— Вперёд!
Вся Восточная армия разом сорвалась с места. Семьдесят семь тысяч человек двинулись по полю плотной, тяжёлой массой.
Топ-топ-топ-топ!
Под сапогами дрожала земля. Гул нарастал так быстро, будто к позициям Селтрина катилась лавина.
— Катапульты, огонь!
— Лучники, залп!
Над строем союзников взвились каменные глыбы. Следом небо потемнело от стрел.
Грохот!
Хруст!
Первый камень врезался в передние ряды. Людей смяло вместе со щитами и доспехами. Тем, кто погиб сразу, ещё повезло.
— А-а-а!...
— Ногу! Сука, у меня ноги нет!...
Раненые корчились под ногами наступающих, но никто не останавливался. Помочь им было некому. Да и любая попытка остановиться могла стоить жизни не одному человеку, а всему строю.
Восточная армия шла дальше.
Фью-фью-фью!
Стрелы посыпались сверху.
— Щиты!
Над головами сомкнулся железный навес.
Дзынь! Дзынь! Тук!
Большинство стрел отскочило. Остальные нашли щели между щитами и впились в лица, шеи и подмышки. Павших тут же затоптали свои. Не от жестокости — остановиться всё равно было нельзя.
Катапульты ударили снова.
Ба-бах!
Потом ещё раз.
Но даже их чудовищные снаряды не могли остановить десятки тысяч людей. Передние ряды гибли, задние напирали, и вся масса продолжала катиться вперёд.
— Р-Ран, камни почти кончились!
— Тогда швыряйте последние! — отрезала Ран. — Нам надо выбить как можно больше, пока они не подошли!
— Есть!
Рычаг катапульты взметнулся.
Свист!
Грохот!
Последние глыбы рухнули в наступающую толпу.
Ран проводила их взглядом и сжала кулаки.
Я сделала всё, что могла. Теперь их очередь.
Она ненадолго закрыла глаза.
Они справятся.
Союзники Селтрина обстреливали врага до последней возможности. Однако восточная армия всё-таки добралась до передовой.
— Вот теперь начнётся настоящее веселье. — Дункан оскалился.
Рыжий Зверь вскинул закреплённый на предплечье тяжёлый щит и два коротких боевых топора.
— От нас зависит весь центр, — спокойно напомнила Милия. — Желаю всем дожить до вечера.
Она не преувеличивала. Черепаший отряд поставили в самое опасное место. Если центр дрогнет, строй разорвут надвое, а следом рухнет вся оборона.
— Тогда вечером и увидимся, — сказал Норман. Голос у него был ровный, но улыбка вышла натянутой.
Гвен обвёл людей взглядом. Обычно он говорил коротко и без лишних чувств, однако сейчас почти сорвался на крик:
— Мы уже выбирались из такого ада, где другие и часа бы не протянули! Нас этим дерьмом не сломать! Выстоим, победим и вернёмся живыми!
— Выстоим!
— Победим!
— Черепаший отряд не сдаётся!
Ответный рёв прокатился по строю. Страх никуда не исчез, но люди снова почувствовали рядом плечи товарищей.
Восточная армия налетела на них.
— Режь их!
— Победа за Востоком!
— Сдохните!
Лязг! Грохот!
Клинки ударили в щиты, копья — в нагрудники. Центр захлебнулся железом, кровью и криками.
У реки врага встречали Камиан, Аннет и Регина.
Аннет то сжимала, то разжимала пальцы. Её трясло, и она уже не понимала, чего в этой дрожи больше — страха или возбуждения.
— К-Камиан, мне не по себе.
За последние годы она пережила нападения чудовищ, нашествие нежити, охоту тёмных магов и столкновения с Красным Дождём. После всего этого прежней робкой девчонкой Аннет уже не была. И всё же перед большой битвой живот сводило так, будто она впервые вышла из дома.
— Бояться нормально, — ответил Камиан. — Главное — не дать страху командовать. Ты знаешь, что делать. И я знаю, что ты справишься.
Он говорил уверенно, хотя сам волновался не меньше. Пока Макс один за другим совершал подвиги, которые по всем законам истории должны были достаться главному герою, Камиан тоже не сидел сложа руки. Он не уклонялся ни от одного сражения, учился на каждой ошибке и давно заслужил уважение солдат Селтрина.
Ему хотелось быть похожим на Макса. Не повторять его путь, а стать человеком, на которого тоже можно положиться.
— Камиан...
Глаза Аннет заблестели.
— Милые вы оба, — раздался рядом сухой голос. — Только место для нежностей выбрали хреновое.
— Ай!...
— П-профессор Регина.
Они разом покраснели.
Регина едва заметно усмехнулась.
— Макс велел мне беречь своих дорогих младших любой ценой.
Камиан закашлялся. Аннет уставилась под ноги.
— Но я сказала ему, что вы уже взрослые и умеете отвечать за себя, — продолжила Регина. — Поэтому нянчиться с вами не стану. Я вам доверяю.
Эти слова сняли напряжение быстрее любых утешений.
— Покажите, чему научились.
— Да, профессор!
— Мы вас не подведём!
В этот миг передние ряды противника добрались до берега.
У подножия гор стояли Макс и рыцари Селтрина.
Этот участок нельзя было отдавать. Как, впрочем, и берег реки. Вся оборона держалась на обоих флангах и крепком центре. Им оставалось только выстоять, пока в тыл восточной армии не ударит приготовленный Максом молот.
Если хоть один участок падёт раньше времени, ловушка захлопнется на самих союзниках.
Обычных солдат такая мысль могла довести до паники. Но рядом с ними сражался главнокомандующий. Макс стоял впереди, а не прятался за чужими спинами, и одного этого хватало, чтобы люди держались стойче.
— Хэнк.
— Да, молодой господин!
— Сегодня вечером устроим пир в честь победы.
— Первый кубок налью вам лично!
Капитан рыцарей Селтрина ответил так бодро, словно столы уже накрыли.
— Договорились.
Макс улыбнулся, вынул меч и шагнул навстречу наступающим.
— Ну давайте, ублюдки!
Его голос перекрыл грохот наступления.
— Проклятье, да что с ними не так?!
Архин Каверн, шедший впереди восточной армии, мрачно смотрел на центр.
— Г-господин, они не отступают!
— Мы давим, а строй даже не качнулся!
Восточные солдаты бросались вперёд волна за волной, но упирались в сплошную стену щитов. На знамени над этой стеной красовалась нелепая с виду черепаха.
Черепаший отряд.
В столице о нём уже ходили слухи. Говорили, эти люди раз за разом били войска, которыми командовали Имперские рыцари. Архин считал рассказы преувеличением. Теперь стало ясно: рассказчики ещё и смягчали правду.
— Откуда у Селтрина взялись такие звери?.. — выдохнул один из воинов.
— Заткнуться! — рявкнул Архин. — Мы лучшие бойцы Востока! Они не железные. Устанут, начнут ошибаться, и тогда мы их раздавим! Давите дальше!
Паника немного отступила. Однако переломить бой в центре восточная армия так и не смогла.
У реки всё решал один человек.
Там, где появлялась Регина Эренберт, союзники выпрямлялись, а враги пятились.
— Сдохни, чудовище!
На неё одновременно бросились пятеро. Копья пришли с разных сторон, перекрывая пути отхода.
Регина скользнула между наконечниками. Со стороны казалось, будто оружие прошло сквозь её тень.
Меч сверкнул один раз.
Вжик!
Четыре головы слетели почти одновременно.
Пятый солдат рухнул на задницу. Всё мужество вышло из него вместе с воздухом.
— Не подходи! Не смей!...
Он пополз назад.
Тук!
Копьё рыцаря Каверна пробило ему спину.
— Восточная армия не отступает! — заорал рыцарь. — Кто побежит, того убью сам!
Солдаты снова подались вперёд. Приказ подействовал, но ненадолго. Рыцарь понимал: пока перед ними стоит эта северная ведьма, страх будет возвращаться.
За боем издали наблюдал герцог Каверн. Наконец он поднялся.
— Капитан.
— Слушаю, Ваша Светлость!
— Возьмите половину резерва. Рыцаря Снежного Ветра нужно убрать.
Капитан не сразу поверил услышанному.
В резерве оставалась сотня рыцарей Каверна. Пятьдесят лучших воинов Востока предстояло отправить против одной женщины. Для ордена это звучало почти как оскорбление.
— Но, Ваша Светлость...
Герцог посмотрел на него без всякого выражения.
— Она достойна такого числа. И она мешает нам выиграть. У вас есть способ лучше?
Капитан промолчал.
— Нет, Ваша Светлость.
— Тогда исполняйте.
— Будет сделано.
Появление полусотни рыцарей Каверна заметили сразу. От их строя исходила такая мощь, что ближайшие солдаты невольно расступались.
— П-профессор! — Аннет побледнела.
— Я пойду с вами, — сказал Камиан.
Регина преградила им путь мечом.
— Не надо. Чем дольше они будут возиться со мной, тем легче станет остальным.
— Но...
— Меч Эренбертов не сломать.
У-у-у-ух...
По лезвию прошёл низкий, холодный гул. Он напоминал ветер перед снежной бурей. Среди рёва и лязга этот звук всё равно услышали все.
Рыцари Каверна замедлили шаг.
Регина подняла клинок.
Ради людей за её спиной.
Ради победы.
— Ну же. Попробуйте.