Глава 661: Разговор отца и сына (Часть 2)
Ашер начал с самого начала, с момента вступительных экзаменов в Звёздную Академию. Он ничего не утаил — скрывать или приукрашивать было попросту нечего. Как и в случае с Малриком, он использовал стихию Света, чтобы создать для Азерона иллюзию, позволив отцу воочию наблюдать за всем так, словно тот лично присутствовал при каждом событии.
Азерон периодически задавал вопросы. Его интерес ясно читался и в тоне, и в выражении лица. Время от времени на его губах даже мелькала усмешка... впрочем, лишь во время боёв. Он не мог не поражаться тому, насколько абсурдным был Ашер: колоссальный разрыв между ожиданиями и реальностью откровенно забавлял его.
Они обсудили апокалипсис, устроенный руками Малрика. Масштаб разрушений заставил даже Азерона на мгновение задуматься. Затем Ашер перешёл к миссиям. Он показал отцу каждое задание, объясняя малейшие детали с лёгкой улыбкой. Казалось, он на миг забыл, с кем именно разговаривает: слова лились свободно и непринуждённо, словно он беседовал со старым знакомым, а не с самим Примархом.
Азерон не мог взять в толк, как Ашер выжил в схватке с убийцей по имени Синий. Сама эта мысль казалась нелогичной даже человеку его уровня. Но когда он спросил об этом, Ашер просто ушёл от ответа. В конце концов, он знал: победа над Синим далась лишь благодаря [Абсолютному Телосложению]. Без него он был бы уже мёртв. Ведь даже для того, чтобы призвать Малрика, требовалось напитать талисман Астрой, что в тот момент было попросту невозможно.
Вскоре они дошли до последней миссии Ашера. Увиденное повергло Азерона в ошеломлённое молчание. Некоторое время он наблюдал за иллюзией боя, не произнося ни слова. Его немигающий взгляд впитывал каждое движение, каждое решение, каждый обмен ударами. Когда иллюзия рассеялась, Азерон помолчал ещё мгновение, а затем внезапно расхохотался.
— ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!! — его смех эхом разнёсся по комнате, казалось, сотрясая сам воздух. — Это полнейшее безумие!
Он хохотал безудержно, в его голосе звучали искреннее веселье и неверие.
Ашер сидел в оцепенении, глядя на смеющегося отца. Хотя тот улыбался и ухмылялся на протяжении всех боевых сцен, и Ашер уже успел к этому привыкнуть, сейчас всё было иначе. Этот смех был куда искреннее и громче.
— Знаешь, раньше я считал Малрика самым абсурдным Варгрейвом в истории, но, похоже, я ошибался с самого начала. Кажется, младший побил рекорд старшего, — с нескрываемым восторгом заявил Азерон. Вся злость, которую он испытывал к самому себе, мгновенно испарилась, без остатка уступив место гордости и азарту.
И хотя он видел всё собственными глазами, победа Ашера над практиком Ступени Развития Сияния Волновой Звезды по-прежнему казалась чем-то сюрреалистичным. Этот подвиг граничил с невозможностью.
— Если бы Дебро с самого начала не недооценил меня, я бы не победил, — просто ответил Ашер, слегка покачав головой.
— Верно. Но люди всё равно проигрывают, даже когда практики Ступени Развития Сияния Волновой Звезды их недооценивают, — ответил Азерон с широкой ухмылкой. Он почти жалел, что не присутствовал там лично, чтобы воочию увидеть это зрелище. — И только подумать, что ты уже создал собственные Техники Рапиры... Похоже, все действительно тебя недооценивали. А ведь ты дважды провалил Истинное Пробуждение.
Азерон покачал головой. Казалось, он просто не мог скрыть переполнявшую его гордость.
Ашер не знал, что ответить, поэтому просто промолчал. Он слабо улыбнулся, позволяя Азерону говорить дальше.
— Знаешь, уже долгое время мне нет равных. Многие враги попросту рассыпаются в прах от одной моей атаки, так что мне постоянно приходится сильно сдерживаться, — заговорил Азерон. Его глаза ярко блеснули, когда он посмотрел на Ашера. — Поэтому я всегда ждал, когда Малрик достигнет моего уровня, чтобы подарить мне настоящий бой. Бой, в котором я пролью кровь, потеряю пару конечностей, сломаю несколько костей... Но ему понадобятся годы, чтобы сравняться со мной в силе.
На его лице появилась улыбка, полная предвкушения.
— Но теперь мне не нужно ждать одного лишь Малрика. Теперь у меня есть и ты. Когда твоя сила возрастёт, ты сможешь бросить мне вызов, или я брошу его тебе — неважно, кто будет инициатором. Важен лишь азарт, само наслаждение битвой. Чёрт возьми, да вы с братом можете напасть на меня одновременно, чтобы было ещё веселее!
Ашер в замешательстве моргнул, гадая, как их разговор принял такой оборот. Он не нашёл слов. Обычно отцы просто гордятся успехами своих детей, но его собственный, похоже, с нетерпением ждал возможности сойтись с ним в настоящем смертельном бою.
«Поистине сумасшедшая семейка», — подумал Ашер. Но в то же время внутри него что-то вспыхнуло — словно побочные эффекты Кровавой Линии Варгрейв вновь давали о себе знать. Он невольно представил себе этот сценарий: он против Азерона. Их битва стала бы легендарной, столкновением, достойным остаться в веках.
На его лице появилась широкая улыбка.
— Буду ждать с нетерпением.
В тот момент, когда Ашер согласился, его чувства уловили резкий скачок давления в воздухе, который тут же исчез. Азерон был просто слишком взбудоражен. Тот, кто не находился на его месте, никогда бы не понял всей глубины этого предвкушения.
— С твоим колоссальным талантом хватит и двух десятилетий, — произнёс Азерон. Его мысли витали где-то далеко, словно он уже видел их будущую схватку.
«Два десятилетия?» — мысленно переспросил Ашер. Для него это казалось огромным сроком, и всё же, несмотря на абсурдный талант сына, Азерон отвёл на это именно двадцать лет. Но стоило понимать, что за эти два десятилетия сам Азерон тоже станет сильнее. Так сможет ли невероятно одарённый Ашер когда-нибудь догнать своего до неприличия могущественного отца?
«Похоже, слухи о том, что старший брат сильнее Отца — ложь, — подумал Ашер. — Или же старший брат просто скрывает свою силу, потому что ему лень с ним сражаться». Его мысли вернулись к полю боя, которое показал ему Малрик, и к заразительной уверенности брата.
— Я хочу кое о чём спросить, — произнёс Азерон, вырываясь из фантазий о битве со своими чудовищно сильными сыновьями.
— О чём же, Отец? — спросил Ашер, глядя на него.
Врать самому себе не имело смысла — он наслаждался моментом. Он никогда раньше так не разговаривал с Азероном, даже прежний Ашер этого не делал. Но теперь всё изменилось. Ашер не мог не заметить, как внутри него шевелится некое незнакомое чувство.
— Почему ты не сказал мне? — спокойно спросил Азерон.
— Не сказал что? — переспросил Ашер. На его лице и в голосе явно читалось недоумение.
— Что Император пытался воздействовать на тебя с помощью Ментальной Манипуляции, — ответил Азерон, встретившись с Ашером взглядом. В этом взгляде читалось выражение, свойственное не Примарху, а скорее... отцу.