— Хорошо, что я заранее срезал скальпелем кусок плоти, к которому она была прикреплена. Без этого источника энергии у структуры больше нет возможности сбежать. Иначе пришлось бы постоянно удерживать её телекинезом, а это было бы слишком хлопотно.
Бай Мо уже долго размышлял, но так и не нашёл способа разобраться с загадочной тканью, поэтому временно отложил её в сторону.
«А может... попробовать так же, как тогда с мутировавшей лизосомой? Раздробить её и ввести себе?»
После удачного опыта с мутировавшей лизосомой несколько дней назад подобные эксперименты стали приходить ему в голову всякий раз, когда появлялся новый объект для исследования.
Однако он быстро отверг эту мысль.
«Сейчас неподходящий момент. Утром начинается турнир способных, а главное — сегодня должно произойти неизвестное событие, способное угрожать моей безопасности. Если после эксперимента я потеряю сознание и пропущу нужный момент, последствия будут слишком серьёзными».
Он поместил сетчатую структуру в миниатюрную холодильную камеру, встроенную в набор лабораторных инструментов, затем собрал весь багаж.
По его предчувствию, Рим уже перестал быть безопасным местом. Лучше заранее подготовиться: если возникнет опасность, можно будет сразу уйти, не тратя время на поиски вещей.
«Утром всё же предупрежу их. Поверят они или нет — уже их дело».
Несмотря на неопределённость, эти разумные всё-таки были его товарищами по команде и в дальнейшем должны были стать коллегами по Драконьей группе.
Из-за тревоги перед неизвестной угрозой Бай Мо так и не смог уснуть. Всю ночь он анализировал возможные варианты развития событий и мысленно составлял различные планы действий.
«Одна бессонная ночь уже почти не влияет на моё состояние. Лучше использовать это время для размышлений».
В семь пятнадцать утра Бай Мо подошёл к номеру Е Цзы и нажал на звонок.
Дин-дон.
— Кто?
— Бай Мо.
Сонный голос за дверью прозвучал слегка раздражённо:
— Что случилось?
— Срочное дело. Командир Е, можно войти? Такое лучше обсуждать лично.
При помощи духовного чувства Бай Мо видел, что Е Цзы лежала на кровати в тонкой ночной рубашке. Однако это совершенно не вызывало у него каких-либо мыслей.
После слияния духовного чувства с Полем Жизни диапазон воспринимаемого им излучения значительно расширился. Он уже видел далеко не только обычный видимый свет. Хотя Поле Жизни по-прежнему скрывало внутреннее строение организма, огромное количество невидимого для обычного зрения теплового излучения отчётливо воспринималось духовным чувством. Всё тело Е Цзы словно было окутано сиянием.
И не только она.
После изменения восприятия весь окружающий мир стал для Бай Мо невероятно сложным. Каждое существо и каждый предмет испускали собственный спектр излучения. Тепловое излучение, прежде недоступное глазу, полностью изменило привычную картину мира. Вернее сказать, впервые позволило увидеть её такой, какой она была на самом деле.
Последние несколько дней Бай Мо постепенно привыкал к новому восприятию, поэтому ему было совершенно не до подобных отвлекающих мыслей.
Дверь открылась.
Перед ним стояла Е Цзы. Поверх ночной одежды она накинула длинное пальто.
— Входи. Надеюсь, дело действительно срочное.
Вторая половина фразы так и не прозвучала, однако скрытая угроза была вполне очевидна.
— Да.
Бай Мо коротко пересказал события прошедшей ночи, намеренно опустив подробности использования своих способностей.
Выслушав его, Е Цзы неожиданно спросила:
— Так тем самым «убийцей» оказался ты?
— Что ты имеешь в виду?
— Прошлой ночью римский спецназ обнаружил останки того странного существа в переулке. Их способный провёл расследование и установил, что предполагаемый преступник — азиат в белой одежде. После этого они срочно уведомили руководителей азиатских делегаций и попросили обратить внимание на подходящих под описание участников. Но я никак не ожидала, что речь идёт именно о тебе.
— Раз они смогли определить, что подозреваемый — азиат, значит, должны были понять и то, что существо уже находилось под контролем. Неужели они не упомянули об этом в уведомлении?
— Нет. Но там также не было приказа задержать подозреваемого. Они лишь попросили убедить тебя добровольно помочь расследованию. Возможно, им действительно известны эти обстоятельства. Так что ты собираешься делать?
— Я терпеть не могу лишние проблемы.
Е Цзы мгновенно насторожилась.
— Ты собираешься...
— Не волнуйся. Устранять свидетелей я не собираюсь, — спокойно ответил Бай Мо. — К тому же избавиться от тебя было бы совсем непросто. Не так ли, командир Е?
Не дожидаясь ответа, он продолжил:
— Судя по моему предчувствию и сделанным выводам, примерно к полудню в Рим прибудет нечто, способное реально угрожать моей жизни. Я не знаю, что именно это будет. Но предполагаю, что после его появления от города останется не так уж много. Если после этого у римского спецназа ещё найдётся время приглашать меня для «содействия расследованию», тогда я без проблем схожу к ним.
Е Цзы быстро уловила главное.
— Значит, ты пришёл так рано лишь затем, чтобы предупредить меня: Рим больше небезопасен, и лучше как можно скорее покинуть город?
— Вообще-то я собирался прийти ещё ночью. Но решил, что утром будет уместнее.
— Почему ты рассказал обо всём только мне?
— Потому что именно у тебя здесь самый высокий авторитет. Если удастся убедить тебя, остальных уже не придётся обходить по одному. А я, как уже сказал, очень не люблю лишние хлопоты.
Е Цзы нахмурилась.
— И с чего, по-твоему, я должна поверить подобным словам? У тебя ведь нет ни единого реального доказательства. Одни ощущения и выводы.
Бай Мо лишь равнодушно развёл руками.
— Верить или нет — ваше дело. Я просто выполнил то, что считал своим долгом как формальный товарищ по команде, и предупредил вас один раз. Примете это всерьёз или нет — меня не касается. Что до остальных... какое мне вообще дело до их жизни или смерти?
Он направился к двери.
— Если вопросов больше нет, я пойду.
— Подожди. Ты собираешься прямо сейчас покинуть команду и уехать из Рима?
— Нет. Я останусь здесь и лично посмотрю, что именно способно угрожать мне. Если из-за каждого необоснованного предчувствия прятаться, то зачем вообще совершенствоваться? Проще выкопать себе нору и просидеть в ней несколько сотен лет.
Е Цзы окончательно запуталась.
— Тогда зачем ты вообще всё это мне рассказал?
— Просто заранее предупредил. Чтобы потом происходящее не застало вас врасплох.
Произнеся это самым спокойным тоном, Бай Мо добавил:
— Пойду заберу багаж. Командир Е, поступай как считаешь нужным.
— Багаж? Ты настолько уверен, что сегодня что-то случится?
— Мне совсем не хочется потом долго искать свои вещи среди развалин гостиницы. Гораздо проще сразу взять их с собой на турнир. Тем более наших противников я способен уничтожить одной рукой. Да и неизвестно, сколько вообще продлится это соревнование.
С этими словами Бай Мо покинул номер.
Едва он вышел в коридор, как дверь соседнего номера открылась. Жун Цзинъя направлялась на завтрак.
Зная, кто живёт по соседству, она сделала вид, будто ничего необычного не происходит.
— Доброе утро, заместитель командира Бай.
— Доброе.
Оставшаяся в номере Е Цзы услышала их разговор и сразу поняла, что ситуация становится неловкой.
Выходить и что-либо объяснять было бессмысленно.
Не выходить — тоже выглядело странно.
После короткого раздумья она решила сделать вид, что ничего не слышала.