— Я верю, что даже обладатели способностей из Мэйли ничего не могут тебе сделать. Достаточно подняться высоко в небо и вести партизанскую войну. Если намеренно избегать боя, мало кто вообще сможет вступить с тобой в прямое столкновение.
— Похоже, с той стороны всё это сочли большой проблемой.
— Игра в сражение с БОССОМ, которая всколыхнула всю Мэйли. Даже если наша разведывательная сеть там уже почти развалена, по этим следам всё равно можно было добраться до информации о тебе.
Лю Чжэнь говорил спокойно:
— Разве интересно дурачить столько народу?
— Вполне. Живые существа — довольно интересные игрушки.
— Ты сам разве не такой же?
Услышав подобное безумное высказывание, он тоже начал терять самообладание. Психическое расстройство само по себе не так страшно. Страшнее психическое расстройство, за которым стоит сила, способная уничтожить мир.
— Что с тобой произошло за этот год с лишним? Почему ты так сильно изменился?
Ещё до начала сотрудничества с Бай Мо Лю Чжэнь и остальные просмотрели все доступные сведения о нём — от рождения до настоящего времени. Вывод был однозначным: раньше у него были вполне нормальные представления о добре и зле. Он совершенно не походил на нынешнего Бай Мо, который относился к чужим жизням как к траве.
— Если в твоём сознании каждый выглядит так же, как сорняк у дороги, то я думаю, мало кто будет испытывать психологическое давление из-за того, что сорвал пару стеблей. Даже если он знает, что на самом деле эти два стебля — живые существа.
— Подавляющее большинство воспринимает мир прежде всего зрением. Впечатление от внешнего вида уже определяет более восьмидесяти процентов восприятия. Красивое, уродливое, тёмная кожа, жёлтая кожа, белая кожа… Такое разделение основывается на визуальных признаках. А уничтожение чего-то уродливого зачастую не вызывает неприятных ощущений.
Бай Мо не ответил прямо, а лишь привёл аналогию.
— То есть твоя способность изменила твоё зрение, и теперь остальные больше не выглядят для тебя так, как в твоей памяти должен выглядеть «человек»?
— Примерно так.
— Ты уже упоминал об этом раньше, но я не думал, что всё зашло настолько далеко.
— Поэтому я и надеюсь, что твои люди не станут приходить и умирать зря.
Лю Чжэнь лишь усмехнулся, ничего не ответив.
...
— Жестоко наказать убийцу!
— Убийца должен заплатить жизнью!
На третий день после того, как Бай Мо расправился с несколькими людьми, которые замышляли что-то против него, очередная группа явилась к воротам испытательного полигона. Они несли плакаты и растяжки, а позади них шёл оператор с камерой.
— Военная зона! Приближаться запрещено!
Увидев происходящее, размещённые здесь войска немедленно начали вытеснять нарушителей. Уже до такого додумались — устраивать беспорядки прямо перед военными.
— Эй, тот с камерой! Немедленно опусти её!
— Если не прекратите свои действия, мы откроем огонь!
Патрульные громко предупреждали их:
— Возникающие проблемы решаются через закон. Беспорядки ничего не решат. При незаконном проникновении в военную зону мы имеем право открыть огонь на поражение!
— Скучно.
Когда эта группа только приблизилась, Бай Мо уже получил сообщение.
Он взглянул на происходящее пару раз, не придав ему значения, и продолжил заниматься своими делами.
— Мы ошиблись… Сейчас уйдём.
Эти нанятые профессиональные скандалисты сразу заметили вспыхнувшую в глазах солдат жестокость. Те явно отличались от охранников, с которыми им приходилось иметь дело во время прежних инцидентов в больницах. Эти действительно могли открыть огонь.
Когда солдаты начали передёргивать затворы, они в панике поползли прочь, падая и поднимаясь.
Солдаты тоже не хотели стрелять в безоружную толпу до самого последнего момента, поэтому намеренно немного замедлили подготовку оружия, оставив им последний шанс. Бай Мо всё это видел, но ничего не сказал.
— Это вы придумали такую идиотскую идею! Отправить этих скандалистов штурмовать военную зону? Неужели вы действительно считаете, что в этой стране любой вопрос можно решить массовыми беспорядками?
В здании группы специального назначения несколько человек ожесточённо спорили.
— А что ещё делать? Я действительно не вижу хорошего способа разобраться с этим типом… В конце концов, как правило, чем сильнее раздуваешь проблему, тем проще её решить. Как только начинается шум, внимание общества обеспечено, а общественное мнение наверняка заставит их уступить.
— Это может сработать только в зависимости от характера ситуации! А ты просто ищешь смерти!
— Эта черепаха, которой ни до чего нет дела, действительно трудноуловима. Сама по себе не слишком опасна, но целыми днями сидит внутри военной зоны. Даже всё основное оборудование системы очков вклада установлено там… Если атаковать напрямую, это будет равносильно объявлению войны вооружённым силам.
— Зачем так много думать? Мы получили своё положение кулаками. Есть проблема — вместо того чтобы действовать, начинаем рассуждать, как эти слабые существа?
Здоровенный мужчина с развитой мускулатурой громко выкрикнул это.
— Нынешний представитель вооружённых сил — Чэнь Бо, один из трёх гигантов группы специального назначения. Если объявлять войну армии, рано или поздно придётся столкнуться с ним. Ты уверен, что хочешь объясняться с ним кулаками?
Согласно плану, разработанному до начала гражданской войны, прежняя Драконья группа, мастера, привлечённые во время турнира боевых искусств, и обладатели способностей из вооружённых сил в итоге объединились и создали колоссальную структуру — Управление особых боевых сил. Оно отвечало за все вопросы, связанные с обладателями способностей, за исключением исследований.
Из-за сложного состава организации, несмотря на принадлежность к одной из трёх главных сил, внутри неё всё равно сформировалось бесчисленное множество фракций.
Е Цзы представляла прежнюю Драконью группу, Чэнь Бо — вооружённые силы, а Чёрный Ворон — привлечённых специалистов. Эти трое образовали трёхстороннее равновесие сил, а под каждым из них находилось множество мелких группировок.
Что же касается Бай Мо, почти не проявлявшего себя, его давно забыли почти все. Многие даже никогда не слышали имени бывшего заместителя командира Драконьей группы. Лишь небольшая горстка людей на самом верху знала о продемонстрированной им силе, но все предпочитали хранить молчание.
Именно поэтому многие неосведомлённые осмеливались строить против него планы, считая, что он оказался в положении «малыша с золотом в руках» — слишком ценное достояние неизбежно становится источником бед.
— Чэнь Бо… Тогда обойдёмся без этого.
Хотя здоровяк тоже был мастером ближнего боя, уже достигшим Стадии Слияния Поля, он прекрасно понимал, что разрыв между ними всё ещё огромен. Этот человек способен был сражаться на всей территории Мэйли, а ему самому в таком бою пришлось бы постоянно опасаться за жизнь.
— Как же бесит! Он ещё и прикрывается армией, чтобы защищать себя. Обычный мусор, которого можно убить одним ударом, а он при этом занимает такие ценные ресурсы…
Несколько идиотов, совершенно не представлявших, с каким чудовищем связались, продолжали изрыгать самые злые ругательства.
...
— Сестра Е, что вы думаете об их мелких действиях?
В кабинете депутата Жун Цзинъя, занимавшая должность секретаря, стояла за спиной Е Цзы и беседовала с ней.
— Если некоторые слепцы сами ищут смерти, пусть идут. Мы не будем им препятствовать, но и поощрять не станем. По сравнению с управлением страной в целом это всего лишь мелочь.
— Чёрный Ворон, будучи представителем другой расы, не сможет войти в круг высшей власти. Бай Мо отказался от стремления к власти. Значит, из моих конкурентов остался только Чэнь Бо.
Е Цзы продолжала говорить, совершенно не принимая Чэн Му и остальных в расчёт.
— Что делать дальше, чтобы совершить прорыв…
По мере того как она погружалась в размышления, температура вокруг заметно падала.
Жун Цзинъя давно привыкла к подобному. Мысли Е Цзы перескакивали весьма резко: она постоянно переходила к совершенно не связанным между собой вопросам. Кроме того, похоже, она могла ускорять мышление за счёт поглощения тепла из окружающего пространства. Поэтому резкое понижение температуры происходило довольно часто, и для её секретаря это давно стало привычным явлением.