Глава 250: Постарайся не отставать
Фиолетовые глаза встретились с глубокими чёрными, когда Ашер спокойно посмотрел на только что прибывшего Талрика.
Талрик, почувствовав на себе немигающий взгляд, повернулся, чтобы встретиться глазами с братом. Ашер стоял рядом с ним, молчаливый и нечитаемый. Казалось, два брата застыли в противостоянии воль, битве взглядов, не произнося ни слова и не позволяя друг другу даже проблеска превосходства.
«Что он здесь делает?» — подумал Ашер, его острый взгляд на мгновение скользнул к Талрику. Но он быстро отбросил эту мысль — сейчас было не время для вопросов. Дорис всё ещё стояла перед ним, его битва ещё не закончилась.
— Ты выглядишь жалко, Ашер, — губы Талрика мягко разомкнулись, когда он заговорил, его голос нёс в себе спокойное безразличие того, кто не обязан ничего объяснять. Он не предпринимал попыток оправдать своё внезапное появление — ему это было не нужно. Его присутствие само по себе имело достаточно смысла.
Ашер просто уставился на Талрика на одно лишнее мгновение, затем отвёл взгляд. Его внимание вернулось к Дорис, которая теперь стояла и молча наблюдала за воссоединением. Её холодные глаза не выдавали никаких эмоций, лишь слабое веселье.
«Похоже, мне придётся воспользоваться резервами Астры Виреласса», — мрачно подумал про себя Ашер. Это была третья способность Виреласса, известная как [Астральная Вуаль]. Эта способность позволяла Вирелассу сохранять до тридцати процентов текущих резервов Астры Ашера для последующего использования.
Одной лишь мыслью Ашер приказал Вирелассу высвободить накопленную энергию. Всплеск энергии вырвался наружу, когда Астра хлынула в вены Ашера, словно волны расплавленного света. Хотя это было только тридцать процентов от его полного резерва, это было лучше, чем ничего, и Ашер брал любое преимущество, которое мог получить.
— Великолепно. Ещё один отпрыск старой знати, — голос Дорис пронзил его мысли, холодный и насмешливый.
Ашер не был удивлён её словами. В конце концов, она была известна своим извращённым чувством юмора и жестокостью. Талрик, с другой стороны, просто смотрел на неё в лёгком замешательстве, хотя его выражение выдавало слабый оттенок презрения.
— Отойди. Я справлюсь с ней сам, — спокойно сказал Талрик, его тон нёс в себе тихую властность. Лёд, расползавшийся под его ногами, трескался и распадался, не в силах заморозить его в своих вечных оковах.
Ашер ответил не сразу. Он не собирался отступать от битвы, которую начал. Дорис была его противницей, какой бы сильной она ни была и как бы мало ни делали его атаки до сих пор. Он всё ещё мог поддерживать Талрика, создавать возможности и заставить её истечь кровью, хотя бы немного.
— Ты не можешь просто украсть мою добычу и велеть мне отойти в сторону, — наконец ответил Ашер, его тон был спокоен, но остр, как клинок. — Это ты должен просить разрешения, чтобы вообще вступить в этот бой, Талрик.
Талрик перевёл взгляд с Дорис обратно на Ашера. Затем, с лёгким выдохом, покачал головой, словно признавая тщетность спора. Его сабля, которая легко парила в воздухе, грациозно опустилась в его ожидающую ладонь.
— Тогда постарайся не отставать, — тихо сказал он.
И с этим Талрик сделал один шаг вперёд и исчез. Лёд под ним разлетелся на осколки, взорвавшись наружу от чистого давления его движения. В одно мгновение он уже был над Дорис. Его сабля рассекла воздух, направляясь к её шее, достаточно быстро, чтобы превратиться в размытую полосу серебряного света.
Дорис отреагировала мгновенно. Даже не дрогнув, её катана взметнулась вверх, рассекая воздух, чтобы встретить его саблю на полпути. Столкновение двух видов оружия разорвало тишину, взрывная волна силы разошлась наружу, разрывая воздух и иней.
Два клинка снова и снова сталкивались, каждый удар был тяжёл от смертоносной точности.
Ашер глубоко вздохнул, наблюдая за разворачивающейся дуэлью. Затем, медленно выдохнув, он двинулся. Не теряя ни секунды, он шагнул вперёд и полностью исчез, используя технику движения, которую когда-то скопировал у Хиллари во время своего Истинного Пробуждения.
В мерцании фиолетового света его форма появилась рядом с Дорис. Его тело и рапира были окутаны раскалённой фиолетовой молнией, потрескивающая энергия освещала поле битвы полосами хаоса. Он нанёс удар вперёд, целясь прямо в сердце Дорис сбоку.
Впервые невозмутимое выражение Дорис изменилось. Её глаза слегка расширились, когда она повернулась. В тот же миг она резким парированием отклонила саблю Талрика и взмахнула своей катаной, чтобы перехватить выпад Ашера.
С ловкой точностью она наклонила клинок, отведя остриё рапиры Ашера с лязгом металла. Но Талрик был быстрее, чем она ожидала. Его сабля снова размылась, на этот раз слабо светясь серым, когда энергия распада хлынула вдоль её лезвия.
Глаза Дорис сверкнули тревогой. Она подняла руку и призвала свой лёд. Кристаллическая стена выросла перед ней, сверкая, словно полированное стекло. Но Талрик уже предвидел этот ход. Его сабля, пропитанная распадом, пронзила стену, словно разрезая шёлк. Лёд мгновенно разлетелся, рассыпаясь на осколки, которые распались в туман, прежде чем успеть упасть.
Яростный взрыв последовал за этим, ударная волна швырнула Дорис вперёд. Она проскользила по растресканной земле, её ботинки заскрежетали по льду.
Ашер не упустил возможности. Астра снова пульсировала из его вен, когда он плавно перешёл ко второй технике, которую скопировал у Хиллари.
В одно мгновение он поднял рапиру к небу и полоснул. Молния и Астра подчинились его воле, словно связанные божественным приказом. Сотни фиолетовых серповидных атак материализовались в воздухе, каждая пылала сияющим безумием.
Буря обрушилась на Дорис с катастрофической силой.
Дорис глубоко нахмурилась, её лицо омрачилось сиянием надвигающегося разрушения. Её тело размылось в призрачное движение. Она взмахнула своей катаной ослепительной дугой, энергия льда покрыла её длину. Первая волна атак встретила её клинок и разлетелась, взрываясь ливнями потрескивающей молнии.
Но остальные поразили цель.
Взрывы разорвали замёрзшее поле боя, когда десятки энергетических серпов столкнулись с её формой. Удар высвободил потоки жара и холода одновременно, огонь и мороз пожирали друг друга в бесконечном танце уничтожения.
Некогда безмятежный ландшафт превратился в водоворот хаоса. Пыль и дым спиралью взвились к небу, неистово закручиваясь, когда земля дрожала под их ногами. Пар шипел из разорванного льда, смешиваясь с жуткой синей энергией распада, исходившей от ударов Талрика.
Ашер стоял посреди всего этого, его дыхание было тяжёлым, рапира тихо гудела в его руке. Его молния всё ещё полыхала, раскрашивая воздух полосами фиолетового сияния. Напротив него Талрик оставался спокоен, его сабля без усилий застыла на боку.
Дорис вышла из бури, иней цеплялся за её форму, её выражение было нечитаемым. Воздух вокруг неё исказился от столкновения экстремального жара и холода, остатки её ледяной ауры мерцали, словно умирающие угли.
Ни одна сторона не заговорила.
Сам воздух казался тяжёлым, плотным от напряжения и силы. Молния слабо потрескивала вокруг тела Ашера, в то время как аура Талрика пульсировала серой энергией распада, разъедая даже иней под его ботинками. Катана Дорис сверкала, по её длине пробежали мелкие трещины от предыдущих ударов, хотя её хватка на оружии оставалась устойчивой.
Казалось, на мимолётное мгновение, что битва может никогда не закончиться.
Жар и мороз, молния и распад — всё переплелось, пожирая воздух, землю и саму суть долины. Поле боя дрожало под их совокупной мощью, каждый вздох был отягощён разрушением.
Пыль, пар и хаотическая энергия застыли в воздухе, отказываясь рассеиваться, словно даже сам мир не осмеливался вмешиваться в то, что должно было случиться дальше.