В ту ночь маг так и не предприняла ничего против него, хотя он был совершенно уверен: она больше не спала, даже когда закрывала глаза и лежала неподвижно. Что она увидела? — гадал Эбеновый Клинок, мысленно коря себя за то, что слишком сосредоточился на владельце, а не на самой женщине.
Утром проблема прояснилась: она снова вернула разговор к клинку, несмотря на все попытки Иварра говорить о чём угодно, только не об этом. — Он опасен, — настаивала она в какой-то момент, после того как он спросил, почему она никак не оставит эту тему.
— Ты уже говорила это, но так и не сказала, в чём именно опасность, — настаивал его владелец. — Я же говорил тебе. Он не сделал меня злым и не пробудил жажду крови. Он не…
— Пока, — отрезала она. — Пока не сделал ничего из этого, но может сделать в любой момент. В нём заключена сила, которую я не до конца понимаю, но она огромна — больше, чем должен вмещать любой гекс-клинок. Больше, чем способна вместить любая душа!
Несколько минут она объясняла, какой всплеск силы увидела прошлой ночью в нём, а когда закончила, его владелец молча сидел, переваривая услышанное. Эбеновый Клинок чувствовал, как среди уже поселившейся в нём растерянности поднимается страх. Сомнения начинали пускать ростки.
Ты знаешь, о чём она говорит? Наконец мысленно спросил он клинок. Я знаю, в тебе есть сила. Я чувствую её, когда ты меня исцеляешь, но—
Магия зеркала взаимодействовала с моей, когда мы уничтожили его, — быстро ответил клинок. Это увеличило мою силу, но не так, чтобы я счёл это чем-то из ряда вон выходящим. То же самое произошло с гекс-клинком Элома. Когда он соприкоснулся со мной, эти магии тоже смешались.
Первое, хоть и не было совсем ложью, определённо не было всей правдой, но клинок не считал, что обязан кому-либо, даже своему владельцу, всей правдой в этой ситуации. Молодой человек был настолько напряжён, насколько только возможно, и вся правда наверняка бы это усугубила. Я пожрал души твоего друга и нескольких замученных провидиц, чтобы открыть Путь Крови и ещё больше усилить свою жестокость.
Такой ответ привёл бы к тому, что клинок был бы позорно погребён до скончания веков, именно поэтому он добавил последнее замечание. Хотя Иварр пережил чувство вины за смерть Элома и она больше не мучила его ежедневно, упоминания имени покойного было достаточно, чтобы заставить Иварра в ужасе отшатнуться.
Послание было невысказанным, но очевидным. Быть может, я зол, а быть может, и нет, но ты — убийца.
— Я… я не волнуюсь, — наконец сказал его владелец. — Я не чувствую в нём тьмы, только силу.
Они ещё немного поспорили об этом, но в конце концов сошлись лишь на том, что волшебница сможет изучить его после того как они похоронят мёртвых и вернут осколок зеркала в её башню, чтобы другие могли изучить их.
— А как же гробница? — спросил Иварр после того как они свернули лагерь. — Мы что, так и оставим её? Если кто-то туда войдёт, кто знает, что он разбудит в этом саркофаге.
— Это, по крайней мере, дельное замечание, — согласилась волшебница. Они вдвоём снова вошли внутрь, закрыли и запечатали дверь как могли, и она несколько минут накладывала иллюзию на всю заднюю стену.
Было интересно наблюдать, как магия сливалась воедино, пока она напевала заклинание. Несколько минут это был лишь едва заметный контур иллюзии, всего лишь намёк на каменную стену, а затем вдруг всё разом встало на свои места. Одно мгновение — бесплотные контуры с искорками света, плывущими между ними, словно светлячки, а в следующее — грязная каменная стена, и не осталось ни следа того, что гробница когда-либо существовала. — Она продержится недолго, но даст нам время, необходимое, чтобы вернуться лучше подготовленными, — объяснила она.
Иварра беспокоило, что именно означало «недолго» и как сильно им придётся спешить, но, как оказалось, ответ волшебницы удивил их обоих. — Пройдёт не меньше года, прежде чем она начнёт рассеиваться. Возможно, два, если её не тревожить, и, возможно, всего сезон, если гоблины снова наводнят это место.
У эльфов своеобразное восприятие времени, — прошептал клинок своему хозяину в момент мрачного юмора. Иварр ничего не сказал, но и не нужно было. Клинку просто нужно было напоминать юноше при каждом удобном случае, что Альтария — не прекрасная юная дева. Она — бессмертная, коварная волшебница.
Впрочем, после этого разговора их больше ничего не держало, и двое оставшихся членов их отряда вместе со своим тяжёлым грузом двинулись через долину. Обычно добраться до гребня на той стороне за один день, а затем спуститься обратно в Калраку за два не составляло труда. Однако сейчас до этой цели было не меньше недели пути, и они были вынуждены провести ещё одну ночь в лесу.
Клинок весь день надеялся, что им попадётся большая шайка орков. Позволить ей погибнуть, задержав или отвлекши Иварра, было бы самым простым способом решить эту проблему. Ему не нужно было сохранять ей жизнь, чтобы получить её знания. Он мог просто украсть её душу, а затем задать правильный вопрос. Он получил бы от неё куда больше, чем от остальных членов её маленькой группы.
К сожалению, мир не пошёл навстречу, и ему пришлось довольствоваться тем, чтобы лить яд в уши своему хозяину, пока тот спал.Ей нельзя доверять. Она просто использует тебя для достижения собственных целей. Тебе никогда не понять того, кто будет жить тысячу лет.
Попали ли слова в цель, он не мог сказать, но утром между ними, казалось, росло отчуждение. Прошлой ночью близости больше не было, и если его усилия принесли плоды, то, хочется надеяться, впредь её не будет. Оружие знало, как легко его нынешнего хозяина можно водить за нос подобными вещами. Хотя Иварр был не настолько плох, как Гар-лок, он достаточно легко отвлекался на красивых женщин.
Той ночью их не настигла ни одна засада, и они вдвоём ели тёплый жареный хлеб в неловком молчании, пока магиня пыталась найти предлог, чтобы снова заговорить о клинке, а его владелец старался говорить о чём угодно, но не об этом. И всё же, несмотря на это тихое утро, именно тут их удача наконец иссякла.
Клинок провёл эту скудную трапезу в надежде, что её запах привлечёт какую-нибудь дичь. Когда они залили угли костра и начали собираться, его надежды наконец оправдались: из глубины леса к северу послышались звуки приближающихся орков. Он немедленно предупредил Иварра, но только потому, что оружие хотело, чтобы его владелец доверял ему так же, как воздуху, которым дышит.
— Я всегда буду рядом с тобой, — беззвучно прошептало оно. — Я и никто другой.
— Они идут! — крикнул Иварр, обнажая меч.
— Кто? Откуда ты знаешь? — успела усомниться магиня, прежде чем полдюжины орков прорвались сквозь листву, словно стена из плоти.
Клинок счёл это идеальным. Иварр, возможно, и выживет, но их было слишком много, чтобы он мог защитить и себя, и эльфийку. Оно протянуло свою Ауру Голода, чтобы начать пожирать их всех, пока четыре монстра окружили его владельца, а ещё двое рванули вперёд, чтобы сотворить что-то ужасное со светловолосой магиней. Клинок в тот момент пустил бы слюни, будь у него рот. Как бы он ни хотел убить её сам, он хотел её смерти ещё сильнее, и у неё определённо не было времени сотворить заклинание.
+3 жизненной силы+3 жизненной силы+7 жизненной силы+3 жизненной силы
К сожалению, у неё, кажется, был ещё один трюк, буквально из рукава. В тот самый момент, как массивные зелёные шкуры бросились на неё, она достала стеклянную сферу, казавшуюся полной голубых светлячков, из какого-то внутреннего кармана и разбила её о землю между собой и монстрами, жаждущими разорвать её на куски.
— Альтария! — крикнул Иварр. — Держись, я иду к тебе! — но он ничего не мог поделать. Он даже не мог отвести глаз от своих текущих врагов. Ведь его тёмный клинок сверкал, парируя и блокируя удары противников.
+29 жизненной силы
Даже первый удар, который нанёс его владелец в отчаянной попытке парировать, стал широким одноручным рубящим ударом поперёк тела, который клинок едва заметил. Он даже не почувствовал, как мышцы и внутренности расступаются под его остриём. Он был слишком занят, наблюдая за магиней и её отчаянной защитой или атакой; в этот момент он не был до конца уверен, чем должно было оказаться это световое шоу.
Эбеновый Клинок ожидал, что это нечто убьёт их немедленно, но удивился, когда облако жужжащего света полетело к ней и начало вращаться вокруг неё, словно падающие звёзды. Это было прекрасное зрелище, но красота — не очень хорошая броня, и, какой бы сверкающей ни казалась её странная броня, он был почти уверен, что она разлетится вдребезги от одного удара огромным каменным топором орка.
+7 жизненной силы+3 жизненной силы+3 жизненной силы+3 жизненной силы+4 жизненной силы
Когда первый из них замахнулся на неё дубиной, она даже не попыталась уклониться. Вместо этого она подняла руки и начала танцевать. Огни танцевали вместе с ней, и все они слетелись к этому одному месту, сгустившись из двух десятков точек света в некое подобие облака. Дубина взмахнула со слышимым свистом, но, когда она замедлилась и остановилась на подушке мерцающих огней, не раздалось ни звука. Несколько огней погасло, но не все.
+26 жизненной силы
— Она купила себе несколько секунд, — сказал он себе, пока и его владелец, и магиня сражались за свои жизни, — но не больше.