Чернокогть плотоядно оскалился, вскидывая меч и буравя взглядом прячущуюся во мраке стаю боггартов, перегородившую проход впереди. Основная часть гоблинской армии еще тянулась по туннелям позади, но пара десятков верных воинов уже стояла плечом к плечу со своим вожаком.
— В атаку, приспешники! Мы должны зачистить проход до прибытия их подкреплений! — рявкнул Чернокогть, срываясь на бег. Впрочем, несся он не слишком резво, отнюдь не горя желанием обогнать свое войско и в одиночку отдуваться за всех.
Вожак мчался прямо на вражеский строй, и по мере приближения расплывчатые силуэты обретали все большую четкость. Сомнений не оставалось — перед ним были боггарты. Навскидку зеленокожий насчитал около дюжины рабочих особей и примерно столько же воинов, причем последние, как и в прошлый раз, сжимали в лапах длинные копья, явно служившие им стандартным оружием.
Быстро бросив взгляд через плечо и убедившись, что сородичи не отстают, Чернокогть прибавил ходу и на полном скаку врезался в ряды тварей, охранявших вход в следующую пещеру. Два копья со свистом метнулись к его груди, но гоблин юлисто крутнулся в сторону и одним махом отсек конечность нападавшему. Истекая слизью, боггарт отшатнулся с пронзительным визгом, и в обороне противника тут же образовалась брешь. Вытягивая обжигающую силу из своего магического ядра, вожак немедленно развил успех: уклонившись от очередного острия, он грубо отшвырнул с пути рабочего, после чего развернул клинок, отбивая выпад еще одного копьеносца, и нанес разящий удар ему в шею. Сталь нашла уязвимое место в хитиновом панцире, глубоко вонзившись в плоть; тварь рухнула замертво, а Чернокогть уже разворачивался в поисках новой жертвы.
Пока Гера и остальные телохранители пользовались смятением в разрушенном вражеском строю, зеленокожий командир продолжал кромсать и рубить оказавшихся поблизости насекомых. Он изуродовал подошедшего слишком близко рабочего, а затем обменялся серией стремительных ударов с очередным воином-копьеносцем. Из глубины прохода уже начали выползать новые боггарты, но к этому моменту подоспели и основные силы гоблинов: монолитная стена клыкастых бойцов навалилась на врага, в считанные мгновения стерев его в порошок.
Не дожидаясь, пока испустит дух последняя тварь, Чернокогть кликнул личную охрану и рванул прямо в зев туннеля. Требовалось кровь из носу захватить и удержать горловину прохода, чтобы его армия смогла беспрепятственно выйти и перегруппироваться на той стороне.
Выскочив из прохода, гоблин сразу узнал ту самую исполинскую пещеру, которую они ранее разведывали вместе с Серым. Почти все пространство на полу утопало в вязкой темной жиже, изрезанной сетью голых каменных троп, уходящих во всех возможных направлениях. Редкие световые столбы заливали мрачный грот тусклым сиянием, в лучах которого было видно, как десятки рабочих особей спешно удирают к дальнему краю пещеры, где уже собирался новый, куда более крупный вражеский рой.
Тем временем за спиной вожака из туннеля начали выплескиваться его отряды, и звено за звеном хобгоблины занимали позиции рядом со своим командиром, пока вокруг него не выросла ощетинившаяся сталью армия из сотен бойцов.
Нахмурившись, Чернокогть лихорадочно прикидывал варианты. Из мрака туннеля все еще продолжали прибывать сородичи, но останавливаться было смерти подобно. Их главной целью оставался вражеский город, скрывающийся в следующей пещере, и чтобы добраться туда, придется сперва перемолоть стоящую перед ними живую массу боггартов. Ну и пусть. В конце концов, гоблин дожил до своих дней вовсе не потому, что шарахался от хорошей драки.
— В атаку! Захватите тот проход и перережьте каждую тварь, что встанет у вас на пути! — рявкнул Чернокогть на своих подручных. Повинуясь приказу, собравшаяся орда хобгоблинов незамедлительно двинулась вперед; слякоть под ногами хоть и неприятно чавкала, но особого дискомфорта не доставляла, ведь слой грязи едва достигал пары дюймов, скрывая под собой надежный камень.
На сей раз вожак не стал бросаться в пекло первым, предпочтя взять короткую паузу, чтобы оценить обстановку и убедиться в отсутствии непредвиденных осложнений. Подкрепления всё ещё продолжали вытекать из зева туннеля в залитую грязью пещеру, так что Чернокогтю пришлось как следует на них наорать, дабы придать неповоротливым ублюдкам ускорения, после чего он наспех сбил их в боевые группы и пинками погнал на передовую.
Лишь когда из мрака наконец вынырнул Гоб, командующий оставил его за главного, а сам устремился на противоположный конец грота, прямо в гущу сражения. Зеленокожий ловко перепрыгивал лужи слизи, стараясь по возможности ступать только на твердый камень, благодаря чему довольно быстро нагнал арьергард собственного войска.
Однако не успел он по-настоящему вступить в рубку, как внезапно грохнул оглушительный взрыв, и парочка хобгоблинов по левому флангу улетела в неконтролируемый полет. В воздух поднялся колоссальный фонтан грязи, осыпав Чернокогтя мерзким липким дождем. Вожак замер на месте, силясь хоть что-то разглядеть сквозь оседающую взвесь, пытаясь понять, какого дьявола здесь происходит. Видимость в погруженной в полумрак пещере и без того оставляла желать лучшего.
Именно тогда он и заметил рослого боггарта-воина, застывшего на самом краю линии боевого соприкосновения. Вместо привычного копья эта тварь сжимала в лапах длинный посох, увенчанный пульсирующим кристаллом. Маг. Дрянь дело. Совсем нехорошо.
На долю секунды Чернокогть попытался просчитать варианты, но тут же осознал, что выбора у него, в общем-то, нет. Затяжной марш-бросок по узким туннелям и отчаянная попытка застать врага врасплох привели к тому, что все заклинатели из числа хобгоблинов безнадежно отстали и рассеялись. Гоблин понятия не имел, куда запропастился Бес, а значит, прямо сейчас его армия была абсолютно беззащитна перед магией. Позволить же вражескому колдуну безнаказанно творить свое темное дело было никак нельзя; вожак уже видел, как его солдаты начали испуганно топтаться на месте, столкнувшись с чарами боггарта. Если он не вмешается прямо сейчас, эти трусливые куски дерьма пустят весь план под откос, так что оставался лишь один выход.
Скривившись, Чернокогть выкачал из своего ядра столько энергии, сколько вообще смог удержать, и сорвался с места. Оставив личную охрану глотать пыль, он огромными скачками перемахивал через участки грязи, приземляясь точно на голый камень, и стремительно сближался с целью; когда на пути некстати подвернулся какой-то хобгоблин, командир попросту снес бедолагу в сторону, даже не сбавив шага.
Приближаясь к передовой со стороны собственных тылов, зеленокожему пришлось растолкать еще нескольких подчиненных, но никто даже не обернулся в его сторону, всецело поглощенный происходящей впереди кровавой баней. Разрозненные отряды гоблинов ожесточенно рубились с группами боггартов, и поскольку обе стороны старательно избегали участков с глубокой трясиной, их порядки зияли дырами, превращая битву в абсолютный хаос. Прежде чем ворваться на ничейную полосу, Чернокогть выделил секунду на оценку расстановки сил: часть его отрядов явно притормозила наступление, с суеверным ужасом косясь на вражеского мага, который как раз шагнул вперед, высоко воздев свой посох.
Не сбавляя набранной скорости, Чернокогть вырвался из рядов своих сородичей и коршуном бросился на цель. Магия кипела в его жилах, наполняя мышцы звериной яростью и чудовищной силой, пока он стелился над самой землей. Боггарт-колдун заметил стремительно приближающуюся угрозу, повернулся, чтобы изучить наглеца, а затем начал плавно опускать посох, наводя свое оружие точно на бегущего гоблина.
Оскалившись, вожак среагировал мгновенно: прямо на бегу он сконцентрировал всю доступную ману и швырнул ее в мага и столпившихся вокруг него тварей. Невидимая волна сокрушительной ментальной мощи врезалась в насекомых, заставив их вздрогнуть и попятиться, что дало гоблину возможность подобраться еще ближе.
Эта атака выиграла ему несколько драгоценных секунд и позволила перепрыгнуть самый обширный участок трясины, но дистанция все еще оставалась слишком велика. Боггарт успел оправиться от первоначального шока и навести свое оружие на Чернокогтя; раздался сухой электрический треск, и с навершия посоха сорвался закручивающийся сгусток чистой энергии.
Впрочем, Чернокогть уже уходил с линии огня. Демонстрируя безупречный расчет и помноженную на магию скорость, он скользнул в сторону, и смертоносный заряд безобидно просвистел мимо. Позади раздались панические вопли хобгоблинов, оказавшихся на траектории заклинания, но вожак пропустил их мимо ушей, всецело сосредоточившись на сближении с вражеским колдуном. С каждым шагом он продолжал излучать леденящий душу магический ужас, подавляя и дезориентируя противника, и это сработало: боггарт дрогнул, а Чернокогть, наконец сократив дистанцию, обрушил на врага свой клинок, не получив в ответ очередного энергетического плевка. Тварь успела подставить под удар древко посоха, но это гоблина вполне устраивало; перейдя в глухую оборону, ублюдок больше не мог творить свои фокусы.
Издав гортанный рык, зеленокожий обрушил на мага дикий, первобытный град ударов. Противник сумел парировать первые два, но третий прорубил прочный панцирь, а четвертый глубоко вгрызся в плечо существа; издав болезненное шипение, боггарт бессильно опустил конечность, позволив пятому взмаху Чернокогтя чисто снести ему голову с плеч.
Разумеется, на этом проблемы не заканчивались — вокруг по-прежнему кишмя кишели вражеские копьеносцы. Большинство из них все еще находились под давлением его магического террора, но вожаку все равно пришлось отскочить назад, когда одна из тварей попыталась пропороть ему брюхо. Впрочем, отступать Чернокогть не собирался. Изрыгнув кровожадный вопль, он бросился прямо к зияющему проходу в следующую пещеру, не сдерживая сил и разя любого воина или рабочего, посмевшего преградить ему путь. Долго такие смельчаки не жили: прорубив кровавую просеку сквозь первую группу противников, гоблин тут же накинулся на вторую. Сейчас в его жилах бурлила чистая ярость и рожденная ею мощь, а впереди ждала цель, которую нужно было выполнить во что бы то ни стало.
Воодушевившись примером командира, его ручные хобгоблины с новыми силами начали теснить остальных боггартов. Вокруг горловины пещеры закипела жестокая мясорубка, перемалывающая насекомых на куски; воздух наполнился лязгом сталкивающегося оружия и предсмертным шипением сотен тварей.
Вскоре Чернокогть уже стоял у самого прохода. Уклонившись от очередного выпада, он молниеносным контрударом разрубил копьеносца пополам, в то время как по обе стороны от него гоблинские отряды смыкали кольцо вокруг последних выживших защитников. Вожак зарычал и вскинул руку, мгновенно обрушивая на врага волну удушающего, парализующего ужаса; боггарты споткнулись, потеряв ритм, и тут же полегли под клинками хобгоблинов, позволив командиру беспрепятственно перешагнуть порог. Следом за ним, алча новой крови и разрушений, хлынула его армия.
Чернокогть замер как вкопанный, впервые как следует разглядев поселение боггартов, которое иначе как маленьким подземным городом было и не назвать. Выход, через который он только что прошел, располагался на вершине каменистого склона, открывая потрясающий панорамный вид на раскинувшуюся внизу картину: десятки высоченных черных шпилей вонзались в свод пещеры, словно вырезанные из того же блестящего темного материала, что и оружие тварей. Тонкие, изящные мостики из той же субстанции соединяли многие башни между собой, а все пространство вокруг пестрело крошечными точками света — казалось, боггарты развесили на своих строениях сотни сияющих камней. Зрелище завораживало своей холодной, чужеродной красотой, и, изучая его, гоблин почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок; там, где на черные башни ложились густые тени, казалось, будто здания искажаются и вовсе растворяются в небытии.
— Да уж, придется сровнять все это с землей, пока боггарты не расползлись повсюду, — вслух пробормотал Чернокогть, оценивая масштаб проблемы.
В этом плане насекомые наверняка напоминали муравьев: стоит только оставить их в покое, как они начнут плодиться как сумасшедшие, а этот город мог вместить тысячи особей, и с такой ордой гоблин сражаться точно не желал. Ни за какие коврижки.
Однако времени на философские размышления ему не дали. Почти сразу, как только он ступил под своды пещеры, кишевшие внизу твари отреагировали на присутствие чужака: сотни рабочих особей начали выплескиваться из города. Они высыпали из зданий, бурным потоком неслись по улицам и целеустремленно карабкались к позициям Чернокогтя, в мгновение ока превратившись в неисчислимый, злобно шипящий черный рой.
— А вот это уже хреново, — констатировал зеленокожий командир, бросив взгляд через плечо.
Его собственные войска все еще протискивались сквозь узкую горловину туннеля, и лишь несколько десятков бойцов успели выстроиться в боевые порядки. Этого было катастрофически мало, чтобы удержать узкий проход, даже если Чернокогть самолично бросится в мясорубку. Их попросту сметут и раздавят задолго до того, как успеют подтянуться основные силы.
Круто развернувшись, вожак принялся благим матом орать на своих приспешников, приказывая немедленно строиться в защитную формацию и шевелить поршнями, пролезая в пещеру. Как раз в этот момент из прохода наконец вынырнул Бес в сопровождении парочки ассистентов. Ну слава богам! Хоть какие-то хорошие новости.
— Мне нужен луч смерти! — рявкнул Чернокогть, схватив мага за шиворот и утаскивая его на передовую. — Ты обещал мне луч смерти.
— Ладно-ладно, босс. Сделаю все, что смогу.
— Просто прикончи всех этих тварей до того, как они прикончат нас! — прошипел вожак. — Для этого лучи смерти и существуют!
Крякнув, Бес несколько мгновений возился с навершием своего посоха; он поправил кристалл и пару раз крутнул какой-то винтик у самого основания, после чего вскинул оружие и навел его на ближайших боггартов, уже начавших карабкаться по склону. Мгновение спустя, когда твари подобрались вплотную, из кристалла вырвался ослепительный фиолетовый луч, веером прочесав их передние ряды. Боггарты валились десятками, и рой заметно сбавил темп, когда задние ряды начали спотыкаться о павших сородичей.
— Видишь! Лучи смерти работают просто отменно! — радостно возликовал Чернокогть.
Впрочем, вопреки энтузиазму гоблина, насекомые продолжали наступать. Бес хлестал по ним снова и снова, но хотя твари гибли в промышленных масштабах, рой визуально не становился меньше, упрямо продвигаясь вперед и карабкаясь по горе собственных трупов.
— Ты их вообще убиваешь? — поинтересовался командир у хобгоблина-мага. — Штука-то работает, но я не уверен, что это правильный луч смерти. Они не выглядят достаточно напуганными.
— На мышах работало безотказно. Мёрли как миленькие.
— В следующий раз тестируй на ком-нибудь покрупнее, — недовольно нахмурившись, проворчал Чернокогть.
— Вся проблема в отсутствии взрывов. Будь тут взрывы, они бы боялись куда сильнее, — возмущенно фыркнул Бес.
В этот самый момент из ближайших черных шпилей вырвалось несколько энергетических сгустков и на огромной скорости устремилось прямо к Бесу.
— Берегись! Плохая магия! — заорал Чернокогть, спешно отскакивая подальше от зоны поражения.
Прозрачные силовые снаряды летели точно в цель, но за миг до попадания врезались в невидимый барьер. Маг успел бросить посох и вскинуть вверх защитный амулет, высвобожденная энергия которого полностью поглотила вражеский залп.
— Так я и думал, что они выкинут нечто подобное, — фыркнул Бес, подавая своим ассистентам знак начинать. Один из подручных тут же подхватил упавший посох и принялся палить по наступающим боггартам, пока сам маг сосредоточился на координации действий трех других помощников.
На глазах у вожака Бес отразил еще один залп, а его рабочие тем временем извлекли из мешков пращи и огненные камни. Секунду спустя подручные зарядили свое незамысловатое оружие, прицелились в сторону башен, воспламенили красные камни маны и метнули их в основание черных шпилей; оставляя за собой огненный след, светящиеся снаряды прочертили дугу в спертом пещерном воздухе.
— Я прихватил с собой штуковины для создания взрывов, чисто на всякий пожарный. Использовать их на таком расстоянии должно быть вполне безопасно, — доложил Бес.
— Только потолок нам на головы не обрушь, — бросил Чернокогть, отворачиваясь. У него хватало собственных забот, требовавших немедленного вмешательства: орда рабочих особей подобралась уже пугающе близко.
— Сомкнуть щиты! Мы же тренировали это, кретины! — заорал вожак на своих воинов, которых к этому моменту успело просочиться в пещеру уже куда больше.
Внезапно слева раздался оглушительный грохот — защита Беса все-таки пропустила один вражеский снаряд. Чернокогть инстинктивно пригнулся, закрывая голову руками, однако магическая атака ударила в пустое место, раскидав лишь каменное крошево.
— Если я увижу, что кто-то высунулся из строя, я пущу его череп на ночной горшок! — закашлявшись от пыли, Чернокогть развернулся и окинул своих приспешников свирепым взглядом.
Под бдительным надзором командира клыкастая орда почти из двух сотен хобгоблинов быстро выстроилась в оборонительный клин. По мере того как подкрепления продолжали прибывать, строй единым монолитом двинулся навстречу наступающим боггартам, которые упрямо ползли вперед, невзирая на то, что десятки тварей пачками гибли под смертоносным лучом ассистента Беса.
Тем временем вдалеке грохнула серия взрывов, и земля под ногами ощутимо содрогнулась. Обернувшись, Чернокогть увидел, как огненный шар врезался прямо в основание ближайшего черного шпиля; от мощной детонации по конструкции пошли глубокие трещины, и вся башня угрожающе накренилась. С тревогой бросив взгляд на свод пещеры, гоблин с облегчением отметил, что на голову им пока ничего падать не собирается. Тупые боггарты, вынуждают его применять взрывную магию глубоко под землей. Какие же кретины!
Отбросив лишние мысли, вожак вернулся к собственной задаче и устремился на передовую. Он прекрасно понимал: без его присутствия, без командира, способного укрепить их дух и сплотить ряды, эти трусливые куски дерьма попросту дрогнут. Зеленокожий успел занять позицию в авангарде построения за миг до того, как передовые отряды врага врезались в их щиты. Вокруг закипела первобытная бойня: мечи и копья кромсали черные панцири, злобное рычание сливалось с яростным шипением, острые как бритва когти искали зеленую плоть, а во тьме то и дело вспыхивали отблески стали.
Первая волна боггартов тут же полегла под ударами хобгоблинских клинков, но следующие за ними ряды без малейших колебаний обрушились на оборону Чернокогтя. Вожак непоколебимой скалой стоял на пути живого цунами, выписывая мечом дикие, широкие дуги, отбрасывая и рассекая наступающих тварей на куски, но противник действовал на редкость безжалостно и методично. Насекомые наваливались одно за другим, и гоблину пришлось выкачивать из ядра максимум маны, просто чтобы удержаться на ногах; энергия затопила мышцы, позволяя ему с безжалостной силой перерубать любого подошедшего врага, но они всё перли и перли. Казалось, этому морю шипящих рабочих особей не будет конца.
Хобгоблины начали нести потери, когда твари, карабкаясь по трупам своих же собратьев, подобрались на расстояние удара когтями, однако армия Чернокогтя не дрогнула. Выучка давала о себе знать: бойцы прекрасно понимали, что от такого роя попросту не убежать. У них не оставалось иного выбора, кроме как стоять насмерть и слепо верить в то, что у их великого вожака есть какой-то хитрый план.
Вдалеке огненные шары продолжали методично разносить черные шпили. Раздался чудовищный грохот, и одна из башен, окончательно потеряв опору, начала заваливаться набок, в падении протаранив соседнее строение и потянув его за собой. В воздух взметнулось густое облако каменной пыли, а летящие во все стороны многотонные обломки накрыли собой множество боггартов, все еще снующих по улицам подземного города.
Разрушение вражеского поселения несказанно порадовало Чернокогтя, однако времени на празднование не было — требовалось срочно решать насущные проблемы. Даже с учетом магической подпитки гоблин начал выдыхаться; с самого начала сражения он рубил без устали, нанося тяжелейшие, размашистые удары, и хотя под его клинком уже пали десятки тварей, долго поддерживать такой темп было физически невозможно. Стоящие позади него хобгоблины тоже постепенно сдавали позиции, изматываемые непрекращающимся напором роя.
И сейчас Чернокогть как никогда мечтал о том, чтобы у него действительно был хоть какой-нибудь план.