Когда Чернокогть и Илисти закончили разговор, Вымпир отправился готовиться к грядущему путешествию, на которое только что согласился. Люди мутанта сверлили зеленокожего подозрительными взглядами, да и великими собеседниками не выглядели, так что хобгоблин предпочел скрыться в лесу и вернуться к своим приспешникам. Троица ждала его ровно там же, где он их и оставил.
— О, отлично. Ты не удрал в чащу, — заметил Чернокогть, увидев Эйлиаса в компании сородичей и Хиты.
— Он пытался, — раздраженно фыркнула рыжеволосая. — Я поймала его прежде, чем этот придурок успел потеряться.
— Этот человек — настоящее чудовище. Вымпир! — воскликнул Эйлиас, делая шаг вперед. Парень все еще был бледен как полотно и заметно дрожал.
— И что ты вообще знаешь о Вымпирах? По мне так обычные люди-мутанты, — Чернокогть ободряющим жестом опустил ладонь на плечо новобранца, чтобы немного его успокоить.
— Настоящий Вымпир? Так они существуют на самом деле? — в глазах Хиты вспыхнул восторженный блеск.
— Я только что об этом сказал. Вы-то что о них слышали? — отозвался вожак, которого внезапный энтузиазм девчонки начал слегка нервировать.
— Знаю лишь то, что они — воплощение зла, — мрачно пояснил Эйлиас. — Большинство людей считает их сказками сотни лет давности. Полно историй о зловещих аристократах со странными силами, охотящихся на крестьян, или о таинственных незнакомцах, которые приходят в деревню и убивают жителей одного за другим.
— А мне нравятся байки про принцев-Вымпиров, которые влюбляются в невинных дев и похищают их, чтобы быть вместе вечно. Обычно баба в итоге умирает страшной смертью, но это все равно так романтично! — с маниакальной улыбкой добавила Хита.
— Это кошмарные монстры, которые жрут людей и несут лишь разрушение! — прошипел юноша. — Они охотятся во тьме и питаются человечиной, словно дикие твари!
— Получается, они чертовски похожи на хобгоблинов, а? — задумчиво протянул Чернокогть.
— Эм-м… — на лице Эйлиаса отразилось крайнее замешательство.
— Так это значит, мы не будем на них нападать и отбирать их барахлишко? У них там полно крутых штук, — вклинился в разговор один из стоявших неподалеку хобгоблинов, воспользовавшись заминкой юноши.
— Нет, теперь они вроде как наши союзники, — ответил ему вожак.
— И че нам тогда делать с теми дозорными, которых мы скрутили? — гоблин с задумчивым видом поковырялся в носу.
— Лучше отпустите их, — Чернокогть совершенно запамятовал о пленниках.
— А как насчет их снаряги? Оставим себе?
— Нет, верните все обратно. Незачем злить наших новых союзников.
— Кажись, один из них топает сюда, — бросил другой приспешник, вглядываясь в темноту за спиной Чернокогтя, туда, где располагался лагерь людей.
Главарь стаи обернулся, чтобы проверить слова подчиненного, и действительно заметил человека, направляющегося к опушке. Высвеченная пылающим позади костром фигура отбрасывала длинную, тянущуюся по земле тень. На поясе у незнакомца висел меч, но на Илисти он совершенно не походил.
— Мой господин послал меня поговорить с тем, кого зовут Чернокогтем, — официально объявил человек, едва достигнув первых деревьев. Его взгляд шарил по густым теням в поисках чудовищ, но, судя по всему, ни ночной лес, ни скрывающиеся в нем хобгоблины не вызывали у гостя ни капли страха.
— Я прямо тут, — отозвался зеленокожий, выступая из мрака. На душе у него было на удивление легко и радостно. Далеко не каждый день удается обзавестись столь важным союзником, и он был искренне рад, что визит в это унылое захолустье оказался столь продуктивным.
Юноша потратил секунду на то, чтобы изучить вышедшего к нему монстра. Он оставался абсолютно спокоен, даже не вздрогнув, и эта невозмутимость начала раздражать Чернокогтя, который давно привык к бурной реакции на свою персону. Внешне это был крепкий парень с короткими черными волосами, гладко выбритым лицом и терпеливым взглядом, выдающим железную дисциплину — то, чего так не хватало большинству разбойников. Ростом он уступал своему господину, но вот радужка его глаз полыхала тем же кроваво-красным цветом.
— Ты тоже мутант, — с любопытством подметил вожак стаи.
— Мое имя Гарен, и я Вымпир, а не мутант. Называть нас так — оскорбление нашей родословной, которого я не потерплю.
— И сколько вас таких? Мутанты обычно хреново уживаются друг с другом, — в дикой природе Чернокогтю еще ни разу не доводилось встречать больше одного измененного в одном месте. В глубине души он всегда полагал, что они просто сжирают сородичей при встрече.
— Я единственный Вымпир на службе у лорда Ванга, и, как я уже сказал, мы не какие-то там банальные мутанты. Наша сила — древний дар, чьи корни уходят во времена первых человеческих императоров.
— О, звучит солидно. И как ты таким стал? — допытывался гоблин, желая четко понимать, с чем именно имеет дело.
— В детстве моя деревня преподнесла меня в жертву семье моего лорда. Однако я пережил ритуал подношения жизни, и древняя кровь пустила во мне корни. Поскольку у молодого лорда Ванга тогда не было кровных слуг, меня отдали под его начало, и с тех пор я верно служу ему, — пустился в объяснения Гарен. — А как ты стал тем, кто ты есть? Ты крайне необычный хобгоблин.
Чернокогть нахмурился. Раньше ему никто не задавал подобных вопросов. Все оказалось не так уж и просто, хотя большинство деталей, вероятно, не имело никакого значения.
— Меня подобрал разбойник по имени Сэйтер, сделал своим помощником. Он научил меня всему, что я умею, в том числе и драться, но потом он погиб, и теперь я пытаюсь отомстить, — вот и вся суть, ничего лишнего.
— Искать возмездия для врагов своего павшего господина — долг истинного слуги, — с пониманием кивнул Гарен.
— А еще они меня дико взбесили, и я хочу как следует насладиться моментом, когда буду вырывать им языки своими когтями, — поддакнул хобгоблин.
— Традиционно для подобных свершений больше подходит мрачная решимость, но не думаю, что кто-то прямо запрещал получать от этого удовольствие.
— Это радует, хотя ко мне эти правила вряд ли относятся. Как и большинство других правил.
— Да, тут не поспоришь. Кодексы чести редко писались с оглядкой на хобгоблинов, — задумчиво отведя взгляд, признал Вымпир.
— Так зачем ты, говоришь, пришел?
— Прошу прощения. Твоя нестандартная манера общения на мгновение сбила меня с мысли, — смутился посланник.
— А еще я смешно выгляжу, — любезно подсказал Чернокогть. Раз уж не вышло напугать этого человека, можно выбить его из колеи другими, более изощренными способами.
— Эм… — теперь Гарен казался окончательно дезориентированным, но все же взял себя в руки и упрямо продолжил. — Господин послал меня узнать о судьбе нескольких наших людей, которые бесследно исчезли во время дозора.
— А, эти. Я как раз приказал их отпустить. С ними все должно быть в полном порядке.
— Это замечательно. Не хотелось бы, чтобы наш зарождающийся союз был омрачен пятном крови.
— Ага, от этого запаха хрен избавишься, а вы, люди, вечно истекаете кровью на все подряд.
— …Именно так, — с тщательно выверенной нейтральностью ответил Гарен.
Несколько долгих, невероятно неловких секунд они молча пялились друг на друга, причем хобгоблин даже не моргал. На удивление, именно Хита решила разрядить обстановку и влезть в разговор. Поразительно было скорее то, что девчонка не встряла в беседу гораздо раньше.
— Значит, ты Вымпир? Потому у тебя зенки такие красные? — поравнявшись с Чернокогтем, разбойница радостно оскалилась, глядя на гостя. — Никогда бы не подумала, что вы существуете на самом деле.
— Кто это? — Гарен покосился на вожака. Движение было едва уловимым, но он определенно попытался отстраниться от рыжеволосой. Эту реакцию зеленокожий прекрасно понимал.
— Это Хита. Кто-то сдуру ее покормил, и теперь она таскается за нами по пятам и наотрез отказывается уходить.
— Я слышала, вы хлещете кровь. Звучит не слишком аппетитно, если честно. Для вас она какая-то особенная на вкус? — пропустив колкость мимо ушей, девчонка полностью сосредоточилась на слуге Вымпира.
— Отнятие жизни — священный ритуал, и обсуждать его с тобой я не намерен, — сухо отрезал Гарен.
Хита подошла к нему вплотную и принялась бесцеремонно рассматривать, отчего посланник окончательно стушевался. Очевидно, не только Чернокогть привык к тому, что его боятся.
— А ты когда-нибудь похищал девственниц? — полюбопытствовала она.
— Исполнив поручение моего господина, я, пожалуй, откланяюсь, — на губах Гарена застыла натянутая улыбка.
— Бывай, — бросил ему вслед Чернокогть, пока мужчина поспешно выбирался из теней обратно к теплому свету костра.
— Какой-то он невежливый, — констатировала Хита, провожая удаляющуюся фигуру взглядом.
За неимением других занятий Чернокогтю и его приспешникам оставалось лишь терпеливо дожидаться возвращения Илисти в спасительном мраке под кронами деревьев. Потребовался добрый час, прежде чем предводитель людей возник на границе света, но когда это произошло, хобгоблин не задумываясь вышел ему навстречу.
— Только что закончил общаться с подчиненными и набросал план действий. Работы предстоит немало, но, думаю, мы сможем выдвинуться на восток еще до завтрашнего полудня, — возвестил Илисти, подходя к союзнику.
— И сколько у тебя людей? — поинтересовался вожак.
— Под моим началом пятьдесят два воина.
— Маловато будет. Я думал, у тебя побольше.
— Качество куда важнее количества, маленький зеленый монстр. Будь на то моя воля, я бы собрал и больше, но прокормить такую ораву оказалось бы проблематично. Как только я обустрою надежную базу, смогу набрать рекрутов на исконных землях моей семьи. Там нет недостатка в крепких парнях, готовых встать под мои знамена.
— Можно иметь и качество, и количество одновременно, большой розовый монстр, — пожал плечами Чернокогть.
На лице Илисти расплылась довольная ухмылка. Похоже, с чувством юмора у него дела обстояли куда лучше, чем у Гарена. — Выступаем завтра, как только я пошлю кого-нибудь в деревню за провизией.
— И они согласятся иметь с тобой дело? С нами они обошлись довольно грубо, да и ты, как ни крути, разбойник.
— Я — Вымпир, и пусть они не приносили мне клятву верности, здешний люд прекрасно понимает, что злить меня себе дороже. Должное почтение к древней крови вдалбливалось в их умы поколениями. Мой набег для них — это едва ли не великая честь.
— Занятно. Было бы славно прикупить кой-каких припасов перед завтрашним отбытием. Что скажешь, если отправишь кого-нибудь из своих вместе с нами?
— Очень хорошо. Выделю вам Гарена в качестве сопровождающего, тогда с деревенскими точно не возникнет никаких проблем.
— Лады, звучит как отличный план, — ответил Чернокогть. А еще это звучало как повод повеселиться. Надо бы прихватить с собой Хиту. Развлечения в Море Зелени были на вес золота, и разбрасываться ими не стоило.
Перекинувшись с Вымпиром еще парой фраз, зеленокожий отправился разбивать собственный лагерь. Он пока не доверял новым союзникам в полной мере — в конце концов, они только что познакомились, да и люди Илисти явно не привыкли делить стоянку с хобгоблинами. Ночевать бок о бок казалось сомнительной затеей, поэтому Чернокогть облюбовал местечко в нескольких минутах ходьбы. Это была отличная, легко обороняемая позиция на небольшой травянистой поляне. Перед тем как обустроиться, они тщательно прочесали территорию на наличие мимиков и обнаружили одного прямо на дальнем краю. Впрочем, монстр рос на отшибе, а по ночам эти твари почти не двигались. Если выставить грамотный дозор, чудовище вряд ли доставит хлопот, а то и вовсе послужит неплохой личной охраной.
— Что думаете о наших новых друзьях? — спросил Чернокогть у своих приспешников, когда разведка местности была завершена. Вокруг него сородичи усердно вытаптывали высокую траву и готовили место под костер.
— В душе не чаю, на кой черт нам сдалась их помощь, но выглядят они занятно, — пожала плечами Хита. — Могло быть и хуже. Вообще-то, иметь Вымпиров на своей стороне — это довольно круто.
— Они Вымпиры! Им нельзя доверять! — выпалил Эйлиас. — Держу пари, они попытаются прокрасться в наш лагерь под покровом ночи и выпьют нашу кровь, пока мы будем мирно спать!
— О, на этот счет можешь не переживать. Пока вы отдыхаете, за вами будут присматривать сразу несколько хобгоблинов, — бодро заверил его вожак. — Судя по тому, что я успел разглядеть, мои парни куда лучше справляются с разведкой и скрытностью, чем людишки этого кровососа.
Упомянутые приспешники как раз закончили приминать самые густые заросли. Затаившиеся хищники могли использовать высокую растительность как укрытие, чтобы подобраться незамеченными, так что траву следовало хорошенько утоптать.
— Но ты ведь понятия не имеешь, на что они способны! Они мутанты! — мрачно возразил Эйлиас. — А вдруг Илисти умеет превращаться в туман или насылать на дозорных магический сон?!
— Хм, а в этом есть смысл, — неохотно признал Чернокогть. До такого он как-то не додумался.
Абсолютно каждый мутант, с которым зеленокожему доводилось скрестить клинки, использовал какую-нибудь извращенную магию. Вымпиры, несомненно, тоже обладали подобным даром. Отличались ли их способности друг от друга, или же все они делили одну общую силу?
— Вы оба уже слышали о Вымпирах, — вожак повернулся к своим людям. — Знаете какие-нибудь байки о том, чтобы они колдовали как обычные измененные?
— Не-а, во всех сказках, что мне доводилось слышать, им приписывают целый арсенал фокусов, — ответила Хита. — В одних они оборачиваются волками или летучими мышами, в других — порабощают людские разумы. Большинство из этих баек — откровенная херня, придуманная, чтобы пугать непослушных детей.
— Иногда они умеют летать или становиться невидимыми, — быстро бросив взгляд на темное небо, добавил Эйлиас. Парень все еще выглядел до смерти напуганным. Чернокогть в упор не понимал, чем Вымпиры хуже любых других тварей, обитающих в Море Зелени. Уж точно они были далеко не самыми крупными из тех, с кем ему доводилось сталкиваться.
К этому времени хобгоблины успели натаскать внушительную груду хвороста. Им даже удалось развести небольшой костерок, чье мерцающее пламя теперь освещало поляну, заставляя причудливые тени ветвей тянуться от растущих на опушке деревьев. Чернокогть обернулся, чтобы еще раз оценить то самое мелкое деревце, которое на самом деле было затаившимся мимиком, но монстр так и не шелохнулся.
— Может, мне удастся разговорить Илисти или этого Гарена, чтобы они сами выложили мне свои секреты, — вслух поразмыслил зеленокожий. Он считал себя весьма сообразительным.
— Они могут продемонстрировать свои силенки, если ввяжутся в драку, — резонно заметила рыжая.
— Как насчет того, чтобы бросить Гарену вызов на дуэль? — Чернокогть снова перевел взгляд на Эйлиаса. — Если ты оскорбишь его господина, уверен, он не откажется.
— Ха! Как будто ему вообще понадобится использовать какую-то тайную силу, чтобы размазать меня по стенке. Лучше сам это сделай. Ты единственный из нас, кто способен бросить ему настоящий вызов.
— Это, скорее всего, похерит наш свежеиспеченный союз, так что идея дрянь, — поморщился вожак.
— Да мы наверняка скоро сами увидим их в деле, — отмахнулась Хита.
Чернокогть мысленно согласился с девчонкой, и, поскольку обсуждать им больше было особо нечего, велел всем устраиваться на ночлег. Пока остальной отряд погружался в сон, он вместе с еще одним хобгоблином заступил на первую смену дозора.
Пока приспешник патрулировал периметр поляны, вожак уселся спиной к огню, не отрывая взгляда от непроглядной чащи. В темноте лесной массив казался живой, колышущейся массой теней. Вся эта болтовня о мутантах заставила его насторожиться, и если кто-то и собирался на них напасть, то идеальным моментом стала бы именно первая стража. Тем не менее, в лесу царила абсолютная тишина, нарушаемая лишь мерным стрекотанием насекомых да легким шелестом листвы. Над головой гоблина редкие облака лениво плыли по небосводу, на мгновения скрывая из виду бледную луну и россыпь звезд. Чернокогть внимательно вглядывался ввысь, но так и не заметил ни одного парящего в облаках Вымпира.
Где-то сбоку оглушительно захрапела Хита. Благо, быстрый и увесистый тычок носком сапога заставил девчонку перевернуться на другой бок и наконец-то заткнуться.
Теперь, когда ничто не отвлекало от мыслей, Чернокогть задумался о том, правильный ли путь он избрал. Да, у него был четкий план мести, и он методично претворял его в жизнь, но действительно ли это то, чего он хотел? Как бы оценил его поступки Сэйтер? Зеленокожий понятия не имел. Старый следопыт был сложным человеком. Без сомнения, он жаждал бы крови за смерть Герады, но вот фанатом бессмысленного насилия наемник никогда не являлся. К тому же он, судя по всему, немало пекся о судьбе жителей Севера.
Хобгоблин отнюдь не был уверен, что его нынешние деяния приносят Северу ту самую пользу, о которой пекся наставник. С одной стороны, он готов был развязать полномасштабную войну, но с другой — он же заводил союзников и защищал людей! Вглядываясь в густую тьму, Чернокогть решил просто придерживаться изначального плана. Отступать было поздно, да и, положа руку на сердце, ничем другим ему заниматься не хотелось. Теперь, когда Сэйтер был мертв, жажда возмездия стала единственным топливом, гнавшим его вперед. Без нее жизнь теряла всякий смысл.
Ночь становилась все холоднее, и, растолкав сменщика, Чернокогть наконец провалился в сон. Ранним утром он повел свою немногочисленную стаю обратно к стоянке Илисти. Вымпир поприветствовал их и, как и обещал, отрядил Гарена в качестве проводника до деревни.
— Они ведь знают, что ты разбойник, да? — поинтересовалась Хита, когда они свернули с главного тракта и пересекли незримую границу поселения. Чернокогть молча плелся позади, низко надвинув капюшон.
На улочках маячило всего пара человек — заметно меньше, чем можно было бы встретить в любой восточной деревне в такое время суток. Бросались в глаза и другие отличия. Архитектура зданий явно тяготела к другой культуре: закругленные стены плавно переходили в устремленные ввысь крыши, а в дверных и оконных проемах болтались жутковатые фетиши, скрученные из прутьев. Большинство из них имели круглую форму и напоминали искусно сплетенную паутину. Само место дышало мрачной, гнетущей атмосферой, словно где-то на периферии зрения таилась смертоносная угроза, однако выглядело поселение на удивление процветающим. Улицы радовали чистотой, а дома поражали своими габаритами и добротной отделкой.
— Они знают, что во мне течет благородная кровь, и этого вполне достаточно, — пожал плечами Гарен, отвечая на вопрос девчонки. — Они исполняют свой долг перед нами, а мы — свой перед ними, даже если формально мой господин не правит этими землями.
— И в чем же конкретно заключается ваш долг? — не унималась Хита. — Высасывать их досуха по чуть-чуть? Или пировать ими только тогда, когда совсем уж припрет голод?
Ответом ей послужил тяжелый, испепеляющий взгляд Гарена. — Мы защищаем их. От всего, что способно их уничтожить. Наша мощь удерживает на расстоянии и чуму, и лесное зверье, а питаемся жителями мы крайне редко. Если только мы не ранены или не вынуждены растрачивать свои силы сверх меры, мы способны годами обходиться без новых невольников. К тому же, подавляющее большинство наших слуг крови — это плененные в честном бою враги.
Двое местных, стоявших чуть поодаль, наконец заметили прибывшую процессию. Оба напряглись, обменялись короткими фразами, после чего женщина поспешно скрылась из виду, а мужчина неуверенно двинулся навстречу гостям. Словно получив незримый приказ, остальные немногочисленные зеваки тут же растворились в воздухе. Стоило Гарену и его свите остановиться посреди дороги, как мужчина прибавил шаг. Это был человек средних лет, облаченный в простые серые одежды с мягкой шапочкой на голове, всем своим видом напоминавший какого-нибудь местечкового управленца.
— Чем могу служить вам, милорд? — он моментально переключил все свое внимание на Гарена, отвесив ему глубокий, почтительный поклон.
— Видишь? Раздобыть все необходимое будет проще простого, — Гарен повернулся к Чернокогтю. — Скажи этому человеку, что тебе нужно, и мы сможем поскорее убраться отсюда.
— О да, вселять в окружающих такой животный ужас и впрямь чертовски удобно, — ухмыльнулся зеленокожий.