— Как думаешь, зачем древние хобгоблины воздвигли этот круг? — поинтересовался Дарлин, когда они с Чернокогтем вышли за пределы каменного кольца.
Этот человек был одним из прикрепленных к экспедиции боевых магов. И хотя до этого он старательно избегал общества гоблина, сейчас его любопытство пересилило осторожность. Крепко сбитый чародей носил стальную кирасу поверх серой мантии и, судя по наблюдениям зеленокожего, являлся негласным командиром магического отряда. Несмотря на суровую должность, лицо его казалось совсем юным, а каштановые волосы были коротко острижены.
— Понятия не имею, — пожал плечами Чернокогть. — Может, чтобы драться внутри. Хобгоблины любят почесать кулаки, а для чего еще нужен здоровенный круг, я не знаю.
Проведя свой первый день в Море Зелени, экспедиция, направляющаяся к Корулису, разбила лагерь прямо внутри кольца древних мегалитов. Теперь же они свернули стоянку и были готовы двигаться дальше.
— Звучит маловероятно, — отозвался маг. — Полагаю, эти камни были тщательно выверены и установлены по линии движения солнца. Разве древние хобгоблины поклонялись дневному светилу?
— Без понятия, — с кислой миной буркнул вожак стаи, которого уже порядком утомили расспросы на эту тему. О стоячих камнях он не знал ровным счетом ничего, кроме того, что давным-давно поведал ему Сэйтер: их построили хобгоблины. Людей в те времена еще и в помине не было, а лесной народ никогда не работал с камнем.
Дарлин бросил взгляд в сторону. — А что скажешь насчет резьбы? У тебя наверняка есть какие-то мысли по этому поводу?
— Куча размытых каракуль. Думаю, я нарисовал бы куда лучше.
Хотя каменный круг дышал глубокой древностью и был изрядно изъеден временем, на поверхности мегалитов уцелели следы первобытной резьбы. Многие люди с неподдельным интересом изучали эти узоры, хотя по сути они представляли собой лишь хаотичное нагромождение линий, отдаленно напоминающих двуногих и зверей. Если бы не крошечные рожки на головах пары силуэтов, невозможно было бы даже предположить, что большинство этих фигур изображало хобгоблинов. Почти все они ничем не отличались от людей или лесных обитателей.
Стремясь поскорее избавиться от назойливых и уже отвеченных вопросов о куске старой породы, зеленокожий хищник оставил двуногих позади и углубился в чащу Зелени, прихватив с собой нескольких хобов для разведки. К счастью, сиру Маснину довольно быстро удалось растолкать отряд, и вскоре экспедиция зашагала прямо по следам Чернокогтя. И чего люди так прицепились к этим булыжникам? Сам он лично построил — ну, или по крайней мере приказал построить — вещи куда более впечатляющие, вроде собственного особняка или плавильных печей Феррара, и людишки что-то не толпились вокруг них с благоговейным шепотом. Жилища и печи приносили реальную пользу, но эти идиоты предпочитали пялиться на замшелые глыбы с кривыми рисунками. Тупые люди.
Не то чтобы мегалиты бесили Чернокогтя. На самом деле они ему даже нравились. От них исходила аура неподвластной времени стойкости, действовавшая на него успокаивающе. Ему было приятно видеть живое доказательство того, что хобгоблины способны созидать на века, ведь многие его грандиозные замыслы напрямую зависели от этого факта. Иной раз уверенность в соплеменниках давала трещину. Например, всякий раз, когда Феррар взрывал свою мастерскую, или когда подчиненные начинали отлынивать и колотить друг друга, стоило лишь отвернуться, или когда он просто вспоминал о существовании Прохвоста. Благо, в последнее время это случалось нечасто. Прохвост находился далеко, трудясь в охотничьих домиках за пределами Железного Разлома.
По большому счету, вожака раздражала именно человеческая реакция на святилище. Двуногие привыкли мерить всё исключительно рамками своего вида или расы хобгоблинов, словно это были две монолитные массы с одинаковым мышлением. Очевидно, что это была полная чушь, и постоянно сталкиваться с их узколобостью чертовски бесило. Он не был просто представителем расы — он был Чернокогтем.
А вот без странных сновидений он бы с радостью обошелся. Отчасти именно они несли ответственность за его паршивое настроение. Несмотря на умиротворяющую ауру, было в этих камнях нечто такое, что изрядно потревожило сон Чернокогтя. В памяти то и дело всплывали обрывки хаотичного кошмара. Там бушевала снежная буря. Во сне гоблин шел навстречу ей по кровавому следу, минуя запорошенные снегом трупы. Гигантский буран кружился и закручивался внутрь себя, разрывая в клочья всё, до чего мог дотянуться. Ослепительная белизна поглотила мир, оставив нетронутым лишь эпицентр шторма. Там, в пугающей тишине и спокойствии, возвышался сияющий ледяной столп. Он пульсировал холодным лазурным светом, а затем видение оборвалось.
Что за идиотский сон для зябкого весеннего денька! И почему ему не могли присниться головки сыра и теплые меховые одеяла?
Лазутчик бесшумно скользил по петляющей меж стволов звериной тропе, когда его взгляд зацепился за участок подсохшей грязи, испещренный следами. Присев на корточки, он принялся изучать отпечатки. В основном тут топтались кролики, олени и прочая мелкая лесная живность. Однако один след заставил неприятный холодок пробежать по позвоночнику. Это явно был боггарт. Осмотревшись, Чернокогть обнаружил еще несколько характерных отметин возле кустов и древесных корней. Судя по всему, твари проходили здесь около недели назад, но сам факт присутствия подземных жуков в этой части Зелени вызывал серьезные опасения.
Мрачно нахмурившись, Чернокогть развернулся и зашагал к сиру Маснину. Рыцарь определенно захочет узнать о таких новостях.
— Показывай, — коротко бросил паладин, стоило ему услышать о находке.
Вожак лишь молча кивнул и повел командира отряда в сопровождении пары стражников к нужной грязевой проплешине. Гоблин ткнул когтем в отпечатки, сильно сомневаясь, что незрячие человеческие глаза способны разглядеть их самостоятельно.
— Как думаешь, что это значит? — спросил сир Маснин, внимательно изучив следы на земле.
— Скорее всего, ничего страшного, — ответил Чернокогть. — Боггарты частенько вылезают из Темных Троп, чтобы поохотиться в Зелени. Эти следы, вероятно, оставила как раз такая группа фуражиров.
— Тогда двигаемся дальше. Но держи ухо востро: высматривай любые признаки их активности и докладывай мне обо всем, что найдешь.
— Сделаю, — кивнул гоблин.
Сир Маснин вернулся к основной колонне, и экспедиция вновь возобновила движение.
Спустя несколько часов Чернокогть наткнулся на новую проблему. Отряд продвигался на север по старому, заросшему тракту, но теперь путь преграждала бурная река. Извилистый поток, вспучившийся от весеннего таяния снегов, превратился в непреодолимое препятствие. Вода с белой пеной выплескивалась из берегов, яростно несясь вперед. Переплыть эту бурлящую мясорубку было физически невозможно, а от моста, когда-то соединявшего берега, не осталось почти ничего. Лишь несколько замшелых валунов сиротливо торчали в воде, напоминая о былой переправе.
Зеленокожий разведчик кисло скривился, глядя на бушующую стихию. Впрочем, нельзя сказать, что он не ожидал столкнуться с подобной трудностью. Теперь оставалось лишь доложить обо всем сиру Маснину и постараться не закатить глаза, когда паладин прикажет ему искать другой путь на ту сторону.
Сир Маснин с умным видом кивнул, выслушав доклад гоблина о водной преграде. — Похоже, у нас нет иного выбора, кроме как искать обход. Как думаешь, сколько времени это займет?
Чернокогтю удалось удержать глаза на месте. — Пока не посмотрю — не узнаю. Может, пару часов, а может, и несколько дней.
— В таком случае, тебе стоит заняться этим немедленно. Что прикажешь делать отряду?
— Я уже послал нескольких приспешников разведать обстановку ниже по течению, но считаю, что нам стоит двигаться вверх. Это ближе к нашему изначальному маршруту. Мои бойцы нагонят нас позже, вы, люди, все равно тащитесь еле-еле.
— Значит, всё в руках богов, — вновь кивнул паладин, сохраняя невозмутимое спокойствие. — Веди.
Коротко попрощавшись, Чернокогть именно это и сделал. Он выдвинулся вперед и встретился со своими разведчиками, которые доложили о еще одной звериной тропе — по ней отряд мог без труда продвигаться вдоль русла. Проверив маршрут лично, вожак вновь разослал хобов в дозор и остался ждать, пока неповоротливые двуногие догонят его.
Сир Маснин первым вынырнул из кустов на расчищенную тропу, а следом за ним тут же показались несколько солдат и Хита. Казалось, долгий марш-бросок по лесным дебрям ни капли не вымотал рыжеволосую разбойницу. Она лучилась энергией и явно жаждала приключений. При виде Чернокогтя ее лицо радостно просияло. Всё это время девчонка тащилась позади с остальными людьми, а хитрец старательно избегал встреч с ней.
— Эм, эта тропа куда просторнее предыдущей. Что за зверюга её протоптала? — нервно озираясь, поинтересовался один из пехотинцев. Дорога, на которую они вышли, и впрямь впечатляла своими габаритами. Двое всадников могли ехать здесь бок о бок, не рискуя получить по лицу низко висящей веткой.
— В основном огры, — невозмутимо ответил Чернокогть.
— В основном?
— Дрейки любят увязываться за ограми, — пожал плечами вожак.
— Понятно, — напряженно сглотнул солдат, вглядываясь в густую листву, словно чешуйчатый ящер мог выпрыгнуть оттуда в любую секунду.
— Нам действительно угрожает опасность нападения дрейков? — решил уточнить сир Маснин.
— Скорее всего, нет. Они встречаются редко, да и на меня дрейки еще ни разу не нападали. С другой стороны, я хобгоблин, а не человек. Может, для них вы пахнете как аппетитный деликатес.
— Хм-м, и что прикажешь делать, если мы всё же наткнемся на эту тварь?
Гоблин наградил его абсолютно пустым взглядом. Не будучи экспертом по гигантским рептилиям, он мог лишь строить догадки. — Они любят гоняться за крупными движущимися штуковинами. Так что, э-э… держитесь подальше от лошадей и постарайтесь не выглядеть так аппетитно?
Сир Маснин недовольно нахмурился. — Я имел в виду более практичный план обороны, при котором мы сможем убить зверя или хотя бы прогнать.
— Ну, у вас тут целая толпа магов с оружием, способным прикончить дрейка. Советую пустить их в ход, — пожал плечами Чернокогть.
— Справедливое замечание. Я переговорю с Дарлином и остальными, — кивнул рыцарь и отвернулся, чтобы раздать указания шедшим позади солдатам.
— Готова поспорить, мы с тобой вдвоем могли бы уложить дрейка в честной драке! — радостно оскалилась Хита, обращаясь к Чернокогтю.
— Конечно. Я даже уступлю тебе право первого удара, — отозвался гоблин.
Отворачиваясь от сборища двуногих, предводитель хобгоблинов зашагал вниз по тропе, намереваясь нагнать свой авангард. Буквально нескольких секунд в компании Хиты оказалось достаточно, чтобы полностью исчерпать его лимиты терпения, выделенные на эту неугомонную девчонку.
Благодаря широкой звериной тропе идти стало намного легче. Даже деревья здесь, казалось, росли не так плотно. Теперь люди продвигались куда быстрее, без проблем двигаясь верхом. А это значило, что Чернокогтю пришлось слегка прибавить шагу. Идти по натоптанной дороге было проще простого, но на плечах вожака лежало управление разведчиками. Ему приходилось не спускать глаз с реки, чтобы не прозевать возможную переправу, и одновременно сканировать Зелень на предмет затаившейся угрозы.
Спустя час лесная тропа пошла в гору и стала каменистой. Деревья начали редеть, уступая место скалистым холмам, поросшим лишь чахлым, кривым кустарником. Вскоре тропа огров резко вильнула в сторону от реки, но Чернокогть упрямо двинулся прямо. Он не желал терять зрительный контакт с водой, к тому же каменистые склоны не представляли для него серьезного препятствия.
Взобравшись на каменистый уступ, зеленокожий хищник остановился, чтобы оглядеться. С высоты он видел, как река блестит сквозь кроны деревьев справа от него, шагах в ста. Впереди и слева громоздились новые скалистые возвышенности, некоторые из которых превосходили размерами ту, на которой он сейчас стоял. Повсюду из твердой земли торчали острые серые камни и редкие корявые кусты. А во всех остальных направлениях, насколько хватало глаз, простиралось бескрайнее море зелени, венчающее кроны лесных исполинов.
Любуясь открывшимся пейзажем, Чернокогть сунул лапу за пазуху и извлек ломоть сыра. Это был последний кусок его любимого сорта. Он планировал растянуть удовольствие, перебиваясь другими сортами, но в итоге не смог устоять перед искушением. Довольно улыбаясь, гоблин оглянулся через плечо, проверяя, не догоняет ли его кто, и поднес лакомство ко рту.
Однако за секунду до того, как сыр коснулся губ, пальцы обожгло чем-то влажным, и добыча бесследно исчезла из рук. Ошарашенно крутнувшись на месте, чтобы выяснить, какого дьявола сейчас произошло, Чернокогть столкнулся нос к носу с бурым горным козлом. Этот переросток, являвший собой невероятно крупный экземпляр своего вида, невозмутимо жевал украденный деликатес.
— Эй, это моё! — свирепо зарычал гоблин, сверля наглого вора убийственным взглядом. Здоровенная тварь обладала седой козлиной бородкой и сонными глазами. А еще — закрученными кристаллическими рогами. Мутант!
Стоило Чернокогтю потянуться к клинку, как рогатый мутант лишь презрительно фыркнул. В одно молниеносное движение он развернулся и лягнул хищника прямо в грудь. Застигнутый врасплох, вожак принял на себя всю мощь сокрушительного удара, который отбросил его назад. Воздух со свистом вырвался из легких, на секунду гоблин завис в невесомости, а затем с размаху рухнул на землю и кубарем покатился по склону. Острые камни безжалостно били и рвали плоть на протяжении всего падения, пока избитый в кровь невольник наконец не замер у самого подножия холма.
Издав глухой стон, Чернокогть кое-как поднялся на ноги и с ненавистью воззрился на козла, гордо возвышавшегося на вершине. Ох. Болело просто всё. Одежда превратилась в лохмотья, шкура саднила от множества порезов, но, слава богам, обошлось без серьезных увечий.
— Ты заплатишь за это! — проорал гоблин зверюге, посмевшей избить его и сожрать сыр.
Козел продолжал безмятежно смотреть на него сверху вниз. Его морда не выражала абсолютно ничего.
Выхватив меч, Чернокогть с рычанием начал карабкаться обратно к своему обидчику. Лезть в драку с гигантским козлом-мутантом прямо сейчас было, пожалуй, не самой блестящей идеей, но некоторые вещи просто необходимо доводить до конца. Дело принципа. Ни одной живой твари не сойдет с рук кража его сыра! Оставь он эту выходку безнаказанной, и другие козлы тоже решат, что им всё дозволено.
Однако вместо того, чтобы принять бой, рогатый ублюдок лишь снова фыркнул и неспешно потрусил прочь.
— А ну стоять! Вернись, вонючий трус! — выругался гоблин, яростно вышагивая следом.
Но зверь проигнорировал вызов и продолжил удаляться мелкой рысью. От бессильной злобы Чернокогть замер, пытаясь совладать с дыханием и мыслями. Гоняться за своим новым заклятым врагом по всему Морю Зелени в его планы не входило. Сейчас он был для этого чуточку слишком занят.
Убрав клинок в ножны, хобгоблин вновь запустил лапу за пазуху и извлек еще один кусок сыра. Этот пах не так божественно, как предыдущий, но все же источал весьма насыщенный аромат заплесневелых трав и старой потной одежды.
— Хочешь добавки? Иди и возьми! — крикнул Чернокогть, вытягивая руку с лакомством в сторону козла.
— Ты чего творишь, босс? — раздался из-за спины голос разведчика, только что вышедшего из леса.
— Захлопни пасть и не лезь, — бросил вожак, не оборачиваясь. Козел остановился и повернул голову, разглядывая приманку в руке гоблина.
— Понял, звучит как отличный план.
Рогатый мутант медленно зашагал обратно. Предводитель стаи хищно оскалился. — Да, вот так. Подходи ближе.
Как только зверь оказался на расстоянии броска, Чернокогть рванулся вперед, метя лапой в кристаллический рог. И промахнулся — тварь играючи уклонилась, а в следующую секунду выхватила сыр из его второй руки. Козел оказался дьявольски быстрым и изворотливым.
С глухим рычанием гоблин вновь потянулся к мечу, и тут же получил еще один удар копытами в грудь, отправивший его в повторный полет со склона. В этот раз падать было еще больнее.
Харкая кровью, Чернокогть кое-как поднялся на ноги. Твою мать. Ребра казались на размер меньше, чем нужно. К тому же пара из них подозрительно сместилась.
— Ладно, признаю ничью. Но считай, что я тебя предупредил! — прохрипел вожак, немного отдышавшись. Бросаться на тварь в лобовую атаку было бессмысленно, да и повторять аттракцион с кувырками по камням ему совершенно не хотелось.
Морда зверя оставалась абсолютно непроницаемой, но он плотоядно облизнулся, пустив слюну.
— Ты закончил, босс? — поинтересовался наблюдавший за всем этим приспешник.
— Да, я просто отпугивал злобного мутанта. Глянь на него: трус боится даже спуститься и сразиться со мной лицом к лицу. Теперь ты в безопасности.
— Спасибо, босс.
— Обращайся, — бросил Чернокогть, высматривая новый маршрут, чтобы обойти проклятый холм стороной.
Полностью сфокусировавшись на своей невероятно важной миссии, вожак вернулся к разведке. Если рогатая тварь решит докопаться до кого-то еще, он был абсолютно уверен, что один из человеческих Сосудов без труда с ней расправится. Вскоре хобгоблин оставил злосчастный холм далеко позади. Вот только отвязаться от самого козла не вышло. Тупая скотина увязалась следом. Она не нападала и даже не приближалась, но упрямо брела по пятам Чернокогтя, пока тот петлял по холмам и возвращался под сень Зелени.
— Больше ты не получишь никакого сыра! — рявкнул на него зеленокожий хищник, но козел и ухом не повел.
Чернокогть еще несколько раз пытался орать и отпугивать приставучую тварь, но всё без толку. Мутант просто растворялся среди деревьев, чтобы через какое-то время возникнуть вновь. В конце концов вожак плюнул на это дело и решил просто игнорировать скотину, пока ей самой не надоест.
День клонился к вечеру. Ветер крепчал, а небо над головой затягивало тяжелыми тучами. Взглянув наверх, Чернокогть ощутил укол тревоги. Надвигалась буря, поэтому он поспешил обратно к сиру Маснину, чтобы подготовить отряд.
Внимательно выслушав опасения гоблина, паладин согласно кивнул. — Если начнется сильный ливень, мы будем вынуждены искать укрытие. Не думаю, что наши походные шатры выдержат настоящий шторм. Пока продолжим путь, но поиск подходящего убежища должен стать для тебя главной задачей.
Чернокогтя это вполне устраивало, и он немедленно разослал разведчикам приказ искать пещеры или естественные навесы, способные защитить людей от непогоды. Поиски затянулись. Экспедиция битый час плелась параллельно руслу реки, прежде чем один из хобов принес хорошие новости. Он нашел сеть неглубоких гротов, которые точно не затопит во время бури.
Тщательно допросив подчиненного и убедившись, что места хватит на всех, вожак дождался людей, чтобы увести их с тропы. Пока он ждал, ветер перерос в настоящий шквал, а свинцовые тучи окончательно сожрали небо. Свирепая гроза стала неизбежной.
— Ты нашел укрытие?! Грядет буря! — перекрикивая завывания ветра, проревел сир Маснин, поравнявшись с гоблином. Остатки экспедиции угрюмо плелись позади.
— Да, сюда! — рявкнул в ответ Чернокогть, сворачивая с тракта в чащу Зелени. С небес уже начали срываться первые ледяные капли, стремительно пропитывая всё вокруг влагой.
Потребовалось немало усилий, чтобы увести ораву двуногих с дороги и без потерь доставить в убежище. Люди то и дело спотыкались во тьме о корни и кусты, беспомощно барахтаясь в подлеске. Хобгоблинам пришлось в буквальном смысле пасти их, чтобы самые тупорылые не потерялись по пути. Ситуация усугублялась еще и тем, что поблизости оказалась целая россыпь мелких водоемов. Мало того, что люди постоянно падали в лужи, так из воды, желая насладиться дождем, повылезали орды шипастых жаб. Твари орали благим матом, а их костяные иглы прошивали кожаные сапоги насквозь, стоило лишь неудачно наступить на скотину. Спасало лишь то, что густые кроны деревьев принимали на себя основной удар шквального ветра и ливня.
— Похоже, мы застряли здесь до утра, — констатировал сир Маснин, когда весь отряд наконец-то забился в пещеры, укрывшись от непогоды.
Гроты, давшие им приют, располагались прямо в отвесной стене небольшого утеса, утопающего в лесной чаще. Деревья росли так плотно, что сиру Маснину приходилось высовываться наружу и выискивать бреши в лиственном куполе, чтобы просто взглянуть на небо. Большую часть лошадей загнали в отдельную пещеру, а люди забились в самые глубокие уголки укрытия, сбившись в кучу в попытках согреться.
— Буря нешуточная, может лить до самого рассвета, — согласился Чернокогть.
Стоявшая неподалеку Хита вдруг вскинула руку, указывая во тьму за пределами пещеры. — Это еще что такое?
Проследив за её взглядом, гоблин различил во мраке до боли знакомый силуэт. Козел. Чернокогть давно потерял его из виду и самонадеянно решил, что тварь всё-таки отстала, но, видимо, ошибся. Желтые глаза мутанта на секунду вспыхнули в ночи, а затем темная фигура беззвучно растворилась в тенях деревьев. Хищник угрожающе зарычал, сканируя лес в поисках проклятого преследователя. Он ни на секунду не сомневался, что рогатый ублюдок всё еще бродит где-то поблизости. Вонючий монстр жаждал заполучить его сыр!