Ручная граната не взорвалась с ожидаемой от неё силой. Вместо этого она лишь тихо раскрылась, выпустив небольшую руническую оболочку радиусом менее пяти метров.
Чтобы усилить эффект, оболочка начала непрерывно сжиматься, а руны становились всё более плотными.
Оказавшись внутри рунической области, Сакаски вновь оказался сильно ограничен в скорости. Получив немного времени на передышку, остальные быстро принялись обсуждать дальнейшие действия.
Учитывая практически подавляющее превосходство противника в скорости и его пугающую бессмертность, передовой отряд, отправленный для разведки боем, изначально не ставил перед собой задачу уничтожить его.
Почти всё носимое ими наступательное снаряжение предназначалось для ограничения скорости противника, чтобы после завершения сбора данных они могли без потерь отступить.
— Неужели эти примитивные руны способны удержать меня?!
Сакаски даже не стал использовать известные ему из памяти хитрые способы решения проблемы. Он просто грубой силой начал ломать всё, что сковывало его движения, поскольку такой подход занимал даже немного меньше времени.
— Думаю, все уже собрали достаточно данных? — спросила Юэ Юй, руководившая отрядом Азиатско-Хуагoской Федерации.
— В целом да. К счастью, у этого ужасного инопланетного существа нет чего-либо вроде Поля Жизни. Принесённое нами оборудование уже завершило построение его трёхмерной модели. Пора готовиться к отходу.
— А я ещё хотел отрубить ему несколько кусков плоти…
Самурай по имени Чёрная Луна облизнул лезвие своего меча.
— Не обращайте на него внимания. Сбор данных у нас тоже практически завершён.
Человек в маске схватил Чёрную Луну и оттащил назад, не позволяя ему продолжать безумствовать.
— Тогда последний прикрывающий удар оставьте нам. Эй, татуированный парень с гранатами, да, именно ты. Отдай мне все рунические гранаты. Я лично задержу его.
Юэ Юй указала на Айеса.
— Причина?
— Моя способность — телепортация.
— А у меня три из них предназначены для замедления.
После согласия Айеса они мгновенно обменялись снаряжением.
Благодаря быстрой передаче информации посредством ментальной передачи вся группа менее чем за пять секунд завершила все приготовления и уже собиралась отступить.
— Р-р-р!
В следующую секунду Сакаски чистой грубой силой разорвал руническую сеть и вышел через образовавшийся пролом.
— Мелкие насекомые, должен признать…
Он не успел закончить фразу, как очередная руническая граната уже оказалась у него в груди. Остальные стремительно начали отступать, оставив лишь Юэ Юй и другой клон Бай Мо, сменивший прежний клон-приманку.
— Ты не уходишь? — спросила Юэ Юй оставшегося клона.
За прошедшие более двух лет благодаря специальным тренировкам скорость её реакции стала чудовищно высокой. Она словно внешний электрон вокруг ядра, которым являлся Сакаски, мгновенно перемещалась вокруг него, практически случайным образом возникая в любой точке поблизости, а затем рассекала противника плазменным клинком, сформированным духовной техникой.
— Спектакль только начинается. Куда мне уходить?
Бай Мо наблюдал за представлением обеих сторон со стороны.
— Бум! Бум! Бум! Бум! Бум! Бум!
Столкнувшись с такими неуловимыми атаками, Сакаски быстро выбрал правильную тактику — вновь превратился в морского ежа и начал ковровый обстрел!
— Удар молнии!
Юэ Юй, осмелившаяся идти на риск благодаря своей высокой силе, одновременно выдерживала насыщенный лазерный огонь при помощи щита и продолжала применять атакующую духовную технику, создавая мощную электрическую дугу и направляя её на противника.
— Решила играть со мной молниями?
Сакаски передал исполненную презрения ментальную передачу, а его тело вновь изменилось: из формы морского ежа оно превратилось в конструкцию с одним большим шаром в центре и четырьмя маленькими вокруг, напоминавшую осьминога.
— Хм?
Наблюдая, как небо вокруг постепенно затягивается тучами, Юэ Юй почувствовала, что что-то не так, и прекратила атаку.
Тревога внутри становилась всё сильнее. Каждая клетка тела словно требовала немедленно покинуть это место, а не продолжать здесь стоять.
На поверхности большого шара, в который превратился Сакаски, и четырёх маленьких шаров начали вспыхивать электрические дуги. В тучах также засверкали молнии, сопровождаемые раскатами грома.
В этот момент и Юэ Юй, и клон Бай Мо уже поняли, что именно собирался использовать противник…
— Значит, он использует мощное неизвестное излучение, а собственной электроэнергией создаёт затравку, формируя искусственную молнию?
Клон Бай Мо стоял рядом и непрерывно сканировал Сакаски духовным чувством. Между тем настоящее тело в лаборатории уже начало воспроизводить принцип его действия.
Потеря одного клона, содержавшего лишь одну десятую его духовной силы, для Бай Мо ничего не значила. У такого клона не было даже болевой чувствительности. Возможность вплотную соприкоснуться с инопланетной сверхтехнологией выпадала крайне редко, поэтому упускать её он не собирался.
А вот Юэ Юй явно начала нервничать. Она никак не ожидала, что у противника окажется настолько пугающая способность вызывать молнии. Если бы она знала об этом заранее, то ни за что не вызвалась бы прикрывать отход.
Безупречное течение событий на протяжении всего пути заставило её стать чересчур самоуверенной.
— Прямо-таки излучает ауру шарлатана.
— Даже за границей уже появились руны?
— И что с того? Всё равно их просто избивают.
…
Пока предыдущая группа проводила разведку боем против Сакаски, Бай Мо также вёл непрерывную трансляцию при помощи спутника.
К этому моменту число зрителей по всему миру уже превысило пятьсот миллионов. В трансляцию стекались бесчисленные любопытствующие, желавшие увидеть инопланетное существо.
Огромный поток зрителей начал перегружать серверы платформы, поэтому администрации пришлось срочно устанавливать дополнительное оборудование.
— Грозовой шторм?!
— Машина управления погодой?!
Огромные тёмные облака закрыли обзор шпионского спутника. В пределах видимости остались лишь внезапно возникшая сплошная пелена туч и часто вспыхивавшие внутри неё молнии.
У многих пользователей с богатым воображением, вспомнивших предыдущие превращения Сакаски, в голове невольно возникли именно эти два понятия.
— Как вы и хотели, я окончательно прославилась.
Чэнь Си отключила микрофон трансляции и, глядя на бесконечный поток сообщений на экране, беспомощно развела руками.
— Разве это плохо? Сколько людей мечтают о такой популярности.
Бай Мо небрежно отделил одну мысль и продолжил беседу со своей помощницей.
— Хотеть славы — удел тех, кто до безумия мечтает о известности и богатстве. Мне деньги вообще не нужны. Совершенно незачем, подобно тем, кто в шоу-бизнесе, превращать себя в товар и постоянно создавать новости, лишь бы не исчезнуть из заголовков.
Чэнь Си выглядела так, словно уже полностью потеряла желание жить.
— Я и забыл, что ты всё-таки из обеспеченной семьи… А ведь пользоваться тобой довольно удобно.
— Ты вообще понимаешь, что несёшь? Я и сама забыла, что ты ещё, оказывается, живое существо. Ты целыми днями сидишь в подвале: либо запираешься внутри с книгами, либо проводишь свои пугающие эксперименты. У тебя даже понятия о социализации не существует.
Она решила окончательно отбросить приличия и огрызнулась в ответ, совершенно забыв о своей обычной вежливости. В конце концов, нынешнему начальнику было совершенно всё равно.
— Какое отношение социализация имеет к понятию «живое существо»? Ты предлагаешь мне тратить время на компанию идиотов, скорость мышления которых составляет меньше одной десятой моей?
Бай Мо был искренне озадачен.
— Общаться с обладателями способностей посредством ментальной передачи ещё терпимо. А общаться с обычными слишком тяжело. Для меня скорость выдачи ими информации слишком мала, а мне приходится осторожно ограничивать собственную скорость передачи информации, чтобы они вообще успевали следить за ходом моих мыслей.
— Живые существа социальны…
— Ладно. В конце концов, какая разница, социален ты или нет? Главное — самому жить комфортно.
На этом он прекратил разговор.