Бай Мо решил больше не размышлять о том, верно ли выбрано направление. Он продолжил использовать духовное чувство вместо обычного зрения.
Он обнаружил, что при работе духовного чувства на пределе возможностей мозгу приходится каждое мгновение обрабатывать колоссальный поток информации. Именно этот информационный шквал не позволял отвлекаться на посторонние мысли.
Ему требовалось огромное количество информации, чтобы заполнить внутреннюю пустоту и перестать мучиться вопросом о правильности выбранного пути.
Так использование духовного чувства из проявления упорства постепенно превратилось в своеобразную анестезию для сознания.
Наступила глубокая зима. Снегопады и ледяной ветер на Украине усилились, однако всё это никак не влияло на Бай Мо, поглощённого совершенствованием.
Поглощающая энергия кожа практически исключала потерю энергии организмом — она лишь непрерывно накапливалась. Единственное, что вызывало у него раздражение, — постоянно оседавший на теле снег. Время от времени приходилось стряхивать его.
«Лежать прямо на аварийном ядерном реакторе и спокойно смотреть в пустоту... весьма необычное удовольствие».
Потянувшись, Бай Мо поднялся на вершине реактора, возвышавшейся более чем на двадцать метров над землёй. Он стряхнул с себя толстый слой снега и ощутил, как вокруг свистит ледяной ветер.
«Жаль только, что я совсем не чувствую холода. Никакой атмосферы вроде "одинокий рыбак в снегах холодной реки"».
«Только спустя три недели непрерывного использования духовного чувства мозг наконец привык к постоянному потоку информации. Теперь я действительно воспринимаю его как полноценный орган чувств. Если бы у меня было ещё несколько таблеток вроде CHP4, сколько времени удалось бы сэкономить...»
«Раньше духовное чувство было для меня всего лишь очками. Теперь же оно стало моими глазами».
«Хотя способ слияния с Полем Жизни я так и не нашёл, зато полностью привык воспринимать окружающий мир напрямую через духовное чувство».
С кошачьей ловкостью Бай Мо перепрыгнул с одной опоры на другую. После четырёх или пяти прыжков он благополучно спустился с более чем двадцатиметровой высоты на землю.
«Если подсчитать время, пора возвращаться и готовиться к конференции одарённых. Хотя, если бы не слишком быстрый прогресс духовной трансформации, из-за которого тело уже начинало испытывать нагрузку, я бы предпочёл остаться здесь. Это место — настоящая святая земля совершенствования. Никто не мешает, а энергия вокруг практически неисчерпаема».
Он сел в машину, припаркованную возле внешней стены станции, ещё раз взглянул на Чернобыльскую АЭС и махнул рукой.
«Память, которую невозможно забыть... ради памяти, которую предстоит забыть. Прощай».
«Интересно, когда я вернусь сюда в следующий раз, останется ли здесь хоть какая-нибудь радиация? Или это место уже превратится в настоящую благословенную землю совершенствования?»
...
Возвращался Бай Мо в феврале.
Всю дорогу бушевала непрекращающаяся метель. Если бы не духовное чувство, позволявшее определять направление, даже GPS оказался бы бесполезен.
Среди снежной бури все стороны света сливались в бесконечную белизну — ослепительную и безысходную. Дороги полностью скрылись под многометровыми сугробами.
Лишь спустя долгое время, измученный дорогой, Бай Мо наконец увидел небольшую деревню.
Все её жители сидели по домам, спасаясь от непогоды.
Только добравшись до города, он вновь встретил прохожих на улицах.
Вернув автомобиль в гостиницу, где арендовал его месяц назад, Бай Мо получил обратно внушительный залог.
После месяца жизни почти как отшельник он снова оказался в роскошном номере пятизвёздочного отеля — символе цивилизации и комфорта.
Стоя под душем и с силой распутывая свалявшиеся волосы, он недовольно пробормотал:
«Целый месяц без душа... Волосы уже спутались. Когда же я достигну уровня, о котором пишут в романах о совершенствовании, когда к телу не пристанет даже лист? Было бы замечательно вообще перестать пачкаться».
...
На следующий день Бай Мо с багажом отправился обратно в Китай.
На этот раз дорога до аэропорта прошла совершенно спокойно.
Никакие бритоголовые больше не пытались его остановить.
Главная причина заключалась в том, что большинство из них всё ещё лежали либо на больничных койках, либо в полицейских участках.
В конце концов Бай Мо обращался с ними как с игрушечными роботами в детстве — весьма грубо и совершенно не заботясь об их сохранности.
...
Вернувшись на родину, Бай Мо получил электронное письмо.
Через два дня ему предписывалось прибыть в штаб-квартиру Драконьей группы для прохождения проверки перед отправлением.
Испытание должно было подтвердить уровень боевой силы каждого участника и определить соответствующие должности, чтобы китайская делегация не потеряла лицо на международной встрече.
«Опять бессмысленные соревнования по демонстрации силы...» — мысленно проворчал Бай Мо.
Пока он размышлял, раздался телефонный звонок.
Звонил Чжан Цзиньцюй.
— Бай Мо, как подготовка? Насколько мне известно, за последние почти два месяца многие серьёзно продвинулись вперёд. Сейчас в команде хватает настоящих талантов. Будь осторожен, иначе даже моя рекомендация не поможет тебе удержать должность заместителя командира, — с улыбкой произнёс Чжан Цзиньцюй.
— Не беспокойтесь, генерал.
— За этот месяц произошло немало событий. Благодаря тебе духовные камни возле вулканов превратились в стратегический ресурс. Теперь все вулканические районы находятся под усиленной военной охраной, а доступ посторонним полностью закрыт. Геологические экспедиции уже ведут разведку месторождений и готовятся к добыче.
— При таком масштабе скрыть информацию было невозможно. Теперь весь мир знает о ценности духовных камней. Особенно напряжённая ситуация сложилась вокруг вулканов, расположенных в спорных приграничных районах.
— Похоже, привлекательность духовных камней действительно велика, — спокойно ответил Бай Мо.
— Не притворяйся, будто не понимал последствий перед тем, как передать свой отчёт! Согласно нашей информации, некоторые небольшие государства уже начали мобилизацию войск ради месторождений у границ. Наши геологи также обнаружили залежи духовных камней на некоторых спорных участках границы. Теперь эти жадные шакалы вцепятся в них ещё сильнее!
— Какая разница, за что сражаться? Раньше спорили из-за нефти, потом — из-за золота, теперь — из-за духовных камней. Когда речь идёт о столь значительной выгоде, государства не склонны уступать друг другу.
— Неужели ты сознательно хочешь увидеть мировой хаос? — спросил Чжан Цзиньцюй.
— Если не будет войны, вам, генерал, будет непросто подняться ещё выше по службе. Всё-таки в мирное время обновление армии происходит крайне медленно, — с лёгкой улыбкой ответил Бай Мо.
Чжан Цзиньцюй явно почувствовал себя неловко и предпочёл сменить тему.
— На конференцию Драконья группа планирует отправить двадцать представителей, ещё десять — от армии. Кто именно будет присутствовать от высшего руководства, узнаешь позже. Встреча состоится в Риме, в Италии. Отправление — через неделю. Думаю, после итогового отбора через два дня твоё имя обязательно окажется в окончательном списке. Ладно, у меня ещё дела. До связи.
— До свидания.
...
Закончив разговор, Бай Мо начал постепенно перестраивать свои движения, используя советы, полученные ранее от Хуа Тайшаня и остальных.
Ему требовалось заново привыкнуть к взрывному росту физических возможностей после завершения духовной трансформации мышц, крови, сухожилий и костей в Чернобыле.
За месяц, проведённый на Украине, благодаря концентрации духовной энергии, более чем в десять раз превосходившей уровень Тяньхая, мощному ядерному излучению и повторной эволюции поглощающей энергия кожи, Бай Мо завершил объём духовной трансформации, на который при обычных условиях потребовался бы целый год.
Его физические показатели достигли предела этого уровня развития.
Оставшаяся духовная трансформация головного мозга и нескольких отдельных органов уже практически не могла значительно усилить его физическое тело.
После слияния поглощающей энергия кожи с Полем Жизни прочность последнего вновь существенно возросла.
Кроме того, Поле Жизни приобрело способность поглощать энергию.
Любая энергетическая атака, попадавшая в него, автоматически ослабевала примерно наполовину ещё до того, как сталкивалась с защитой самого Поля Жизни.
В результате даже обычное огнестрельное оружие вроде пистолетов больше не представляло для Бай Мо серьёзной угрозы.
Последние два дня он полностью посвятил адаптации к резко возросшей силе.
Ему необходимо было научиться точно контролировать каждое движение, чтобы случайно не раздавить стеклянный стакан, просто взяв его в руку.
Одновременно он непрерывно корректировал технику приложения силы, стремясь раскрыть весь скрытый потенциал своего тела.