Стены Уэстуотча предстали перед Чернокогтем во всем своем неприглядном величии. В два человеческих роста высотой, они были сложены из неровных валунов, скрепленных зернистым серым раствором. Строительный камень, вне всяких сомнений, добывали прямо на скалистых холмах, окружающих поселение. Как и большинство человеческих укреплений на Севере, эти возводились в первую очередь для защиты от опасного лесного зверья. Медведям, волкам и даже троллям было бы крайне непросто проломить такую преграду или перебраться через нее, что, разумеется, дарило горожанам приятное чувство безопасности. От нежелательных визитеров из числа людей стена тоже помогала, но куда менее надежно. Целеустремленный захватчик без труда мог бы взобраться по кладке, поскольку большая часть периметра никем не патрулировалась, а для вожака и его стаи это препятствие и вовсе ничего не стоило. Большинство хобгоблинов уже успели перемахнуть на ту сторону — легкие тела и цепкие когти делали их непревзойденными верхолазами, особенно если предварительно скинуть сапоги и пустить в ход острые когти на ногах.
Полуденное солнце стояло в самом зените, когда зеленокожий спрыгнул с гребня стены и мягко приземлился на твердую землю по ту сторону. Он очутился в грязном, узком переулке, зажатом между грубо сколоченными домами с соломенными крышами. Дождавшись, пока приспешники подтянутся следом, Чернокогть накинул капюшон и поправил одежду, завершая маскировку и надежно пряча зеленую кожу. Сородичи последовали его примеру, и, как только отряд был готов, хобгоблины с предельной осторожностью двинулись вглубь городских улиц.
С настороженным предвкушением монстры крались по задворкам навстречу своей главной цели — городским вратам. Главарь стаи успел проникнуть в Уэстуотч и провести разведку еще утром, поэтому прекрасно знал маршрут и понимал, как добраться до места, не привлекая лишнего внимания. Прямо у ворот возвышалась сторожевая башня, где всегда дежурил как минимум один дозорный и еще несколько стражников, а значит, лобовая атака сулила немалые трудности. К счастью, вдоль стены хватало слепых зон, вроде той, через которую отряд только что проник в город.
На улицах изредка мелькали прохожие, но зеленокожие без труда избегали нежелательных встреч. Город пребывал в нервном напряжении, на грани паники. Оккупация людьми Верика произошла совсем недавно, и местные жители еще не успели свыкнуться с новыми порядками. Впрочем, этот расклад играл Чернокогтю на руку: вряд ли среди горожан нашлось бы много желающих сломя голову бежать к захватчикам с докладом о подозрительной активности.
Выглянув из-за угла очередного дома, гоблин принялся изучать строение на противоположной стороне улицы. Это было вытянутое двухэтажное здание, сложенное из камня и кирпича. Его опоясывала старая, невысокая каменная ограда, которую, судя по всему, недавно пытались укрепить и подлатать, хотя самих рабочих сейчас поблизости не наблюдалось. Именно здесь прихвостни Верика обустроили свой штаб в Уэстуотче: место было легко оборонять, да и находилось оно в двух шагах от главных ворот. Чернокогть понаблюдал за особняком несколько минут, но, не заметив никакого движения ни в окнах, ни во дворе, подал знак стае, и они двинулись дальше.
Хобгоблины проворно прошмыгнули вдоль дороги, миновали брошенную повозку и юркнули в другой переулок, откуда открывался отличный вид на городские ворота. Рядом с массивными двустворчатыми дверями из дерева, способными наглухо перекрыть въезд в город, высилась простенькая караульная вышка. У ее подножия слонялось несколько вооруженных людей. На глазах у вожака к воротам снаружи приблизился одинокий всадник. Один из часовых нехотя подошел к нему переброситься парой слов, а затем махнул рукой, пропуская внутрь. Остальные стражники лишь мельком глянули в их сторону, не проявив ни малейшего интереса. Большинство наемников лениво подпирали стену или просто топтались на месте без дела. Никакой дисциплиной или рвением тут и не пахло, чего Чернокогть и ожидал от солдат Верика: скорее всего, еще совсем недавно весь этот сброд промышлял дезертирством и разбоем.
Потратив еще мгновение на то, чтобы в очередной раз прокрутить план в голове и убедиться, что всё просчитано верно, Чернокогть обернулся. Позади жались две дюжины хобгоблинов, и каждый из них буквально рвался в бой. Монстры плотоядно облизывались и скалились в предвкушении резни; добыча была совсем рядом, а им твердо пообещали море крови и богатую наживу. Хобгоблины были созданиями простыми — большего от жизни им и не требовалось, и вожак был совершенно не против обеспечить им желаемое.
— Пора смочить ваши клыки и клинки багрянцем, но не забывайте о плане, — прорычал зеленокожий, окинув сородичей суровым взглядом. — Сейте хаос и режьте любого вооруженного человечишку, которого увидите, но будьте готовы собраться по моему сигналу. Тот, кто струсит или заблудится, останется гнить здесь, а если чудом выживет — получит от меня знатного пинка. Что, впрочем, вряд ли.
— Да, босс! — в один голос гаркнуло сразу несколько приспешников. Кое-кто даже попытался неуклюже откозырять. Остальные лишь кровожадно закивали, расплываясь в восторженных оскалах.
Чернокогть был далеко не уверен, что этот сброд в точности выполнит приказ. Тяжело вздохнув про себя, он вытащил фиал с Эликсиром, сделал щедрый глоток и сорвался с места, пересекая улицу. Стая рванула следом. Монстры неслись прямо на ничего не подозревающих стражников, большинство из которых вообще смотрели в другую сторону, свято веря, что любая угроза придет исключительно снаружи. Лишь когда главарь оказался футах в тридцати от цели, кто-то наконец забил тревогу. Один из караульных у стены случайно повернул голову, и его взгляд наткнулся на несущуюся угрозу.
— Берегись! Кажись, нас атакуют изнутри! — завопил дозорный, лихорадочно выхватывая меч из ножен.
Несмотря на эффект неожиданности, остальные наемники отреагировали на удивление быстро. Люди развернулись, на ходу обнажая сталь; шестеро сбились в кучу и шагнули вперед, выстраивая подобие строя, чтобы выиграть время для товарищей. Чернокогть сменил траекторию и устремился прямо на них, выхватывая собственный клинок. За мгновение до столкновения он сжег толику Эликсира в крови, резко ускоряясь и оставляя стаю позади. Первобытная мощь вспыхнула во всем теле, словно катапультируя его вперед. Потоки встречного воздуха сорвали с головы капюшон в тот самый миг, когда гоблин врезался в ряды стражников. Издав маниакальный смешок, он полоснул мерцающим лезвием по неприкрытой руке передового бойца. Человек истошно завопил и отшатнулся: сталь рассекла плоть, и в стороны брызнула горячая кровь. Нечеловеческая скорость и чистая, незамутненная ярость нападавшего повергла защитников в настоящий шок.
— Это хобгоблин! Они тут все чертовы хобгоблины! — в панике закричал один из солдат. В его голосе сквозил ужас, граничащий с отчаянием, и этот звук сладко возбуждал Чернокогтя.
— Боги милосердные, ты прав! — отозвался другой наемник, стоявший в заднем ряду строя, лицом к надвигающейся зеленой волне. От нахлынувшего страха его голос дал петуха, и он попятился назад, едва не спотыкаясь о собственные ноги.
Упиваясь сладким ароматом людского ужаса, Чернокогть удвоил натиск. Ему вовсе не обязательно было прибегать к обретенному магическому чутью, чтобы понимать: паника сковывает движения противника и замедляет реакцию, но он все равно пустил его в ход. Отбив дрожащий клинок, гоблин потянулся своим даром к разумам жертв. Он почти физически ощущал пульсирующий в их головах страх, и раздуть эту крошечную искру в бушующее пламя первобытного ужаса оказалось проще простого.
Поднырнув под неуклюжий, потерявший баланс рубящий удар, Чернокогть вогнал меч прямо в брюхо нападавшего и тут же с хлюпаньем выдернул сталь. Человек харкнул кровью и осел на брусчатку. Вращаясь волчком, вожак отбил следующий выпад и с силой пнул очередного мечника в пах. Раздался тошнотворный хруст, и стражник тонко взвизгнул, приподнявшись на дюйм над землей от чудовищной боли. Гоблин уже разворачивался к следующей цели, когда подоспевшая стая на полном ходу врезалась в ряды людей. Парализованные ужасом, с беснующимся в самом центре их строя Чернокогтем, наемники пали под натиском зеленой волны, словно пшеница под серпом жнеца.
Еще одна внушительная группа, насчитывающая около полудюжины бойцов, успела сгруппироваться у подножия караульной вышки. Добив упавшего стражника метким ударом по горлу, Чернокогть угрожающе двинулся в их сторону. Ему хотелось продолжать убивать. Густой металлический запах крови пропитал воздух, наполняя легкие обжигающей энергией, которая смешивалась с бушующей в венах силой Эликсира и гнала его вперед. Он жаждал драться. Жаждал танцевать на еще теплых трупах поверженных врагов. Какое же это будет неописуемое блаженство!
Один из копейщиков нерешительно шагнул вперед и сделал робкий выпад. Хобгоблин лишь хищно осклабился, играючи ушел в сторону и тут же бросился в контратаку, высоко занеся меч. Стоило лезвию со свистом рассечь воздух, как перепуганный стражник шарахнулся назад, с размаху налетел на стоявшего позади товарища, и оба кубарем повалились на землю. Воспользовавшись заминкой, Чернокогть обрушил на опешивших защитников град стремительных ударов. Его клинок с легкостью отбрасывал чужие клинки и вгрызался в мягкую плоть, пока несколько подоспевших сородичей не помогли ему вырезать последних выживших. Когда последний человек испустил дух, вожак сделал глубокий вдох, усмиряя клокочущую ярость, и огляделся по сторонам. Пожалуй, настало время заняться командирскими обязанностями, а для этого требовалась холодная голова.
Насколько хватало глаз, на ногах не осталось ни единого стражника, зато повсюду громоздились окровавленные трупы, среди которых затесалось и тело одного хобгоблина. Рука монстра была страшно изуродована и безвольно болталась; судя по всему, вражеский клинок задел крупную вену, поскольку зеленокожий лежал в огромной луже собственной крови. Чернокогть на мгновение недовольно скривился, глядя на павшего, и двинулся дальше. Потери среди приспешников были допустимы, тем более что этот конкретный болван не представлял особой ценности. По правде говоря, вожак всегда считал этого убитого гоблина одним из самых раздражающих в стае. Если бы он хоть немного соображал, как выживать, то и сейчас был бы цел, но раз уж мозгов не хватило, то и вины командира в его кончине нет ни на грош.
В этот момент раздался тяжелый топот кованых сапог. Чернокогть встревоженно вскинул голову, ожидая увидеть вражеские подкрепления, но быстро сообразил, что шум доносится совсем не с той стороны. Звуки марша приближались снаружи ворот, а значит, это наверняка пожаловали союзники. И действительно: приглядевшись, гоблин заметил Илисти, ведущего свой отряд внутрь города. Вымпир был с ног до головы закован в кольчугу и латы, но теперь на нем красовался новый шлем. В отличие от того глухого забрала, что он надевал на охоту за троллем, этот оставлял открытой нижнюю часть лица, так что рот был прекрасно виден, хотя глаза и нос оставались надежно защищены. В хвосте людской колонны плелись Хита с Эйлиасом.
— Ха, я погляжу, пока всё идет как по маслу. Вы зачистили ворота без малейших проблем, и это лучшая похвала твоим талантам, — бодро заметил Илисти, поравнявшись с Чернокогтем. В голосе аристократа сквозило неприкрытое возбуждение.
— Ага, но это было самое простое, — отозвался зеленокожий. — Теперь вам предстоит удержать эти самые ворота.
Вымпир обвел взглядом городские улицы. — С этим мы справимся. Заметил какие-нибудь следы Мудрецов?
— Никак нет, они явно отсиживаются в укрытии, — Чернокогть покачал головой. — Но если эти крысы высунут нос, я с ними разберусь, как и обещал. Маги дохнут довольно легко, если знать, куда бить.
— Проследи за этим, — мрачно бросил Илисти. Несмотря на всю свою напускную самоуверенность, перспектива столкнуться с колдунами, похоже, вызывала у него легкую опаску.
— Не сомневайся. Просто держите позицию и ждите, — заверил его гоблин, после чего развернулся и зашагал обратно к своей стае.
— Я иду с тобой! — крикнула Хита, бросаясь вдогонку. Вожак лишь устало вздохнул, но отговаривать девчонку не стал. У него и без того хватало забот, чтобы тратить время на бессмысленные споры.
К этому моменту большинство хобгоблинов либо пялились на воинов Илисти, либо увлеченно мародерили, обчищая карманы мертвых стражников. Тем не менее, каждый из них краем глаза следил за лидером, и стоило тому рыкнуть, призывая к порядку, как стая мгновенно построилась. Монстры прекрасно усвоили: стоит проявить невнимательность или проигнорировать приказ, и тяжелый сапог незамедлительно прилетит под ребра.
— Вы двое остаетесь со мной, — Чернокогть ткнул когтем в парочку приспешников. — Остальные — начинайте устраивать пожары и гонять людишек по улицам, но далеко не разбредайтесь и следите за сигналами. Вы все знаете план. Выполнять.
Хобгоблины закивали и без промедления принялись за дело. Большинство из них уже скинули капюшоны, а те, кто еще не успел, поспешили явить свои морды. Для следующей части мерзкого действа Чернокогть хотел, чтобы каждая живая душа в городе видела, кто именно на них напал. Пришло время позаботиться о том, чтобы о хобгоблине по имени Чернокогть и его племени свирепых убийц узнал каждый. Слухи о его невероятной мощи и способности бросить вызов самому Верику должны были разнестись по всему Северу.
Получив приказ рассредоточиться и сеять хаос, зеленокожие именно этим и занялись. Они рассыпались по улицам, с упоением выбивали окна и громили всё, что попадалось под руку. Из соседних домов тут же донеслись истошные женские визги и крики ужаса — затаившиеся внутри люди наконец разглядели своих мучителей.
— Класс! Я тоже в деле! — восторженно взвизгнула Хита и помчалась присоединяться к погрому.
Чернокогть снова вздохнул, но препятствовать не стал. Судя по всему, этот городишко войдет в историю как место, разграбленное ордой хобгоблинов и одной малолетней рыжеволосой психопаткой. Да и плевать. В конце концов, ему совершенно не хотелось выступать в роли ее няньки.
Гоблин повел отобранных помощников прямиком к вражескому штабу. Теперь улицы вымерли окончательно. Шум бойни у ворот и панические вопли разбегающихся зевак возвестили весь город о начавшемся штурме. В ответ горожане предпочли запереться в своих домах, истово молясь, чтобы творящийся снаружи кошмар обошел их стороной. Тем не менее, Чернокогть то и дело замечал испуганные лица, выглядывающие из-за занавесок. Не обращая на них внимания, он направился к примеченному еще во время разведки двухэтажному зданию, вышиб хлипкую дверь пинком и ворвался внутрь. После короткой возни с застигнутым врасплох хозяином, приспешники оставили избитое бессознательное тело на полу и гуськом поднялись на второй этаж. Добравшись до спальни, вожак подошел к окну и выглянул наружу: отсюда вражеское логово и прилегающие к нему улочки просматривались как на ладони.
Обнесенная стеной резиденция, оккупированная людьми Верика, теперь гудела, словно растревоженный улей. Десятки солдат носились туда-сюда, а в просторном внутреннем дворе спешно формировался вооруженный отряд. Защитников уже набралось больше, чем было воинов у Илисти, и к ним постоянно стягивались всё новые силы, но это была головная боль Вымпира. Проигнорировав человеческое копошение, Чернокогть принялся высматривать малейшие следы колдунов. Устранить их было его первоочередной задачей, однако никого с посохом или в характерных балахонах в толпе не наблюдалось. Все суетящиеся внизу люди выглядели как обычные наемники или бандиты.
Гоблин терпеливо наблюдал за происходящим еще несколько минут, пока солдаты наконец не закончили построение и не выдвинулись в сторону ворот, но Мудрецы так и не соизволили показаться. Вскоре до его слуха донеслись звуки ожесточенной схватки, хотя с его наблюдательного пункта сами ворота были не видны. Зато ни одного магического взрыва так и не прогремело, а значит, с Илисти всё было в полном порядке. Уж если он способен в одиночку завалить тролля, то с кучкой обычных людишек как-нибудь справится.
В тот самый момент, когда Чернокогть уже готов был плюнуть на это гиблое дело и уйти, он заметил подозрительное шевеление во дворе особняка. Небольшой отряд солдат спешно выбежал наружу и трусцой направился к месту сражения. В самом центре этой кучки телохранителей семенил человек, крепко сжимающий в руках длинный деревянный посох.
— А вот и он! — хищно осклабился вожак.
— Это того хрыча мы должны прикончить? — оживился один из приспешников, заглядывая командиру через плечо.
Места у окна на всех не хватало, а поскольку хобгоблины страдали от скуки ничуть не меньше своего предводителя, они уже нашли себе занятие по душе. Первый монстр безмятежно дрых на хозяйской кровати, а второй притащил бессознательного хозяина на второй этаж и теперь увлеченно тыкал в него когтем, искренне надеясь, что тот очнется, дабы можно было с чистой совестью вырубить бедолагу еще разок.
— Именно. Идем выпускать из него кишки, — бросил Чернокогть и пулей вылетел из комнаты.
— Зашибись! — радостно завопили приспешники, устремляясь следом.
Отряд, сопровождающий мага, как раз миновал здание, поэтому Чернокогть бесшумно выскользнул через парадную дверь и тенью скользнул за ними. Не считая этой процессии, улица была абсолютно безлюдна.
— Готовьте луки, — скомандовал он подопечным, на ходу снимая свое оружие.
Лучшим способом расправиться с колдунами всегда оставался удар издалека, пока они не успели тебя заметить. Так шансы не сгореть заживо в магическом взрыве возрастали многократно.
— Стреляйте разом по моей команде, — прошептал Чернокогть, дождавшись, пока оба приспешника наложат стрелы на тетиву. — Пли!
Один из конвоиров уловил подозрительный шорох и обернулся, но было слишком поздно. Четыре стрелы со свистом рассекли воздух, устремившись прямо в незащищенную спину Мудреца. Две из них ушли в молоко, но оставшиеся миновали спины солдат и с глухим стуком вонзились в мага. Стоило старику выронить посох и рухнуть на брусчатку, как его охрана моментально развернулась к стрелкам.
— А теперь сваливаем, — буднично бросил гоблин и рванул прочь со всех ног. При желании он мог бы без труда покончить с остатками эскорта, но это в его обязанности не входило, к тому же следовало держать ухо востро и выследить второго колдуна.
— Взять их! — истошно заорал один из солдат.
Вместо того чтобы возвращаться в облюбованный дом, Чернокогть нырнул в спасительную тень ближайшего переулка и помчался кружным путем к воротам. Настала пора проведать Илисти и убедиться, что второй Мудрец не проскользнул мимо них незамеченным.
Уводя за собой разъяренную охрану мертвого колдуна, Чернокогть со своей свитой пронесся сквозь лабиринт узких улочек, с кошачьей ловкостью вскарабкался по водосточной трубе и перемахнул через высокую стену. Снизу донеслась отборная брань — преследователи предсказуемо застопорились перед непреодолимым препятствием. Не обращая на них ни малейшего внимания, вожак поспешил по очередному переулку. Наткнувшись на удачно составленную пирамиду из бочек, он использовал ее как трамплин, взмыл в воздух и уцепился за край крыши. Подтянувшись и присев на корточки, гоблин принялся оценивать масштаб побоища, кипящего у городских ворот.
Люди Илисти по-прежнему уступали врагу числом, но держались насмерть. Они выстроились полумесяцем прямо перед открытыми створками, а сам Вымпир возвышался на самом острие атаки. Аристократ без устали рубил солдат Верика направо и налево, пока те тщетно пытались вытеснить его отряд за пределы города. Успехов на этом поприще они явно не снискали. Чуть дальше по улице уже начали разгораться первые пожары, и Чернокогть с удовлетворением отметил, как двое его парней с гиканьем загоняют какого-то бедолагу в тупик.
— Можно мы тоже повеселимся? — заискивающе спросил приспешник, присаживаясь рядом с командиром. — Уж больно охота раздобыть себе каких-нибудь блестящих трофеев.
— Валяйте, пошли, — согласился вожак.
Он понятия не имел, куда запропастился второй колдун, но Илисти совершенно не выглядел так, будто нуждался в спасении. Накатывающие на него волны нападающих разбивались вдребезги, словно вода о неприступную скалу. Пока Чернокогть наблюдал за бойней, Вымпир играючи схватил вражеского мечника за грудки, оторвал от земли, впился клыками ему в шею и с отвращением отшвырнул обескровленный труп в сторону. Да уж, пожалуй, пришло время собирать свою стаю. К тому же следовало отыскать Хиту. Зная ее взбалмошный нрав, она наверняка прямо сейчас творила какую-нибудь несусветную глупость, способную похерить все его гениальные планы, если ее вовремя не остановить.