Сто жизненной силы было огромной мощью. Это была ценность среднестатистической человеческой души или жизненная сила сильного мужчины. Герой мог иметь вдвое больше или даже больше, а орки часто имели в несколько раз больше, чтобы её высасывать, но это всё равно было много энергии, и клинок сжёг её за одно мгновение, ощущая тёмный трепет от такого количества силы, проходящей сквозь него.
-100 жизненной силы.
Затем он сделал это снова, и снова, потому что в общей схеме вещей сто жизненной силы значило для него теперь мало. Затем он сделал это снова, и снова. За три секунды он потратил энергию, равную трём человеческим жизням, и результаты были заметны, хотя они ощущались очень странно.
-200 жизненной силы.
Хотя он редко использовал эту способность по её прямому назначению в наши дни, Аура Голода Клинка достигала примерно 225 футов, и в одно мгновение клинок сократил её, уменьшив до чуть более тридцати футов. Хотя это могло бы быть интересным способом ударить кого-то, кто был вне досягаемости, сейчас клинок использовал её, чтобы двигаться быстрее.
Обычный шаг его владельца составлял более четырёх футов; теперь он продвигался на тридцать футов с каждым шагом вперёд. Эбеновый Клинок мог оглянуться назад и увидеть, насколько далеко друг от друга находились его большие грязные следы. Это было впечатляюще, но стоило ли оно того? Это был совсем другой вопрос.
Клинок следовал течению, полагая, что оно несёт его туда, куда он хочет попасть, но что, если это было неверно? Что, если оно уносит клинок в совершенно противоположном направлении или это вообще не имело значения?
Этого никак не узнать, — сказал он себе. Пока что мне нужно продолжать двигаться, пока я не узнаю больше.
Если таков был план, то ему следовало двигаться как можно быстрее. Это была неплохая ставка. Поскольку оружие получило Золотое хранилище, его запас жизненной силы увеличился до 15 600. Даже сейчас, потратив 300, у него оставалось чуть более 15 000. Это была почти половина года силы в нормальных условиях, но последнее, чего ему хотелось, — это провести шесть месяцев здесь, в темноте, блуждая по кругу и надеясь добраться до суши.
Клинок увеличил темп. Бежать по дну океана было трудно, но не невозможно. Сокрушительное давление ему ничуть не мешало, когда он начал ускоряться; его металлический обладатель никогда не смог бы развить такую скорость, как на суше, но клинок всё же начал двигаться с устрашающей быстротой. Когда каждый шаг составлял почти пятьдесят футов, миля была всего сотней шагов, а секунду спустя, когда он снова использовал «Преимущество Положения», расстояние сократилось вдвое. Клинок теперь бежал быстрее мили в секунду. На суше он мог бы двигаться в два-три раза быстрее.
-100 жизненной силы.
Это был захватывающий опыт, и клинок уже хотел снова ускориться, но это казалось неразумным. Как бы то ни было, ему приходилось искажать пространство более сложными способами, чтобы обходить очень редкие препятствия, не замедляясь. Впрочем, это было не очень трудно. Трудность заключалась в том, чтобы делать это так, чтобы продолжать двигаться прямо; блуждание по кругу было бы пустой тратой энергии и времени.
Пока клинок поддерживал скорость, ему приходилось тратить несколько сотен жизненной силы в минуту. В долгосрочной перспективе это было неустойчиво, но в краткосрочной он пожирал никчёмные души низших демонов, которые у него были, а также любые проклятые души, к которым он приближался по пути.
-1200 жизненной силы.
+37 проклятых душ.
Хотя количество душ в его резерве неуклонно снижалось, ему удавалось поддерживать высокий уровень жизненной силы более десяти минут. Именно тогда он заметил, что вода вокруг него начинала закипать в те короткие мгновения, когда он замедлялся, чтобы убедиться, что течение не изменилось.
-2500 жизненной силы.
Пожалуй, я ещё никогда не выкладывался так долго и так сильно, — подумал клинок, вспоминая бедную Эвелин. Она была доказательством того, что хорошего бывает слишком много, и сейчас он видел намёки на это.
Что будет, когда у меня снова появится смертный носитель? — задумался он. — Смогу ли я удерживать его в целости с помощью регенерации или мне придётся сопротивляться использованию этой мерзкой силы?
Хотя он мог пережить любое насилие, существовал верхний предел того, сколько насилия мог выдержать его носитель. Впрочем, в данном случае металлический человек, которым он управлял как марионеткой, не жаловался. Он просто делал, как ему было велено. Клинок мог бы продолжать так бесконечно, пока не избавился от всех никчёмных душ демонов в своей системе, но, увидев странный ориентир, он наконец замедлился и остановился. Он позволил странным силам, которыми пользовался, угаснуть, когда приблизился к ориентиру, и остановился перед ним.
-800 жизненной силы.
Сначала он решил, что этот ориентир — ребро, торчащее прямо из грязи, но оказалось, что это не так. Слишком уж гладким, симметричным и прямым он был для этого. Нет, это была колонна, высеченная из камня, и хотя он не мог видеть её глазами, изучение плетения мира показало, что дальше таких было ещё несколько — они обрушились и теперь представляли собой лишь груды камней.
Клинок долго изучал ту, что ещё стояла, но нашёл лишь отметины, слишком стёртые, чтобы их можно было прочесть. Впрочем, это не помешало ему ощутить под ногами камни добротной дороги. Она была скрыта под футом мутного ила, но существовала, и клинок удовольствовался тем, что пошёл по ней. Дорога шла не совсем в том направлении, куда его несло течением; она даже слегка уходила под уклон — а это было как раз противоположно тому, чего он хотел, — но это было слишком интересно, чтобы пройти мимо.
Неужели это какой-то затонувший храмовый комплекс? — задумался он. Воды здесь казались слишком глубокими для подобного, но, впрочем, он предположил, что в этом месте здравый смысл не обязателен.
То, что клинок обнаружил, спускаясь в чёрную бездонную долину на океанском дне, вряд ли было храмовым комплексом. Это было нечто большее, гораздо большее. Это был целый затонувший город из белого мрамора. Они находились так глубоко, что на них почти не было ракушек или другой подводной растительности. Кто-то просто утопил целый город одним махом, заморозив его во времени.
Однако это было не самое странное. Самым странным было течение утопленных душ, протекающее сквозь это место и над ним. Клинок видел их и в других местах, разбросанных по всему океану, и они дрейфовали, полностью отданные на милость безучастных течений.
Хотя все духи, которых клинок видел в этом круге, слабо светились, они не излучали света, достойного упоминания. Теперь всё было иначе. Здесь были тысячи, возможно, даже десятки тысяч душ, и они кружились над бледными руинами светящимися лентами, напоминавшими косяки вялых рыб.
Это создавало странную картину, и чем больше клинок изучал её, тем больше понимал, что это место важно. И опасно тоже. Эбеновый Клинок не мог точно сказать, что именно заставляло его так думать, но чем дальше он углублялся в это тихое, древнее место, тем сильнее убеждался, что ему следует уйти. Ему нужно было развернуться и проследовать по дороге вверх, куда бы она ни вела, потому что если это был конец пути, он определённо хотел оказаться в начале.
И всё же клинку не нравилась сама мысль о бегстве, и уж точно не без всякой причины. Он терялся в догадках, что же вызывало это чувство страха. Это были не левиафаны, что дрейфовали в толще воды над ним, освещённые жутким голубым сиянием, и не пустой город. Это было ощущение, что здесь обитает нечто ужасное.
Мне нужна подсказка, куда идти дальше, — сказал себе клинок, продолжая путь. Я могу вечно блуждать в темноте без дополнительной информации.
Именно с этой мыслью он приблизился к центру города, стремясь найти кого-нибудь, у кого можно выкрасть эту информацию, или любые знаки, указывающие путь. Однако ничего не было. Каждый клочок бумаги или краски был смыт водой, и, поднимаясь по ступеням самого большого здания в мёртвом городе, клинок опасался, что это может быть тупиком.
А что, если это принц Керирвалл солгал мне? — спросил он себя. Что, если из бескрайнего океана нет выхода для того, кто не умеет плавать?
Когда он вошёл в спартанский главный зал храма, то понял, что волновался напрасно. Там, в центре разгромленной комнаты, рыдал дух. Нет, не дух, — поправил он себя, демон. Однако даже для демона он был довольно жалок. Почти никакой силы в нём не было.
Это был всего лишь плачущий синекожий демон, почти истощённый. Клинок чувствовал его боль. Если он продолжит пожирать этих жалких духов, то и сам скоро станет таким же, без сомнения. Следовало просто оставить его здесь и идти дальше, но это была единственная зацепка, которую клинок нашёл в этом мире на текущий момент, поэтому он не сделал этого.
Если я убью эту тварь, то, возможно, хотя бы буду знать, куда идти дальше, — рассудил клинок.
Однако клинок не мог нанести удар, потому что, как только он приблизился на расстояние вытянутой руки, жалкого вида мужчина открыл глаза и уставился на него. Тогда клинок понял, что перед ним не какой-то демон, а Принц Пятого Круга. Клинок оказался полностью парализован, скованный эмоцией, которую он редко испытывал за всё своё существование: печалью.