Бай Мо сидел на северном краю линии обороны, словно происходящее его совершенно не касалось, и при помощи духовного чувства неспешно наблюдал за звериной волной, несущейся на позиции защитников. Пока мутировавшие существа не приближались к нему ближе чем на двадцать метров, он не собирался вмешиваться.
Однако высадившиеся мутанты всё ещё руководствовались почти исключительно животными инстинктами. Вернее, обезумев от голода, они утратили даже простейшую способность различать силу противника и без разбора бросались на всё, что казалось съедобным. Внутри самой орды то и дело вспыхивали схватки, во время которых твари пожирали друг друга.
Поскольку фронт наступления звериной волны значительно превосходил по ширине линию обороны, на её фланги обрушилось огромное давление. Защитники начали постепенно перестраиваться: прямая линия медленно изгибалась дугой, чтобы уравновесить натиск с обеих сторон.
— Скорее внутрь! — крикнул один из солдат, получив приказ перестраивать строй. Он всё же решил предупредить Бай Мо. Но тот, казалось, не обратил внимания.
Лишь спустя несколько секунд Бай Мо отвлёкся от своих размышлений и обнаружил, что из-за перестроения обороны оказался уже не у северного крыла прямой линии, а снаружи новой дугообразной позиции. Он неторопливо направился к новому рубежу.
К этому моменту бесчисленные мутировавшие существа уже прорвались через плотный огонь с фланга и приблизились к границе обороны примерно на тридцать метров.
Тем временем оба крыла продолжали организованно смыкаться, постепенно превращая оборонительную линию в круговой строй.
«Разница в численности слишком велика. Кроме того, площадь поражения у этих существ намного меньше, чем у человека. Попасть пулей в стоящего противника и в краба, ползущего по земле, — совершенно разные задачи».
Пока Бай Мо спокойно шёл к укреплениям, авангард звериной волны уже обогнал его, и он оказался посреди бескрайнего моря мутировавших существ. Однако он стоял среди этого потока, словно несокрушимая скала.
Нет, сравнение было неточным.
Скорее он напоминал гигантский ластик из графического редактора: где бы он ни проходил, всё вокруг мгновенно исчезало.
В радиусе двадцати метров от Бай Мо не оставалось ни одного живого мутанта. Под действием телекинеза их тела взрывались изнутри, а уже мёртвые туши силой телекинеза отбрасывались далеко в стороны, оставляя после себя идеально чистый круг.
Повсюду разлетались панцири взорвавшихся крабов, а обезглавленные тела мутировавших креветок время от времени перелетали через укрепления. Солдаты северного участка, которых до этого подавляло огромное численное превосходство противника, при виде этой настоящей мясорубки вновь воспрянули духом.
Бай Мо небрежно поднял телекинезом одного мутировавшего краба и принялся внимательно его изучать.
В радиусе двадцати метров вокруг него простиралась настоящая зона смерти для любых мутировавших существ.
Преследовать остальных он не собирался. После недавней массовой бойни с мутантами подобная однообразная работа ему уже наскучила.
— Прочность панциря действительно увеличилась, но этим всё и ограничивается, — сделал он предварительный вывод, сравнив увиденное со своими воспоминаниями о самых обычных крабах. — Интересно, что произойдёт с ними в условиях сильной радиации и высокой концентрации духовной энергии.
Чтобы проверить свою гипотезу, Бай Мо захватил несколько мутировавших существ и направился обратно к эпицентру ядерного взрыва.
К этому времени множество прорвавшихся мутантов уже проникло в город.
— Похоже, проверять ничего не придётся.
Он одним движением раздавил телекинезом несколько существ, которых собирался использовать как образцы, после чего налегке двинулся обратно в город.
— Господин!
Солдат, ранее звавший его за линию обороны, поспешил окликнуть его.
— У нас здесь очень тяжёлая ситуация. Не могли бы вы пока не уходить?
Несколько рот своими глазами видели происходящее. Любое мутировавшее существо, приблизившееся к Бай Мо ближе двадцати метров, мгновенно взрывалось. При этом он даже пальцем не шевелил.
— Раз уж ты только что пытался затащить меня за линию обороны, я помогу вам. Тридцать секунд, — сказал Бай Мо, указывая на того самого солдата.
— Тридцать секунд? Что вы имеете в виду?
— Прекратите огонь на тридцать секунд. За это время я уничтожу всех мутировавших существ в этом районе.
— Господин... Вы ведь не шутите? — спросил командир роты, одновременно отдавая приказ своим бойцам начать отход.
— Верить или нет — твоё дело. Даю десять секунд на решение.
Объяснять что-либо Бай Мо не собирался.
— Хорошо!
Вспомнив только что увиденное, офицер решил рискнуть.
— Первой, второй и третьей ротам прекратить огонь! Полный отход!
Даже соглашаясь, он предусмотрел запасной вариант. Если Бай Мо потерпит неудачу, подразделения успеют отойти на безопасную дистанцию и заново организовать оборону.
Бай Мо молча кивнул офицеру, затем повернулся лицом к звериной волне.
В следующее мгновение он рванул вперёд со скоростью свыше ста пятидесяти метров в секунду.
Подобно тому как Моисей разделил Красное море, Бай Мо врезался в море мутировавших существ и рассёк его надвое.
Посреди орды мгновенно возник коридор шириной около сорока метров. Всё, что попадалось ему на пути, либо взрывалось изнутри, либо телекинезом отбрасывалось далеко в стороны.
Всего за десять секунд он прорвался сквозь звериную волну глубиной более километра.
Затем, оставаясь в пределах участка, где прекратили огонь, он продолжил носиться из стороны в сторону. Лишь изредка приходилось уклоняться от авиабомб, падавших с неба. Во всём остальном он без всяких опасений метался зигзагами, уничтожая всё перед собой. Скорость передвижения мутантов для него практически не имела значения.
Ещё через десять секунд все передовые ряды звериной волны были буквально срезаны.
Разгорячившись, Бай Мо даже попытался с помощью телекинеза управлять потоками воздуха, чтобы создать настоящий смерч.
К сожалению, точности управления пока не хватало. Получался лишь мощный прямолинейный шквал, совершенно не способный менять направление.
«И всё же по способности расчищать поле боя я сильно уступаю Е Цзы и Чэнь Бо. Е Цзы достаточно применить один приём — и вокруг сразу наступает настоящий ледниковый период, после которого почти никто не способен двигаться. А Чэнь Бо может развернуть область нагрева радиусом более ста метров — и получится бесконечное количество жареных морепродуктов. Радиус моего телекинеза чуть больше двадцати метров. Единственное преимущество — его универсальность».
Бай Мо даже не подумал о том, что для подобной атаки Е Цзы приходится полностью исчерпывать всю духовную силу. Он лишь спокойно сравнивал способности.
— Опять не получилось.
Он с досадой рассеял непослушный воздушный поток.
Череда неудач заметно раздражала его.
Поэтому он просто остался посреди звериной орды и снова и снова тренировался управлять воздухом.
Постепенно Бай Мо совершенно забыл о своём обещании ограничиться тридцатью секундами. Продолжая бесконечные попытки создать смерч, он почти машинально расчищал звериную волну вокруг себя.
Весть о данном им обещании быстро распространилась от северных рот всё дальше на юг, а зона, которую он очищал, становилась всё шире.
Один-единственный Бай Мо, сам того не замечая, сдерживал участок звериной волны шириной почти в два километра.
Он непрерывно метался вдоль дугообразной линии фронта, словно автомобильный стеклоочиститель, раз за разом сметая накатывающий поток. При этом почти всё его внимание было сосредоточено исключительно на попытках сформировать смерч.
Всё больше солдат видели, как один-единственный воин обращает вспять наступавшую звериную волну. Потрясённые увиденным, многие даже прекратили стрелять, опасаясь, что плотный заградительный огонь случайно заденет их героя.