Благодаря распространению информации через интернет такие термины культивации, как «Стадия Духовного Движения», «Поле Жизни», «духовный камень», «духовная сила» и «духовные органы», возникшие в Институте исследования духовной энергии, уже получили международное признание. Для каждого из них появились соответствующие переводы на разных языках. Даже уровни с первого по десятый внутри Стадии Духовного Движения уже получили более или менее точные описания. Многие аналитики предполагали, что Хуаго, где первоначально была разработана эта система понятий, вероятно, уже опередила остальные страны.
Как и обещал во время переговоров с протоколом, через неделю Бай Мо прибыл в здание Тяньцина, отвечавшее за операции с очками вклада.
— Господин, чем я могу вам помочь? — увидев посетителя, который, судя по всему, пришёл впервые, сотрудник за стойкой подошёл к нему.
— Трудоустройство.
— Прошу прощения, не могли бы вы повторить? Я не совсем расслышал, какую операцию хотите оформить.
— Работа.
— Господин, если вы хотите устроиться на работу, пожалуйста, пройдите в зону ожидания слева.
Сотрудник указал рукой в сторону.
— Ладно, сам найду. Объяснять слишком хлопотно.
В следующий момент раздался грохот.
Воздух вокруг резко содрогнулся, и стоявший перед сотрудником человек исчез.
Оставшиеся свидетели переглянулись, а сотрудник так и продолжал ошеломлённо смотреть на пустое место.
Прибывшие по тревоге охранники быстро связались с центром безопасности.
...
На крыше здания.
— Как думаете, этот мошенник действительно придёт?
— Старики совсем выжили из ума. Неужели они готовы просто так отдать нам такую огромную выгоду, поверив какому-то мошеннику?
— Им давно пора уступить место молодым. Они уже начали стареть не только телом, но и головой.
— Говорят, этот мошенник умеет неплохо пускать пыль в глаза. Какими-то мелкими способностями сумел одурачить Лю Чжэня.
— Лю Фу, твоему деду тоже пора передать тебе своё место.
Несколько человек засмеялись и похлопали по плечу молодого человека в очках с золотой оправой.
— Это эпоха нашей молодёжи. Старики пусть уходят на покой.
— Хуа-гэ, как продвигается подготовка? Даже в Америке уже поднялся переполох. Нам тоже пора идти в ногу со временем.
— В борьбе за власть нам совершенно не сравниться с этой стаей старых лис. Но нужно благодарить прекрасную эпоху, в которой нам больше не требуется ждать среднего возраста, чтобы взять государство под свой контроль. Власть больше не является единственным ответом. Теперь главное — сила.
Мужчина, которого называли Хуа-гэ, говорил с нескрываемой гордостью.
— Этот год — лучший момент для удара. Старики ещё не успеют нас догнать, а благодаря огромной поддержке мы уже все достигли седьмого уровня Стадии Духовного Движения. И нужно ещё поблагодарить бушующий духовный прилив — именно он окончательно увеличил разрыв между нами и ими.
— Благодарить это, благодарить то... Я спрошу только одно: когда начинаем? — стоявший позади крепкий мужчина в костюме уже начинал терять терпение.
— Дунцзы, не торопись. Я знаю, что ты недоволен министром Чэнем и хочешь столкнуть его с должности. Но в древности подобное называлось мятежом. Возможность будет только одна, поэтому всё должно быть подготовлено безупречно.
Хуа Вэньу попытался успокоить собеседника.
— Этот мошенник всего лишь клоун, устроивший дешёвое представление. Меня беспокоит другое: вдруг у стариков есть ещё какие-нибудь козыри? — проанализировал Лю Фу.
— И что могут сделать эти выжившие из ума старики?! — недовольно бросил мужчина в костюме. — Они уже дошли до того, что ищут какого-то мошенника! Чем это отличается от того, как Цинь Шихуан искал эликсир бессмертия?!
— Докладываю! Снизу сообщили, что кто-то пытается подняться сюда. Камеры также зафиксировали неизвестную белую фигуру.
— И правда осмелился сюда сунуться? Как раз кстати. Сегодня я привёл сюда несколько отрядов обладателей способностей, чтобы поискать ресурсы, связанные с культивацией. Пусть схватят этого идиота и притащат его сюда.
— Да, господин Хуа. Я сейчас им сообщу.
— А пока откроем бутылку красного вина и немного повеселимся.
— Точно. Хватит обсуждать стариков и мошенника. Раз уж собрались вместе, надо выпить и поговорить о женщинах.
Лю Фу поправил очки, взял с бокового столика бокал красного вина и слегка покрутил его в руке.
— Не зря тебя называют «джентльменом» и всякими подобными словами. Снова вернулся к своей излюбленной теме. Но мне нравится, ха-ха!
— Ты налил на один бокал меньше.
В голове Хуа Вэньу внезапно прозвучал тихий, призрачный голос.
— Кто?!
— Хуа-гэ, что случилось?
— Мне только что показалось, будто кто-то сказал, что я налил на один бокал меньше.
— Наверное, послышалось.
— Не злоупотребляй ночными развлечениями. Уже организм не выдерживает?
— Не начинай. Моё тело словно из железа. Я без проблем выдержу десять раундов за ночь. Какая ещё слабость?
— Вам всем не послышалось.
На этот раз голос одновременно прозвучал в сознании каждого.
— Прекрати свои фокусы!
Несколько человек одновременно поставили бокалы и высвободили ауру седьмого уровня Стадии Духовного Движения.
— Где те, кто должен был его остановить?!
— Ты имеешь в виду тех, кто лежит снаружи?
Несколько человек вышли из комнаты отдыха на крыше.
Перед дверью ровными рядами лежало больше десяти обезглавленных тел.
Бай Мо не просто убил их. Он ещё и придал каждому телу одну и ту же позу: обеими руками оно держало собственную отрубленную голову.
Хуа Вэньу и остальные уже достигли седьмого уровня Стадии Духовного Движения. Они не сомневались, что при желании могли бы за несколько минут убить всех этих подчинённых.
Но после этого ещё и расставлять трупы подобным образом — на такое они были совершенно не способны.
Услышав весь их план от начала до конца, Бай Мо сразу понял замысел Лю Чжэня и остальных.
Старики хотели воспользоваться его руками, чтобы избавиться от этих молодых наследников, которые уже давно замышляли захват власти.
Увидев, что приведённые ими люди были уничтожены подчистую, они без единого слова бросились в атаку.
Хуа Вэньу мгновенно переместился за спину Бай Мо. Его правая ладонь превратилась в плазму, и ребром ладони он нанёс удар по шее.
Плазменный клинок врезался в Поле Жизни Бай Мо и зашипел.
Но пробивался внутрь лишь с чрезвычайно малой скоростью.
Разумеется, Бай Мо не собирался позволять ему продолжать.
Он резко развернулся и ударил кулаком.
Хуа Вэньу вновь телепортировался, вернувшись в строй совместной защиты троих остальных.
Бай Мо слегка повёл шеей.
Плазменный удар только что прорезал защиту его Поля Жизни, оставив небольшую рану на задней части шеи.
Но та практически мгновенно затянулась.
— Плазменный клинок, телепортация... Неплохие способности. Я постараюсь оставить тебя целиком.
Бай Мо оскалился, обнажив зубы в жуткой улыбке.
— Это чудовище! Оно действительно выдержало прямой удар плазменного клинка!
— Крак... крак...
От тела Лю Фу раздался хруст суставов.
В следующий момент он рванулся вперёд, словно снаряд, и вступил с Бай Мо в чрезвычайно скоростной обмен ударами. Остальные трое некоторое время даже не могли вмешаться.
«Абсолютная скорость у него значительно ниже моей. Но благодаря исключительному контролю над собственным телом он постоянно блокирует мои атаки. И с самого начала боя его глаза словно лишились сознания».
Поскольку противник уступал ему в скорости, Бай Мо мог одновременно наносить удары и собирать информацию.
В голове Хуа Вэньу тем временем стремительно сменялись мысли.
«Лю Фу способен едва поспевать за его скоростью только благодаря режиму рационального мышления в сочетании с ускорением мыслительных процессов. Как вообще сражаться с противником, который превосходит нас и в скорости, и в защите?»
«Эти коварные старики, скорее всего, давно обнаружили наши намерения. Они намеренно показали слабость, заставив нас поверить, будто перед нами всего лишь обычный мошенник. Они специально подтолкнули нас к тому, чтобы мы насмерть сцепились с этим чудовищем».
...
Тем временем Чэн Му в частной беседе с несколькими членами комитета задал вопрос:
— Вы действительно настолько безжалостны, что готовы позволить собственному внуку погибнуть?
— С того момента, как они решили захватить власть, этого внука для меня больше не существует, — ответил Хуа Чанцзян.
Лю Чжэнь тоже ответил предельно прямо:
— Я не отдаю. Они не могут забрать!
Его позиция была совершенно очевидной.
— Моя власть. Тот, кто протянет к ней руку, становится моим врагом не на жизнь, а на смерть.
— Старый Лю, ты отлично разыграл спектакль несколько дней назад. Даже мы поверили, что тебя действительно одурачили этими фокусами. Ты настолько убедительно сыграл образ немощного, трусливого перед смертью старика...