Прислушавшись на мгновение и убедившись, что в коридоре никого нет, Чернокогть выскользнул из комнаты, где только что прикончил часового. Двое хобгоблинов-приспешников последовали за ним, а один остался нести дозор. Ему было приказано изображать убитого стражника на случай, если кто-то нагрянет, убивать любых людей, распознавших обман, и резко свистеть в случае провала. Этот сигнал стал бы для вожака знаком рвать когти к ближайшему выходу.
Проследив за похитившими старика солдатами гильдии, Чернокогть точно знал: Аволус находится где-то в этом здании. Теперь оставалось лишь найти мага, не попавшись на глаза этим самым солдатам. Гоблин сильно сомневался, что сможет пробиться к цели с боем. Внутри скрывались десятки до зубов вооруженных розовокожих и как минимум двое боевых магов. Вожак только что имел удовольствие наблюдать разрушительную мощь этих чародеев, и лезть с ними в открытую драку совершенно не горел желанием. Вдобавок к невообразимой силе, пользователи магии отличались крайним коварством. Они не играли по правилам обычных смертных, а в чем именно заключались правила колдовства, Чернокогть понятия не имел. Наверное, не мешало бы как-нибудь этому подучиться. Надо будет не забыть спросить.
Длинный ковер, расстеленный вдоль коридора, надежно скрадывал звук тяжелых шагов хобгоблинов. Один конец прохода упирался в массивную дверь, а на другом обнаружилась ведущая вниз лестница. Чернокогть направился к ступеням, краем уха уловив голоса, доносившиеся из-за закрытой двери одной из смежных комнат.
— Раз уж цель у нас в руках, нужно выдвигаться с первыми лучами солнца, — произнес мужской голос.
— Пожалуй, лучше допросить его прямо здесь, — возразил кто-то другой.
Прокравшись мимо двери, Чернокогть с облегчением оскалился. Судя по разговору, Аволус был еще жив. Конечно, гоблин почти не сомневался, что гильдейские пока не станут пускать пленника в расход, но полной уверенности не было. В своей непроходимой тупости люди порой совершали крайне непредсказуемые поступки.
Добравшись до лестницы, Чернокогть замер, втягивая носом воздух. Никаких следов Аволуса не обнаружилось, а этот пролет, похоже, был единственным путем на второй этаж. Выходит, мага держали не здесь. Осторожно перегнувшись через перила, гоблин заглянул вниз. Там оказался еще один пустой коридор, правда, куда лучше освещенный. Жестом велев приспешникам следовать за ним, вожак бесшумной тенью скользнул по ступеням. Дерево под ногами предательски скрипнуло, но никто так и не вышел проверить источник звука.
Внизу коридор разветвлялся в нескольких направлениях. Чернокогть прошел немного вперед и заглянул в боковой проход, где сразу же наткнулся взглядом на парадную дверь. Ее охраняли двое закованных в кольчуги солдат. Поскольку ловить там было нечего, гоблин дождался момента, когда оба стражника отвернутся, и вместе со свитой проскользнул мимо, углубляясь в недра здания. Вскоре до его чуткого носа донесся отчетливый запах Аволуса. Очевидно, беглого мага затащили через главный вход, а затем понесли именно этим путем.
Справа от Чернокогтя обнаружилась приоткрытая дверь. Быстрый взгляд внутрь выявил просторное, погруженное во мрак помещение, битком набитое людьми. Вожак нашел основную часть вражеского отряда, но сейчас они не представляли угрозы. Большинство солдат мирно дрыхли в импровизированных гамаках или прямо на полу. Комнату явно приспособили под казарму, и, судя по запаху, Аволуса там не было. Двинувшись дальше, отряд зеленокожих миновал еще несколько запертых дверей, но ни за одну из них старика не заносили.
Внезапно за спиной раздался отчетливый скрип половиц. Чернокогть замер. Кто-то собирался выйти в коридор, и он просто физически не смог бы не заметить стоявших там хобгоблинов. Быстро дернув ручку ближайшей двери, вожак обнаружил чулан для белья. Не теряя ни секунды, он нырнул внутрь. Двое миньонов ввалились следом, и дверца захлопнулась прямо перед носом невидимого патрульного. В тесной темноте никто не смел ни пошевелиться, ни издать ни звука. Долгие мгновения зеленокожие ждали, пока стихнут удаляющиеся шаги, прежде чем Чернокогть наконец нарушил тишину.
— Убери свою ногу от моего носа. Ты мне его расплющишь, — прошипел он, свирепо пялясь на сапог провинившегося хобгоблина. По крайней мере, он был почти уверен, что в его лицо упирается именно грязный сапог — в непроглядной мгле оставалось лишь гадать.
Чулан оказался донельзя тесным, а из-за спешки гоблины ввалились туда кучей-малой, превратившись в нелепый клубок неловко переплетенных конечностей.
— Прости, босс. Я застрял, — донесся из темноты натужный кряхтящий звук, когда один из подчиненных попытался поерзать, но тут же бросил эту затею, осознав тщетность усилий.
Чернокогть злобно зашипел и попытался вырваться, однако одна его рука намертво застряла между чьими-то ногами, а обе ступни оказались надежно прижаты к полу.
— Я тоже застрял, — как ни в чем не бывало добавил второй миньон, чем совершенно не исправил ситуацию.
Раздраженный до крайности, Чернокогть пнул кого-то в живот. Он не был уверен, кому именно досталось, но оба приспешника этого вполне заслуживали, так что разницы не было никакой. Спустя пару мгновений, путем проб и ошибок, гоблинам удалось вывалиться из чулана, одновременно навалившись на дверь всем весом. Оказавшись на свободе, живой клубок распался, и вожак поспешно поднялся на ноги. У него дико чесались руки как следует отдубасить своих тупоголовых миньонов, но сейчас было не время для воспитательных мер. Ему требовалась их помощь для завершения миссии. А уж потом он отведет душу и изобьет их вдоволь.
За поворотом коридора обнаружилась еще одна лестница, ведущая в подвал. Быстро принюхавшись, Чернокогть убедился, что Аволуса утащили именно туда, и без колебаний последовал за своей добычей. К счастью, эти ступени оказались менее скрипучими — огромный плюс, учитывая, что нижний ярус отнюдь не пустовал. Беглого взгляда хватило, чтобы заметить двух стражников, дежуривших у двери на противоположном конце помещения.
Несколько секунд Чернокогть внимательно изучал солдат, а затем, улучив момент, когда оба отвернулись, кубарем скатился по лестнице и плавным движением перекатился в сторону. Обширный подвал был заставлен ящиками и бочонками, и гоблин благополучно затормозил за штабелем тары, надежно скрывшим его от глаз охраны. Помещение явно использовалось как склад. Вдоль стен чадили масляные лампы, но их тусклого света едва хватало, чтобы разогнать мрак. Громоздящиеся повсюду припасы отбрасывали густые тени, а гулявший по подвалу сквозняк заставлял пламя в светильниках едва заметно подрагивать.
Вскоре к нему присоединились и двое подручных, в точности скопировав маневр вожака при спуске. Один из хобгоблинов открыл было пасть, чтобы что-то ляпнуть, но Чернокогть тут же яростно на него зашипел. Каменные стены и пол склада создавали непредсказуемое эхо, так что любая болтовня, даже самый тихий шепот, могла насторожить охрану. Показав на мигах, чтобы приспешники следовали за ним, предводитель пришел в движение. Он метнулся из-за бочек к нагромождению ящиков. Оттуда зеленокожий лазутчик по-пластунски прополз к следующей партии тары и осторожно выглянул, оценивая обстановку. Стражники никак не отреагировали. Они по-прежнему ничего не замечали и не слышали подозрительных звуков.
Однако возникла проблема. Вокруг охраняемой двери раскинулось обширное открытое пространство, и пересечь его незамеченным не представлялось возможным. Требовался план похитрее. Чернокогть извлек из поясного кошеля пару круглых камешков и серией быстрых жестов обрисовал подчиненным суть задумки. Убедившись, что до тугодумов дошло, вожак метнул снаряд. Камень пролетел низко над землей и врезался в деревянный ящик на противоположном конце подвала. Раздался глухой звук удара о дерево, а затем звонкий стук катящегося по каменным плитам голыша.
— Это еще что? — встрепенулся один из солдат, вглядываясь в источник шума.
— Да крыса какая-нибудь, наверное, — пожал плечами его напарник. — Спорим, в этой жалкой пародии на город подобной мерзости пруд пруди. Жду не дождусь, когда мы уже свалим из этой помойки.
— Я все же пойду проверю.
— Да на кой черт? Мы тут не для того, чтобы охранять барахло какого-то торгаша от вредителей. Наш приказ — следить, чтобы пленник никуда не делся.
— Знаю, но все равно хочу взглянуть. В этих краях крысы вырастают до размеров хорошей собаки, да и вдруг это вообще не крыса, — упрямо ответил первый стражник, подозрительно косясь в темноту подвала.
— А кто? Гоблин, что ли? Как по мне, крыса и то опаснее будет.
— Пока не посмотрю — не узнаю. Но учитывая, что в этом городе годами ошивался маг крови, я не собираюсь рисковать.
— Проклятые богами маги крови. Надо было прикончить этого ублюдка на месте. Какая же они мерзость, — кисло скривился второй солдат, явно проникшись аргументами напарника.
— Не нам решать, — отозвался первый, осторожно отходя от двери в сторону ящиков, откуда донесся шум. Его ладонь напряженно легла на рукоять висевшего на поясе меча.
Напарник внимательно следил за его продвижением, и в итоге оба охранника оказались повернуты спиной к затаившимся зеленокожим. Чернокогть подал миньонам сигнал к атаке и сорвался с места. Он грациозно перемахнул через укрытие, и в тот момент, когда его сапоги коснулись каменного пола, уже несся на врага. Стремительно сближаясь с оставшимся у двери стражником, гоблин на ходу выхватил клинок.
Солдаты по-прежнему смотрели в другую сторону и ничего не видели, но стражник у двери уловил посторонний звук и резко обернулся. При виде несущихся на него трех хобгоблинов он на секунду остолбенел, явно не понимая, что делать, словно не веря собственным глазам. Мгновение спустя он разинул пасть, чтобы поднять тревогу, но Чернокогть уже сократил дистанцию. Гоблинский меч со свистом рассек воздух, метя прямо в шею жертвы.
— Какого черта?! — выдохнул солдат, чудом успев отшатнуться от смертоносной стали. Однако этот спешный маневр лишил его равновесия.
Чернокогть мгновенно изменил стойку, переведя рубящий удар в колющий. Острие клинка вонзилось человеку в горло, навсегда обрывая крик. Впрочем, эта скоротечная возня наделала достаточно шума, чтобы привлечь внимание второго дозорного. Тот резко обернулся... и тут же был снесен с ног двумя подоспевшими хобгоблинами. Инерция тяжелых тел опрокинула солдата на бок, и подвал огласился громким треском — закованная в шлем голова с размаху приложилась о каменный пол. Удар на мгновение оглушил стражника, и этого времени зеленокожим хватило с лихвой. В когтистых лапах блеснули ножи, безжалостно вонзаясь глубоко в незащищенную плоть. Человек испустил дух за считанные секунды, так и не успев закричать или поднять тревогу.
Солдат, получивший удар в шею от Чернокогтя, тоже уже покинул мир живых. Кровь медленно растекалась вокруг остывающих тел, пока вожак перешагивал через труп и осматривал дверь. Это была массивная деревянная преграда с чугунной ручкой и замочной скважиной. Гоблин дернул за ручку, но та даже не шелохнулась. Заперто.
— Ищите ключ, — скомандовал он, повернувшись к своим приспешникам.
Почти сразу же один из хобгоблинов вскинул руку с толстым железным ключом и счастливо оскалился. Поскольку жадные ублюдки принялись мародерить тело павшего стражника в ту же секунду, как оно рухнуло на пол, поиски не отняли много времени. Чернокогть забрал находку и вставил ее в замок.
— Смотрите внимательно. Это невероятно сложно, и вам, возможно, придется объяснять это остальным, — с важным видом произнес он, демонстрируя завороженным зрителям, как отпереть замок.
— И это значит, что теперь она откроется? — спросил один из миньонов, когда механизм сухо щелкнул.
— Да, но для этого нужен правильный ключ. Они не все одинаковые, — ответил Чернокогть, вновь повернув ручку и легонько толкнув деревянную створку.
От очередного толчка дверь распахнулась настежь, и взорам хобгоблинов предстала крошечная комнатушка без окон, погруженная во мрак до их появления. В самом центре стоял небольшой столик, за которым едва могли уместиться два человека, и напротив друг друга действительно ютились два стула. На одном из них восседал Аволус. Маг был намертво привязан к спинке, а в рот ему запихали тряпичный кляп. Чернокогть слышал его едва уловимое дыхание, но старик не шевелился и никак не отреагировал на вторжение в свою камеру. Похоже, он все еще пребывал в мире грез.
— От этого розовокожего разит в точности как от того, кого мы ищем, — заметил один из приспешников, когда вся троица ввалилась внутрь.
— Это он. Маг, на которого я охочусь, — ответил Чернокогть, торжествующе ухмыльнувшись. Он наконец-то отыскал создателя Эликсиров. Теперь оставалось лишь вытащить отсюда этот ценный груз в целости и сохранности.
Повинуясь приказу вожака, один хобгоблин схватил Аволуса за ноги, а второй подхватил за туловище. Синхронным рывком они закинули обмякшее тело себе на плечи, чтобы нести без лишних усилий. Жесткая тряска не смогла вырвать чародея из забытья, но в остальном старик выглядел вполне целым и невредимым.
— Мы можем теперь уйти? — спросил один из носильщиков.
— Да, пожалуй, так и поступим, — согласился Чернокогть, который тоже совершенно не горел желанием задерживаться в гостях.
Надежно зафиксировав ценную добычу, отряд зеленокожих под предводительством Чернокогтя поспешно покинул подсобку и устремился к лестнице. Вожак поднялся первым, проверяя чистоту коридора, после чего вся троица вихрем пронеслась по этажу и взлетела по ступеням еще выше.
— Кто там? Я слышу какую-то возню, — крикнул один из охранников у парадного входа, когда гоблины топотом пронеслись над ними.
Проигнорировав оклик, хобгоблины промчались по коридору второго этажа к комнате, через которую проникли внутрь. Оставленный там дозорный уже ждал их, а за спиной стремительно просыпалась вся лавка. У них оставались считанные мгновения до того, как кто-нибудь решит проверить это помещение. Внизу уже вовсю суетились люди, перекликаясь друг с другом. Осиное гнездо было окончательно растревожено, поэтому Чернокогть не стал терять ни секунды. Он высунулся в окно и пронзительно свистнул. В тот же миг из густых теней на улице внизу выступило несколько зеленокожих фигур.
— Ловите розовокожего! — крикнул он им, жестом приказывая миньонам за спиной подходить ближе.
Двое хобгоблинов, тащивших Аволуса, без лишних раздумий вышвырнули бесчувственного чародея прямо в окно. Старик камнем полетел на мостовую, но за долю секунды до рокового столкновения трое сородичей успели броситься вперед и поймать его на лету.
— Отличная работа! — рассмеялся Чернокогть, следом выпрыгивая из окна. Он приземлился на брусчатку на ноги и тут же перекатился, гася инерцию падения.
Не дожидаясь особых приглашений, оставшиеся наверху приспешники тоже сиганули следом. Они успели как раз вовремя. Из окна второго этажа вырвался яркий свет — кто-то с лампой или кристаллом света в руках ворвался в брошенную ими комнату.
— Кто-то только что выпрыгнул в окно! Они там, на улице! — раздался сверху разъяренный женский крик.
— Бежим! И не забудьте мага! — гаркнул Чернокогть, немедленно следуя собственному совету.
Он сорвался с места, удаляясь от лавки и растворяясь в лабиринте извилистых переулков Даггерпойнта. Свита, включая двоих взваливших на себя Аволуса, мчалась по пятам. Стая бесследно исчезла во мраке в тот самый момент, когда парадные двери магазина с треском распахнулись, и на улицу хлынула толпа солдат.
— Не дайте им уйти! — яростно взревел кто-то в ночи.
Завернув за угол, Чернокогть злорадно расхохотался. Заразительный гогочущий звук эхом отразился от стен зданий и полетел обратно к лавке, несомненно, достигнув ушей гильдейских ищеек. Теперь ни одному розовокожему ни за что было его не догнать. На улице все еще царила непроглядная предрассветная темень, а гоблин получил слишком большую фору. Аволус принадлежал ему, а значит, могущество, сокрытое на кончиках когтей Чернокогтя, вскоре возрастет до невиданных пределов. А ведь сила для того и нужна, чтобы пускать ее в ход.