Из мутной лужи на Чернокогтя взирал чертовски привлекательный хобгоблин с безупречно заостренным носом. О да, он был невероятно хорош собой. Ухмыляясь собственному великолепию, вожак поднял лапу и потер лоб в том месте, где пробивались рога. С тех пор как он в последний раз их подпиливал, прошло изрядно времени, и теперь костяные наросты вытянулись на длину его пальца. Такими огромными они еще никогда не были.
Носить рога оказалось на редкость неудобно. Чернокогть все еще привыкал к их тяжести, а они становились лишь массивнее по мере роста. Вдобавок из-за них стало куда сложнее напяливать шапки с капюшонами, так что сойти за человека теперь было практически невозможно. Впрочем, это его вполне устраивало. Время прятаться по кустам и скрывать свою истинную личину безвозвратно ушло. Настал час брать власть в свои когти, а среди зеленокожих длинные рога всегда служили неоспоримым символом статуса.
Предводитель одобрительно кивнул своему отражению. Его рога могли похвастаться приятным белым оттенком, который превосходно контрастировал с зеленой кожей. Он сгорал от нетерпения увидеть, какими они станут в будущем. Гоблин надеялся, что они продолжат расти, пока не станут такими же внушительными, как те костяные венцы у того убитого им вождя хобгоблинов. Те выглядели воистину устрашающе. Не то чтобы его это сильно заботило, но все же было любопытно, сочтет ли Гера подобное убранство привлекательным. А что насчет людей?
— Да плевать, — проворчал Чернокогть, поднимаясь на ноги и направляясь обратно к дороге. Сейчас он сильно сомневался, что смог бы отогнать Геру даже длинной острой палкой, и уж тем более не имело значения, как при этом выглядели его рога.
Он как раз завершал свою короткую утреннюю прогулку по зарослям. Гоблину нравилось наслаждаться одиночеством, которое в нынешнем Железном Разломе стало непозволительной роскошью. Поселение гудело от кипучей деятельности, и приспешники Чернокогтя то и дело лезли к нему за одобрением или советом по самым банальным вопросам, которые любой дурак решил бы сам. Этой суете не было конца и края.
С момента проведения первой церемонии посвящения в воины минуло уже несколько недель. Тракт до Убежища был практически завершен, за исключением парочки проблемных участков. Большая часть рабочих бригад теперь трудилась над дорогой к Херсткресту, однако Чернокогть также отправил несколько отрядов на юг — разведать и нанести на карту старые пути, ведущие обратно к цивилизации.
Работяги, прорубающие путь к Херсткресту, продвигались весьма споро. Неудивительно: восстанавливать старую дорогу было куда проще, чем прокладывать новую с нуля. В основном их работа сводилась к вырубке подлеска и молодняка, а на некоторых участках этот труд за них уже выполнил пожар, устроенный самим Чернокогтем.
Выбравшись из зарослей, вожак выпрыгнул прямо на дорогу. Повсюду валялись переломанные ветви и зияла распоротая земля — наглядные свидетельства титанических усилий, вложенных в прокладку этого лесного тракта. Кое-где на обочине все еще валялись неубранные бревна. Большую часть поваленных стволов уже оттащили в Железный Разлом, но и оставшихся лежало в избытке.
Приближаясь к поселению, Чернокогть заприметил десятки стволов, сваленных в кучи прямо за стенами. Чуть поодаль уже давали всходы посевы, высаженные гоблинами. Крошечные огороды выглядели бессистемными и хаотичными, но большинство растений выглядели вполне здоровыми. Под бдительными взглядами надсмотрщиков мелкие сородичи неустанно очищали поля от сорняков и вредителей.
Две недели назад Чернокогть отрядил часть своих приспешников в сторону Херсткреста. Кое-кто из них должен был сменить группу Прохвоста в тамошнем гоблинском лагере, другие же отправились помогать Илисти с охотой и пропитанием. Вместе с ними увязался и Аволус. Маг был полон решимости изучить местную кристаллическую пещеру, и вожак решил не чинить ему препятствий. Насчет безопасности этой затеи гоблин не был уверен, но он уже выудил из чародея все нужные сведения, так что дальнейшая судьба старика его мало заботила.
Утренний воздух был промозглым и влажным, так что, подавив дрожь, Чернокогть зашагал прямиком к мастерской Феррара. Там всегда пылал хотя бы один жаркий очаг, да и само ремесло кузнецов казалось ему весьма занятным. Обычно он понятия не имел, чего именно они пытаются добиться, но наблюдать за тем, как зеленокожие носятся кругом и играются с огнем, было забавно.
Мастерская Феррара продолжала неуклонно разрастаться. Теперь она включала в себя вместительный склад и небольшую кузницу. Когда Чернокогть подошел ближе, в ней вовсю трудился один из здоровяков. Орудуя тяжелым молотом, хобгоблин расплющивал раскаленный кусок железа, придавая ему форму наконечника для стрелы. Металл он удерживал на маленькой наковальне с помощью клещей. Саму наковальню им одолжил кузнец из Убежища.
Вожак подобрался поближе к жару горна и принялся наблюдать, как во все стороны летят искры, а металл с оглушительным звоном обрушивается на металл. Этот хобгоблин был одним из подмастерьев Феррара, и на его морде красовалась ремесленная метка. В целом она походила на знак воина, но линии вокруг глаза сплетались в иной узор. Ритмичный лязг кузнечного молота приковывал внимание Чернокогтя, пока жар, исходящий от дымящейся печи, согревал его продрогшие кости. О да, так-то намного лучше.
Феррар со своими подручными уже наловчились изготавливать из очищенного железа целую прорву простеньких инструментов. В основном они клепали гвозди и наконечники для стрел, но иногда брались и за острия для копий и даже лопаты.
Присутствие Чернокогтя в кузне не осталось незамеченным. Феррар вынырнул из соседней пристройки и спешно засеменил к своему вождю.
— Ты уже нашел мастера-оружейника, которого мы сможем похитить? — с ходу выпалил Феррар, и на его морде застыло выражение глубокой надежды.
— Все еще нет, — сухо отрезал Чернокогть, которому было не до веселья, ведь кузнец донимал его одним и тем же вопросом каждый божий день на протяжении всей последней недели.
Предводитель совершил непростительную оплошность, спросив Феррара, сможет ли тот выковать мечи. Ответ был категоричным «нет», однако сама идея не на шутку заинтриговала зеленокожего ремесленника. Оказалось, делать мечи куда сложнее, чем клепать наконечники для стрел. Кованое железо было слишком мягким, поэтому оружие следовало ковать из стали, которую Феррар производить еще не научился. Да и сам процесс создания клинка требовал особых кузнечных техник, о которых не имели ни малейшего понятия ни Феррар, ни мастер из Херсткреста, ни кузнец из Убежища. Именно поэтому он и умолял Чернокогтя выследить и утащить в лагерь человека, владеющего этим ремеслом.
— Я даже за ворота Железного Разлома не выходил. Где, по-твоему, я должен искать столь редкую породу людишек? — возмутился Чернокогть, окончательно придя к выводу, что Феррар вконец избаловался и слишком привык получать желаемое по первому требованию.
— Ну, может, какой-нибудь из них заблудился в лесу? — пожал плечами Феррар.
— Нет, это идиотизм. Если я найду мечника, то сам тебе сообщу. И перестань меня донимать, — фыркнул Чернокогть и зашагал прочь.
Бросив взгляд налево, Чернокогть увидел строительную площадку. Избыток древесины и наличие железных топоров позволили здоровякам взяться за возведение полноценных бревенчатых изб. Некоторые из наиболее хлипких длинных бараков уже пускали на слом, чтобы освободить место под новые постройки. В бревенчатых домах зимой будет куда теплее, да и свободного места внутри крепостных стен становилось все меньше, поэтому приходилось уплотнять застройку. Подсчитать точное количество гоблинов, обосновавшихся в Железном Разломе, стало попросту невозможно. Мелкие выродки тысячами сползались из Зелени, манящиеся обилием жратвы и надежным укрытием, которое предоставлял лагерь. Все больше и больше из них также перерождались в хобгоблинов. Какое счастье, что Море Зелени было столь щедрым на дары. Если тебе хватало сил выжить во время собирательства, лес мог предложить неисчерпаемые запасы провизии, а уж гоблины и вовсе жрали практически все подряд.
Доступ к бревнам и железному инструменту также позволил вожаку заложить фундамент собственного особняка. Несколько мастеровых из Убежища помогали его приспешникам возводить подобающее вождю жилище, используя лучшие человеческие строительные премудрости. До завершения было еще очень далеко, но как только работы закончатся, этот дом станет самым огромным и роскошным во всей округе! Чернокогть сгорал от нетерпения забить его доверху награбленным добром.
Направляясь к длинному дому Гоба, Чернокогть миновал тренировочную площадку. Это было единственное крупное открытое пространство, уцелевшее внутри стен. Место требовалось как для самих тренировок, чем прямо сейчас и занимались несколько здоровяков, так и для публичных испытаний. Предводитель проводил новые церемонии посвящения в воины раз в несколько дней. Впрочем, очередь из хобгоблинов, обладающих нужными для сдачи экзамена навыками, выстроилась немалая, так что возможность поручить роль экзаменаторов Гобу и парочке самых умелых бойцов оказалась как нельзя кстати.
На самом деле все тормозили именно татуировки. В теории искусство нанесения узоров на шкуру выглядело до смешного просто: краска загонялась под кожу при помощи игл. Однако на практике дело оказалось весьма муторным. Бородач набил первые несколько клейм сам и попытался обучить этому ремеслу остальных, но лишь один хобгоблин сумел действительно перенять этот навык. Чернокогтя радовало лишь то, что рисунок метки воина был примитивным и не требовал ювелирной точности.
— Приказывай, о величайший из вождей! — отсалютовал Гоб, который незамедлительно выскочил из своего длинного дома, стоило Чернокогтю добраться до места и рявкнуть его имя.
— Экспедиционный отряд готов? — отозвался Чернокогть.
— Так точно, босс. Они уже ждут у ворот. Я отобрал лучших разведчиков и воинов для твоего сопровождения и лично проследил, чтобы им собрали лучшую провизию в дорогу. Гонец, которого я отправил, также доложил, что люди из Убежища будут ждать твоего прибытия. Все готово.
— Отличная работа, — одобрительно кивнул гоблин.
Вожак вконец устал отсиживаться в Железном Разломе без дела. Пришла пора продвигать свой великий замысел, а для этого требовалось выдвинуться на юг. Именно по этой причине он и разослал разведчиков, чтобы те нанесли на карту оптимальный маршрут. Когда-то давно существовал старый тракт, соединявший Убежище с остальными людскими землями, но годы назад его безжалостно поглотило Море Зелени. И все же это был самый простой путь на южную сторону. Первоначальный маршрут, по которому Чернокогть и его спутники добрались до деревни, отнюдь не отличался прямотой и вынуждал продираться через крайне пересеченную местность, которой старая дорога позволяла избежать.
Выслушав еще несколько минут хвалебных од от Гоба, Чернокогть отпустил подчиненного и заглянул в свою пещеру за снаряжением. Закинув на плечи походный мешок, он направился к главным воротам Железного Разлома. Там, как и обещал Гоб, его дожидался запрошенный отряд. Два десятка хобгоблинов стояли в окружении вдвое большего числа мелких сородичей, а позади них топтались два навьюченных припасами кабана. Половина здоровяков носила метку воина и сжимала в лапах добротные мечи. Остальные были вооружены кинжалами и копьями с железными наконечниками.
Заметив среди них Геру, предводитель лишь глухо хмыкнул. Ее присутствие ничуть его не удивило. С тех пор как они спарились, эта самка-хобгоблин начала докучать ему с удвоенной силой и редко отходила далеко. Ну и ладно. По крайней мере, он получал вдоволь секса. Что было весьма приятно.
— Ладно, выдвигаемся! — рявкнул Чернокогть, махнув лапой, чтобы отряд выходил за ворота.
Приспешники сорвались с места, спеша выполнить приказ, и вскоре вся вереница уже маршировала по недавно отстроенному тракту, ведущему в Убежище. Они продвигались несравненно быстрее, чем если бы им пришлось продираться сквозь лесную чащу, а поскольку вожак задал бодрый темп, отряд мигом достиг точки назначения.
Снаружи, у стен Убежища, вольготно развалилась кучка знакомых лиц. Чернокогть заприметил Геральда, Бородача и топтавшуюся позади всех Хиту. Компанию им составляли с полдюжины бывших головорезов из банды Герады и один молодой парнишка из местных.
— А, отлично. Ты прибыл, хобгоблин. Наконец-то мы сможем выдвинуться, — заметил Бородач, когда Чернокогть подошел ближе.
— Рад тебя видеть, Чернокогть. Ты готов к приключениям? Лично мне уже не терпится в путь, — куда вежливее отозвался Геральд. — Убежище, конечно, стало нам своего рода домом, но здесь, боюсь, катастрофически не хватает многих удобств. Мне жизненно необходимо пройтись по лавкам.
— Ага, я готов. Шевелитесь, — коротко кивнув обоим, бросил гоблин.
Несколько здоровяков, ранее отправленных Чернокогтем на разведку южного направления, сейчас шагали в строю, поэтому они без проблем вывели весь отряд сквозь лес прямо на старый тракт. Заросшая дорога пребывала примерно в том же плачевном состоянии, что и та, по которой гоблин в свое время пробирался к Херсткресту. Было кристально ясно, что трактом не пользовались уже очень давно. Сквозь некогда твердо утрамбованную землю пробивалась густая трава и плотные кустарники. Деревья наступали с обеих сторон, а поверхность была усеяна лесным мусором вроде гниющих веток и поваленных стволов. И все же эта дорога обеспечивала отряду Чернокогтя твердую и ровную почву под ногами.
— Хм, да уж. Это куда проще, чем тот путь, которым мы шли в первый раз. Меньше болот и скал, — заметил Геральд, когда они прошагали около часа. Большинство людей одобрительно забормотали, и Чернокогть утвердительно кивнул.
Вопреки утреннему энтузиазму Геральда, остаток дня прошел без происшествий, и, протопав до самых сумерек, они были вынуждены остановиться и разбить лагерь на ночлег. Прежде чем все улеглись спать, к Чернокогтю наведалась хмурая и раздраженная Хита. Судя по всему, остальные люди отрядили ее передать вожаку и Гере, чтобы те прекратили так громко спариваться. Чернокогтя это вполне устроило. В конце концов, Гера была той еще выматывающей занозой.
Лишь спустя два дня изнурительного пути они наконец-то вырвались из объятий дикой Зелени. Участок разрушенного и заросшего тракта, по которому они брели, поднимался на холм, а затем спускался к совершенно другой дороге. Этот новый путь находился в куда лучшем состоянии и явно пользовался немалой популярностью. Они достигли границы цивилизации.
— Наконец-то, мы на месте! — счастливо воскликнул Геральд, глядя на раскинувшуюся внизу дорогу.
— И где конкретно находится это твое «здесь»? — обратился Чернокогть к Бородачу. Ради этого он его и притащил.
— Придется немного разведать обстановку, чтобы выяснить наверняка. Я, знаешь ли, не знаком с каждым закоулком на Севере, но мы должны быть где-то к северо-востоку от старого лагеря Герады, — хрипло отозвался наемник.
— В этих краях уцелело несколько обнесенных стенами городков, да и путники поблизости наверняка найдутся, так что мы без труда отыщем того, кто знает местность, — кивнул Геральд.
— Тогда идите, и постарайтесь разузнать все, что только сможете о Верике, — согласился Чернокогть. — Я останусь здесь со своей стаей и буду ждать вас два дня.
— И что же ты задумал? Ты ведь притащил нас сюда не только ради разведки и покупок, так? — смерив вожака задумчивым взглядом, произнес Бородач, пока Геральд взбудоражено улыбался.
— Раздобыть припасы — дело важное, но ты прав. Я хочу присматривать за этим районом на всякий случай, — пожав плечами, ответил гоблин. — Нам нужно держать ухо востро. Волк может что-нибудь выкинуть. Он прекрасно знает, что мы прячемся в Зелени, и вряд ли питает к нам нежные чувства.
Бородач с неохотой принял этот довод, после чего повел остальных людей вниз по дороге. Скрываясь из виду, Хита на прощание помахала Чернокогтю рукой.
— И что теперь, босс? — подал голос один из приспешников.
— Теперь мы разведываем, — оскалился Чернокогть. Он намеревался обшарить всю округу и обнаружить все мало-мальски ценное еще до того, как людишки соизволят вернуться.
По его приказу здоровяки разделились на две равные группы и разбрелись в разные стороны. Им было велено избегать контактов с незнакомцами и не попадаться никому на глаза. Предводителю совершенно не хотелось, чтобы его приспешники влипли в неприятности и заварили кашу, расхлебывать которую пришлось бы ему самому.
Чернокогть возглавил отряд, двинувшийся в противоположном от людей направлении, и, разумеется, забрал всех вьючных животных — потому что он был вождем. Больше часа они топали, не встречая на пути ничего, кроме бесконечных деревьев и скал, пока до них не донесся шум, возвещающий о чьем-то приближении. Вожак мигом приказал своей стае затаиться в лесу на обочине, а затем и сам юркнул в заросли.
Прячась за густым кустом, Чернокогть не сводил глаз с дороги, поджидая источник шума. Ждать пришлось недолго. Спустя три минуты в поле зрения показался небольшой купеческий караван. Он состоял из двух крытых фургонов, запряженных лошадьми. Вокруг телег шагало и ехало верхом приличное количество людей. Их одежда пестрила яркими, кричащими цветами, что было вполне в духе вечно странствующих путников.
На краткий миг Чернокогть задумался о том, чтобы приказать своим бойцам напасть и забрать все их добро, но быстро отбросил эту мысль. Сейчас было не время для грабежа, да и он сильно сомневался, что у этих торгашей найдется хоть что-то по-настоящему ценное. Нет, у него были совершенно иные планы на купцов, пользующихся этим трактом. Совсем скоро…
Как только караван благополучно скрылся из виду, Чернокогть со своими приспешниками вернулся на дорогу и возобновил разведку местности. На марше вожак зорко высматривал любые признаки заброшенных боковых ответвлений и то и дело отправлял хобгоблинов проверять звериные тропы. Спустя примерно час один из таких дозорных обнаружил именно то, что искал предводитель — затерянную в лесной глуши разрушенную деревню.
Поселение представляло собой скопление из двух десятков хижин, которые давным-давно поглотила дикая природа. Север изобиловал сотнями подобных руин — эхом упадка человечества, — но для целей Чернокогтя это место подходило как нельзя лучше. Давно сгнившие соломенные крыши можно было без труда перестелить, а большинство стен подлежало простому ремонту. Расчистка территории и бывших полей от буйной поросли не займет много времени, да и колодец в центре поселения пах так, будто после хорошей чистки вода в нем снова станет пригодной. Вожак удовлетворенно кивнул, расхаживая среди развалин и оценивая фронт работ. О да, из этого места выйдет безупречная скрытая передовая база.
— У нас еще уйма времени до встречи с людишками. Живо принимайтесь за расчистку, ленивые ублюдки! — рявкнул Чернокогть на своих подчиненных.
Именно для этого он и притащил с собой такую прорву приспешников и всех этих мелких гоблинов. Он замышлял обустроить здесь очередную заставу, подобную той, что они возвели близ Херсткреста. Опыт красноречиво подсказывал, что пройдет совсем немного времени, прежде чем лагерь начнет разрастаться и привлекать дикарей. В зависимости от того, что удастся вынюхать людям, Чернокогть планировал в скором времени двинуться дальше на юг, и когда этот момент настанет, ему понадобится полностью функционирующая база, чтобы подмять под себя окрестные земли. Это непременно выманит Верика из его логова, и тогда их игра в хищника и жертву начнется по-настоящему. Волк даже не догадывался, какой кошмар поджидает его в глубинах Зелени.