Спасенные Чернокогтем от ассасинов лучники вняли его совету и решили убраться восвояси. Оставаться и помогать ему в драке было бы бессмысленно, но они могли бы хотя бы предложить из вежливости. Все-таки люди — на редкость неблагодарное племя.
Перед их уходом зеленокожий позаимствовал немного веревки. Хобгоблин слегка переживал, что Малтус заблудится и не сможет его отыскать, поэтому вернулся к первому убитому им ассасину. Подняв труп, он вздернул тело в плаще за шею на самой высокой печной трубе поблизости. Уж такой любезный указатель главарь наемников точно не пропустит!
Теперь оставалось лишь запастись терпением…
Стоп, а что, если этот трус не явится, заподозрив засаду или еще какую пакость? Это в корне разрушило бы безупречный план Чернокогтя.
— Это не лову-ушка! Я просто хочу уби-ить тебя, Малтус! — заорал во всю глотку гоблин, дабы прояснить ситуацию.
Эхо его голоса гулко прокатилось по ближайшим крышам и нырнуло в темные переулки между домами. Невольник испытал немалое разочарование, когда никто так и не крикнул в ответ слова благодарности за столь исчерпывающее объяснение.
Торчать без дела на крыше становилось откровенно скучно. Ну почему Герада не могла воевать с кем-нибудь поинтереснее, с теми, кто больше любит поболтать?
В ожидании появления врагов Чернокогть нетерпеливо расхаживал по черепице. Время от времени он останавливался, чтобы выкрикнуть очередную порцию оскорблений — в частности, поведал миру, что Малтус приходится сыном козлу, — однако при этом хищник держал голову низко, а глаза широко открытыми. Тот факт, что убийцы таскали с собой арбалеты, отнюдь не вылетел у него из головы.
Спустя пару минут питомец Сэйтера наконец уловил шорох — кто-то явно пытался к нему подкрасться. Он резко бросил взгляд через плечо и заметил суматошное движение в переулке внизу: несколько фигур в плащах поспешно нырнули в укрытие.
— Кажется, он нас заметил, — прошептал один из мужчин.
— Это исключено, — тихо ответил другой.
— И я вас тоже слы-ышу! — любезно отозвался Чернокогть.
Ему до зуда в когтях хотелось, чтобы они прекратили прятаться и наконец перешли в наступление. В их попытках подкрасться незаметно не было ни малейшего смысла.
— Проклятье, как, во имя всех бездн, он это делает? — выругался один из наемников.
— Может, он просто угадал, что мы сказали, а на самом деле ничего не слышал, — предположил второй.
Повисла короткая пауза — убийцы обдумывали эту вероятность.
— Я не просто угадыва-аю, я вас пра-авда слышу! — крикнул в ответ хобгоблин.
— Тлен и разруха! Должно быть, это какая-то магия, — донесся раздраженный шепот из-за груды мусора, где прятался один из них.
— А мог и просто угадать, что мы подумаем, будто он угадывает, — глубокомысленно добавил первый убийца.
Вновь воцарилась секундная тишина. Затем до длинных зеленых ушей донесся звонкий шлепок, словно кому-то отвесили оплеуху или удар кулаком, и подал голос сам Малтус.
— Просто заткнись, кретин. Неважно, как он это делает! Всем молчать; с этой минуты переходим на жесты, — скомандовал он своим людям.
— Да шевелитесь вы у-уже! Я тут целую ве-ечность жду, — нетерпеливо крикнул Чернокогть в их сторону.
— Захлопни свою мерзкую пасть, уродливый ублюдок! — злобно рявкнул в ответ Малтус.
— А вы, во-обще-то, не должны разгова-аривать! — радостно подметил гоблин.
Возможно, Чернокогтю это лишь почудилось, но ему показалось, будто даже сюда, на крышу, донесся яростный скрежет зубов Малтуса. И с чего бы ему злиться? Зеленокожий просто пытался помочь, чтобы эти болваны перестали тратить впустую его драгоценное время.
Хобгоблин терпеливо ждал, пока люди из Темной Гильдии подберутся поближе. Спустя несколько мгновений они попытались обогнуть здание с другой стороны, чтобы зайти ему во фланг. Чернокогть лишь раздраженно вздохнул — передвигались эти увальни со скоростью улиток.
Что ж, если гора не идет к гоблину, гоблин пойдет к горе! Невольник сорвался на бег. От тяжелых ударов его сапог черепица дрогнула, пластины начали соскальзывать и со звоном осыпаться с края крыши на землю.
Питомец Сэйтера перемахнул через провал между карнизами и приземлился на соседнем здании. На секунду он запнулся, ловя равновесие, а затем рванул прямо на Малтуса и его ассасинов, вернее сказать, по крыше, нависавшей прямо над их головами.
Сделав еще один молниеносный прыжок, он пронесся мимо них и помчался дальше. Когда гоблин просвистел над их головами, из переулка донеслись сдавленные ругательства, и Чернокогть самодовольно улыбнулся. Его план был безукоризнен. Нужно было лишь заставить Малтуса преследовать его, и у зеленокожего имелась пара отличных идей, как этого добиться.
— Вы сли-ишком медленные, идиоты! Я просто затеряю-юсь в городе, а потом пойду и прико-ончу Зелену, — бросил он на бегу.
Ругань внизу стала громче, и вслед за ней раздался грохот десятка ног. Звучало так, словно в погоню бросился весь отряд убийц.
— Живо за ним! Не дайте ему уйти, но смотрите в оба, остерегайтесь засад. Наверняка это ловушка, — скомандовал Малтус своим приспешникам, бросаясь вдогонку за хобгоблином.
Крыши таили в себе немало опасностей, и бежать по ним было куда сложнее, чем по твердым улицам внизу, что несколько замедляло Чернокогтя. Впрочем, этот маршрут позволял здорово срезать углы, но что еще важнее — он был хобгоблином-Сосудом, а потому без труда удерживал солидное преимущество. На самом деле, ему даже пришлось пару раз специально сбавить ход, чтобы не оторваться слишком далеко.
Поддерживая бодрый темп, Чернокогть вскоре вывел преследователей за пределы территории Герады в складском районе, устремившись вглубь самого города. Крыши под его ногами, как и здания, на которых они покоились, стали мельче. Теперь, вдали от грохота сражения, внизу то и дело стали попадаться редкие случайные прохожие.
Будучи Сосудом, Малтус бежал куда быстрее остальных в своем отряде, но, судя по всему, не желал отрываться от своих людей, и это вынуждало его сдерживать шаг. К тому же, все ассасины двигались по земле, а Чернокогть мчался высоко над ними, так что они не могли его достать, как бы близко ни подобрались.
По крайней мере, так было в первые несколько минут погони. Внезапно снизу донеслась череда странных глухих ударов, и любопытный хобгоблин выглянул за край карниза ровно в тот момент, когда Малтус, оттолкнувшись от груды ящиков, ухватился за торчащую из стены балку, подтянулся, крутанулся в воздухе и перекатом приземлился прямо на крышу.
Этот акробатический маневр замедлил убийцу, оставив Чернокогтю солидную фору, так что гоблин не особо забеспокоился. Да, Малтус тоже был Сосудом, но он оставался всего лишь человеком, а значит, зеленокожий хищник не сомневался, что без труда его обгонит.
Хобгоблин беззаботно и самодовольно оскалился, глядя на врага, пока снизу не раздался крик: один из подчиненных подбросил арбалет, и Малтус ловко поймал его, свесившись с края крыши. Улыбка мгновенно сползла с лица Чернокогтя.
— Ой-о-ой, это хуже клопо-ов, — выругался он себе под нос.
Главарь убийц, не сбавляя хода, выхватил болт и попытался зарядить оружие прямо на бегу. К огромному сожалению, Чернокогть был почти уверен, что у этого ублюдка вскоре всё получится. И предчувствие его не обмануло: несколько секунд спустя за спиной раздался зловещий металлический щелчок взводимой тетивы.
Внезапно выбор удачных маневров у Чернокогтя резко сократился, и он попросту сиганул с крыши вниз. Мгновение спустя арбалетный болт со свистом рассек воздух прямо над его головой и улетел куда-то в город.
Чудом избежавший дырки в черепе хобгоблин завис в пустоте над улицей, тянувшейся вдоль стены дома. Долю секунды спустя гравитация взяла свое, и он начал неумолимо падать навстречу весьма твердым на вид булыжникам мостовой.
Прямо в полете он извернулся и вцепился в бельевую веревку, натянутую поперек дороги. Под его весом она провисла, и гоблин заскользил по ней к центру улицы, пока с резким треском трос не оборвался.
— Да обоссу-ут тролли эти арбалеты! — прошипел Чернокогть, судорожно размахивая конечностями и вновь бесконтрольно проваливаясь к земле.
Поблизости больше не за что было ухватиться, поэтому он сгруппировался и в момент удара ушел в перекат. Грубый камень и уличный гравий болезненно впились в спину; гоблин кубарем прокатился по мостовой и с размаху врезался в штабель ящиков.
К счастью, сколочены они были на совесть, то есть из рук вон плохо. Тонкие доски разлетелись в щепки, когда вертящийся колесом хобгоблин снес их, явив миру свое содержимое — плотно набитую упаковочную солому. При резкой остановке острые обломки дерева болезненно кольнули его в бока, но плотный плащ, в котором он теперь запутался, спас зеленокожего от глубоких ран.
— Ой, — жалобно пискнул хобгоблин под осыпающимся на него дождем из соломы. Единственной видимой частью его тела остались лишь торчащие в воздух ступни, тогда как всё остальное было погребено под разбитой тарой и ее мягким наполнителем.
— Он упал, взять его! — крикнул с ближайшей крыши Малтус, перезаряжая арбалет.
Голова Чернокогтя высунулась из-под груды мусора, и он выплюнул набившуюся в рот солому. Чувствовал он себя паршиво. Город почему-то расплывался перед глазами и водил хороводы.
Да и вообще, что-то было не так... Лицо ощущалось до странного уязвимым и открытым.
Маска! Чернокогть судорожно натянул ее обратно. Должно быть, она слетела при ударе. К счастью, похоже, никто не успел разглядеть его лицо. Герада строго-настрого велела держать свою личность в секрете.
Потряся головой, чтобы прояснить зрение, гоблин резво вскочил на ноги ровно в тот момент, когда из-за угла ближайшего здания вывернул первый из преследователей. Пора было делать ноги!
— Вот он! — рявкнул один из наемников, тыча пальцем в Чернокогтя.
Хобгоблин немедленно сорвался в спринт, направляясь к ближайшему переулку. Он едва не растянулся на брусчатке, отчаянно пытаясь выпутать ноги из складок собственного плаща, но в последнюю секунду чудом удержал равновесие. Ему нужно было скрыться из виду до того, как Малтус закончит возиться со своим чертовым арбалетом!
Судя по всему, он успел, поскольку ни один остроконечный предмет не вонзился ему в спину, пока он бросался в укрытие. Хорошая новость заключалась в том, что он был уже почти у цели. Плохая же — каждая косточка в теле отвратительно ныла, а перед глазами всё еще слегка плыло.
Ассасины ворвались в переулок всего через несколько мгновений после Чернокогтя, но тот уже успел отбежать на приличное расстояние. Поскольку Малтус всё еще прилично отставал, хобгоблин с мстительным злорадством воспользовался его отсутствием. Выхватив пращу, он обрушил на преследователей град камней. Снаряды со свистом рассекли воздух, жестко впечатавшись в ничего не подозревающих наемников.
— Проклятый выродок! — выругался один из них, когда камень с хрустом врезался ему в голень.
Он рухнул на землю, и падал он не в одиночестве. Еще один убийца поймал булыжник животом и скорчился от боли. Итого... за ним гнались всего четверо ассасинов плюс Малтус.
Один из оставшихся преследователей бросился в укрытие и стянул со спины арбалет, вынудив Чернокогтя спешно ретироваться вглубь переулка. Паршивые железяки, и почему это оружие есть чуть ли не у каждого его врага? Жить было бы куда проще, если бы не приходилось постоянно переживать, что тебя могут пристрелить!
Невольник резко вильнул за угол здания, вырвавшись из теней переулка, и на полном ходу вылетел на широкую, залитую солнечным светом улицу.
— Та-ак, и куда-а теперь? — прошипел Чернокогть себе под нос.
Вся эта беготня и петляния сбили его с толку, и ему потребовалась секунда, чтобы сориентироваться на местности. Впрочем, сбавлять скорость он не рискнул.
Вдоль дороги тянулись дома из дерева и белой штукатурки, а сам бегущий хобгоблин ловил на себе любопытные взгляды случайных прохожих. Улицу нельзя было назвать оживленной, но тут и там бродили пара десятков грубоватого вида мужчин и женщин. Однако это был Даггерпойнт, поэтому по большей части его просто игнорировали. Никто не горел желанием ввязываться в чужие проблемы.
Спустя несколько секунд из переулка выскочили ассасины; Малтус к этому времени уже умудрился спуститься с крыши и нагнать своих людей. Чернокогть взял левее, чтобы отгородиться от преследователей небольшой группкой из шестерых зевак ровно в тот момент, когда главарь гильдии вскинул арбалет.
— Какого дьявола! — возмутилась женщина, заметив направленное, как ей показалось, прямо на нее оружие.
Остальные ее спутники вздрогнули, а двое мужчин выхватили мечи. Малтус отшвырнул свой арбалет стоящему слева бойцу и обнажил клинок. С гневным рыком он бросился вперед, и его сталь со свистом рассекла воздух.
Удар наемного убийцы отбросил в сторону оружие одного из зевак, а затем с размаху разрубил неприкрытое запястье второго. Мужчина истошно завопил, и меч со звоном выпал из его изувеченной, кровоточащей руки. После этого Малтус прорвался сквозь не оказавших сопротивления горожан и устремился вслед за хобгоблином.
Раздались крики удивления и тревоги: люди в панике бросились врассыпную, освобождая путь разъяренному убийце. Чернокогть прибавил ходу. Он уже почти на месте!
Улица мгновенно опустела, горожане поспешили убраться подальше от кровавой заварушки, однако теперь сам Малтус оказался на линии огня, закрывая Чернокогтя от арбалетчика.
Хобгоблин резко свернул вправо и перемахнул через деревянную ограду по пояс высотой, соединявшую два дома. Он приземлился на утоптанную землю, поросшую редкой жесткой травой. Малтус буквально дышал ему в затылок, и зеленокожему пришлось нестись со всех ног, чтобы сохранять дистанцию.
Путь преградила высокая каменная стена; Чернокогть запрыгнул на стоящую рядом бочку и кувырком перелетел через преграду. Приземлившись в густые заросли кустарника по ту сторону, он тут же вскочил на ноги.
По эту сторону стены никаких построек не оказалось. Территорию занимали густые, колючие кусты и кривые, долговязые деревья. Земля была сухой и потрескавшейся, но на ней виднелись явные следы весенних паводков. Пожалуй, именно поэтому здесь никто ничего не строил. Это был всеми забытый уголок Даггерпойнта, который попросту отдали на откуп дикой природе.
Во время своих вылазок по городу Чернокогть наткнулся на несколько подобных пустырей, но этот находился ближе всего к базе Герады. Гоблин плотоядно ухмыльнулся, скрываясь из виду за стволом дерева. Именно здесь он и решил подготовить свои забавные маленькие сюрпризы. Настало время проверить, как эти жирные городские людишки проявят себя в естественной среде обитания Чернокогтя!
Невольник наблюдал, как на гребне каменной стены возник Малтус. Мужчина скривился и тихо выругался, сканируя взглядом непролазные заросли внизу. Судя по всему, он не горел особым желанием преследовать добычу в этих чащах.
Чернокогтя так и подмывало бросить ему еще пару насмешек, но он вовремя сообразил, что это лишь навредит плану. Незнание того, где затаилась цель и не рванула ли она обратно к полю боя, несомненно, грызло убийцу изнутри.
Спустя пару минут подчиненные Малтуса взобрались на стену рядом со своим командиром. Они тоже не испытали особой радости, разглядев, что ждет их впереди.
— Что скажете? — бросил Малтус.
— Думаю, он специально заманил нас сюда, — заметил один из них.
— Вряд ли это засада. Чтобы закрепиться в этих кустах, потребовалось бы полроты солдат, и мы бы точно заметили их следы, — возразил второй.
— Не говоря уже о том, что Герада ни за что не стала бы разбрасываться таким количеством людей в разгар сражения, — добавил Малтус.
— А что, если он просто тянет время, пока мы будем прочесывать этот проклятый бурелом? Может, его там уже и след простыл, — предположил еще один ассасин.
Малтус мрачно нахмурился, вглядываясь в переплетение ветвей в поисках хоть каких-то следов зеленого беглеца. Главарь гильдии явно погрузился в раздумья, борясь с противоречивыми вариантами.
— Нет, он там. Он один, ранен после падения и загнан в угол. Я не упущу шанса прикончить его. Плевать, выиграет Зелена свою маленькую войнушку или нет. Я хочу, чтобы этот ублюдок сдох. Даггерпойнт — наша территория, и здесь не хватит места для нас обоих, — наконец изрек он.
Четверо ассасинов ответили нестройными кивками, и отряд во главе с Малтусом спрыгнул в лесную чащу. Приземлившись среди кустов, наемники рассредоточились широкой цепью и начали медленно продвигаться вперед.
Из своего надежного укрытия Чернокогть тихонько замурлыкал от удовольствия, а его глаза плотоядно сверкнули. Погоня подошла к концу, уступив место настоящей охоте. Его безупречный план перешел в финальную стадию.
Хобгоблин осторожно развернулся и начал бесшумно отдаляться от преследователей. Затем он намеренно наступил на крупную сухую ветку. Дерево под его весом переломилось, издав громкий, отчетливый хруст.
Ассасины мгновенно обернулись на звук, но не смогли разглядеть беглеца сквозь густой подлесок. Тогда они принялись осторожно стягиваться к источнику шума. Чернокогть беззвучно захихикал, уводя их всё глубже под сень кривых ветвей.