Чернокогть резко затормозил, взметая пыль, и развернулся лицом к конному рыцарю, возглавлявшему атаку отряда Верика. Позади хобгоблина путь преграждала рухнувшая дозорная башня. Длинная груда раскрошенного камня намертво отрезала Хите и мутанту дорогу к воротам.
Передовой всадник несся вперед, пока не навис прямо над Чернокогтем, высоко занеся меч для разящего удара. Гоблин встретился взглядом с карим глазом боевого коня и скривился. Теперь он был загнан в угол, и ему не оставалось ничего иного, кроме как отчаянно сражаться, выжимая из себя последние крохи сил, подобно попавшему в капкан зверю. Без боя он точно не сдастся.
Тело зеленокожего изнывало от усталости, а запасы маны иссякали, но он все же потянулся к своему ядру, зачерпнув столько энергии, сколько смог удержать. Придав ей форму усилием воли, хитрец выплеснул ее наружу гигантской, пульсирующей волной первобытного ужаса. Магия хлынула вперед, ударив по всадникам и их скакунам, просачиваясь в их разумы и подавляя волю.
Как и ожидалось, почти все рыцари сумели воспротивиться ментальному удару, чего нельзя было сказать об их животных. Сила Чернокогтя ворвалась в сознание лошадей, разрывая их инстинкты в клочья и подменяя их чистым, незамутненным страхом. Истошно ржа, животные попытались спастись от гоблина, который в их воспаленном восприятии теперь возвышался жутким теневым исполином. Ха, уж если ему и суждено подохнуть, он заберет с собой в могилу столько лошадей, сколько сможет!
Одни скакуны пытались вкопаться в землю прямо на полном скаку, другие шарахались в стороны. В результате отряд Верика мгновенно погрузился в кровавый хаос: всадники врезались друг в друга или вылетали из седел паникующих животных. Как минимум одного человека затоптали насмерть, а многим другим стоило невероятных усилий просто удержаться верхом. Рыцари затормозили перед Чернокогтем; их атака захлебнулась, а строй рассыпался в тщетных попытках усмирить взбесившихся коней.
Чувствуя себя опустошенным и слабым, мутант попятился к Хите, которая встала с ним плечом к плечу, перейдя в глухую оборону.
— Ты в порядке? Бежать сможешь? — с тревогой в голосе спросила рыжая. Истощение гоблина было слишком очевидным.
Быстро оглядевшись по сторонам, Чернокогть не нашел путей к отступлению. Здания здесь превратились в сплошные руины, и пытаться карабкаться по ним под шквалом атак было бы равносильно самоубийству. Однако, не успел зеленокожий ответить девчонке, как заметил одну крайне скверную деталь. Один всадник все же прорвался сквозь суматоху и теперь неумолимо надвигался на них. Это был Верик. Волк сумел удержать своего скакуна в узде и выглядел поистине взбешенным.
— Тебе от меня не уйти, мерзкая тварь! — проревел главарь бандитов, посылая коня вперед. — Сегодня ты сдохнешь, и Север наконец-то станет моим.
Чернокогть попытался прощупать разум скакуна Верика, но тот оказался на удивление ясным и стойким. В нем даже, кажется, пульсировала мана. Неужели конь Волка был Сосудом? Подобные твари действительно существовали, хотя самому хитрецу сталкиваться с ними еще не доводилось. Приглядевшись, хобгоблин осознал, что это не та лошадь, на которой Верик ехал сюда всю дорогу. Должно быть, он увел ее у кого-то другого. Вот же ворюга.
— У меня закончились идеи, а у тебя есть план? — процедил мутант, наблюдая, как Верик переходит на рысь. Он был абсолютно уверен, что у девчонки в голове пусто, но жаждал услышать, как она признает это вслух.
Хита лишь хищно оскалилась. — Ага, мы завалим его вдвоем, пока остальные не очухались. Прорвемся.
Зеленокожий обреченно застонал. Какая же идиотская затея. Ему следовало бы усвоить, что спрашивать о чем-либо рыжую — гиблое дело.
Впрочем, слова Хиты, похоже, насторожили Верика. Поняв, что Чернокогть никуда не денется, конный Сосуд натянул поводья. Вместо того чтобы ринуться в атаку, он просто замер в ожидании, пока его союзники придут в себя, желая избежать схватки один на один. Мутант скривился. Какой трус. Похоже, теперь ему и впрямь придется следовать этому идиотскому плану девчонки. Напасть на главаря бандитов прямо сейчас все же лучше, чем дожидаться, пока их сомнет весь вражеский отряд.
Неожиданный грохот внезапно привлек внимание гоблина — звук доносился слева и напоминал осыпающуюся кладку. Скосив глаза, Чернокогть заметил стремительно приближающееся бурое пятно. Вздрогнув от неожиданности, он резко развернулся навстречу новому противнику, но в следующее мгновение узнал его. Это был тот самый козел-мутант! Проносясь мимо хобгоблина, зверь попытался вцепиться в его рюкзак и сорвать добычу со спины. Зубы сомкнулись на грубой ткани, но клыкастый хитрец не привык так легко расставаться со своими трофеями. Он мертвой хваткой вцепился в лямки, и инерция несущегося животного потащила его за собой.
— Держу! — рявкнула Хита, хватая его за руку, чтобы помочь сохранить равновесие.
Козел и не думал сбавлять ход, а зеленокожий почувствовал, как мешок начал предательски трещать по швам, поэтому пришлось срочно менять тактику. Извернувшись, он вцепился в один из рогов мутанта. Однако это ничуть не замедлило рогатую тварь. Зверь едва не выдернул гоблину руки, так что хитрец ослабил хватку на рюкзаке и одним прыжком запрыгнул козлу на спину. Маневр осложнялся тем, что Хита все еще висела на его предплечье, но, вкратце обдумав перспективу съездить ей пяткой по лицу, чтобы она отцепилась, Чернокогть все же затащил девчонку наверх, усадив позади себя.
— Какого дьявола?! Остановите их! — в бешенстве заорал Верик, когда козел, не сбавляя скорости, помчался прямо по высокой груде обломков на обочине. Ответом ему послужил лишь безумный, восторженный хохот рыжеволосой разбойницы.
Перепрыгивая с валуна на валун, крупный мутант, казалось, вообще не замечал лишнего веса на своей спине. Под густой шерстью скрывалась поразительная гора литых мышц, но Чернокогть болезненно подпрыгивал при каждом толчке, ощущая, как костлявый хребет безжалостно впивается в его самые нежные места. И все же мутант вцепился в рога животного мертвой хваткой. Они уходили от погони!
Достигнув вершины завала, козел начал резкий спуск, и гоблину пришлось держаться так, словно от этого зависела его жизнь. И как только люди умудрялись ездить на этих своих лошадях? Это же совершенно противоестественно! Не говоря уже о том, что чертовски больно. Бедра Чернокогтя горели так, будто по ним методично лупили кузнечными молотами, а о промежности и вовсе хотелось забыть как о страшном сне.
Спустившись на твердую землю, зверь припустил к городским воротам. Это было просто замечательно, учитывая, что у зеленокожего не было ни малейшего способа управлять этой тварью, и если бы он сейчас свалился, то, скорее всего, еще очень долго не смог бы ходить. Позади него Хита продолжала заливаться смехом. Судя по звукам, девчонка не испытывала и десятой доли тех мучений, что достались на его долю.
Стиснув зубы, Чернокогть продолжал цепляться за жесткую шерсть. Какое-то время они неслись по полуразрушенным улицам, а затем пулей вылетели за ворота и скрылись в лесу. Именно в этот момент скакун решил, что пришло время избавиться от назойливых паразитов на спине. Дергаясь из стороны в сторону, козел принялся яростно брыкаться, пытаясь сбросить наездников.
Гоблину удалось продержаться около трех секунд, прежде чем его все-таки сбросили. Затем он еще секунду провел в свободном полете и смачно впечатался лицом в землю. К счастью, почва здесь представляла собой мягкий суглинок, поэтому боль от падения оказалась ничуть не хуже той, что он терпел во время адской скачки. Глухо застонав, мутант решил выкроить себе мгновение на передышку и просто распластался в грязи. Но тут прямо на его спину рухнула Хита. Когда девчонка откатилась в сторону, хобгоблин хрипло закашлялся, издавая страдальческий стон. Пока что день не задался от слова совсем.
Приподняв голову, Чернокогть увидел, что козел стоит шагах в двадцати от них и, полностью игнорируя происходящее вокруг, потрошит его рюкзак в поисках заветного сыра. Почувствовав враждебный взгляд зеленокожего, зверь повернул рогатую башку, окатил гоблина полным презрения и равнодушия взором, после чего невозмутимо вернулся к трапезе. Мутант испытывал к этому парнокопытному весьма смешанные чувства. Технически, эта тварь уже дважды спасла ему жизнь, но при этом оставалась наглым, беспринципным вором. Ему зверски хотелось заехать козлу по морде.
— Ух ты, вот это было мощно! — весело рассмеялась Хита, поднимаясь на ноги рядом с ним. — Представляешь, как нам подфартило?
— Нет, — злобно прошипел Чернокогть, осторожно принимая вертикальное положение. Просто нет. Все его тело превратилось в один сплошной саднящий синяк. Ему совершенно не хотелось никуда идти, но выбора не оставалось. Верик так просто не отступится. Волк будет здесь с минуты на минуту.
Зеленокожий покрутил корпусом, разминая мышцы, и его позвоночник отозвался серией мерзких хрустящих звуков. Ауч. Он поморщился, сделав еще пару разминочных движений. Предстояло еще многое сделать. Да, полоса неудач слегка затянулась, но его план все еще имел шансы на успех. В конце концов, он был непревзойденным тактическим гением.
— Пошли, — бросил Чернокогть Хите, углубляясь в чащу, и девчонка послушно увязалась следом. Нормально идти у него не выходило из-за отбитого зада, но он умудрялся ковылять с весьма приличной скоростью.
Оставив позади тропу и прожорливого козла, мутант попытался раствориться в лесу до появления отряда Верика. Он направился к густым зарослям кустарника, продрался сквозь них и заскользил мимо мрачных древесных стволов. Пока экспедиция сражалась с Мьягнуаром, день начал клониться к вечеру. Свет заметно потускнел, и под кронами деревьев сгустились тени. Это давало Чернокогтю небольшое преимущество — он находился в бегах, а люди при выслеживании добычи слишком сильно полагались на зрение.
Уйти далеко не удалось — вскоре до его слуха донеслись явные звуки погони. Лошади громко фыркали, выезжая из разрушенных городских ворот и с хрустом сминая кустарник. Оглянувшись, зеленокожий заметил мелькающие меж деревьев силуэты рассредоточившихся всадников. Враги едва виднелись вдалеке, но они были полны решимости и могли быстро настигнуть беглецов, если бы те попались им на глаза.
Разъяренный голос Верика эхом разнесся по лесу: — Найдите их! Они спешились где-то здесь, так что не могли уйти далеко. Не дайте этому хобу сбежать! Сегодня он сдохнет. Больше он не будет прятаться по кустам.
В ответ раздалось несколько подтверждающих выкриков, и всадники хлынули в лесную чащу. Чернокогть отчетливо слышал, как сразу несколько из них двигаются прямо в его сторону.
— Нужно шевелить булками! — прошипел он Хите, ускоряя шаг.
Опережая преследователей, хобгоблин и рыжеволосая спешно пробирались сквозь дебри. Держась теней и зарослей, они старались лишний раз не отсвечивать на бегу. Поскольку погоня была конной, зеленокожий не особо переживал из-за оставленных следов. Он просто не хотел оказаться размазанным по земле копытами.
Прошло несколько минут, прежде чем Чернокогть засек приближающуюся угрозу. Его заостренные уши нервно дернулись — кто-то с шумом ломился сквозь подлесок прямо на них.
— Прячься здесь и не высовывайся, — прошипел он, заталкивая Хиту в расщелину под поваленным древесным стволом. Затем он набросал на нее немного листьев и грязи, скорее забавы ради, чем из практических соображений.
Рыжая гневно зафыркала, отплевываясь, но мутант проигнорировал ее возмущения и метнулся к ближайшему дереву. Проворно перебирая конечностями, он вскарабкался на ветви. Острые когти легко вонзались в кору и древесину, превращая подъем в сущий пустяк.
Оказавшись на высоте, Чернокогть перебрался на толстую ветку и уставился вниз. Снизу его надежно скрывала густая листва, однако сам он мог без труда сканировать лес в поисках малейшего движения. Долго высматривать не пришлось. Через пару мгновений в поле зрения показался конный рыцарь. Его скакун производил уйму шума, с треском сминая кустарник.
Пока гоблин наблюдал из своего укрытия, всадник натянул поводья, замедляя лошадь, и принялся осматривать окрестности в поисках добычи. Как и большинство воинов в этой экспедиции, он носил простую кольчугу поверх плотного стеганого поддоспешника, поскольку тяжелые латы были слишком обременительны для долгих походов. Голову защищал стальной шлем, а на поясе висел меч. Рыцарского копья Чернокогть не заметил, да и в густом лесу от него все равно не было бы никакого проку.
Рыцарь приближался к укрытию Хиты неспешной рысью, и зеленокожий нахмурился. Человек двигался слишком медленно. Гоблин не мог позволить себе торчать здесь так долго, ведь лес кишел преследователями, которые вскоре могли взять их в кольцо. Значит, придется действовать, даже рискуя выдать свое присутствие.
Подав вес вперед, Чернокогть с невероятной осторожностью перебрался на другую ветку и пополз по ней вниз. Несколько секунд спустя рыцарь проехал прямо под ним; мутант плотоядно оскалился и рухнул на ничего не подозревающую жертву. Его ноги приземлились на круп лошади, а руки мертвой хваткой вцепились в плечи всадника. Почувствовав неожиданную тяжесть на спине, конь мгновенно взбрыкнул и испуганно заржал. Тем временем человек вцепился в седло и попытался обернуться, чтобы посмотреть, кто на него напал. Чернокогть не дал ему такого шанса. Потянувшись, он обхватил шею воина одной рукой, а другой выхватил кинжал. Пока рыцарь дергался в его захвате, гоблин безжалостно вздернул ему подбородок и полоснул по горлу. Из зияющей раны хлынула кровь, человек несколько мгновений беспорядочно сучил руками, а затем обмяк от кровопотери. Хватка мертвеца ослабла, и он начал сползать с лошади, увлекая за собой зеленокожего. Чернокогть попытался удержаться, но конь снова взбрыкнул, и хитреца отшвырнуло в сторону.
— Злобные, вонючие твари. Наверняка вы втайне в сговоре с боггартами, — прошипел мутант, поднимаясь и провожая взглядом убегающую в чащу лошадь. На этот раз ему удалось мягко приземлиться на все четыре конечности, поэтому обошлось без травм.
— Теперь-то мне можно вылезти? — донесся голос Хиты из укрытия.
— Да, мы наделали слишком много шума. Нужно валить.
— Я вообще не шумела, — кисло огрызнулась рыжая, выбираясь из-под бревна.
— Просто иди за мной, — бросил ей Чернокогть, срываясь на бег.
До него уже доносились отголоски перекрикиваний и топот копыт, раздающиеся среди деревьев — часть людей Верика устремилась в их сторону. Очевидно, они услышали визг лошади и решили проверить, в чем дело. Чернокогть тяжело вздохнул на бегу. Похоже, покой ему только снится.
Несмотря на взятый ими приличный темп, вскоре гоблин понял, что преследователи нагоняют.
— Я их вижу! Сюда! — заорал кто-то за их спинами.
Однако, вместо того чтобы сократить дистанцию, люди Верика держались поодаль. Скорее всего, они дожидались прибытия своего босса, чтобы тот сразился с Чернокогтем лично. А пока их вполне устраивало просто не спускать с беглецов глаз.
Именно в этот момент Чернокогть услышал впереди знакомое, но совершенно неуместное в этой глуши птичье пение. Не сбавляя шага, он тут же ответил другой трелью, стараясь свистеть как можно громче. Это был сигнал от одного из его приспешников, заметившего суматоху, и мутант приказал ему готовиться к бою. Более детальных инструкций с помощью птичьего языка передать было невозможно. Оставалось лишь надеяться, что это не какой-нибудь одинокий хобгоблин, отступивший от Корулиса. Чернокогтю сейчас позарез требовалась подмога. Ему ни за что не удастся долго водить Верика за нос.
Бегущая рядом пыхтящая Хита засунула руку в карман и вытащила флакон с Эликсиром. Выдернув пробку, она осушила его залпом.
— Теперь беречь его нет смысла, — прокряхтела она, и гоблин согласно кивнул.
Впереди раздалась еще одна птичья трель, так что Чернокогть слегка сменил курс, направляясь прямо на звук. Одинокий хобгоблин ни за что не стал бы отзываться. К этому моменту они уже должны были сообразить, какая именно угроза на них надвигается, а гоблины слишком трусливы, чтобы так бессмысленно рисковать шкурой поодиночке.
Оглянувшись, зеленокожий заметил группу всадников, скачущих вдоль его левого фланга. Они находились слишком далеко для прямого столкновения, но отрезали один из путей к отступлению, угрожая взять беглецов в клещи. Еще один отряд рыцарей висел у них прямо на хвосте. Густой кустарник и неровная местность тормозили коней, но это не мешало людям неумолимо сокращать разрыв.
Лес начал редеть, и заросли кустарника быстро сменились толстыми деревьями с темно-серой корой. На такой местности всадники нагонят их в два счета. Тем не менее, у Чернокогтя не было иного выхода, кроме как бежать вперед и надеяться на лучшее.
Надежды не оправдались. Фланговый отряд прибавил ходу и вырвался вперед, пока основная погоня наступала на пятки. Чернокогтю пришлось свернуть вправо, к скалистому холму. Подобный поворот событий совершенно не радовал. Карабкаться наверх будет тяжело, особенно Хите, а всадники могли просто обогнуть возвышенность. Не говоря уже о том, что среди преследователей зеленокожий приметил посох мага. Если они полезут на скалу, то превратятся в отличные мишени.
Добравшись до подножия холма, Чернокогть и Хита нехотя остановились.
Рыжая бросила на него нервный взгляд. — И каков план теперь?
— Теперь мы принимаем бой, — ответил он.
— Ты же знаешь, я всегда за хорошую драку, но их тут как-то многовато, — заметила Хита, уставившись на приближающихся всадников. Перепачканные грязью рыцари на своих тяжело дышащих конях выглядели весьма угрожающе.
— Не бойся. У меня есть план.
В ответ хобгоблин удостоился лишь скептического хмыканья, но он проигнорировал реакцию девчонки, сосредоточившись на противнике. Поняв, что дичь наконец-то загнана в ловушку, всадники сбавили скорость и рассредоточились, стараясь взять беглецов в максимально плотное полукольцо — благо, холм за спинами Чернокогтя и Хиты обеспечивал им защиту с тыла.
Вскоре появился и сам Верик, сопровождаемый едущей бок о бок с ним Зеленой. Вырвавшись вперед, предводитель бандитов проехал сквозь ряды своих людей и подозрительно уставился на Чернокогтя.
Мутант оскалился. — Ты — жалкий предатель. Ты позволил сиру Маснину сдохнуть и упустил Падение, лишь бы добраться до меня. Ты предал своих людей и свою клятву.
Затем он смерил тяжелым взглядом остальных всадников. Его слова предназначались по большей части именно им. Некоторые рыцари наверняка сомневались в правильности последних решений своего лидера.
— Придержи язык, тварь, — оборвал его Верик. — Все знают, что твоим словам нельзя верить. Я не имею никакого отношения к благородной смерти сира Маснина, а с Мьягнуаром мы разберемся в свое время. Чудовище ранено и спасается бегством. Ты — куда более насущная угроза для человечества. Мы знаем, что ты планировал перерезать нас всех и забрать серебро, чтобы ты и твое отродье могли ослабить людей и захватить Север.
— Нет, именно это сейчас делаешь ты, вонючий лжец.
— Я бы никогда не предал человечество перед лицом такой великой угрозы, как боггарты или ты, и я прекрасно осознаю, что в одиночку мне против боггартов не выстоять. Твои жалкие, эгоистичные обвинения даже лишены здравого смысла.
Чернокогть утробно зарычал. — Ты — трусливый предводитель шайки головорезов. Тебя заботит только собственная шкура, и ты отлично знаешь, что никогда бы не одолел меня в честном бою. Твоя страна и другие люди для тебя — пустой звук.
Скользнув взглядом по выстроившимся перед ним врагам, зеленокожий насчитал свыше двух десятков всадников. Включая Зелену, двое из них были магами. Расклад выходил просто отвратительный, особенно с учетом того, что гоблин был измотан до предела, а его мана почти иссякла.
Верик махнул рукой, отдавая своим войскам приказ к общей атаке, но Чернокогть его опередил: — Имей смелость сразиться со мной один на один, а не натравливать на меня этих одураченных приспешников!
Тяжело вздохнув, Волк спешился. — Что ж, будь по-твоему. Мы уже скрещивали клинки, и это станет для тебя очередным унижением.
— Я уже не тот, что прежде.
— Верно, но этого будет недостаточно. Я убивал мутантов покрупнее, побыстрее и поумнее тебя. Мой клинок положит конец твоей лжи, и боги станут тому свидетелями, — невозмутимо ответил Верик, обнажая меч и делая шаг навстречу Чернокогтю.