— Мой Цзявэй с детства был послушным мальчиком. Он и муравья-то зря не раздавит. Он не станет причинять людям зло.
На экране наблюдения мать Ван Цзявэя растерянно говорила в комнате для допросов.
— Мы с мужем постоянно заняты бизнесом, внимания сыну, наверное, уделяли мало. Но за него нам никогда не приходилось переживать… Не верю, что за несколько дней, пока мы его не видели, он вдруг стал другим. Вы хотя бы можете сказать, что он натворил? Где он сейчас?
После самовзрыва директора Цуя семьи пациентов первой волны быстро взяли под контроль. Именно родственники контактировали с ними чаще и ближе всего, поэтому без карантина было не обойтись.
Родители Ван Цзявэя выделялись среди семей школьников: за два дня до Дня посадки деревьев они уехали в другой город по делам.
Поэтому и допрашивали их не в Мобэе, а в соседнем Чилине.
— Цзявэй всегда знал меру. Когда приводил домой одноклассников, мы не вмешивались. В тот день мне звонила мама Ли Юйхао, и я тоже не думала, что случилось что-то серьёзное. Я попросила её пока не обращаться в полицию просто на всякий случай. Иногда молодые не то чтобы безответственные — они просто не понимают последствий…
Женщина продолжила:
— Я уже рассказывала? Цзявэй постоянно жертвовал деньги нескольким организациям помощи бездомным животным. И на благотворительные сборы тоже переводил. Можете проверить. У него очень сильное сочувствие к другим. Иногда это он нас с отцом воспитывал…
Глаза матери покраснели.
— Цзявэй… мой сын… Пожалуйста, дайте мне его увидеть…
…
Рассвет разогнал ночь, над горизонтом поднялось солнце.
В Мобэе начинался новый день.
Город не считался мегаполисом, но здесь жило больше двух миллионов человек. Небоскрёбов почти не было, даже главные городские здания не отличались особой высотой, однако центр оставался оживлённым: торговые площади, машины, плотные потоки людей.
Сегодня у Чжу Хайвэя был выходной. Его девушке, Цзинь Лисинь, тоже удалось взять свободный день, и они наконец могли выбраться с базы и провести время вдвоём.
Оба работали в секретном ведомстве: он — в отделе расследований, она — в медицинском отделе. Совместный выходной выпадал редко.
Правда, после того как в прошлом году Управление нанесло тяжёлый удар по культу материка Му, жизнь у них стала заметно спокойнее. Настоящими круглогодичными трудоголиками теперь оставались сотрудники Отдела заклинаний.
Но сегодня Чжу Хайвэй собирался не просто гулять.
Он уже давно готовился кое к чему.
Они встречались три года. Обоим было почти тридцать. Пока выдался относительно спокойный период, почему бы наконец не пожениться?
Иначе ещё немного — и снова начнётся такая работа, что времени даже увидеться не останется.
Они шли по пешеходной части оживлённой торговой площади. Под навесами открытых террас сидело немало посетителей — примерно две трети мест были заняты.
— Ты чего так на меня смотришь? — Цзинь Лисинь поправила очки на переносице. — Ты всё равно ничего скрывать не умеешь. Говори уже.
Чжу Хайвэй неловко усмехнулся.
Здоровенный мужик, а как создать романтическую атмосферу — понятия не имел. Он перечитал кучу советов в интернете, но ничего подходящего себе не нашёл. Да и профессия накладывала ограничения: устраивать громкое публичное предложение посреди площади точно не следовало.
— Лисинь.
Он заговорил предельно серьёзно. На одно колено вставать не стал — слишком заметно, поэтому только нелепо пригнулся перед девушкой, которая была ниже его почти на голову.
— Выходи за меня. Стань моей женой. Я буду заботиться о тебе всю жизнь.
Цзинь Лисинь сначала застыла, потом расплылась в улыбке и несколько секунд смеялась.
— И всё?.. Даже кольца нет?
— Ещё не купил. — Чжу Хайвэй тоже рассмеялся и почесал затылок. — Мы в последнее время только сегодня одновременно свободны. Давай прямо сейчас и выберем?
— Ну и предложение… никакой подготовки, — укоризненно сказала Цзинь Лисинь, хотя радость скрыть не могла. Потом покачала головой. — Ладно уж. Видимо, в прошлой жизни я тебе задолжала. Женимся.
То есть согласилась?
Чжу Хайвэй ощутил не столько бурный восторг, сколько тёплую радость и спокойствие. Словно огромный камень наконец свалился с плеч.
— Тогда идём за кольцом!
Он взял её за руку и потянул к торговому центру.
Они успели пройти совсем немного, когда позади раздалась волна испуганных возгласов. Охранник у входа тоже ошеломлённо смотрел вверх.
Что такое?
Чжу Хайвэй и Цзинь Лисинь обернулись.
Сердца у обоих сжались.
В чистом голубом небе появились летящие тени — больше десятка, разошедшихся в разные стороны.
Гигантские птицы.
И одна из них уже с воем пикировала прямо к площади.
Теперь можно было рассмотреть длинные крылья, похожие на перепончатые крылья летучей мыши. Туловище — размером почти со слона. Голова — конская. Всё тело покрывали странные вперемешку растущие чешуйки и перья.
На спине существа сидел человек.
Парень лет семнадцати-восемнадцати в зелёной школьной форме.
— Что это?!
Кто-то из посетителей сразу поднял телефон. Кто-то застыл. Кто-то уже бежал прочь.
Чжу Хайвэй замер всего на секунду.
Потом сработала подготовка — или просто рефлекс.
Он выхватил табельный самозарядный пистолет и бросился вперёд, громко крича:
— Полиция! Опасность! Все внутрь торгового центра, быстро! Лисинь, свяжись с Управлением! Живо!
Заклятиями Чжу Хайвэй не владел.
Оставалось только поднять пистолет, навести его на конскую голову пикирующей твари и несколько раз нажать на спуск.
Бах! Бах! Бах!
— Все в торговый центр! — Цзинь Лисинь тоже сразу пришла в себя.
Это не было ни одним из аномальных существ, известных Управлению.
Не было.
Пули попали в цель — в голову и крыло. В воздух брызнула чёрная кровь.
Существо было материальным.
Но оно даже не остановилось.
На площади находилось больше сотни человек. Многие ещё не понимали, что происходит.
Кто-то послушался и бросился к торговому центру. Кто-то из находившихся внутри, наоборот, попытался выглянуть наружу — но выстрелы заставили их остановиться.
И тут все — Чжу Хайвэй, Цзинь Лисинь, обычные прохожие — увидели нечто по-настоящему жуткое.
Лицо юноши на спине гигантской птицы резко покраснело от прилившей крови.
Потом из кожи и глубже из тканей проступило мерцание.
Вся его голова стала прозрачной.
Внутри не было привычных тканей — только клубки нитевидных червей и насекомых.
Именно их шевеление и давало тот странный блеск.
Голос школьника был негромким, но услышали его все.
— Буря пришла — мошкаре лететь по ветру. Мёртвая вода настала — подёнкам плыть по течению.
Хлопок!
Прозрачная голова взорвалась.
Нити и черви разлетелись в стороны и посыпались сверху вместе с кровью.
На лицо Чжу Хайвэя.
На мостовую.
Площадь захлестнула новая, куда более громкая волна криков.
И такие же крики в этот момент уже звучали по всему Мобэю — везде, куда спускались летящие тени.