— Вы трое продержались целых три года, что намного превзошло мои ожидания. Но, к сожалению, вы всё равно проиграли.
В глубине северосибирской пустоши текучая масса, похожая на жидкость, разговаривала сама с собой.
— Впрочем, если бы два года назад она не помешала мне, разве потребовалось бы столько времени, чтобы переработать вас…
— Тебе не удастся уничтожить человечество…
Изнутри текучей массы донеслись три слабых голоса.
— Если бы здесь всё ещё находилось то существо, которое два года назад случайно проходило мимо, это действительно было бы невозможно. Но глаза со всей планеты говорят мне, что его больше нет. На этой планете больше нет существ, способных мне противостоять.
— Глаза? Ты даже этих потомков не собираешься оставить в живых?!
Слабые голоса стали ещё более хриплыми.
— Это ваши потомки. Какое мне до них дело? Для меня они всего лишь пища.
— Вы всё ещё не поняли? Я вообще не принадлежу к тому же виду, что и вы. Техника, которую вы трое нашли в руинах, была всего лишь способом обработки пищи, который я намеренно оставил вам.
Будучи уверенным в своей победе, Сакаски больше не считал нужным скрывать некоторые секреты.
— Мы, люди, не проиграем…
Бах! Бах! Бах!
Изнутри текучей массы донеслись три едва слышных взрыва. Понимая, что обречены, трое решили взорвать себя, чтобы не позволить врагу получить от них ещё больше силы.
— Бессмысленный поступок.
Сакаски совершенно не беспокоился из-за их самоуничтожения. Он уже поглотил более девяноста пяти процентов их существования.
После окончательного исчезновения троих пустошь охватил мощнейший всплеск энергии. Его сила была настолько велика, что ощущалась на расстоянии в несколько сотен километров.
— Первое поколение наконец преуспело!
— Наши предки наконец сделали этот шаг.
……
— Наконец-то нам больше не придётся скрываться!
……
Многие представители Кровавой расы, находившиеся в штаб-квартире в глубине снежной пустыни, почувствовали мощную волну, исходившую из места, где трое находились в затворничестве, и искренне возликовали.
На протяжении нескольких столетий Кровавая раса страдала от военного превосходства противников. Будучи долгоживущими существами, они могли лишь постоянно менять место жительства, чтобы не вызывать подозрений у правящих сил.
Вынужденные скрываться за кулисами мировой истории, они наконец дождались собственного весеннего рассвета.
Слишком долгая жизнь и многовековое существование уже заставили большинство из них полностью забыть, что изначально они тоже были всего лишь обычными людьми.
— Все собрались?
Сакаски вскоре прибыл в штаб-квартиру Кровавой расы и обратился к встречавшим его.
— Господин Лунли, большинство уже здесь и ожидают вас. А где господа Батлер и Пас? Почему их ещё нет?
Один из представителей второго поколения Кровавой расы, хорошо знакомый с этой троицей, озадаченно обратился к Сакаски, принявшему внешность одного из них.
Ему показалось странным, что из троих, всегда находившихся в прекрасных отношениях, появился только один.
— Они… больше не придут.
Голос Сакаски прозвучал глухо.
Кровавый сразу почувствовал неладное, но было уже слишком поздно.
В груди «Лунли», которого изображал Сакаски, внезапно образовалась огромная дыра. Из неё хлынула чудовищная сила притяжения, мгновенно поглотившая собеседника.
— Ты не первый Лунли!
Остальные представители Кровавой расы мгновенно поняли происходящее и приготовились атаковать.
— Жалкая пища ещё смеет сопротивляться?
Мощное притяжение, исходившее из чёрной дыры, практически лишило присутствующих возможности сопротивляться.
Особенно сильно им навредило то, что за последние несколько лет большинство представителей Кровавой расы совершили стремительный прорыв и полностью перешли в жидкое состояние. Теперь это стало для них смертным приговором.
— Изначально это была всего лишь техника обработки пищи. Чем глубже вы её осваиваете, тем быстрее умираете. Конечно, и есть вас мне становится приятнее.
При абсолютном подавлении по уровню силы вампиры из штаб-квартиры Кровавой расы вскоре один за другим превратились в часть Сакаски.
— Призыв стихий!
Поглотив запасы пищи, хранившиеся в Сибири, Сакаски стал ещё сильнее и начал призывать к себе всех оставшихся на планете представителей Кровавой расы.
— Бум…
На втором подземном этаже лаборатории Бай Мо занимался объединением содержания «Канона Тысячи Душ», когда внезапно почувствовал сильную вибрацию сверху.
— А-а! Спасите меня!
— Помогите!
Он распространил духовное чувство и обнаружил, что вампиры, находившиеся в тюрьме на первом подземном этаже, — как выращенные экземпляры, так и трое наставников — отчаянно сопротивлялись.
Их тела скручивались и деформировались, словно изнутри наружу пыталось вырваться что-то неизвестное.
— Что происходит?
Бай Мо мгновенно оказался на первом подземном этаже.
— Тело… внутри… что-то… хочет выйти…
Мэри с огромным трудом смогла произнести целую фразу.
— Все, снимите защиту Поля Жизни.
Он не знал, что именно происходит, но решил сначала силой подавить происходящее.
— Бах! Бах!
Едва он договорил, двое уже взорвались. Их участки тела, успевшие полностью перейти в жидкое состояние, отделились от организма и с ужасающей скоростью просочились наружу через мельчайшие щели в тюремных помещениях.
Увидев это, Бай Мо был вынужден создать духовный клон. Тот немедленно отправился преследовать беглецов, отслеживая их движение, тогда как сам Бай Мо телекинезом сковал тела остальных, продолжавшие яростно биться в конвульсиях.
Тем временем в нескольких городах Азиатско-Хуагоской Федерации также произошли подобные случаи.
В большинстве случаев речь шла о чиновниках, стремившихся получить больше силы. Тайными путями они добыли «Бессмертную Плоть» — технику, которую Бай Мо не рекомендовал практиковать, — и начали совершенствовать её самостоятельно.
Даже будучи скованы телекинезом, эти части тел продолжали инстинктивно и отчаянно дёргаться, откликаясь на призыв.
— Похоже, именно проблему, которую тогда почувствовал Оуголас, сегодня наконец прорвало.
Бай Мо быстро вспомнил произошедшее в тот раз.
...
— О? На юге кто-то силой блокирует мой призыв?
Сакаски тоже практически сразу почувствовал сопротивление и усилил мощность притяжения.
Чтобы противостоять всё более сильному притяжению, Бай Мо напрямую активировал систему духовной сети, установленную на испытательном полигоне, и увеличил собственный телекинез ещё в пять раз.
Началось своеобразное перетягивание каната через пространство.
Однако пока двое продолжали сражаться, вампиры, превратившиеся в подобие каната, постепенно начали сдавать.
Постоянное растяжение в противоположных направлениях, действовавшее одновременно изнутри и снаружи, непрерывно истощало их жизненную силу. Какими бы мощными ни были их способности к восстановлению, теперь это не имело никакого значения.
— У противника есть формация. Нет необходимости продолжать тратить силы на призыв.
Благодаря «глазам» на телах других вампиров Сакаски быстро обнаружил этот факт и решил временно прекратить притяжение в данном направлении.
— Фух…
Пережившие бедствие один за другим опустились на пол.
Во время этого перетягивания каната именно они пострадали сильнее всего. Огромная потеря жизненной силы сделала их заметно слабее и измождённее.
Клон Бай Мо всё это время преследовал две стремительно удалявшиеся массы жидкого золота.
У него было немало возможностей остановить их, однако ради того, чтобы найти главного виновника происходящего, он намеренно не стал вмешиваться.
Более двадцати чиновников внезапно погибли, причём причиной смерти во всех случаях стало необъяснимое самовозгорание изнутри.
Некоторые находились в своих кабинетах, другие как раз проводили совещания. Столь странные происшествия, естественно, немедленно привлекли самое пристальное внимание соответствующих ведомств.