Четыре часа, отведенные Чернокогтем своим разведчикам, почти истекли, и пришло время их возвращения с охоты, поэтому гоблин решил подождать пару минут, прежде чем отправляться по следу Аволуса. Нашедшему мага следопыту все равно требовалось время, чтобы перевести дух, да и кое-кого из разбредшихся по особняку миньонов нужно было собрать.
Сладко потянувшись и зевнув, чтобы окончательно стряхнуть с себя остатки дремоты, вожак велел всем собираться в главном фойе. Ожидая отставших, стая начала готовиться к вылазке. Требовалось перебрать снаряжение, поправить маскировку и надежно припрятать награбленное.
Вскоре отправленные на поиски разведчики начали стягиваться обратно. Первый вернувшийся хобгоблин вошел через парадную дверь и доложил, что не обнаружил ничего интересного. Однако Чернокогть не мог не заметить, что одежда подчиненного была с ног до головы залита кровью, источавшей подозрительно человеческий запах.
— Что с тобой приключилось? — подозрительно спросил Чернокогть.
— Я споткнулся, — кротко ответил хобгоблин, отворачиваясь, лишь бы не встречаться взглядом с вожаком.
— Прямо в гигантскую лужу человеческой крови?
— Эм… ну да. Именно так.
Прежде чем предводитель успел устроить допрос с пристрастием — например, поинтересоваться, откуда эта лужа вообще там взялась — его отвлек приход еще одного следопыта. У этого на плечах кто-то восседал. Это был человек, совсем крошечный розовокожий.
— У-и-и-и! — заливисто хохотал маленький шатен, вскидывая ручонки в воздух. Ребенок был одет в весьма добротные одежды и, казалось, ничуть не пугался присутствия целой оравы хобгоблинов, и уж тем более того, кого он оседлал.
Чернокогть вылупился на эту картину. — Это еще что такое?
— Нашел его за каким-то домом. Можно я оставлю его себе?
— Зеленые человечки! — захихикало дитя, показывая Чернокогтю язык.
— Нет, нельзя. С меня и так хватит мелких бесполезных тварей, а эта штуковина даже прокормить себя не в состоянии. Потребуется больше года, чтобы как следует выдрессировать его! — злобно прорычал вожак. Он понятия не имел, сколько времени нужно человеческим детенышам, чтобы вырасти, и сколько лет было этому конкретному экземпляру. Гоблин знал лишь то, что созревают они медленнее зеленокожих, так что, наверное, на это уйдет лет шесть?
— Я знаю, что оно розовое и уродливое, но ты только посмотри на эти пухлые щеки и большие милые глазки! Разве тебе не хочется дать ему вкусняшку и погладить по головке? — принялся оправдываться миньон, опуская ребенка на пол.
— Нет! Отнеси это обратно, живо!
— Злой зеленый человечек, — рассмеялся мальчишка.
— Обещаю, я буду его кормить и научу делать всякую работу.
— Нет! У меня нет на это времени. Отнеси его туда, где взял. Догонишь нас позже.
— О-о-оу, — печально протянул разведчик, разворачиваясь к выходу, чтобы выполнить приказ.
На этом фоне появление Геры и Прохвоста выглядело совершенно обыденным. Парочка просто толкала перед собой тачку, доверху набитую всяким хламом и едой.
— Вы вообще искали мага? — поинтересовался Чернокогть. Настроение у него испортилось окончательно. Казалось, большинство разведчиков просто отлынивали от работы. Просто чудо, что хоть один из них действительно наткнулся на след Аволуса.
— Конечно. В тех колбасных лавках, которые мы обошли, его точно не было, — ответил Прохвост, отпуская ручки тачки.
— С какой стати ему торчать в колбасной лавке?
— Ну, я бы прятался именно там.
Лидер испепелил Прохвоста взглядом. Как только они выберутся из этого города, он завалит паршивца бесконечной грязной работой или просто зарежет к чертовой матери. Любой из этих вариантов вполне устроил бы вожака.
— А я искала мага! Ради тебя я готова на все, — встряла Гера, подходя ближе.
— Еще бы. Ведь я вожак, — рассеянно бросил Чернокогть, машинально уворачиваясь от ее попытки прижаться к нему. К этому моменту подобное уклонение стало для него второй натурой.
— А еще у меня есть сыр! — гордо заявила самка, протягивая ему небольшой сверток, замотанный в кусок ткани.
Чернокогть проворно выхватил подношение и принюхался. Это и впрямь был сыр. Далеко не самый лучший сорт, но и от худшего он отличался разительно.
— Теперь ты моя любимица, — одобрительно произнес он.
— Значит ли это, что я получу обнимашки?
— Нет, ни в коем случае, — ответил гоблин, с подозрением покосившись на нее. Он прекрасно знал, что она жаждет с ним спариться, но зачем ей понадобилось его обнимать? Уж не пытается ли эта хитрая бестия провернуть какой-то коварный трюк?
Когда вся стая в сборе подготовилась к выходу, нашедший мага следопыт повел отряд обратно в город. Хобгоблины быстро покинули центральный район и углубились в окраины Даггерпойнта, где улицы становились грязнее и теснее. День клонился к закату, и солнце уже касалось западного горизонта, предвещая скорую темноту. По мере того как лавки закрывались, а тени удлинялись, толпы горожан редели. Благодаря этому отряду Чернокогтя было куда проще передвигаться, не привлекая лишнего внимания. Они миновали жилые кварталы, проскользнули мимо торговых рядов и, вынырнув из очередного переулка, оказались среди унылых рядов заброшенных складов. Вокруг не было ни души, лишь изредка из темных закоулков доносились шорохи или лязг. Скорее всего, это были просто крысы, ну или беспризорники. Впрочем, разницы между ними почти не существовало.
— Нам туда, — прошептал разведчик, выглянув из-за угла здания и указав на один из складов.
Чернокогть присоединился к нему и тоже высунулся из укрытия. Остальные приспешники сгрудились позади. — Ты пришел сюда по запаху?
— Я взял след чародея в соседнем переулке, и он привел меня прямо к этим дверям, босс. Но все входы охраняли люди, поэтому я вернулся за вами.
— А где враги?
— Охотники засели в соседних зданиях. Наблюдают и чего-то ждут. Чего именно — не знаю.
— Скорее всего, хотят ударить под покровом тьмы. Даже в Даггерпойнте небольшое сражение обязательно привлечет внимание зевак, — пробормотал вожак, внимательно сканируя ближайшие окна в поисках чужих дозорных.
— И что будем делать, босс? — поинтересовался Прохвост.
— Мы проберемся внутрь и попытаемся вытащить Аволуса. Эти ленивые городские человечишки ни за что нас не заметят, — надменно ответил Чернокогть, повернувшись к своей свите и радостно потирая руки. Задачка не предвещала особых хлопот.
Но не успел никто и рта раскрыть, как грохнул оглушительный взрыв. Оранжевая вспышка необузданного пламени разорвала густые тени. Воздух наполнился ни с чем не сравнимым треском и глухим стуком разлетающейся кирпичной кладки, заставив всех зеленокожих инстинктивно вздрогнуть. Одна из стен убежища Аволуса попросту разлетелась на куски, а изнутри здания донеслась какофония возбужденных криков.
Чернокогть поспешно спрятался за угол и раздраженно нахмурился. На его глазах из дверей здания на противоположной стороне улицы вырвался отряд закованных в броню человеческих воинов и бросился к месту действия. Их предводитель явно сжимал в руках магический посох, и как только они скрылись в переулке, прогремел еще один взрыв.
— Или же мы можем подождать здесь и посмотреть, чем все закончится, — быстро поправился лидер. Ввязываться в подобную заварушку ему совершенно не улыбалось.
— Отличная мысль, босс! — горячо поддержал его Прохвост под согласные кивки остальных миньонов.
— Ты такой мудрый, — заискивающе добавила Гера, захлопав ресницами.
Раздался очередной взрыв, а затем из окна второго этажа вылетело тело и с мерзким хрустом рухнуло на брусчатку. Проскользив немного по камням, оно замерло. Спустя пару мгновений из переулка строем вышел еще один отряд бронированных солдат и занял позицию перед дверями склада. Валяющийся под ногами труп они попросту проигнорировали.
— Ух ты, а розовокожие в этом городе умеют веселиться, — удивленно цокнул языком Прохвост.
Из окон первого этажа уже вырывались языки пламени. Охваченный огнем человек выбросился наружу и принялся истошно кататься по земле, сбивая пламя. Он пронзительно визжал несколько секунд, пока один из солдат не подошел и не оборвал его мучения коротким ударом меча.
Следующие несколько минут прячущиеся в тенях хобгоблины с упоением наблюдали за пожаром. Чернокогть пытался придумать новый план, но в голову не приходило ничего путного — все варианты заканчивались тем, что он пялился в смертоносное дуло магического посоха. Вдруг раздался грохот, и из парадной двери склада вышло несколько фигур. В свете разгоравшегося зарева гоблин узнал воинов, которые первыми ворвались в здание. Их лидер с посохом тоже был среди них. Но куда важнее было то, что двое солдат тащили между собой обмякшее тело. Присмотревшись к повисшей фигуре, Чернокогть безошибочно узнал седовласого старика. Это был Аволус!
— Это он, наша добыча, — прошипел вожак, указывая узловатым пальцем на мага, пребывающего в мире грез.
— Похоже, эти розовокожие добрались до него первыми, — констатировал Прохвост.
— Какая жалость! Ну, пошли домой! — ляпнул другой хобгоблин. Весь этот хаос явно его пугал, поэтому Чернокогть с силой наступил трусу на ногу и наградил тяжелым взглядом, чтобы напомнить, кого здесь на самом деле стоит бояться.
Два отряда нападавших слились воедино, взяв бесчувственного Аволуса в плотное кольцо. Внезапно из парадной двери полыхающего склада выскочили двое мужчин в темной форме телохранителей мага. Было неясно, то ли они бросились в погоню за похитителями хозяина, то ли просто спасались от огня. В руках они сжимали клинки, и, как все люди беглого чародея, выглядели крупными и опасными бойцами. К тому же, Аволус частенько превращал свою охрану в Сосуды — ведь именно в этом заключалась его магическая специализация.
Предводитель солдат заметил вырвавшуюся из здания охрану и вскинул свой артефакт. Как только навершие указало в сторону врагов, из него вырвался сгусток силы и врезался в ближайшего бойца. Раздался треск — мощный кинетический удар отшвырнул мужчину обратно в дверной проем. Второй телохранитель даже не успел среагировать, как следующий заряд впечатался уже в него. Его тоже отбросило назад, но вместо того, чтобы пролететь в дверь, бедолага с громким влажным хрустом размазался по каменной стене.
Несколько секунд чародей оценивающе изучал горящую постройку, а затем перехватил посох. Покрутив какие-то рычажки на рукояти, он вновь навел оружие на склад. Воздух содрогнулся от тяжелого гула, и зеленый шар концентрированной энергии устремился к зданию. Залетев в окно, он детонировал внутри с такой силой, что земля слегка затряслась под ногами. Но нападавший не остановился на достигнутом, выпустив еще три заряда подряд. Стены строения начали деформироваться, а затем весь склад рухнул, превратившись в груду пылающих обломков. Тут же вперед выступил второй маг и принялся заливать руины мощной струей воды. Влага шипела и испарялась, соприкасаясь с пламенем и раскаленным камнем, но вскоре все видимые очаги возгорания были потушены.
— Давай не будем с ними драться, — робко предложила Гера. В ее голосе сквозило неподдельное уважение, и Чернокогть прекрасно ее понимал. Пожалуй, это была одна из самых впечатляющих демонстраций магии, что он когда-либо видел. Обычно чародеи вели себя куда сдержаннее.
Окончательно сровняв здание с землей, отряд чеканным шагом двинулся вниз по улице. Шли они споро, словно куда-то торопились, и гоблин легко мог догадаться о причинах. Их налет вряд ли можно было назвать скрытным. Даже в столь поздний час горожане наверняка сбегутся посмотреть, из-за чего поднялся такой шум. Скорее всего, за ними уже наблюдали десятки нежелательных глаз.
— Идем за ними. Двигайтесь тихо и не высовывайтесь, — прошипел вожак, выныривая на улицу и крадучись следуя за удаляющимися солдатами.
— Мог бы и не напоминать, — прошептал один из миньонов, на цыпочках семеня следом за предводителем. — Я буду тише воды, ниже травы, чтобы тоже не размазаться по стенке.
Остальная стая потянулась следом, пусть и с явной неохотой. Ночь полностью вступила в свои права, и в небесах повис тонкий серп луны. Без отсветов пожара тьма стала гуще, хотя из некоторых окон все еще лился тусклый свет. Даггерпойнт был крупным городом, и часть улиц оставалась освещенной и людной, но солдаты старательно избегали подобных маршрутов.
По мере того как преследуемый отряд углублялся в бедные жилые кварталы, крыши домов начали смыкаться все плотнее. Желая получить лучший обзор, Чернокогть запрыгнул на штабель бочек и вскарабкался по стене. Подтянувшись на глиняную черепицу, он продолжил охоту с высоты. Солдаты петляли по темным улицам и узким, зажатым между стенами переулкам, в то время как гоблин неотступно скользил над их головами. Замыкающие бойцы регулярно оглядывались, прикрывая отход, но ни один из них не удосужился посмотреть наверх — типичная, смертельно опасная людская привычка.
Пока приспешники крались по земле, Чернокогть ловко перепрыгивал с одной крыши на другую. Приземляясь мягко и почти бесшумно, он проворно следовал за своей добычей. Наконец, он нагнал их и затаился за кирпичной трубой — отряд внезапно остановился перед крупной лавкой. Это было солидное двухэтажное здание на вполне респектабельной улице, хотя в столь поздний час округа вымерла. Кто-то изнутри распахнул дверь, и воины вместе с пленным магом поспешно скрылись в помещении.
Миньоны подоспели следом, укрывшись в непроглядных тенях узкого проулка прямо под позицией вожака. Пока гоблин изучал здание, стая терпеливо ожидала его приказов. Внутри лавки вспыхнул свет, но все ставни были плотно закрыты, не позволяя разглядеть происходящее. Немного поразмыслив, Чернокогть спустился по стене и присоединился к своим сородичам.
— Что теперь, босс? — прошептал Прохвост.
— Теперь мы готовимся действовать, — тихо ответил лидер. — Эти люди прекрасно организованы, а здесь их база. Вся округа наверняка кишит дозорными. Проверьте соседние здания и улицы. Я хочу, чтобы вы засекли каждого из них и не спускали с них глаз.
— А резать их можно? — с жаром поинтересовался другой хобгоблин.
— Пока нет, — отрезал Чернокогть. Многих подчиненных такой расклад не устроил, но они были достаточно умны, чтобы не перечить.
— Ночная охота, — улыбнулась Гера. Она, судя по всему, ничуть не расстроилась.
— Ага, и проще простого. Розовокожие в темноте слепы как котята, — хвастливо поддакнул Прохвост.
Разбившись на мелкие группы и растворившись в ночи, хобгоблины принялись делать ставки, кто найдет больше всего часовых. Осознав, что прямой конфронтации не предвидится, они с удвоенным энтузиазмом взялись за дело — зеленокожие обожали сам процесс охоты, даже если в финале не всегда лилась кровь.
Оставив двоих подручных следить за главным входом, Чернокогть прихватил еще одного и отправился в обход, чтобы отыскать черный ход. Ему нужно было знать наверняка, если кто-то попытается покинуть лавку. Обнаружив удобную позицию на крыше соседнего дома, он устроился поудобнее и приготовился ждать. Время для решительных действий еще не пришло. Лучше позволить людям расслабиться, поверить в свою безопасность, а затем ударить, когда они будут максимально уязвимы. Гильдии нужен был живой Аволус, а во время захвата он находился без сознания, так что время у гоблина было.
Полночь осталась позади, а Чернокогть все ждал с сосредоточенным терпением хищника. Ночь сгустилась до чернильной непроглядности, а затем небо начало понемногу светлеть. Хобгоблины регулярно возвращались с докладами и вновь растворялись во мраке, выслеживая добычу. Вражеские часовые действительно обнаружились, но обойти их не составило труда. Несколько людей то заходили в лавку, то покидали ее, однако Аволуса среди них не было. Как только первые лучи солнца робко проклюнулись из-за горизонта, Чернокогть решил, что пора действовать.
— А теперь передайте остальным: пусть вырежут всех дозорных на улице и возвращаются сюда, — скомандовал он двум приспешникам, сидевшим позади него. Те кивнули и умчались разносить приказ.
Вскоре ударный отряд снова был в сборе, и на лицах прибывающих хобгоблинов блуждали зловещие ухмылки. От многих уже разило свежей кровью нерасторопных часовых.
— Все человеческие дозорные мертвы? — спросил вожак.
— Кроме тех двоих, что сидят внутри лавки и пасут улицу из окон, — отчитался Прохвост.
— Значит, уберем их прямо сейчас. Заодно я проберусь внутрь и найду Аволуса.
— Как скажешь, босс.
— Именно, — прошипел в ответ Чернокогть. — Я здесь вожак, и если вы будете четко выполнять мои приказы, мы без проблем получим то, за чем пришли.
Повинуясь команде, Прохвост увел за собой небольшую группу сородичей — им предстояло взобраться по фасаду здания и ликвидировать часового у парадного окна. Чернокогть взял троих помощников и направился к боковому окну, чтобы провернуть тот же трюк со вторым охранником. Спустившись на землю, он неслышной тенью скользнул к лавке. Оказавшись у стены, гоблин уцепился за грубую каменную кладку и пополз вверх. Вскоре он уже болтался прямо под подоконником, ожидая условного сигнала. Тихий свист снизу не заставил себя ждать. Часовой был один и как раз отвернулся от окна. Оскалившись, Чернокогть подтянулся и бесшумно скользнул в проем. Сильное, легкое и невероятно гибкое тело позволяло ему двигаться с грацией призрака.
Перед ним раскинулась небольшая гостиная, едва освещенная крохотной лампой в дальнем углу. Дозорным оказался закованный в броню солдат, который отошел от окна, чтобы перекусить чем-то с подноса на столике. Между ним и гоблином оставалось не больше двух метров, но человек, судя по всему, даже не подозревал, что в комнате он больше не один. Плавным, хищным движением Чернокогть выхватил длинный кинжал и бросился врагу на спину. Он пролетел по воздуху словно сотканная из мрака тень, и, обрушившись на цель, резко рванул голову солдата назад, чиркнув лезвием по горлу. Сталь без малейшего усилия рассекла плоть. Вожак повалил дергающееся тело на пол и для верности вогнал клинок под ребра. Густая кровь хлынула из ран, пока зеленокожий убийца безжалостно прижимал жертву к доскам. Солдат испустил дух всего через пару секунд, так и не сумев оказать сопротивление или хотя бы взглянуть в лицо своему палачу.
Убедившись, что добыча мертва, Чернокогть поднялся на ноги и свирепо ухмыльнулся в пустоту. Он буквально вибрировал от бурлящей в жилах жажды крови, но усилием воли подавил инстинкты. Подойдя к окну, он подал знак своим миньонам подниматься. Они внутри. Осталось только найти Аволуса, не подняв при этом на уши всех магов в здании.