Чернокогть отвернулся от видневшейся на поляне деревни и направился к Гобу с дикими гоблинами. Мелкие пакостники вольготно развалились среди кустов и пней на самой опушке леса. Геральд послушно плелся следом за вожаком.
— Удивляюсь, почему ты почти не общался с Гобом по пути сюда. С самого момента вашего воссоединения ты едва ли перекинулся с ним и парой слов, — заметил на ходу бывший горожанин.
Чернокогть раздраженно шмыгнул носом, прежде чем снизойти до ответа: — И с чего бы мне с ним болтать? Он же хобгоблин, от него в жизни не услышишь ничего интересного.
— Ну, если он выучит еще парочку слов... — попытался возразить Геральд, но гоблин грубо его перебил.
— Нет, чушь. Я к тому, что Гобу нечего сказать, потому что он живет в лесу с кучей тупых сородичей. Я уже видел этот лес и знаю о гоблинах всё, что только можно. Болтать о подобных вещах — несусветная глупость.
Геральд так и не смог подобрать достойного ответа до того момента, как они подошли к Гобу. Хобгоблин покосился в их сторону и покорно склонил голову перед Чернокогтем. Это заставило вожака лишь в очередной раз высокомерно фыркнуть, зато юноша поприветствовал дикаря радостной улыбкой и взмахом руки. Затем эта парочка принялась общаться с помощью языка жестов и скудного набора человеческих слов, пока Чернокогть молча наблюдал за происходящим. Большей частью их беседа казалась невразумительной тарабарщиной, но со стороны было вполне очевидно, что Геральд просит Гоба разослать мелочь на разведку леса.
— Да. Да, — скрипучим голосом отозвался Гоб, когда человек закончил объяснения. Во время ответа здоровяк с энтузиазмом закивал, а затем перевел взгляд на Чернокогтя. В его глазах застыл немой вопрос: он явно искал одобрения клыкастого командира, чтобы выполнить просьбу Геральда.
И получил он его далеко не сразу. Чернокогть с секунду подозрительно сверлил Гоба взглядом, прежде чем неохотно кивнуть. У него не было причин противиться плану на данном этапе, но он не смог отказать себе в удовольствии приправить свое согласие надменным рыком. Вожак желал напомнить здоровяку, кто тут главный. Главным был он. Он здесь босс.
Гоб тут же развернулся и издал отрывистый лающий звук. Гоблинята, бездельничавшие поблизости, мгновенно насторожились и уставились в его сторону. Завладев их вниманием, хобгоблин несколько раз зашипел и утробно хрюкнул, а затем махнул рукой в сторону чащи.
Чернокогть пристально наблюдал за процессом. Он понятия не имел, что означали все эти идиотские звуки. Когда он сам пытался командовать зеленой сворой, у него обычно уходило куда больше времени. Присутствие Гоба определенно приносило немалую пользу, что, к великому сожалению, означало лишь одно: убивать его пока что было нерационально. Гоблинята пару мгновений бормотали что-то между собой, прежде чем сорваться с места и раствориться в лесу. Один из них попытался было остаться, но Чернокогть отвесил ленивому паршивцу увесистый пинок, отправивший того кувырком прямиком в кусты. Скорее всего, мелкий засранец собирался просто отсидеться где-нибудь в укромном местечке, но поделать с этим вожак ничего не мог.
Вскоре на поляне не осталось ни одного гоблина, за исключением Прохвоста и Беса. Оба всё еще терлись неподалеку от разбойников. Чернокогть на мгновение задумался о том, чтобы наградить пинками и эту парочку, выгнав их на разведку, но Прохвост был абсолютно бесполезен, а Бес всё еще таскал на спине свой набитый под завязку рюкзак. Клыкастый предводитель опасался, что от хорошего удара что-нибудь в этом мешке может сдетонировать.
— Надеюсь, ты понимаешь, что творишь, — бросил Бородач, подходя к Геральду.
Чернокогть беспечно пожал плечами: — Это идея Геральда, так что во всем, что пойдет наперекосяк, будет виноват только он.
Разбойники тихо переговаривались, издалека наблюдая за поселением и ожидая возвращения разведчиков. Потребовалось чуть больше получаса, прежде чем появился первый из зеленокожих посыльных. Гоблиненок выскочил из кустов и, сверкая возбужденным блеском в глазах, подбежал к Гобу. Хобгоблин и его мелкий сородич обменялись парой отрывистых хрюканий, после чего Гоб повернулся к Чернокогтю и указал пальцем в глубь леса.
— Похоже, они кого-то выследили, — подметил юноша.
— Посмотрим, кто там такой, — с предвкушением оскалился Чернокогть, жестом приказывая остальным людям следовать за ним.
Хобгоблина уже тошнило от бессмысленного ожидания. В последнее время стоило ему лишь замереть на месте, как он невольно начинал копаться в прошлом и предаваться воспоминаниям. Подобное времяпрепровождение не доставляло ему ни малейшего удовольствия. Каждый раз, когда в памяти всплывало лицо Сэйтера, в груди вспыхивала обжигающая холодом ярость. Лишь постоянная занятость помогала гоблину сохранять рассудок в относительной стабильности.
Убедившись, что все готовы к выступлению, Чернокогть подал знак Гобу. Дикий хобгоблин зашипел на вернувшегося разведчика, и парочка уверенно двинулась в чащу. Вожак и его человеческие приспешники безмолвно последовали за ними.
Несколько минут они кружили сквозь густые заросли по самому краю вырубки. Затем гоблиненок принюхался к торчащему из земли древесному корню и резко свернул вглубь чащи. Чернокогть цепким взглядом изучал окружающее пространство. Заметить это было непросто, но грязь здесь была плотно утоптана и спрессована бесчисленными шагами, образуя неприметную тропу, ведущую от деревни прямо в лес. Очевидно, люди частенько ею пользовались.
Разведчик и бандиты шли по следу несколько минут, пока слуха Чернокогтя не достиг звук человеческих голосов. Гоб уловил их одновременно со своим командиром, и оба хобгоблина моментально уставились вперед, пытаясь определить источник шума. Прислушавшись, вожак поднял руку, требуя абсолютной тишины, и сбавил шаг. Он прилагал максимум усилий, чтобы ступать как можно тише, продолжая красться вперед. Судя по звукам, болтали всего двое — мужчина и женщина. Чернокогть кровожадно ухмыльнулся. Идеальный размер группы для нападения. Он продолжил бесшумно скользить сквозь подлесок, пока наконец не заметил свою добычу.
Людей оказалось трое, а не двое. Просто один из них всё это время хранил молчание. Двое из троицы стояли вплотную друг к другу: светловолосая девчонка и темноволосый паренек. Они замерли в паре шагов от тропы, увлеченно разглядывая что-то на земле. Мешанина из ветвей и густого кустарника не позволяла разглядеть детали, но общая картина была вполне ясна. Чернокогть подобрался вплотную к стволу дерева и осторожно выглянул из-за него, надеясь рассмотреть больше, но удача ему не улыбнулась, так что он переключил свое внимание на третьего человека. Это был еще один юноша, прислонившийся к дереву в нескольких футах от своих спутников. Он тоже был блондином, а на его лице читалась жгучая смесь раздражения и отвращения, с которыми он наблюдал за парочкой.
Видимо, Чернокогть был не единственным, кто подметил недовольство на лице парня. Темноволосый юноша тоже обратил на это внимание и не преминул возмутиться: — И зачем ты вообще поперся с нами, если собираешься только пялиться и корчить идиотские рожи мне в спину?
— Ты сам прекрасно знаешь причину. Любой, кто выходит в лес, должен передвигаться в группе как минимум из трех человек, — парировал блондин.
— Но мы ведь всего в нескольких минутах ходьбы от дома. Это практически наш задний двор!
— Правила есть правила. Никогда не знаешь, какая тварь тут рыщет. Лес — опасное место, и я не собирался отпускать сестру без нормальной защиты, особенно в твоей компании.
— Что, черт возьми, это должно означать? — возмущенно взвился брюнет. Судя по шороху, он резко выпрямился, но его оппонент лишь криво усмехнулся.
— Это означает, что ты, по моему скромному мнению, не способен позаботиться даже о себе, не говоря уже о других. И если ты споткнешься о корень и раскроишь себе череп, я не хочу, чтобы ей пришлось тащить твою тушу обратно на собственном горбу.
На секунду повисло злобное молчание, прежде чем девушка решила вмешаться: — Да будет вам, мальчики, хватит ссориться, это просто глупо. Давайте лучше наслаждаться прогулкой.
После этого их голоса стихли, поэтому Чернокогть осторожно попятился назад, к остальной части своего отряда. В любом случае, он услышал и увидел вполне достаточно. Из этих людей выйдут отличные заложники, и взять их не составит никакого труда. Они были совершенно очевидными идиотами, напрочь лишенными инстинкта самосохранения и навыков выживания.
— Что ты там увидел? — шепотом поинтересовался Геральд, стоило гоблину вернуться. В его голосе сквозила нервозность. Позади юноши толпились остальные разбойники вместе с Гобом.
— Трех тощих и слабеньких на вид людишек. Двух парней и одну девчонку, — небрежно бросил Чернокогть.
— Отлично, тогда давайте сцапаем их! — кровожадно осклабился Бородач, делая шаг вперед. Однако далеко уйти ему не удалось: Чернокогть презрительно фыркнул и преградил здоровяку путь.
— Нет, это тупо. Если вы просто попрете напролом, они сбегут, тупица.
— И что же нам тогда делать?
— Всё очевидно. Вам нужно отрезать им пути к отступлению и взять в кольцо, — наставительно произнес Чернокогть, подняв коготь и очертив им в воздухе окружность. Пока люди внимательно слушали, хобгоблин изложил свой план. Если в чем-то Чернокогть и был непревзойденным экспертом, так это в загоне дичи, особенно человеческой. Людишки были крайне предсказуемы.
Покончив с обсуждением, люди разделились на две группы и разбежались в разные стороны. Чернокогть велел Гобу с дикарями оставаться на месте, а сам увязался за отрядом Геральда. Секундой позже он резко крутнулся на месте и злобно зашипел на гоблинят, увязавшихся за ним следом, заставив их в панике метнуться обратно к Гобу. Этим тупоголовым созданиям давно пора было проявить хоть каплю инициативы и выучить нормальный язык, чтобы он мог как следует на них орать.
Геральд целую минуту вел свою половину группы сквозь чащу, пока они не оказались на приличном расстоянии от добычи, а затем вывел на тропу, и они неспешно зашагали обратно в сторону жертв. Чернокогть натянул капюшон поглубже и держался в арьергарде, за спинами своих человеческих приспешников. Он должен был прятаться из виду, чтобы его пугающее величие не слишком напугало этих людишек, или вроде того. Он уже забыл точную причину, но это было и неважно.
Прежде чем преодолеть последний участок пути и приблизиться к троице, Чернокогть приложил два когтя к губам и издал заливистый свист, сигнализируя об их приближении. Звук был практически неотличим от пения настоящей птицы, и вскоре из глубины леса раздался быстрый ответ второй группы, так что они продолжили движение. Ответ вышел так себе — разве что подающий сигнал пытался изобразить птицу, сдохшую на середине своей трели, — но свою задачу он выполнил. Обе группы заняли позиции, и трое молодых людей показались в поле зрения.
— Говорю же тебе, этот последний крик был каким-то странным. Надо возвращаться. Что, если это гарпия или вроде того? — с тревогой в голосе обратился невысокий шатен к своему спутнику. Светловолосая девушка жалась к нему, и теперь вся троица стояла на тропе, что-то живо обсуждая.
— Одной гарпии недостаточно, чтобы представлять для нас угрозу, да и у них хватает мозгов не соваться в эти края. Каждый раз, когда хоть одна из этих тварей высовывает свою уродливую морду, деревня собирает отряд и идет ее истреблять. У нашего отца до сих пор валяется череп с последней охоты, — лениво отозвался блондин. Особого беспокойства в его голосе не наблюдалось.
— А как насчет гоблинов?
— Что не так с этими недоразвитыми уродцами? Знаю, старики обожают травить о них жуткие байки, но это всего лишь сказки. От гоблинов нам не грозит никакой опасности. Ты просто на взводе.
Внезапно девушка посмотрела поверх плеч своих спутников и заметила разбойников, идущих прямо на них. Она замерла, во все глаза разглядывая чужаков, а затем нервно вздрогнула и приоткрыла рот от потрясения. Оба парня, заметив ее реакцию, обернулись, чтобы узнать, что привлекло ее внимание.
— О, мое почтение! — поприветствовал их Геральд. Он произнес это самым дружелюбным тоном, приветственно помахав рукой. Мужчины за его спиной тоже расплылись в улыбках, но куда менее радушных. До жертв оставалось не больше тридцати футов.
Ответить решился высокий блондин. Его голос нервно дрогнул, а лицо заметно побледнело. Парень был в ужасе, но изо всех сил старался этого не показывать: — Кто... вы такие?
— Всего лишь безобидный путник, который сбился с дороги и ищет, у кого бы спросить дорогу, а может, и найти ночлег на ночь, — отозвался Геральд, одарив их широкой, успокаивающей улыбкой.
Девушка придвинулась вплотную к шатену и крепко вцепилась обеими руками в его предплечье. Она явно не купилась на эту сказочку.
— А как насчет этих вооруженных людей за вашей спиной? — не унимался блондин. Выставив руку, он задвинул своих спутников себе за спину. Вся троица сделала несколько нервных шагов прочь от незваных гостей.
— Это мои компаньоны. Лес — опасное место для одинокого странника. Вам нечего их бояться, — всё тем же умиротворяющим тоном произнес Геральд.
Казалось, еще секунда, и молодые люди сорвутся с места и бросятся наутек, но шанса им не дали. За их спинами раздался зловещий шорох: вторая группа разбойников вынырнула из кустов и перекрыла тропу к отступлению. Увидев новоприбывших, подростки побледнели еще сильнее. Теперь они были в плотном кольце и прекрасно это понимали.
— Это тоже мои компаньоны, — любезно пояснил бывший горожанин, глядя, как девушку начинает бить крупная дрожь.
— Что вам нужно? — выкрикнул невысокий паренек, обнимая подругу и вызывающе глядя на Геральда.
— Я же вам уже сказал. Просто хочу задать пару вопросов, вот и всё. Мы вполне можем стать друзьями, так что почему бы вам не присесть, чтобы мы могли спокойно поговорить, — ответил Геральд. На этот раз в его голосе прорезались холодные, стальные нотки, ясно дававшие понять, что это вовсе не дружеское предложение.
Троица сбилась в жалкую кучку. В их расширенных глазах плескалось неприкрытое отчаяние: они затравленно озирались в поисках хоть малейшей лазейки для побега.
— Сесть, — рявкнул Геральд, когда обе группы бандитов начали смыкать кольцо. Все трое немедленно шлепнулись на землю. Грязные, свирепые на вид головорезы с радостью воспользовались заминкой, чтобы окончательно взять их в плотное кольцо.
— Если вы хоть пальцем нас тронете, наши родители и остальные жители деревни откроют на вас охоту, — дрожащим голосом пригрозил блондин. Со стороны разбойников донеслись издевательские смешки. Хита смеялась громче всех, и ее звонкий хохот привлек внимание юноши; он с недоумением нахмурился, явно не зная, как реагировать на девчонку в банде.
— Я не собираюсь причинять вам вред, — успокаивающе произнес Геральд, опускаясь на корточки, чтобы их лица оказались почти на одном уровне. — Просто задам пару вопросов, а потом, возможно, вы окажете нам небольшую услугу и представите нас вашей деревне.
Трое пленников переглянулись, прежде чем девушка робко спросила: — Что вы хотите узнать, господин?
Этот вопрос застал Геральда врасплох. Он на мгновение запнулся, пытаясь подобрать нужные слова. Эту часть они как-то не продумали.
— Эм... мы просто хотим разузнать о вашей деревне, — в конце концов выдавил он.
Поскольку ответа не последовало, Эйлиас воспользовался заминкой, чтобы наклониться вперед и задать собственный вопрос: — А вы не поклоняетесь каким-нибудь жутким богам, которые приказывают вам убивать чужаков или жрать человечину?
— Нет... эм... у нас есть небольшое святилище Тер-вура, — медленно протянул блондин. Подобный вопрос явно сбил его с толку, и теперь все присутствующие уставились на воришку как на умалишенного.
— Это что за идиотский вопрос? — рыкнул Бородач, сверля взглядом молодого разбойника.
— Очень даже важный, — огрызнулся Эйлиас, защищаясь. — Тебе что, охота стать ужином для каннибалов?
Прежде чем кто-либо успел вставить хоть слово, Чернокогть протиснулся вперед и задал свой, самый животрепещущий вопрос: — У вас есть сыр? У бандитов припасы закончились еще несколько дней назад, и гоблин чертовски соскучился по этому лакомству.
На этот раз ответила девушка: — Немного? У нас есть несколько коз, хотя последняя корова сдохла еще пару лет назад.
Бородач раздраженно закатил глаза, испустив тяжелый вздох, а Геральд наградил гоблина испепеляющим взглядом, прежде чем тот успел открыть рот. Ах да, он же должен был помалкивать. И почему он на это согласился?
Больше никто не мешал, и Геральд спокойно допросил пленников о поселении. О некоторых вещах они говорили крайне неохотно, но вскоре у разбойников сложилась вполне ясная картина этого укрепленного островка цивилизации.
— Выглядит как вполне сносное местечко, чтобы пополнить припасы и, возможно, переночевать, — подытожил бывший горожанин. — У них есть пустующие дома, и они не похожи на сборище свихнувшихся параноиков, которым нельзя поворачиваться спиной.
Большинство головорезов согласно закивали, и вскоре банда приняла решение. Они рискнут выйти на контакт с местными и попробовать напроситься на ночлег. Чернокогть милостиво поддержал эту затею, главным образом потому, что перспектива казалась куда более интригующей, чем торчать в сыром лесу, да и к тому же там был сыр.
— Тогда давайте хватать этих молокососов и выдвигаться, — нетерпеливо рыкнул Бородач.
— Вызываюсь конвоировать девчонку по пути, — плотоядно ухмыльнулся Эйлиас, бросив на пленницу сальный взгляд.
— Размечтался, сопляк. Этим займусь я, — осадил его один из разбойников постарше.
— Я буду за ней приглядывать, — отрезал Чернокогть, делая шаг к блондинке.
— Э-э, зачем? Я думал, ты не по этой части...
— По какой части? — гоблин в недоумении заморгал. Почему эти тупые люди вечно несли какую-то бессмыслицу?
— Ну, знаешь... — хмыкнул старший головорез, сопроводив свои слова парочкой непристойных жестов. Чернокогть уставился на него абсолютно непонимающим взглядом. У него не было ни малейшей догадки, к чему клонит этот идиот, поэтому он просто решил прояснить собственные мотивы.
— Я гораздо быстрее и охраняю лучше любого из вас, а эти двое маленьких людишек отвратительно воняют.
— А-а, тогда всё понятно, — кивнул разбойник, пока оба парня сверлили Чернокогтя враждебными взглядами. Люди вообще имели привычку странно обижаться на правду о своей вони, хотя их носы почти не справлялись со своими прямыми обязанностями.
Девушка выглядела до смерти напуганной столь внезапным вниманием. Пленники слегка успокоились, когда стало ясно, что набрасываться на них и резать глотки никто не собирается, но напряжение никуда не исчезло.
— Тебе, пожалуй, стоит остаться в тылу и приглядывать за округой. В конце концов, ты наш лучший разведчик, — поспешно вмешался Геральд, а затем перешел на заговорщицкий шепот: — И ты обещал держаться подальше от пленников! Они не должны пронюхать, что ты хобгоблин.
Чернокогть недовольно фыркнул, но спорить не стал. Не говоря ни слова, он отступил в хвост колонны, и отряд выдвинулся в путь. Троица пленников оказалась зажата в самом центре, пока группа шагала обратно по звериной тропе в сторону поселения.
Впрочем, нервничали не только подростки. Большинство разбойников выглядели неуверенно и двигались с опаской. Поход в деревню был вынужденной мерой, но таил в себе не меньшую опасность. Никто из них не знал наверняка, что их там ждет. Вскоре отряд достиг опушки и двинулся через проплешину, ступая по обработанной земле. Впереди зловеще маячил частокол из толстых деревянных кольев. Одно его угрюмое присутствие ясно давало понять: жители деревни готовы постоять за себя и дать отпор любым чужакам.