
Но совершенно бездействующими они тоже не были. Оказавшись вне поля зрения Чжу Ихян, Пхэн Харён потянула Намгун У за одежду, давая понять, что ему следует поскорее уходить.
Чжугэ Соне подобное решительное проявление чувств пока давалось с трудом.
— Тогда я постараюсь посетить вас сегодня, если будет возможность.
§
Проводив Отряд Лазурного Неба, Чжу Ихян слегка повернулась в сторону и широко улыбнулась.
— Ну как?
Увидев её уверенную улыбку и услышав вопрос, Ян Серим на мгновение утратила способность мыслить, а затем снова пришла в себя.
— ...Прошу прощения?
— Я спрашиваю, как всё прошло. Заботливая женщина. Я ведь произвела впечатление?
— Эм... Этому вас тоже научил Его Высочество?
— Вот за что я люблю мою Серим. Да, именно так. Говорят, мужчины влюбляются в подобное. Жена-лисичка встречает мужа после работы вместе с детишками-крольчатами. Настоящая мужская мечта.
— Правда ведь, Гони-и?
Она подняла Тигра Лазурного Рассвета, словно младенца, и заговорила с ним умильным голосом.
Ян Серим напрягла свой блестящий разум, пытаясь придумать, что ответить госпоже.
«Может быть, ошибаюсь именно я?»
Пусть Ян Серим и была искусна в боевых искусствах, в романтических делах она напоминала простую деревенскую жительницу, не дотягивавшую даже до мастера третьего класса.
Возможно, совет князя И Чжу Сиёля, который по крайней мере обладал некоторым опытом общения с женщинами, был вернее её собственного суждения?
— Вы... вы были великолепны.
— Разумеется. Даже мне кажется, что на этот раз всё прошло безупречно. Хм. Если повторить подобное ещё несколько раз, возможно, удастся заставить его вернуться со мной в Запретный город...
Поначалу голос Чжу Ихян звучал наполовину шутливо, но к концу стал заметно серьёзнее.
Казалось, будто она смотрела лишь на Намгун У, однако поле её зрения отчётливо охватывало и всех окружавших его людей.
И Чжу Ихян заметила перемену.
«Значит, их не одна, а две?»
Как говорится, даже собака, прожившая три года возле школы, начинает читать стихи. Проведя восемнадцать лет в Запретном городе, человек неизбежно учился распознавать чужие мысли.
Разумеется, многое зависело от самого человека, но Чжугэ Сона обладала типичным характером, при котором чувства были отчётливо видны со стороны.
Привычки, сформировавшиеся из-за её Чуткости, сохранялись даже теперь, когда девушка достаточно выросла, чтобы искусственно управлять этой способностью.
«Там что-то произошло.»
На самом деле Чжу Ихян даже не требовалось прибегать к опыту жизни в Запретном городе или анализировать привычки, вызванные Чуткостью.
Достаточно было заметить, что Пхэн Харён теперь ставила Чжугэ Сону на одну ступень с собой.
— Серим, прикажи слугам всё здесь убрать. Мы вернёмся немного позже.
— Вы собираетесь куда-то отправиться?
— Хм... Не совсем. Просто хочу кое-что проверить.
Когда Чжу Ихян произнесла это, в её мыслях уже возникло расположение лоянской усадьбы клана Чжугэ.