Даже после падения Верика на то, чтобы остановить бойню и взять хаос под контроль, ушло немало времени. Чернокогть добрых двадцать минут носился туда-сюда и орал во всю глотку, прежде чем затихли последние стычки. Попутно ему пришлось прикончить еще одного рыцаря, вздумавшего организовать сопротивление, отвесить отрезвляющую оплеуху обезумевшему хобгоблину и заколоть пару лошадей, которые никак не желали заткнуться. Не будь вожак в таком отвратительном настроении, последнее даже доставило бы ему удовольствие.
К тому моменту большая часть предательского войска Верика уже отправилась на тот свет вместе с изрядным числом хобгоблинов, однако многие люди все же побросали оружие и сдались. Чернокогть приказал разоружить их, снять доспехи и взять под усиленную охрану. Ему донесли, что среди пленных затесались дворяне, за которых можно содрать неплохой выкуп, так что пускать всех в расход было невыгодно. К тому же, маска милосердия и благородства сейчас пришлась бы как нельзя кстати. Ему еще предстояло иметь дело с южанами и их королевством. А значит, критически важно убедить их в том, что он никого не предавал. Всю кашу заварил Верик.
Пока он придирчиво осматривал пленников, из толпы вынырнула Гера и направилась в его сторону. Он мельком видел ее после схватки, но был слишком занят, чтобы обращать внимание. Должно быть, оставленные им в резерве хобы вместе с ней стянулись на шум и вступили в бой под самый конец.
— С победой над Волком, босс. Я знала, что ты с ним справишься! — возвестила Гера, подойдя вплотную.
Чернокогть лишь вздохнул, выставив руку, чтобы пресечь попытку объятий. Самка попыталась состроить соблазнительно-игривую мордочку и проскользнуть под его блок, но гоблин был совершенно не в духе. Время для обнимашек и спаривания еще найдется, потом.
— Вообще-то, Верика прикончила Хита, — сухо пояснил он, уворачиваясь от ее наскока.
— Но она же работает на тебя, так что это одно и то же, — нахмурившись, Гера выпрямилась.
— Очень сомневаюсь, — кисло буркнул Чернокогть. Хита была слишком пустоголовой, чтобы по-настоящему на кого-то работать. Девчонка просто потакала любым идиотским порывам, взбредавшим в ее розовую человеческую башку.
— Ну, теперь-то он мертв, и ты отомстил за своего Сэйтера. Ты вечно бормотал об этом, пока мы спаривались. Так позволь мне тебя приободрить. В воздухе так волнующе пахнет кровью. Грех упускать такой момент, — с многозначительным видом произнесла Гера, и в ее глазах вспыхнул голодный блеск.
— Нет, у меня еще полно дел. Может, позже, — вожак лишь снова тяжело вздохнул.
Отвернувшись, он бросил взгляд туда, где возвышались руины Корулиса. Несмотря на долгожданную смерть заклятого врага, работы впереди оставалось непочатый край. Он почему-то думал, что гибель Верика автоматически решит все проблемы, но на деле легче не стало ни на йоту.
Мьягнуар все еще топтал землю, да и вопрос с Илисти оставался открытым. Чернокогть искренне надеялся, что тот жив. Ему нужно было разыскать Вымпира и забрать серебро. Но даже когда с этим будет покончено — а завалить дрейка-мутанта задача не из простых, — останутся «незначительные» проблемы в лице полчищ боггартов, прущих из темных троп, и расползающейся чумы упырей. Тьфу ты, от всего этого гоблину хотелось залезть на самое высокое дерево и дрыхнуть там до тех пор, пока от него все не отстанут. Почему его приспешники не могут проявить хоть каплю расторопности и разобраться с этими неприятностями сами, не дергая его по пустякам? Совсем от рук отбились.
Оставив пленников на попечение стражи, Чернокогть повел остатки своего войска обратно к городу. В первую очередь требовалось выяснить, что стряслось с Илисти. К счастью, это оказалось не так уж сложно. Стоило им миновать городские ворота и углубиться в руины, как один из людей Вымпира сам наткнулся на них и привел своего господина. Судя по всему, шестеро из личной гвардии Илисти пережили бойню и воссоединились с лордом.
— Что здесь произошло? — спросил Илисти, выступая из тени, отбрасываемой разрушенным домом. — Вижу, вы одержали победу, но действительно ли наш враг, Волк, мертв? Этот предатель с черным сердцем заслуживал куда худшей участи, чем быстрая смерть.
Вымпир, казалось, немного пришел в себя. Он больше не прихрамывал, хотя его доспехи по-прежнему «украшали» глубокие вмятины.
— Ага, он сдох, но проблем у нас меньше не стало, — ответил ему Чернокогть.
— Мьягнуар, — Илисти кивнул и перевел взгляд на далекие руины. — Я чувствую, что тварь еще жива. Ее присутствие — словно ледяной ветер, обжигающий кожу, и грязное пятно на самой земле.
— Драться сможешь? Мои приспешники сейчас собирают все огненное оружие, что наклепали маги, а потом я собираюсь выследить его, пока оно не успело зализать раны.
— Твой план звучит разумно, и ничто не удержит меня от этой битвы. Так давай же исполним наш долг вместе. Однако для начала мое собственное состояние значительно улучшилось бы от небольшого подкрепления сил. У вас не найдется парочки умирающих пленников?
— Уверен, тут где-то валяются люди, — отозвался гоблин. — Пошлю разведчиков поискать.
Вымпир кивнул и направился вслед за парой хобгоблинов-следопытов обратно в лес. Чернокогть дал им четкий приказ найти какого-нибудь подыхающего простолюдина подальше от основной массы пленных. Ни к чему сеять панику, пока мутант будет утолять жажду.
Покончив с этим, Чернокогть вернулся к делам. Требовалось разослать дозоры и собрать брошенное на поле брани снаряжение. Мьягнуар был ранен, но вожак все равно жаждал вооружиться каждым огненным копьем и магической уловкой, до которой только сможет дотянуться, прежде чем бросить вызов чудовищу. Наличие как можно большего числа амулетов было еще важнее. Если дрейк снова пустит в ход свои сокрушительные ледяные атаки, устоять на ногах смогут лишь те, кто защищен чарами.
Долго ждать не пришлось — вскоре вернулись разведчики. Они обнаружили логово Мьягнуара. Исполинская тварь укрылась в развалинах старой цитадели.
Последовав за приспешниками к указанному месту, Чернокогть принялся разглядывать цель с вершины полуразрушенного каменного здания в конце улицы. Цитадель представляла собой массивное сооружение из исполинских каменных блоков, но находилась в весьма плачевном состоянии. Вокруг громоздились горы обломков, все башни давно обрушились, а в боку зияла огромная дыра. Очевидно, именно через эту брешь Мьягнуар и забирался внутрь.
— Что будем делать, босс? — спросила Гера, стоявшая рядом.
— Сейчас мы будем смотреть и ждать возвращения Илисти, а потом придумаем план, — ответил он.
К счастью, Илисти вскоре объявился, шагая на удивление бодро. Судя по всему, щедрая порция испорченной человеческой крови изрядно наполнила его энергией. Поравнявшись с Чернокогтем, Вымпир тут же включился в обсуждение. Согласовав порядок действий, союзники не стали медлить и немедленно приступили к осуществлению задуманного.
Отряд разделили на три части. Первая группа, самая многочисленная, включала Илисти, Хиту и основную массу бойцов. Во вторую вошли хобгоблины-маги со своей охраной, а третья, самая малочисленная, состояла из Чернокогтя и пары-тройки самых матерых его рубак. На улице группа Вымпира заняла позицию между магами и проломом в стене крепости. Тем временем вожак со своими бойцами начал обходить здание с фланга.
Пока Чернокогть прятался за грудой обломков в прилегающем к дороге переулке, битва началась весьма драматично. Гоблинские маги открыли огонь, запустив в небо четыре шипящих сгустка пламени. Секундой позже пылающая магия по дуге обрушилась на цитадель, ударив по руинам серией оглушительных взрывов. Потрескивающий огонь захлестнул камни, а один из шаров даже влетел в пролом, детонировав уже внутри.
Ответ на дерзость последовал незамедлительно и был сокрушительным. Из недр твердыни вырвался яростный рев, сотрясший сами камни, прежде чем обрушиться на нападавших. Чернокогть болезненно поморщился, когда жуткий звук ударил по барабанным перепонкам и отдался звоном в черепе. Тьфу, ну и глотка же у этого Мьягнуара!
Миг спустя из пролома вырвался мощный поток воздуха, разом загасив пламя от магического обстрела. Злой ураган пронесся по улице, врезавшись в отряд Илисти. Бойцы задрожали и попятились под его напором, но шквал стих так же внезапно, как и начался.
Однако именно в этот момент Мьягнуар наполовину высунулся из укрытия и осмотрелся. У твари не было иного выбора, кроме как выйти и встретить нападавших лицом к лицу, поскольку древние стены не спасли бы ее от непрекращающегося дождя огненных шаров. Взрывы рано или поздно обрушили бы ветхую каменную кладку на голову дрейку. Исполинский мутант злобно зыркнул на выстроившееся перед ним войско. Издав еще один вызывающий рык, он полностью покинул цитадель и грузно ступил на мостовую.
Бес и маги тут же дали по монстру новый залп. Пылающие снаряды с убийственной скоростью устремились к дрейку, но Мьягнуар ответил глубоким выдохом прямо в летящую смерть. Дыхание несло в себе волну чистой магической мощи. Она выплеснулась из пасти чудовища и с размаху ударила по огненным шарам. Смертоносная стужа мгновенно погасила пламя, разметав остатки магии во все стороны.
Ничуть не смутившись, гоблины-заклинатели просто швырнули в дрейка еще четыре сгустка огня. Мана-камней у них хватало с избытком, да и приказ гласил не экономить силы. Их цель отреагировала как и прежде, выпустив навстречу снарядам очередной ледяной выдох, развеявший магию в пыль. Но Бес и не думал сдаваться. Как только Мьягнуар выдохнул, он вскинул посох, снятый с трупа человеческого мага, и ударил прямым лучом испепеляющего жара прямо в грудь чудовища.
Атака застала Мьягнуара врасплох: луч врезался ему в плечо, обугливая чешую и заставляя тварь взреветь от боли, прежде чем та успела что-либо предпринять. Мгновение спустя мутант отскочил с линии огня и призвал вихрящийся щит морозного воздуха, окутавший его тело, но рана была налицо. Ожог на плече выглядел весьма паршиво.
Естественно, эта боль лишь еще сильнее разъярила Мьягнуара. Разразившись угрожающим ревом, исполинский зверь с явным намерением убивать бросился на отряд Илисти. Бес выпустил еще один луч жара, но магический щит мутанта разорвал его на клочья.
Окруженный вращающимися потоками ледяного ветра, Мьягнуар врезался в строй, разделявший его и заклинателей. Пару секунд хобгоблины еще пытались сдержать натиск, но их ряды быстро дрогнули. Исполинские когти раскидывали их, как котят, пока пронизывающий холод вытягивал жизнь. У большинства не было амулетов для защиты, и эти несчастные быстро ломанулись прочь от смертоносной стужи. Благо, Мьягнуар больше не излучал мороз так далеко, как раньше. Похоже, силенок у него поубавилось.
Однако не все обратились в бегство перед великим дрейком: Илисти и Хита держали позицию, а вокруг них сплотилась горстка хобов с амулетами. Уклоняясь от щелкающих челюстей и рассекающих воздух когтей, они огрызались в ответ. Вымпир ушел из-под удара лапы и вонзил в нее зажатое в руках огненное копье. Хита тоже разжилась таким артефактом, и хотя с уклонением у нее проблем не возникало, ее попытки контратаковать выглядели неуклюже и шли мимо цели. Девчонка явно не умела обращаться с этой штуковиной. А вот одному из хобгоблинов повезло куда меньше. С пугающей скоростью голова Мьягнуара рванула вперед, и исполинская пасть сомкнулась на теле дикаря. Секунду спустя зеленокожий исчез в глотке дрейка.
Это не помешало Илисти рвануть вперед и всадить копье чудовищу прямо в ребра. Взбешенный Мьягнуар попытался проломиться сквозь нападавших и раздавить их своим весом. С яростным рыком дрейк выпустил импульс холода, оглушивший оказавшихся поблизости хобов и девчонку. А затем, прорубаясь через самый центр строя, пустил в ход неистово молотящие когти и хвост.
Одного хоба отшвырнуло в сторону ударом когтистой лапы, а остальным пришлось спешно уносить ноги от сокрушительного натиска зверя. Кто-то пятился, тщетно пытаясь защититься, другие же просто разворачивались и бежали. Издав победный рев, Мьягнуар прорвал оборону и двинулся на магов, причинивших ему боль.
Впрочем, все это было частью плана Чернокогтя. Когда дрейк-мутант пронесся мимо разметанных остатков отряда Илисти, Бес ударил по нему очередным лучом жара. Магия врезалась в ветряной щит, не нанеся урона, но изрядно ослабив защиту. Вихревой барьер опал вместе с иссякшим лучом, что позволило Вымпиру и Хите вновь ринуться в бой. Оба зашли спереди и полоснули монстра по лапам, заставив исполинскую тушу прекратить рывок. Израненный и отвлеченный мельтешащим перед носом врагом, Мьягнуар так и не заметил вожака хобгоблинов.
До этого момента Чернокогть затаился в руинах на краю мостовой, пока натиск Мьягнуара не вывел тварь прямо к его позиции. И теперь, когда чудовище увязло в стычке с наседающими Илисти и Хитой, гоблин начал действовать. Крепко сжимая огненное копье, он проворно вскарабкался по стене полуразрушенного здания. Взобравшись на то, что когда-то было крышей, он снова посмотрел на врага. Теперь он находился вровень с головой дрейка, и Мьягнуар, судя по всему, по-прежнему не догадывался о его присутствии.
На глазах у гоблина Илисти бросился в атаку, целясь зверю в бок, и Мьягнуар не заставил себя ждать. Великий дрейк шагнул в сторону — прямиком к позиции Чернокогтя — и наклонился, чтобы откусить Вымпиру голову. К счастью, тот успел отскочить.
Упустить такой шанс Чернокогть просто не мог. В его голове созрела совершенно безумная идея. Он понимал, что затея пахнет риском, но сейчас в нем кипела дерзость. Верик уже мертв, и его смерть оказалась до зубовного скрежета разочаровывающей. Вот он — шанс совершить нечто поистине грандиозное. В конце концов, долгосрочных планов у него особо не осталось.
Широко осклабившись, Чернокогть зачерпнул магию из своего ядра и сбросился с крыши, метя прямо в макушку Мьягнуара. Ветер со свистом хлестал по телу летящего к серой чешуе хобгоблина, а по венам вместе с кровью растекался жгучий азарт охотника. Он высоко занес над головой огненное копье.
Стопы Чернокогтя с силой впечатались в череп чудовища. Удар приземления отдался в ногах болезненной судорогой, но гоблин удержал равновесие и вонзил огненное копье прямо в затылок Мьягнуара. Направив магию в мышцы, чтобы вложить в удар всю доступную мощь, он одновременно активировал сам артефакт. Древко оружия тут же подернулось туманной рябью, источая испепеляющий жар. Пламя вступило в схватку с окутывавшей дрейка аурой стужи, заставив воздух зашипеть и закружиться вихрем.
Разумеется, Мьягнуар не мог не почувствовать, как ему на макушку свалился гоблин, и, мгновенно почуяв угрозу, попытался стряхнуть незваного гостя. Однако скорости ему явно не хватило. Чудовище едва успело дернуться, как Чернокогть нанес удар. Огненное копье пробило чешую и прожгло ее насквозь, пока усиленная магией мощь и инерция падения вгоняли лезвие глубоко в плоть. Артефакт с лязгом встретился с костью и завибрировал от напряжения, но затем магическое оружие проломило череп и погрузилось в мозг Мьягнуара, высвобождая волну испепеляющего жара.
Великий дрейк снова истошно закричал, хотя на сей раз этот звук не имел ничего общего с его прежним ревом. Казалось, сам воздух вибрировал в унисон с первобытной болью монстра. Крик ударил по барабанным перепонкам Чернокогтя, и оглушил бы его еще сильнее, но гоблина уже сбросило с головы бьющегося в судорогах дрейка. Чернокогть извернулся в воздухе, пытаясь приземлиться на ноги. Приближаясь к усеянной камнями земле, он сгруппировался, но устоять не смог. Завалившись на бок, он ушел в перекат, отдаливший его от беснующегося врага.
Тем временем Мьягнуар продолжал завывать от боли и беспорядочно метаться из стороны в сторону. Исполинская туша врезалась в здание, на котором гоблин стоял минуту назад, сровняв его с землей в огромном облаке пыли. Хвост чудовища снес соседнее строение, разрушив и его. Дрейк явно не мог удержаться на ногах.
Поднявшись на ноги, Чернокогть наблюдал, как Мьягнуар берет себя в лапы и вываливается из пыльного облака. Массивный мутант повернулся и уставился прямо на хобгоблина, пронзившего его череп. Глаза твари выдавали не только запредельную боль и замешательство, они буквально лучились ненавистью, направленной исключительно на Чернокогтя. Неистово зашипев, дрейк ринулся к нему. Земля дрожала под тяжелой поступью, а пасть распахнулась до предела, обнажая жуткие зубы поистине чудовищных размеров.
Натиск дрейка был поразительно стремительным, если учесть полученные раны, и в движении он высвободил колоссальный всплеск силы. Мощнейший поток ледяного воздуха вырвался из пасти Мьягнуара, подняв в воздух мелкие камни и обрушившись на Чернокогтя подобно разъяренной метели.
Когда смертоносная стужа захлестнула его, гоблину оставалось лишь пятиться назад, не отрывая взгляда от надвигающейся смерти. Казалось, холод высасывал из него все силы, несмотря на защитный амулет. Он стоял как вкопанный, парализованный ужасом, пока дрейк нависал над ним, готовясь нанести решающий удар.
Мьягнуар сделал еще один шаг вперед, а затем рухнул. Раздался глухой грохот ударившейся о землю туши, и взору хобгоблина предстала чудесная картина: его огненное копье все еще торчало из черепа чудовища. Сомкнутые челюсти зверя замерли всего в паре футов от него.
— О, славненько, — только и смог пропищать Чернокогть, таращась на тело поверженного врага. — Кажется, я победил.