Вражеская стена щитов неумолимо надвигалась. Сотни воинов выстроились плотными рядами, перегородив тракт от края до края. Стальная лавина атакующих обрывалась лишь там, где ей преграждала путь сплошная стена леса.
— Первый ряд, пли! — рявкнула Герада.
Рой гудящих стрел взмыл в небо. Смертоносная туча поднялась над частоколом и с шипением обрушилась на солдат Верика. Барабанный стук наконечников о вражеские щиты до боли напоминал стук дождевых капель по крыше, вот только фоном для этой капели служили истошные человеческие вопли.
К сожалению, хотя кое-кто из захватчиков и рухнул замертво, когда стрелы отыскали бреши в обороне, подавляющая часть строя осталась невредимой. Люди Волка упрямо вышагивали к деревянным баррикадам, возведенным Герадой поперек дороги.
— Второй ряд, пли! — скомандовала предводительница.
Очередная туча оперенной смерти обрушилась на врага, принеся примерно такой же скудный результат.
— Может, нам стоит что-нибудь предпринять? — поинтересовался Геральд у Сэйтера, неотрывно глядя на наступающих.
Троица околачивалась у самой стены, подглядывая за происходящим сквозь щели между грубо отесанными бревнами, из которых состояла большая часть укреплений.
— Милости прошу на передовую, если так не терпится, — саркастично отозвался следопыт. — Лично я планирую торчать на этом самом месте, пока не получу приказ выдвигаться.
— А мне кажет-с-ся, я должен пойти и разведать обстановку в лесу, — добавил Чернокогть. — Ну, на тот случай, если враг нападет... откуда-нибудь еще.
При виде надвигающейся армады кишки гоблина предательски скрутило. Стоять на пути у такой оравы казалось на редкость паршивой затеей.
— Ты останешься стоять прямо здесь, рядом со мной, — приказал Сэйтер, повернувшись и просверлив невольника тяжелым взглядом.
Хобгоблин нервно оскалился в ответ, но все же согласно кивнул. Придется дождаться настоящей суматохи, прежде чем задать стрекача.
— Думаешь, он захочет вступить в переговоры? — спросил Геральд.
— Кто, Верик? И какой в этом смысл? — снисходительно хмыкнул старик.
— Чтобы уладить разногласия с Герадой без необходимости отправлять на тот свет сотни людей? — с робкой надеждой предположил юноша.
— Ха, ни один из них не уступит ни пяди. Им не о чем чесать языками. Это бойня насмерть, — отрезал Сэйтер.
— А из-за чего мы вообще воюем? — допытывался Геральд. — Я в курсе, что Герада и Верик терпеть друг друга не могут, но какая Волку выгода от столь масштабной мясорубки? Разве он не должен заниматься грабежами и прочим разбойничьим ремеслом?
— Личные чувства тут ни при чем, — пояснил наемник. — Расклад сил на Севере меняется, и на этой территории нет места для двух вожаков.
— Погоди, я думал, босс просто защищает нашу территорию от вторжения. Она ни словом не обмолвилась, что желает подмять под себя остальные банды! — изумленно воскликнул бывший горожанин.
— Ты слишком плохо знаешь Гераду, — со знанием дела ответил Сэйтер. — Удержать этот клочок земли и провозгласить себя его хозяйкой — это всегда было лишь первым шагом. Заполучив здесь надежный плацдарм, она сможет быстро распространить свое влияние на весь Север.
— Просто чудесно, — саркастично процедил Геральд, испустив глубокий вздох.
— Ага, если можно заграбастать побольше земли, с какой стати вообще останавливаться? — воодушевленно встрял Чернокогть. Он всегда свято верил, что Черная Змея намеревается пустить в расход всех своих конкурентов.
— Чтобы тебя не прикончили в какой-нибудь бессмысленной стычке у черта на куличках? — парировал тощий парень, хмуро покосившись на зеленокожего.
— Подыхают все, но далеко не каждому достаются сливки с самой жирной добычи, — резонно заметил гоблин.
Геральд лишь вздохнул и снова уставился на частокол. Похоже, этот аргумент его не убедил. Фоном, повинуясь очередному приказу Герады, в небо взмыл новый залп стрел.
— Беседа, конечно, познавательная, но нам, пожалуй, стоит сосредоточиться на надвигающейся сече, — пробормотал он. — Я все еще без понятия, чем мне сейчас заняться.
— Если Ворша не дала тебе никаких распоряжений, тогда просто стой в стороне, — фыркнул Сэйтер. — Можешь прибиться к резервным отрядам, коли есть желание, но ты даже не снаряжен по-людски.
Геральд повернулся и смерил старого следопыта раздраженным взглядом. Юноша был облачен куда легче большинства столпившихся поблизости головорезов. Вместо брони на нем красовались длинная тканевая рубаха да тонкая кожаная жилетка. Даже куртки из толстой кожи, которые носили Чернокогть и Сэйтер, обеспечивали куда лучшую защиту.
— Я предпочитаю свободу движений, да и тебя я что-то не наблюдаю на стенах, — сухо подметил он.
— Не моя забота, — парировал Сэйтер. — Я только что вернулся с вылазки. Я тебе не рядовой пехотинец.
— Я, к слову, тоже, — огрызнулся юноша.
— Ох, и кто же ты тогда? Обозная девка? — со смешком бросил старик, расплывшись в откровенно издевательской ухмылке.
Тощий горожанин одарил Сэйтера ледяным взглядом. Казалось, на его языке вертится колкий ответ, но он прикусил губу и промолчал. Спустя пару секунд Геральд вновь повернулся к наступающему неприятелю.
— Почему Герада просто не прикажет Махедиуму разнести их строй? Они же прут такой плотной толпой, — спросил он, желая сменить тему.
— Думаешь, Верик не в курсе, что у нас есть колдун? Весь этот штурм может оказаться банальной наживкой, — вразумил его Сэйтер. — Стоит Махедиуму высунуться, как маги Волка обрушат на него весь свой арсенал.
— Ох, я и забыл про них. Тогда зачем Верик вообще заморачивается со штурмом? Его чародеи могли бы разнести наши укрепления в щепки, — не унимался Геральд.
Чернокогть покосился на деревянный частокол, возвышавшийся всего в трех футах от его носа. Он слишком живо представил, как вся эта конструкция разлетается градом смертоносных щепок.
— И чего мы тут стоим? — с сомнением протянул он, обращаясь к хозяину. — Это кажет-с-ся плохой затеей.
Сэйтер лишь покачал головой и снисходительно закатил глаза.
— Он не желает жертвовать собственными магами, — ответил наемник Геральду. — Герада наверняка держит Махедиума в засаде, чтобы тот обрушил всю мощь боевой магии на колдунов Верика в ту самую секунду, когда они попытаются ударить по нашим стенам. В подобной стычке сторона, первой засветившая своих чародеев, оказывается в невыгодном положении.
— Выходит, и Герада, и Верик выжидают, надеясь вынудить противника пустить в ход магию первым? — задумчиво произнес юноша.
— Ну или какие там еще фокусы припрятаны у них в рукавах, — подтвердил следопыт.
— Очевидно же, — самодовольно вставил Чернокогть, делая пару широких шагов подальше от частокола — ну так, на всякий случай, если тот вдруг решит взлететь на воздух.
Мимо троицы торопливо пробежал отряд людей Герады. Враг находился в считанных секундах от стен. Сквозь шум битвы прорвался рев предводительницы, требовавшей подкрепления к воротам.
И Чернокогть, и Геральд повернулись к Сэйтеру в ожидании дальнейших указаний: в конце концов, лишь он один понимал, что вообще происходит. Однако старый следопыт никуда не спешил, всем своим видом показывая, что его вполне устраивает просто стоять на месте.
Раздался яростный вопль. Гоблин испуганно вздрогнул, инстинктивно прикрыл голову руками и пригнулся. Люди Верика врезались в частокол, и их боевой порядок пошел крупной рябью, окончательно застопорив продвижение.
— Что они... — начал было Геральд, но его прервал глухой стук рубки.
Юноша вздрогнул, когда лезвие топора с хрустом впилось в дерево баррикады. Вслед за ним обрушился град новых ударов — противник принялся методично прорубать себе путь сквозь частокол. Из гущи вражеского строя вынырнули штурмовые лестницы и с глухим стуком привалились к стенам.
Стрелы продолжали осыпать войска Волка, но щитоносцы исправно блокировали большую часть смертоносных гостинцев. Несколько разбойников неподалеку от Чернокогтя пустили в ход копья, пытаясь оттолкнуть лестницы или достать через щели орудующих топорами лесорубов, но большинство приспешников Герады откровенно не понимали, что им делать. Им оставалось лишь ждать, когда враг проломит стену или переберется через нее.
Куда более ожесточенная бойня завязалась у самого входа в лагерь. Плотная масса солдат противника отчаянно пыталась протиснуться сквозь брешь в укреплениях. Впрочем, именно там Герада и сосредоточила свои основные силы.
Свои и чужие смешались в тесной мясорубке, поскольку частокол направлял потоки воинов Верика прямиком к узким воротам. Разбойники безжалостно рубили и кромсали друг друга в кровавой борьбе за каждый дюйм пространства.
Сама предводительница в авангард не совалась. Она оставалась в тылу, цепко наблюдая за боем и выкрикивая приказы, пока ее люди надрывались, пытаясь оттеснить врага.
Чернокогть поспешно отшатнулся, когда лезвие топора прошило бревно прямо у него под носом. Пока парочка головорезов ринулась разбираться с наглецом, хобгоблин заметил, как над краем баррикады показалась верхушка штурмовой лестницы. Дерево мелко задрожало под весом карабкающегося человека.
Первым порывом было переложить эту проблему на чьи-нибудь чужие плечи, но затем в клыкастую голову пришла на редкость забавная идея. Быстро оглядевшись, Чернокогть прыгнул на стену и полез наверх. Его крепкие когти без труда находили опору в грубой древесине, которая с легкостью выдерживала вес проворного тельца.
Добравшись до гребня, зеленокожий затаился на несколько секунд. Вскоре над краем показалась голова мужика, который тут же завертел шеей. Бедолага замер парализованный, заметив жуткую морду хобгоблина, пялящегося на него с расстояния в каких-то пару дюймов.
Чернокогть ласково улыбнулся и полоснул клинком по руке, которой штурмовик цеплялся за перекладину. Острая сталь чисто отсекла сразу несколько пальцев.
Солдат взвизгнул от боли и дернулся назад. Его лицо побагровело от агонии, а глаза расширились от первобытного ужаса, когда Чернокогть с силой оттолкнул от стены лестницу. Гоблин довольно скалился, глядя, как калека с воплем рухнул прямо на головы своих товарищей.
Покончив с шалостью, Чернокогть юркнул обратно в безопасность внутреннего двора. Свое веселье он получил, а торчать на самом виду было чревато.
Сэйтер и Геральд так и топтались на прежнем месте, поэтому невольник без зазрений совести вернулся к ним. Хобгоблин одарил хозяина радостной улыбкой. Старик лишь в очередной раз закатил глаза.
— Если никто из вас не горит желанием влиться в ряды защитников, не вижу смысла здесь задерживаться, — бросил следопыт, развернулся и зашагал прочь. — Хочу найти местечко с обзором получше, а то из-за этих бревен ни черта не разглядеть.
— Не думаю, что от меня здесь будет много проку. Веди, — торопливо согласился Геральд, бросив нервный взгляд через плечо на кипящую у стены мясорубку.
Юноша поспешил следом за наемником. Чернокогть тоже не видел причин задерживаться в этом пекле и увязался за спутниками.
Сэйтер вывел обоих на небольшой пригорок, располагавшийся ближе к воротам лагеря. Старик взобрался на стоявший там ящик и принялся изучать обстановку.
Тем временем у ворот назревало нечто серьезное. Сражение слегка утихло, когда передовые ряды неприятеля расступились. Вперед вышел грузный воин, облаченный в кольчугу и стальной шлем с глухим забралом.
Вооруженный длинным мечом в одной руке и большим круглым щитом в другой, он принялся выкашивать людей Герады, которым не посчастливилось оказаться в зоне его досягаемости. Та легкость, с которой бронированный мясник орудовал своим тяжелым клинком, недвусмысленно выдавала в нем Сосуд.
Стражи ворот, выставленные Черной Змеей, дрогнули. Когда могучий враг сделал шаг вперед, никто из них не рискнул выйти навстречу — напротив, разбойники попятились.
— Трусы, вы все жалкие трусы! — высокомерно взревел Сосуд. — Неужто никто не осмелится бросить мне вызов? Даже ваша никчемная сука-предводительница, Герада?
Хозяйка лагеря и бровью не повела. Она лишь мрачно уставилась на врага, проигнорировав выпад. Спустя пару мгновений воительница принялась выкрикивать новые приказы.
— Это Верик? — с любопытством уточнил Чернокогть. Наконец-то дело сдвинулось с мертвой точки!
— Нет, Волк повыше ростом и ни за что бы не подставился под удар так рано, — пояснил хозяин.
— Тю, Гераде надо просто пойти и прикончить этого человека, — разочарованно нахмурился невольник. — Выглядит он не особо-то и круто, а она жутко сильная.
— Чего Верик и добивается, ты, зеленый кусок идиота, — грубо осадил его Сэйтер. — Что, по-твоему, произойдет, если Герада высунется на передовую?
— Э-э, что-то плохое? — неуверенно предположил хобгоблин.
Старый следопыт протянул руку и отвесил гоблину увесистый подзатыльник.
— Ее зажарят, как праздничную утку! Верик обрушит на нее всю имеющуюся в его арсенале магию, и на этом нам придет конец, — горячо растолковал наставник.
— Ладно-ладно, тогда не стоит этого делать, — виновато пробормотал Чернокогть, потирая ушибленную макушку.
Так и не дождавшись смельчаков, вражеский Сосуд ринулся в атаку. Его клинок с влажным хрустом врубился в шею одного разбойника, а в следующую секунду пропорол грудь другого. К тому же он действовал не в одиночку: фланги бойца прикрывал отряд тяжеловооруженных пехотинцев.
— Искренне надеюсь, что у Верика в запасе не так много Сосудов, — пробормотал Геральд. — У нас есть только Герада и, эм... Чернокогть.
— У нашей предводительницы проблемы с доверием ко всяким сверхсильным выскочкам, а вот Волк, судя по всему, такой паранойей не страдает, — объяснил Сэйтер.
— Исключая меня, ведь я такой преданный и красивый. Я у босса в любимчиках! — жизнерадостно вставил клыкастый.
Прихвостни Черной Змеи оказались не в силах сдержать натиск вражеского Сосуда. Поняв, что ход битвы складывается не в ее пользу, Герада выкрикнула новую серию команд. Внезапно центр разбойничьего строя, оборонявшего ворота, начал отступать.
Люди Верика, а в особенности сам усиленный эликсирами штурмовик и его свита, беспрепятственно хлынули вперед. Вместо того чтобы дать ему бой, головорезы Герады спешно попятились.
Сосуд совершил резкий выпад, но его меч лишь бессильно лязгнул о щит одного из защитников. Стоявшие поблизости разбойники как по команде сомкнули щиты и организованно откатились назад.
— Жалкие трусы! — яростно взревел перекачанный воин.
Однако преследовать отступающих он не стал. Он и так слишком далеко оторвался от основных сил. Лишь горстка солдат Верика поспевала за его стремительным рывком.
Защитник замер на месте в ожидании подкрепления, в ярости барабаня эфесом меча по поднятому щиту. Но не успели подойти резервы, как Герада рявкнула очередной приказ, и на одинокую цель обрушился ливень стрел.
Большая часть смертоносных жал ушла в молоко: воин рывком ушел в сторону, глухо прикрывшись щитом. А вот его свите повезло куда меньше — несколько солдат рухнули на затоптанную землю, истекая кровью.
Оставшиеся стрелы беспомощно срикошетили от стальной брони и щита Сосуда. На долю секунды великан замешкался, не решаясь ни наступать, ни отступать.
Герада скомандовала новый залп, и это заставило его принять решение. Исторгнув из глотки боевой клич, штурмовик ринулся вперед. Орда солдат Волка сорвалась с места и хлынула за ним на позиции защитников.
Враги пересекли брешь в частоколе и ворвались на территорию лагеря. Но не успели они перевести дух и закрепиться на новых позициях, как с обоих флангов на них обрушились резервные отряды Черной Змеи. Гвардия ударила по захватчикам с сокрушительной силой.
У самых ворот закипела свирепая рукопашная: обороняющиеся пытались взять Сосуд и его сопровождение в глухое кольцо. В отчаянной попытке предотвратить окружение в проход хлынули новые волны атакующих, пока сражение окончательно не превратилось в хаотичную кровавую свалку.
В самом эпицентре этого безумия орудующий двуручником здоровяк продолжал крошить людей Герады направо и налево. Казалось, он продержится достаточно долго, чтобы пробить брешь в обороне и позволить штурмовикам закрепиться в лагере.
И вот тогда в бой вступила сама Герада. Обнажив клинок, предводительница с верными телохранителями за спиной бросилась в самую гущу сечи. Разбойники торопливо расступались перед несущейся фурией.
Вражеский Сосуд из последних сил отбивал яростные атаки. Он отшвырнул одного из защитников ударом щита, затем полоснул второго. Тяжелый клинок выбил оружие из рук третьего, отправив железку в далекий полет.
В это мгновение Герада нанесла свой удар. Предводительница банды молнией вынырнула из-за спин своих подчиненных. Ее клинок метнулся к незащищенной шее врага со скоростью бросившейся гадюки.
Здоровяк успел отшатнуться и заблокировать первый выпад, но Герада плавно перешла в серию молниеносных ударов. Ему оставалось лишь неуклюже пятиться, отчаянно прикрываясь щитом от сыплющихся со всех сторон атак.
Пока Змея связывала Сосуд боем, двое ее телохранителей ударили с флангов. Рослые мужики в темных кожаных доспехах синхронно выбросили вперед длинные копья, метя врагу прямо в грудь.
У великана не оставалось иного выбора, кроме как попытаться отбить новую угрозу, и Герада сполна воспользовалась этой заминкой. Она поднырнула под взмах его меча и хлестко резанула противника по паху. Багровая кровь брызнула на истоптанную землю, и вражеский воин пошатнулся.
Герада подсекла оглушенного бойца, и тот с металлическим лязгом рухнул на спину. В то же мгновение воительница выхватила из поясных ножен кинжал. Необычайно тонкое лезвие хищно блеснуло на солнце, когда она с силой вогнала его сквозь кольчужные кольца прямо в бьющееся сердце.
— Она справилась! — радостно констатировал Геральд.
— Еще бы. Это была самая легкая часть, — хмуро буркнул в ответ Сэйтер.
Не теряя ни секунды и даже не попытавшись выдернуть клинок из тела, Герада круто развернулась и бросилась наутек. Телохранители рванули следом, не отставая ни на шаг.
Где-то в глубоком тылу вражеского строя, в нескольких десятках футов от лагеря, внезапно вспух энергетический шар. Он повис в воздухе, пульсируя жутким зеленоватым светом. А затем, без всякого предупреждения, сорвался с места и по дуге устремился туда, где только что сражалась Герада.
Потрескивающая сфера пронеслась над головами сцепившихся в смертельной схватке воинов и ударилась оземь в паре футов от поверженного Сосуда. Секунду спустя сфера взорвалась шквалом зеленого пламени.
Десятки людей сбило с ног ударной волной, а воздух моментально пропитался тошнотворной вонью горелой плоти. Герада успела благополучно покинуть радиус поражения, и львиную долю жертв составили собственные солдаты Верика.
С верхушки одного из стрелковых помостов, скрытых за частоколом, в сторону источника заклинания обрушился огненный шквал. Махедиум наконец-то вышел из тени.
Алое пламя устремилось к вражескому чародею, но в последний момент разбилось о невидимую преграду. Однако огонь не угас бесследно. Смертоносные языки стекли по защитному куполу и пролились огненным дождем на толпившихся внизу солдат. Эфир разорвали новые вопли боли и чистого ужаса.
Махедиум без промедления обрушил на врага новую атаку. На этот раз раздался пронзительный скрежет, когда сгусток энергии ударил в землю под куполом. Твердь под ногами колдуна разверзлась. Острые обломки камня взмыли в воздух от яростного подземного взрыва. Всех находившихся поблизости солдат разметало в стороны, а шрапнель из острых булыжников и грязи безжалостно изрешетила их тела.
Невозможно было разобрать, задело ли вражеского мага, однако больше с той стороны не прилетело ни единого боевого заклятия. Махедиум тоже прекратил обстрел. Чернокогть заметил, как их колдун спрыгнул с помоста и спешно ретировался в укрытие.
Впрочем, дальнейшее применение магии не требовалось: вражеское наступление захлебнулось. Налетчикам удалось прорваться на территорию лагеря, но они потеряли Сосуд и понесли колоссальные потери от разрушительных колдовских ударов. Воодушевленные разбойники Герады с удвоенной яростью навалились на чужаков, выдавливая их за периметр. Боевой дух неприятеля был сломлен.
Кое-кто еще осознал плачевность положения атакующих. Над полем брани вновь пропели трубы. Это был сигнал к отступлению, и люди Верика начали спешно выходить из боя.
Первый день сражения подошел к концу, но это было лишь начало. Вдалеке над поредевшей, но все еще грозной и многочисленной армией противника продолжало гордо реять знамя с волчьей головой.