Вернувшись домой из штаб-квартиры Драконьей группы, Бай Мо начал анализировать, какие направления усиления ещё доступны ему на текущем этапе.
«Судя по моим наблюдениям за последние полмесяца, интеграция духовных органов в Поле Жизни — процесс, который полностью зависит от времени и накопленного опыта. Только после длительного использования духовный орган по-настоящему срастается с организмом, переставая быть просто функционирующим инородным элементом. Это похоже на титановую кость после пересадки: сначала организм лишь не отторгает её, но лишь спустя долгое время она становится частью тела. Лишь тогда возможно её включение в Поле Жизни. Значит, за короткий срок здесь прогресса не добиться.»
«Физические показатели тоже достигли временного предела. Следующий скачок, вероятно, станет возможен только после того, как мышцы и кости также сольются с Полем Жизни.»
«Что касается внешних средств... Сегодня я весь день просматривал базу данных института и не обнаружил ни одного препарата, способного напрямую увеличить уровень совершенствования. Большинство проектов пока существуют лишь на стадии концепции. Единственное, что уже удалось запустить в производство, — Пилюля Восстановления Ци. Значит, и на исследования института пока рассчитывать бессмысленно.»
«Тогда остаётся то, что находится у меня в руках...»
Он ненадолго задумался.
«Хотя нет. После истории с похищением жёсткого диска я сохранил образцы крови той женщины в красном и её необычного духовного органа. Раз уж в ближайшие дни быстрого способа усилиться всё равно нет, можно провести несколько экспериментов.»
Приняв решение, Бай Мо спустился в морозильное хранилище домашнего подвала и достал законсервированные образцы.
«Не зря я тайно вложил десять миллионов в оборудование лаборатории прямо под домом. Ещё и незаметно вывез часть приборов из загородного исследовательского центра. Теперь проводить эксперименты гораздо удобнее. Не приходится, как во времена изготовления свечей из духовного камня, постоянно опасаться наблюдения и скрывать каждый нестандартный опыт.»
При помощи телекинеза он осторожно извлёк электронный микроскоп из хранилища.
«Только этот прибор обошёлся более чем в миллион. Научные исследования действительно требуют огромных расходов. Но его увеличение пока значительно превосходит возможности моего духовного чувства. Оно позволяет наблюдать процессы практически на атомном уровне, тогда как предел моего восприятия — уровень клеточных органелл, да и то ненадолго. Единственное преимущество духовного чувства — способность воспринимать духовную силу.»
Подготовив оборудование, Бай Мо приступил к исследованию.
— Образец всё ещё жив!
Под электронным микроскопом он с удивлением обнаружил, что серебристые микрочастицы, пролежавшие в заморозке больше месяца, после размораживания вновь начали проявлять слабую активность.
«Это определённо не тепловое движение. Тепловое движение не бывает настолько упорядоченным. Обычные ткани организма не способны сохранять такую жизнеспособность. Неужели это новый вид микроорганизмов?»
Бай Мо начал перебирать в памяти все известные ему биологические знания, однако среди изученных им материалов ничего подобного не встречалось.
Он не остановился и продолжил искать аналогии уже в более ранних воспоминаниях.
И вдруг вспомнил школьный урок биологии.
«Тогда преподаватель рассказывал одну гипотезу происхождения клеточных органелл. Согласно ей, органеллы когда-то были самостоятельными микроорганизмами, вступившими в симбиоз с клеткой-хозяином. Со временем они полностью утратили независимость и превратились в часть клетки.»
«Может быть... то же самое произошло и с той женщиной?»
Воображение Бай Мо сразу заработало.
«Неужели под воздействием духовной энергии органеллы, утратившие самостоятельность миллионы лет назад, вновь начали отделяться?»
«Или всё проще? Подобно тому как мои митохондрии мутировали, превратившись в структуру, способную преобразовывать духовную энергию в духовную силу, у неё изменился какой-то другой тип органелл?»
После этого Бай Мо принялся исследовать образцы клеток кожи, взятые с её тела.
«Ядро... рибосомы... эндоплазматическая сеть... аппарат Гольджи... Всё на месте...»
Внезапно он нахмурился.
«Нет... Одной органеллы не хватает. Лизосом.»
Он быстро проверил соседние клетки и обнаружил одинаковую картину.
Лизосомы отсутствовали во всех без исключения.
«Тогда всё сходится. Серебристые частицы возле сердца и есть её мутировавшие лизосомы. Они покинули клетки, собрались в области сердца и под воздействием духовной энергии объединились в новый духовный орган. Сами серебристые частицы являются своеобразными носителями изменённых гидролитических ферментов.»
«При активации духовной силой эти ферменты высвобождаются наружу в виде серебристого пламени и поражают противника.»
«Теперь становится понятно, почему серебристое пламя настолько разрушительно для живых организмов. Обычные гидролитические ферменты и без того отвечают за механизм самоуничтожения клетки и чрезвычайно эффективно разрушают клеточные структуры. После мутации под воздействием духовной энергии их эффективность возросла ещё сильнее.»
Он замолчал.
«Но даже если я всё это понял... каким образом это поможет моей собственной эволюции? Похоже, все размышления оказались бесполезны.»
Неожиданно в голове вспыхнула новая мысль.
«Подождите... Её клетки наверняка обладают защитой против этих ферментов. Иначе первой жертвой собственного серебристого пламени стала бы она сама.»
Следующая идея появилась почти мгновенно.
«Если ввести этот образец в собственный организм... Возможно ли, что у меня тоже сформируется подобная защита? Или даже появится такая же способность?»
Эта мысль оказалась удивительно навязчивой.
Даже привычная осторожность исследователя, особенно в отношении экспериментов над собственным телом, не смогла полностью подавить любопытство.
«Любопытство и стремление рисковать — вот настоящий источник прогресса.»
Этой фразой Бай Мо попытался убедить самого себя.
Однако в последний момент благоразумие всё же взяло верх.
Он поймал лабораторную белую мышь и ввёл ей раствор, содержащий один процент исследуемого образца, смешанного с физиологическим раствором.
Всё-таки ценность собственной жизни пока перевесила желание немедленно испытать препарат на себе.
Пусть сначала мышь станет испытательным объектом.
Под наблюдением Бай Мо лабораторная мышь, уже успевшая немного эволюционировать в насыщенной духовной энергией среде, практически сразу после инъекции вступила во внутреннюю войну.
Мутировавшие лизосомы начали агрессивно конфликтовать с клетками организма.
Тело мыши превратилось в настоящее поле боя.
С одной стороны находилось ничтожное по численности войско мутировавших лизосом, обладавших колоссальной разрушительной силой против клеток.
С другой — обычные клетки организма, превосходившие противника в миллионы раз числом, но почти полностью уступавшие ему по эффективности.
Используя духовное чувство, Бай Мо наблюдал за этой микроскопической войной.
Мутировавшие лизосомы непрерывно выделяли усовершенствованные гидролитические ферменты, сдерживая бесконечный поток клеток организма.
Клетки мыши практически ценой собственного существования останавливали продвижение этих ферментов и массово разрушались.
Одновременно сами мутировавшие лизосомы постепенно уменьшались в размерах, расходуя свои ресурсы на непрерывный синтез ферментов.
Сначала Бай Мо решил, что всё закончится обычным взаимным истощением.
Но реальность вновь превзошла его ожидания.
После потери огромного количества клеток организм мыши, словно осознав, что запасов веществ для создания новых клеток почти не осталось, начал экстренную адаптацию.
Это напомнило Бай Мо собственную эволюцию на гавайском побережье, когда из-за нехватки кислорода под воздействием духовной энергии у него сформировалась кожа, способная участвовать в дыхании.
Теперь же потерявшая сознание мышь, испытывая острую нехватку ресурсов, заставила свои фагоциты эволюционировать.
Они приобрели новую структуру, позволявшую практически мгновенно перерабатывать разрушенные клетки и повторно использовать их вещества.
Обычные фагоциты и раньше занимались утилизацией погибших клеток, однако делали это сравнительно медленно.
Новая разновидность клеток действовала совершенно иначе.
Скорость переработки стала почти такой же, как у роев инопланетных насекомых из фантастических романов: только что поглощённые ткани мгновенно превращались в материалы для построения новых клеток.
«Это уже больше похоже на материнское гнездо зергов... Мгновенная переработка трупов и столь же мгновенное производство новых войск.»