Глава 502: Трюк
Звуки встречных кулаков яростно разносились по открытому пространству, пока оба двигались размытыми фантомами послеобразов — слишком быстро, чтобы остальные студенты могли их толком видеть или хотя бы уследить за ними. Их головы лишь дёргались в тех направлениях, откуда доносились резкие, громоподобные звуки столкновений, но всё, что им удавалось заметить, — это разорванные ветровые барьеры и вспоротые воздушные потоки, потому что Ашер и Инструктор Джуд уже исчезали к тому моменту, когда их глаза настраивались, а их скорость росла всё выше и выше с каждым обменом атак, точно два шторма, соперничавших за господство.
Каждая часть их тел становилась смертоносным оружием: кисть, ладонь, ребро ладони, костяшки, кулак, колено, пятка, локоть. Всё это вырывалось наружу со смертельной силой и ужасающей мощью, сталкиваясь друг с другом в безжалостной череде, и каждое движение было расчётливым, точным и беспощадным. Оба двигались, как высшие хищники, не знающие пощады при виде добычи; их инстинкты были заточены до предела, разум очищен от колебаний, а тела текли с холодной, бесчувственной рациональностью, граничившей с механическим совершенством.
Они целились лишь в жизненно важные органы: сердце, глаза, лёгкие, грудь, рёбра, голову, шею. Они не замедлялись ни по какой причине — ни ради наблюдавших студентов и уж точно не для того, чтобы дать противнику хоть малейший шанс угнаться или восстановиться, потому что в настоящем бою один-единственный миг колебания означал смерть, и оба понимали эту истину лучше всех присутствующих.
Бесконечный дождь техник выплёскивался наружу: прямые удары встречались с парированиями, пинки — с уклонами или неуловимыми шагами назад. Джеб наталкивался на блок, хук встречал нырок, колено сталкивалось с локтем. Ни один пока не наносил решающего удара, будто они были равными, запертыми в совершенном равновесии, но Ашер не был настолько глуп, чтобы в это верить, потому что в глубине души он ощущал это — слабый, но неоспоримый разрыв между ними, отказывавшийся исчезать.
Он не смел сдерживаться, ни на волосок, и выплёскивал на этого человека всё, что имел, без остатка, выжимая каждую каплю скорости, силы и мастерства до абсолютного пика, но Инструктор всё равно носил ту же расслабленную ухмылку, когда уклонялся или парировал, а в ответ контратаковал с непринуждённой, но подавляющей эффективностью, заставляя Ашера оставаться в постоянной обороне.
Ашер не колеблясь уклонялся и не смел принимать хоть одну атаку в лоб, потому что знал: один чистый удар от кого-то калибра Джуда мог мгновенно раздробить кости или разорвать органы.
Мир обращался в размытое пятно движения в их глазах, когда они вновь встречались в одной точке пространства, и ветер схлопывался под их мощью, а сам воздух вопил о пощаде; ударные волны расходились наружу, прибивая окружающую пыль, — будто сама реальность с трудом вмещала их.
Не было ни усиления, ни Астры, ни техник, ни способностей, ни показных навыков — лишь чистый, отточенный рукопашный бой, обнажённый до самой фундаментальной и жестокой формы, — тот бой, что проверяет лишь инстинкт, скорость реакции, опыт и грубое мастерство.
Костяшки Инструктора Джуда с воем понеслись в глаз Ашеру, будто он намеревался взорвать их прямо в глазницах, и атака была столь острой, что рассекала воздух надвое; Ашер стремительно ушёл в сторону с ничтожнейшим зазором, но в тот же миг его нога оторвалась от земли и с воем взвилась к челюсти Инструктора Джуда с сокрушительной силой пушечного ядра, и контратака была начата без колебаний.
Инструктор Джуд немедленно отдёрнул руку, и его голова метнулась в сторону, а всё тело перетекло единым бесшовным блоком, уклоняясь, и мышцы его вращались с текучей грацией, уходя Ашеру во фланг; затем его кулак извергся наружу, разрываясь к рёбрам Ашера, будто он намеревался раздавить его органы и кости взрывной, дробящей силой.
Фиолетовые глаза Ашера метнулись к налетающей атаке — спокойные и бритвенно-острые, — и его правая рука двинулась мгновенно, схватив Инструктора Джуда за запястье и используя его как точку опоры; он поднял себя с пути удара с абсурдной ловкостью, и его тело кувыркнулось в воздухе, уклоняясь с изяществом и контролем, казавшимися почти невесомыми.
Голубые глаза Инструктора Джуда отслеживали Ашера, который перетекал над его головой сверху, словно вода, и Ашер, даже не приземлившись, плотно сжал мышцы; его рука оттянулась назад, точно натянутая тетива, вбивая силу и мощь в кулак, прежде чем выбросить его наружу в воздух. Ветер растянулся назад, как тугой батут, и лопнул, когда ударная волна рванулась к телу Инструктора Джуда с яростным давлением.
Инструктор Джуд, видя приближающийся выброс, просто поднял ладонь и небрежным взмахом разбил атаку, будто та была не более чем хрупкими клочками бумаги, и ударная волна безвредно рассеялась вокруг него.
В тот миг, когда Ашер коснулся земли, Инструктор Джуд двинулся и размытой тенью мгновенно сократил дистанцию; его улыбка ширилась, будто он наслаждался происходящим чересчур сильно, и он обрушил шквал из пятидесяти последовательных кулачных атак, и каждая неслась к разным частям тела Ашера с механической точностью и пугающей скоростью.
Глаза Ашера отслеживали каждую из них без промаха; его стойка немедленно изменилась, ноги расставлены, и земля под его ступнями просела от давления. Он направил силу в ноги, затем эта мощь потекла вверх — от ног к поясу и от пояса к рукам, — и он выбросил кулаки наружу, встречая каждую атаку с нелепой лёгкостью и скоростью, а его руки превратились в ничто иное, как эхо и перекрывающиеся размытые полосы движения.
Расселины разрывали открытое пространство, подземные толчки раскатывались наружу, пока их атаки встречались в воздухе снова и снова; пыль вздымалась в небо, окутывая всё густой пеленой, но Ашер и Инструктор Джуд, казалось, ощущали друг друга, невзирая ни на что, — сквозь облако пыли и клубящиеся обломки фиолетовые и белые полосы, врезавшиеся одна в другую, вспыхивали вновь и вновь, пока они двигались змееподобными движениями и непредсказуемыми узорами.
Инструктор Джуд вновь сократил дистанцию, и его кулак рванулся в грудь Ашеру с грохочущей силой ракеты, но прежде чем он достиг цели, рука Ашера метнулась вперёд и швырнула нечто мелкое и сыпучее в глаза Инструктора.
Песок.
Инструктор Джуд заметил его — песчинки были едва ли в секунде от того, чтобы плеснуть в лицо, — но он не отреагировал ни паникой, ни отступлением. Он попросту встретил это в лоб, спокойно закрыв глаза и полностью доверившись остальным чувствам; и даже с исчезнувшим зрением он всё равно атаковал Ашера, и его кулак продолжил путь вперёд с абсолютной уверенностью. Но на этот раз Ашер не уклонился — он просто остался на месте, пристально наблюдая.
Однако прежде чем удар успел достичь цели, часы внезапно зазвенели: пятиминутный таймер истёк, и резкий звон разнёсся по открытому пространству, точно сигнал, вбросивший реальность обратно на место.
И Ашер, и Инструктор Джуд на мгновение замерли в безмолвии, и пыль медленно оседала вокруг них.
— Хороший спарринг, Десятое Солнце, и отличный трюк с песком, — непринуждённо произнёс он, открывая глаза, и та же расслабленная ухмылка вернулась на его лицо. Ашер просто кивнул, ничего не ответив.
Он бросил песок с определённой целью: если бы Инструктор Джуд уклонился в любую сторону, Ашер немедленно воспользовался бы этим раскрытием и развил преимущество. Но, похоже, Ашер был слишком оптимистичен — Инструктор Джуд без усилий раскусил этот манёвр, ведь он был на Ранге Коронованной Звезды отнюдь не просто так и, если уж на то пошло, обладал нелепым объёмом боевого опыта, далеко превосходившим опыт самого Ашера.
Остальные студенты могли лишь смотреть в безмолвном потрясении; их глотки пересохли, а разум изо всех сил пытался переварить только что увиденное. Они сражались с Десятым Солнцем ранее и проиграли, но теперь отчётливо видели, что тогда он сдерживался. Тогда они хотя бы могли разглядеть размытый след или фантом движения, но во время его спарринга с Инструктором они не видели абсолютно ничего — ни размытого следа, ни фантома, ни даже силуэта.
— Ладно, на этом пока всё, давайте начнём урок, — буднично произнёс Инструктор Джуд и немедленно принялся наставлять студентов, будто ничего экстраординарного и не случилось.
Ашер тоже спокойно влился в строй и получил собственные наставления, основанные на только что прошедшем спарринге с Инструктором Джудом, и его разум заново прокручивал каждый обмен, анализируя ошибки и промахи и уже планируя, как стать сильнее.