Чернокогть не сводил глаз с гоблина, сидевшего в клетке напротив. Тварь едва угадывалась в затененном углу лаборатории, куда пробивался лишь тусклый свет от расставленных по комнате магических кристаллов. Стоявший рядом Махедиум продолжал болтать.
— Большую часть времени я держу его под замком, — буднично пояснил Махедиум. — Боялся, что придется пичкать зельями или дрессировать, но обошлось. По какой-то причине он вполне доволен жизнью, пока сидит наверху и может наблюдать за происходящим.
Маленький пленник казался худым для гоблина-самца, но отнюдь не истощенным. Ссутулив долговязое тело, он внимательно изучал внезапно возникшего перед ним хобгоблина.
Именно глаза узника привлекли внимание Чернокогтя. Они не просто горели ярко-красным, в них светилось нечто большее, чем звериная хитрость — терпеливый разум. И хобгоблину это совершенно не нравилось.
Пока они сверлили друг друга взглядами, на губах гоблина вдруг расплылась самодовольная ухмылка. В ответ Чернокогть угрожающе зарычал. Как смеет этот заморыш скалиться? Да он же в три раза больше него!
Секунду спустя наглец отвернулся и улегся в дальнем углу клетки. Хобгоблин нахмурился, сбитый с толку. Это знак подчинения? Или он просто рехнулся? Уверенности не было...
Да и вообще, с чего это Махедиум притащил сюда этого странного сородича? Это территория Чернокогтя. Люди не должны таскать гоблинов в лагерь без его разрешения!
Ему до одури хотелось наорать на глупого человека, но приходилось держать себя в лапах. Он уже видел, как этот маг взрывает здания и сжигает заживо десятки людей. Кто знает, какие еще мана-кристаллы припрятаны у него в карманах, а проверять это на собственной шкуре Чернокогть не горел желанием. Лучше сохранять вежливость.
— Глупый человек! Зачем тебе гоблин? Здесь и так хватает гоблинов! — требовательно спросил Чернокогть, не сумев скрыть нотки раздражения.
— Рыжий Пес с тобой бы согласился, — усмехнулся Махедиум. — Не переживай, я выпускаю его только на короткие прогулки и для экспериментов. Приходится заботиться о его здоровье, чтобы брать кровь. Крайне удобно иметь под рукой еще один источник магической крови и не резать себя почем зря. Может, стоит завести ученика? Как бы там ни было, мои пальцы уже много лет не были такими гладкими!
Чернокогть скользнул взглядом по замку на дверце. Двойная задвижка. Да этот гоблин не мог не знать, как ее открыть! Он до сих пор сидел в клетке лишь потому, что сам этого хотел!
— Он просто смотрит, как ты творишь магию-сс и все такое? — с сомнением спросил Чернокогть, поворачиваясь к Махедиуму.
— Наверное. Это же просто дикий гоблин, он вряд ли вообще понимает, что такое магия. Должно быть, ему просто нравятся огоньки и яркие вспышки, — равнодушно пожал плечами маг.
Чернокогть бросил быстрый взгляд через плечо, снова уставившись на клетку. Гоблин внутри завороженно пялился на бурлящую стеклянную колбу Махедиума и лежащий в ней кристалл, но тут же отвел глаза, заметив внимание хобгоблина. Неподдельное восхищение и явный интеллект в этом взгляде сильно нервировали.
Хобгоблин готов был поставить что угодно на то, что этот мелкий гаденыш понимает куда больше, чем кажется Махедиуму. Тупые людишки! Как можно быть такими слепыми?
— Он даже откликается на парочку простых команд, — с одобрением добавил чародей.
— Понятно, — сухо отозвался Чернокогть.
Этот гоблин вызывал крайние подозрения! Нормальные сородичи так себя не ведут! Хобгоблин сжал кулаки, пытаясь обуздать закипающую ярость.
— Он мне не нравится. Можно я его убью? — вежливо поинтересовался он.
Смерть этого заморыша значительно упростила бы Чернокогтю жизнь.
— Что? В этом нет никакой нужды. Смотри, я тебе покажу, — ответил удивленный маг.
Мужчина наклонился и откинул защелку на клетке. Дверца со скрипом распахнулась, но пленник даже не попытался сбежать. Вместо этого он лишь поднял голову, одарив Махедиума вопросительным взглядом.
— Выходи. Ко мне, — скомандовал колдун.
Мелкий гоблин почти мгновенно выбрался наружу и послушно засеменил к Махедиуму. Он уставился на мага с выражением глубокой преданности на морде, но Чернокогтя это не обмануло ни на секунду. Подозрительно!
К огромному удивлению хобгоблина, пленник поднял зеленую руку и протянул ее человеку. Однако Махедиум лишь покачал головой.
— Хм, сегодня мне не нужен образец крови. Хороший мальчик, а теперь марш обратно в клетку, — произнес маг, указывая на решетку.
Как и следовало ожидать, гоблин резво юркнул обратно в загон. Все это время он не поднимал глаз, демонстрируя покорность как магу, так и Чернокогтю.
— Видишь, этот малыш на удивление послушен и невероятно полезен для моих исследований. В том числе и для создания твоего Эликсира, — с гордостью заявил Махедиум.
Чернокогть раздраженно вздохнул. Новый гоблин был куда послушнее и полезнее Прохвоста. Конечно, хобгоблин никак не мог отделаться от мысли, что этот мелкий ублюдок просто выжидает момент, чтобы перерезать всем глотки во сне. Впрочем, никто не идеален.
Как бы прилежно себя ни вел этот новичок, он оставался скорее пленником, чем членом племени, поэтому Чернокогть не испытывал желания выбить из него дурь ради соблюдения иерархии. Придется просто приглядывать за этой жутковатой тварью.
Так или иначе, письмо он доставил и больше не видел смысла здесь задерживаться. Хобгоблин с опаской покосился на булькающую жидкость на столе. В любой момент что-нибудь могло рвануть, причем не весело и с огоньком, а скорее расплескав кипящую кислоту прямо в глаза.
— Ладно, это твои проблемы-сс. Я ухожу, — бросил он магу.
Напоследок скривив недовольную гримасу в сторону мелкого сородича, Чернокогть зашагал прочь из лаборатории. Время близилось к вечеру, поэтому он решил разыскать Сэйтера. Его хозяин скоро должен был взяться за приготовление ужина.
К тому моменту, как Чернокогть добрался до своей палатки, он умудрился раздобыть парочку новых интересных вещиц, включая небольшой кошель с монетами. Поразительно, как беспечно люди бросали свое добро где попало...
Он застал Сэйтера у костра. Старый следопыт сидел на земле и помешивал деревянной ложкой варево в пузатом железном котелке. Поднимающийся над огнем аромат казался поистине божественным. У хобгоблина моментально потекли слюнки.
— Ты варишь похлебку! — радостно воскликнул Чернокогть.
Хобгоблин обожал стряпню своего хозяина! Обычно ему приходилось готовить самому, и его еда ни в какое сравнение не шла с тем, что кашеварил Сэйтер.
— В последнее время мы изрядно потопали, так что я решил, что нам не помешает нарастить немного мяса на кости, — ответил старый следопыт.
Чернокогть впился взглядом в котелок. Тот был заполнен почти до краев. Сколько же там еды! Самое время нажраться до отвала.
Его сладостные размышления прервал звук приближающихся шагов. Чернокогтю пришлось подавить внезапный порыв развернуться и угрожающе зашипеть. Это его еда! Им придется драться, если они хотят урвать хоть кусок!
Вместо этого он просто оглянулся через плечо, злобно зыркнув на незваных гостей. Это были Геральд и Ворша. Какого демона им нужно?
Ворша обучала его владению мечом, и он прекрасно понимал, что драка с ней закончится для него плачевно. С Геральдом тоже следовало обходиться осторожно — этот человек регулярно снабжал Чернокогтя вкусняшками, и отпугивать его не хотелось. Оставалось надеяться, что они пришли не за его ужином.
— И что вы двое здесь забыли? — подозрительно спросил Сэйтер, оторвавшись от котелка.
— Разве нам нужен повод, чтобы навестить такого хорошего друга, как ты? — учтиво парировал Геральд.
— Да, — буркнул Сэйтер. — Вас никто не приглашал.
— Сегодня слишком чудесный вечер, чтобы проводить его в одиночестве. Мы просто решили заглянуть и насладиться твоей компанией, — с улыбкой пояснил юноша.
— К тому же, ты варишь отличную похлебку, а я чертовски голодна, — добавила Ворша. — Запах разносится на весь лагерь.
— Очень жаль, — отрезал Сэйтер. — Проваливайте.
— Чернокогть хочет, чтобы мы остались, — заявил Геральд.
Хобгоблин нахмурился. Ничего подобного он не хотел.
— Сомневаюсь, — грубо ответил старик.
— Правда? — переспросила Ворша, самодовольно ухмыльнувшись и подмигнув Геральду.
— Чернокогть, мы принесли сырные лепешки! — торжественно объявил ее любовник.
Уши хобгоблина мгновенно встали торчком и повернулись в сторону Геральда. Следом развернулась и голова. Взгляд Чернокогтя намертво прикипел к тканевому свертку, который юноша только что достал из-за спины.
— Они могут-сс остаться! — поспешно провозглашил он.
Сэйтер испепелил взглядом обоих незваных гостей, отчего глубокие морщины на его обветренном лице проступили еще резче. Казалось, он лихорадочно соображает, как бы от них избавиться.
— Угх, ладно, — пару секунд спустя обреченно выдохнул он.
— Да-а, лепешки! — радостно захихикал Чернокогть.
Этот ужин обещал стать великолепным, возможно, даже лучшим в его жизни! Кроличья похлебка с сырными лепешками! У него просто чесались лапы от нетерпения.
Ворша улыбнулась, а Геральд водрузил свернутую ткань на камень у костра. Парочка обменялась довольными ухмылками и устроилась по другую сторону кострища, напротив Чернокогтя и его хозяина.
Очаг Сэйтера был довольно вместительным, пусть и представлял собой обычную неглубокую яму, обложенную круглыми булыжниками. Два плоских камня неподалеку вполне годились на роль стульев, да и распиленных бревен для сидения вокруг хватало с избытком.
Постойте-ка, а зачем хозяину столько посадочных мест у костра, если он терпеть не может гостей? Чернокогть никак не мог взять в толк. Неужели старый следопыт собирался использовать их для чего-то еще?
— Ба, полагаю, еды хватит на всех, — проворчал Сэйтер, снова принимаясь помешивать варево. — Все равно быстро испортится.
Бубнеж хозяина и напряженный взгляд, которым Чернокогть буравил неразвернутые лепешки, настолько отвлекли хобгоблина, что раздавшийся из-за спины голос застал его врасплох.
— Что здесь происходит? — поинтересовалась только что подошедшая женщина.
— Нет! — тревожно зашипел Чернокогть, осознав, кто это, и резко обернулся.
Хита! Наверняка приперлась, чтобы украсть часть его восхитительных лепешек и похлебки. Ну уж нет, он ей не позволит! От нее все равно никакой пользы.
— А вот и ты, — возвестила Ворша, когда девчонка подошла ближе. — Присаживайся.
— Я не говорил, что ей можно-сс приходить, — заскулил Чернокогть.
— Она с нами, — отрезала Ворша, одарив хобгоблина тяжелым взглядом.
Под ее взором Чернокогть замер. Добродушная или нет, но в глазах мечницы явственно блеснула сталь. Она явно не собиралась выслушивать его недовольство. И почему эта здоровенная бабища вечно заступается за Хиту? Та ведь совершенно бесполезна.
— Подумаешь, еще один лишний рот. Пусть присоединяется, — саркастично бросил Сэйтер, усаживаясь на свой любимый пень.
— Спасибо, твоя похлебка обычно довольно недурна на вкус, — заметила девушка.
Сэйтер нахмурился и поджал губы, явно оскорбленный таким отзывом.
— Недурна... — фыркнул он, качая головой. — Да я оттачивал этот рецепт еще до того, как в чреслах твоего отца зажегся огонь.
— Это истинный нектар богов, если тебе так хочется это слышать, — закатив глаза, выдала Ворша.
Хита уселась прямо рядом с Чернокогтем. Хобгоблин утробно застонал и отодвинулся подальше. Этим сырным лепешкам лучше бы оказаться чертовски вкусными!
— Эй, Чернокогть! Как прошло твое последнее задание? — поинтересовалась Хита. — Герада и Ворша вечно не пускают меня на важные вылазки. Я либо торчу в лагере, либо Ворша следит за каждым моим шагом.
— Нормально. Я ползал в тени, завел нового друга и поубивал кучу народу, — небрежно бросил Чернокогть в ожидании похлебки.
О припасах, награбленных в повозке, он благоразумно умолчал. С Хиты станется их прикарманить.
— Остро! Вот о чем я и толкую, — радостно воскликнула девчонка. — Я тоже хочу на такое задание!
— Не думаю, что убийство людей — хорошее мерило успеха, — недовольно вмешался Геральд.
— Вполне, если ты хобгоблин, — бросил ему Сэйтер.
— Еда готова? От этого запаха у меня уже кишки сводит, — внезапно спросила Хита.
— Почти, — ответил старик, поднимаясь на ноги.
Следопыт сунул руку в мешок и извлек оттуда стопку деревянных мисок. Одну за другой он наполнял их густым варевом из котелка и пускал по кругу.
Тем временем Геральд наконец развернул свой сверток, явив на свет сырные лепешки. Через несколько секунд он уже раскидал их собравшимся. Чернокогть хищно осклабился, поймав свою долю, и тут же откусил изрядный кусок. Они были просто дьявольски вкусными — с насыщенным сырным духом, мягкие и тающие во рту.
Повисла тишина — если не считать громкого чавканья хобгоблина. Чернокогтя это вполне устраивало, но Геральду, похоже, стало неловко. Юноша задумчиво оглядел всех сидящих у костра.
Солнце уже начало клониться к закату, прячась за западными облаками, которые наливались густым багровым светом в преддверии наступающей ночи. Тени вокруг становились все гуще, а лагерь наполнялся дрожащими бликами костров.
— Так что скажешь о нашем нынешнем положении, Сэйтер? Я слышал, Верик идет сюда, и людей у него немало, — спросил юноша, чтобы нарушить молчание.
— Скажу, что будет драка, — холодно отозвался следопыт.
— Угх, не хочу сейчас говорить о драках, — кисло вставила Ворша. — Мы тут наслаждаемся отличным ужином в кругу друзей! К чему вспоминать о кровопролитии?
— Но только представь, что будет, если Герада победит, — не унимался Геральд. — Она фактически станет владычицей всего Севера! Все его богатства окажутся в ее руках, и часть из них достанется нам!
— В этом есть смысл, — улыбнулась Ворша. — Завязать с разбоем, имея сундук с золотом — звучит просто отлично. Мне бы очень не помешал роскошный особняк с прислугой.
— Звучит и правда заманчиво, — задумчиво произнес Геральд.
— Особняк придется брать в Даггерпойнте или где-то еще, куда не дотягивается королевский мандат, но это все равно куда лучше моей нынешней лачуги. Особенно, если ты будешь рядом, — сказала Ворша своему возлюбленному.
Юноша смутился и печально улыбнулся, прежде чем ответить.
— Да, это было бы чудесно. К сожалению, как ты знаешь, мне нужно вернуться домой при первой же возможности. Я нужен своим родителям и сестре там, на Юге, — произнес он.
— Ты все еще в розыске, — напомнила Ворша.
— Срок ордера на мой арест рано или поздно истечет, особенно если я раздобуду достаточно монет, чтобы подмазать нужных людей. Меня вообще обвинили только из-за взяток. Все, что я сделал — это выиграл честную дуэль! — возмутился юноша.
— И убил человека, — сухо добавила наемница.
— Там, откуда я родом, в самой Элории, дуэли происходят постоянно! Порой даже насмерть, и при этом мало кого арестовывают и приговаривают к пожизненному заключению! — с гневом воскликнул Геральд.
— Ха, да вы все просто лентяи или трусы. Я вообще не планирую уходить на покой! Я собираюсь дослужиться до самого доверенного лейтенанта Герады, а может, и вовсе стать ее преемницей! — хвастливо заявила Хита.
В ответ раздались коллективные закатывания глаз, и все присутствующие одарили ее скептическими взглядами. Чернокогть попытался представить Хиту вождем хоть чего-нибудь, но потерпел сокрушительное фиаско. Неужели в мире найдется идиот, готовый признать ее своим вожаком?
— Сильно сомневаюсь, что Герада хоть кому-то доверяет, а уж тем более своим лейтенантам, — проворчал Сэйтер себе под нос, поднимаясь, чтобы наполнить миску добавкой.
— Как-то слабо верится. Рано или поздно все уходят на покой, — сказала Ворша Хите. — Тебе бы правда стоило подумать, как выпутаться из криминальной жизни.
— Это будет приключение! — встала в позу девчонка. — К тому же, я буду не одна. Чернокогть уж точно не запрется в каком-нибудь душном особняке. Он хобгоблин, а они знают толк в веселье!
Чернокогть, как раз дожевывавший последние крохи лепешки, поднял глаза. Крошки посыпались с его подбородка.
— Я пойду туда, куда пойдет хозяин Сэйтер, — просто ответил он.
От этих слов все взгляды скрестились на Сэйтере. Старый следопыт лишь нахмурился и уселся обратно.
— Ба, подобные мечты — верный путь к разочарованию. Только глупцы верят в счастливые финалы. Уж лучше принимайте жизнь такой, какая она есть, — изрек он.
Чернокогть отложил пустую миску и одарил хозяина вопросительным взглядом. Кажется, он припоминал, что какое-то время назад Сэйтер говорил совсем другое.
— Я думал, ты хотел-сс сделать Гераду Королевой Севера и врезать по яйцам тому южному королю. Разве ты не так говорил? Мне кажется-сс, ты так и сказал... — вслух размышлял Чернокогть, силясь вспомнить подробности.
Геральд внезапно фыркнул от смеха, а на лице Ворши расплылась широченная улыбка. Лицо Сэйтера по какой-то причине заметно побагровело. Старый следопыт поморщился и отвел взгляд в сторону.
— Я никогда ничего подобного не говорил! Хватит врать, Чернокогть. Ты все выдумываешь, глупый хобгоблин, — торопливо огрызнулся он.
— Амбициозно. Но мне нравится, — заметила Ворша.
— Ха, вот тебе и «никаких грез»! — рассмеялся Геральд. — Я должен был догадаться, что у тебя есть веская причина торчать здесь.
— А я бы не отказалась зарядить парочке королей по шарам, — ухмыльнулась Хита. — Эти разряженные ублюдки не сделали для меня ничего хорошего.
— Я просто ляпнул это как-то раз ради шутки, — запротестовал Сэйтер.
— Разумеется, ради шутки. Не переживай, Сэйтер. Мы все знаем, что ты не это имел в виду, — подколола его мечница.
Пока Сэйтер метал грозные взгляды, Чернокогть оглядел их ухмыляющиеся лица. Он ничего не понимал. Что тут смешного?
За разговорами и смехом быстро стемнело. Вскоре единственным источником света остались лишь их костер да парочка соседних очагов. К тому времени, как гости Сэйтера разошлись, почти весь лагерь уже погрузился в сон.
Счастливо зевнув, Чернокогть отправился спать. Где-то в кронах деревьев ухнула сова, пока он брел к своей палатке и забирался внутрь. Свернувшись калачиком, хобгоблин почувствовал приятное тепло и провалился в сон.
Однако отдых омрачили дурные видения, заставив Чернокогтя тревожно ворочаться во сне.
Вокруг смыкался зеленый лабиринт искореженных деревьев, и сквозь него пролегала лишь одна единственная тропа. Он шагал, а под ногами хрустели раскиданные черепа и ржавые мечи. Монеты выскальзывали из его пальцев, как бы крепко он ни пытался их сжать, и в конце концов он остался совершенно один в кромешной тьме. Хобгоблин поднял глаза и увидел впереди, над лесной тропой, сияющий белый свет. Он потянулся к нему...