«Итан, я пришла по приказу», — сказала Серафина голосом, холодным как ледяное озеро, и с разочарованием прищурила глаза.
«Я намеревалась мирно разрешить то, что произошло в прошлом, но, похоже, даже десять лет в Серене-Миррор-Лейк не избавили тебя от упрямства и высокомерия».
Она сделала шаг вперед, ее аура мерцала ледяным властным блеском.
«Учитывая это, сегодня я научу тебя должному уважению».
В воздухе пробежал холодок, но Итан лишь слегка кивнул, не мигая.
«Вот так-то лучше», — сказал он, голос его был пустым и ровным. «Посмотрим, чего стоят все эти святые титулы в реальном поединке».
Если бы Серафина не была почитаемой святой секты, Итан никогда бы не стал делать вид, что предупреждает ее.
Десять лет молчаливого терпения истощили его терпение, и блеск в его глазах ясно говорил, что он с радостью воспользуется любым поводом, чтобы свести счеты.
Но прежде чем он успел пошевелиться, между ними появилась фигура. Шаги Каина разрядили напряжение, и он встал прямо перед Серафиной, с мечом наготове.
«Позвольте мне разобраться с этим, святая. Он не стоит вашего внимания», — сказал он с натянутой бравадой, надуваясь.
На лице Итана появилась слабая улыбка.
«Ты, Каин? Все еще притворяешься храбрым? Забавно слышать это от того же маленького насекомого, которое я раздавил три года подряд».
Насмешка глубоко задела Каина, и его лицо покраснело от ярости.
«Ты ищешь смерти!» — зарычал он.
Духовная энергия забурлила, когда аура культиватора Начальной Души закипела вокруг него. Если десять лет назад Каин сжимался и дулся, то теперь он пылал новой силой — культивацией, амбициями и уязвленной гордостью.
Но и Итан был закален временем, его тело и дух были закалены до тех пор, пока ни то, ни другое не сломалось.
А в мире физических культиваторов истинная сила не измеряется ничем. По оценке системы, Итан был средним в сфере Формирования Души, но на самом деле его способность сражаться в разных сферах была ужасающей.
Он мог разгромить экспертов из сферы Слияния Пустоты с помощью одной только силы и техники. Если бы он оценивал себя не по системе, а только по стандартам Секты Лазурного Происхождения Дао, такой рост был бы признан чудовищным.
Противостояние нарастало — Серафина была холодна и неподвижна, Каин тяжело дышал, Итан едва шевелился, но сам воздух, казалось, трещал.
Меч и коса были почти вынуты из ножен, сила изливалась наружу. Снежная пыль кружилась, напряжение нарастало, и что-то древнее и холодное казалось готовым пробудиться.
Но прежде чем насилие могло разразиться, низкий и мелодичный голос прервал противостояние.
«Хватит».
С тропы, шагая высоко, как северный ветер, вышла женщина, одетая в бархат черного цвета. Она была пышной, но несла свою силу как вызов — короткие, гладкие золотисто-русые волосы обрамляли ее лицо, скрытое маской, а плащ был украшен талисманами. Под маской ее глаза блестели темно-синим цветом, взгляд был сосредоточенным, оценивающим и обезоруживающе красивым. Уверенность и власть исходили от нее тихими волнами — воздух вокруг нее был острым, как обнаженный меч.
Несмотря на то, что Итан никогда раньше ее не видел, он сразу же уловил вспышку силы и едва уловимую опасность, скрытую под ее спокойствием.
Каждая мышца ее тела выглядела отточенной бесчисленными сражениями, ее осанка была мягкой, но мгновенно смертоносной, ее присутствие было настолько сдержанным и элегантным, что, казалось, заставляло всех затаить дыхание.
Каин инстинктивно повысил голос, удивленный и неуверенный.
«Кто ты?» Его уровень культивации был достаточен, чтобы устрашить большинство, но в этом присутствии даже он чувствовал себя маленьким.
Серафина бросила на него резкий взгляд, как будто упрекая ребенка.
«Следи за собой. Она третий командир Черной Клятвы».
Лицо Каина изменилось от протеста к шоку.
Черная Клятва — элитная армия императрицы, известная даже среди ближайшего окружения секты — редко появлялась на публике.
Большинство считало их тенями, мифом о наказании и принуждении. Только самые преданные принимали приказы от самой императрицы, а их истинное число и сила были предметом страха даже для мастеров высшего уровня.
Каждый из четырех командиров Черной Клятвы считался одним из самых страшных воинов в секте Лазурного Происхождения Дао — непревзойденным в убийствах, неумолимым в командовании и окутанным сотнями легенд. Перейти им дорогу означало обречь себя на уничтожение.
Каин замялся, слова быстро сыпались из его уст.
«Ученик Каин приветствует вас — прошу прощения за неуважение, командир, я не узнал вас!»
Женщина в маске, Лилит, лишь махнула рукой в перчатке, ее голос стал мягче, но по-прежнему звучал авторитетно.
«Не обижаюсь».
Она перевела взгляд на Итана, и в ее глазах мелькнуло что-то невысказанное. Она казалась слегка развеселенной, возможно, облегченной.
Еще минута — и снег здесь стал бы кровавее, чем поля на вершине Кримсон-Мист.
Долгое время Итан чувствовал на себе чьи-то взгляды — всегда невидимые, всегда отдаленные, но проницательные.
По мере того как его сила росла, усилилось и ощущение, что в тени скрывается наблюдатель.
В течение многих лет он подозревал, что это страж или соперник, кто-то, кому поручено оценить его силу или его сердце.
Наконец, пять лет назад, он убедился в этом.
Кто-то следил за ним, изучая не только его привычки, но, возможно, даже суть его культивирования.
Он никогда не предпринимал никаких действий.
Наблюдатель никогда не нападал.
Это было просто испытание терпения, которое он выдержал благодаря своей выносливости.
Теперь, увидев, как Лилит ступила на снег, Итан в мгновение ока понял правду.
Она была его молчаливым судьей, скрытым ножом секты, готовым нанести удар, если он пересечет какую-то невидимую черту. Внимательное наблюдение за каждым его движением, холодный взгляд, бесконечное терпение — все это было частью ее роли.
Но почему? Почему одна из сильнейших защитниц секты Лазурного Происхождения Дао следила за изгнанником в течение десяти лет, не вмешиваясь, просто наблюдая, ни разу не вмешиваясь?
В сердце Итана завязался узел вопросов. Была ли она предназначена для того, чтобы обеспечить его наказание? Было ли это для защиты от скрытых угроз секту? Или было возможно — нет, немыслимо — что его сила, тихо накапливающаяся, давно рассматривалась как возможный поворотный момент для будущего всей секты?
Лилит встретила его взгляд, в ее темно-синих глазах мерцали звезды, а маска делала ее нечитаемой.
И Итан, впервые за много лет, молча признал достойного противника — такого, который ни ненавидел, ни защищал, а только наблюдал.
Снег снова закружился; в холодном воздухе нарастала сила, угроза и обещание в каждом ударе сердца.
И Итан не мог не задаться вопросом:
почему она так долго наблюдала и что она сделает теперь?