Геральд нахмурился, с явной опаской разглядывая Чернокогтя. Хобгоблин в ответ лишь жизнерадостно оскалился. Подобная реакция всегда обезоруживала людей, а может, и вводила в ступор — Чернокогть не знал наверняка. Главное, что это работало.
Стоял ясный полдень. Мимо них по оживленной улице спешили прохожие, пока оба стояли у входа в весьма фешенебельную гостиницу. Её окна украшали витражи, а на вывеске красовались бутылка вина и серебряная вилка. Чернокогть накинул капюшон, чтобы не привлекать лишнего внимания, в то время как остальные бывшие члены банды Герады уже скрылись внутри.
— Ты уверен, что не хочешь пойти с нами? — поинтересовался Геральд. — Мы планируем устроить праздничный пир, и без тебя все будет совсем иначе. Ты ведь привел нас сюда. Позволь нам отблагодарить тебя! Мы можем снять отдельную комнату, чтобы ты оставался инкогнито.
— Я был вашим вожаком, а не просто проводником, — подметил Чернокогть.
— Ах да. И это тоже.
Чернокогть едва поборол непреодолимое желание закатить глаза. Это было бы грубо. Поразительно, насколько же люди глупы, раз искренне верят, будто ему не хватит ума уловить скрытый смысл их слов. Они что, считают его таким же идиотом, как они сами? Ну и плевать. Их нежелание признавать, что он был лучшим главарем в их никчемной жизни, сейчас не имело никакого значения.
— Нет, у меня есть дела, причем очень важные. Нужно навестить кое-кого из старых знакомых в этом городе. Они придут в дикий восторг от нашей встречи.
— Хах, постоянно забываю, что ты уже бывал здесь с Герадой в прошлом году. Но ведь все это может подождать. Только представь, сколько еды и выпивки ты упустишь, к тому же Хита ждет, что ты к нам присоединишься. Иначе она бы вообще не зашла внутрь.
— Обойдусь, а Хита пока может подоставать кого-нибудь другого. Я занят. — Молодая рыжеволосая девчонка уже почти оправилась от ран, полученных в битве за Убежище, но дорога вымотала ее до предела, поэтому она поспешила внутрь, чтобы поскорее присесть и отдохнуть.
— Там будет столько мясных пирогов, что ты в жизни не съешь.
Чернокогть заколебался. Предложение звучало чертовски заманчиво. Он мог сожрать целую гору мясных пирогов. Может, его планы немного подождут… Нет, нужно расставлять приоритеты и бороться с искушением. Ему просто придется обнести какую-нибудь лавку сегодня вечером, когда он со всем закончит.
— Звучит вкусно, но я пас. Скоро увидимся, — ответил гоблин, собираясь уходить. Ему следовало сосредоточиться на своей задаче. Пироги уступали по важности кровной мести, по крайней мере, в большинстве случаев.
— Тогда удачи, и постарайся не влипнуть в неприятности! — крикнул ему вслед Геральд. Парня явно разрывало между необходимостью приглядывать за зеленокожим и желанием наконец-то получить отдых, о котором он мечтал долгие месяцы, но нетерпение взяло верх. Все бывшие разбойники набили карманы монетами, снятыми с трупов убитых налетчиков.
— Ну разумеется! Не переживай, я потрясающе скрытный и буду вести себя тише воды, — радостно отозвался Чернокогть, обернувшись и помахав на прощание. На самом деле он собирался сделать все с точностью да наоборот.
Без малейших угрызений совести гоблин развернулся и зашагал прочь. Длинный плащ волочился за ним по мостовой, а прохожие спешно расступались с его пути. Он подстроил возвращение всей шайки в Даггерпойнт ради одной конкретной цели, и теперь пришло время взяться за дело.
С момента разгрома налетчиков, атаковавших Убежище, прошло около трех недель. Пока Геральд и остальные прохлаждались, Чернокогть выслеживал спасающихся бегством врагов. Вместе со своими приспешниками он преследовал их по всему лесу, изматывая постоянными внезапными нападениями, пока те не превратились в легкую добычу. Это было не только необходимой частью его грандиозного плана, но и принесло массу удовольствия. В хорошей охоте с кровавым финалом таилось нечто невероятно сладкое и правильное. Это зрелище по-настоящему грело черное сердце хобгоблина.
Как только последний из налетчиков испустил дух и перестал представлять какой-либо интерес, Чернокогть вернулся в деревню и наконец-то повел своих спутников на восток, через Море Зелени прямо в Даггерпойнт. Путешествие заняло прилично времени, но прошло без особых происшествий, ровно до того момента, как он высадил их у дверей оставшейся позади гостиницы.
Миновав лавку портного, Чернокогть остановился на углу. Он сунул пальцы в рот и издал резкий свист. Пронзительный звук заставил нескольких прохожих обернуться, но гоблин просто проигнорировал их, а вскоре издалека донесся ответный сигнал. Чернокогть двинулся на звук. Он прошел немного по дороге, юркнул за прилавок с фруктами и скользнул в переулок, скрытый от глаз всех, кто находился на главной улице. Однако закоулок отнюдь не пустовал: в тени стояли две дюжины фигур в плащах. При его приближении они устремили на него взгляды, и сквозь мрак капюшонов вожак смог хорошенько разглядеть их лица. Это были хобгоблины.
— Отлично, вы пробрались в город без лишних проблем, — произнес Чернокогть, быстро пересчитав стаю и убедившись, что все на месте.
— Ага, это было проще простого, — гордо ответил Прохвост. — Мы перелезли через стену. Ни один человек даже не глянул в нашу сторону, да они бы нас не учуяли, даже если бы мы засунули пальцы прямо им в их маленькие розовые носы.
— Зачем им вообще нужны носы? — задал вопрос в пустоту другой хобгоблин.
Перед уходом из Убежища Чернокогть собрал отряд зеленокожих и приказал им тайно следовать за ним. Прохвост отнюдь не был главным кандидатом на роль его заместителя, но Гоб требовался на их основной базе, а если не считать самого Чернокогтя, именно Прохвост обладал наибольшим опытом в общении с людьми. К тому же он вырос в лагере Герады, будучи еще обычным мелким гоблином.
Чернокогть потратил мгновение, чтобы изучить своих приспешников. Проникновение в город по-разному сказалось на каждом из них. Для большинства это место казалось пугающе чужим, ведь они родились и выросли в лесной чаще. Одни были возбуждены, другие заметно нервничали, но абсолютно все выглядели рассеянными и дергаными. Некоторые даже не смотрели на своего вожака. Они сканировали тени в поисках опасности или пытались выглянуть из-за спины Чернокогтя, чтобы рассмотреть суету на улице. Дабы исправить это недоразумение, гоблин злобно зашипел и отвесил ближайшему подчиненному звонкую оплеуху. Это мгновенно привлекло их внимание.
— Слушать меня. Я ваш вожак, — заявил Чернокогть своей стае. — Вам не нужно бояться здешних людей. Они слепы и невероятно тупы. Пока вы со мной, вам ничего не угрожает, так что не отвлекайтесь на все эти аппетитные запахи. Позже я добуду нам всем вкусной еды.
Эта воодушевляющая речь изрядно успокоила хобгоблинов, и они расслабились ровно настолько, чтобы сосредоточить все свое внимание на командире.
— Что мы здесь делаем, босс? Будем воровать кучу вкусных и блестящих штуковин? — спросил Прохвост.
— Нет! Воровать — это плохо, — ответил Чернокогть, с силой пнув опешившего Прохвоста в голень. — Мы здесь, чтобы учиться у людей, а потом, скорее всего, перебьем целую кучу из них. И если у этих мертвецов чисто случайно окажется множество интересных вещей, которые мы захотим забрать, это не будет считаться воровством. Ведь они им больше не нужны, раз они сдохли.
— Звучит логично, — согласился другой хобгоблин. Многие приспешники закивали, пока Прохвост морщился и тряс ушибленной ногой.
— Первым делом мы ищем одного мага. Он знает кое-какие хитрые магические штуки, которые мне позарез нужны.
— Так мы просто с ним поговорим? — поинтересовалась Гера, шагнув вплотную к Чернокогтю и уставившись прямо ему в глаза.
Вожак инстинктивно отстранился. Изначально он подумывал оставить эту самку хобгоблина на базе, но она была одним из его лучших мастеров маскировки и превосходно копировала голоса. Гера входила в число немногих зеленокожих, способных звучать абсолютно по-человечески, а еще у нее был светлый парик. К тому же она до дрожи хотела пойти с ними, и Чернокогть сильно сомневался, что она бы послушалась, ответь он отказом.
— Вроде того. Его зовут Аволус, и он вряд ли захочет делиться со мной своей магией по доброй воле, поэтому мы проберемся к нему в дом и расспросим его, когда поблизости не окажется слуг. Нам совершенно не нужно сталкиваться с его стражей. Это суровые бойцы, и они весьма недружелюбны.
Как только все приспешники окончательно уяснили детали задания, Чернокогть повел их глубже в город. Мастер Аволус жил ближе к Центральному округу, где располагалось большинство огромных роскошных особняков. Дабы избежать нежелательного внимания, вожак предпочел пробираться глухими задворками и менее людными частями Даггерпойнта. Закутанные в плащи хобгоблины послушно трусили следом, скользя сквозь тени и грязные переулки.
Возвращение в город вызывало смешанные чувства. Даггерпойнт ничуть не изменился. Он все так же оставался смердящей кучей обжигающих нос запахов, как приятных, так и омерзительных, но теперь обстоятельства визита разительно отличались от его первого появления здесь. Тогда он был лишь одним из многочисленных слуг Герады, а сегодня — вожаком собственной стаи. Правая рука Чернокогтя непроизвольно сжалась в кулак, когда его внезапно кольнула тоска по отсутствующему Сэйтеру. Скоро…
Пробираясь по задворкам, хобгоблины не раз натыкались на людей, но бросив хотя бы один взгляд на группу Чернокогтя, прохожие тут же молча растворялись в подворотнях. Это был Даггерпойнт, и каждый здешний обитатель прекрасно понимал, что нарываться на неприятности себе дороже. Вскоре стало совершенно очевидно, что немедленная угроза разоблачения им не грозит, поэтому зеленокожие начали переговариваться между собой.
— Здесь так много людей, — с благоговением произнес один из них.
— А мусора тут еще больше, — отозвался другой, хмуро разглядывая какую-то непонятную субстанцию, в которую только что вляпался.
— О да. Розовокожие расползлись повсюду. У них куча городов по всем землям. Вы просто редко встречаете их в лесу, потому что почти все они слишком тупы, чтобы выжить там, не сбиваясь в огромные толпы, — бросил на ходу Чернокогть.
Отряд миновал переулок, выходивший на улицу, где несколько торговцев едой наперебой расхваливали свой товар. Густой аромат жирной пищи вырвался из-за угла и окутал хобгоблинов с ног до головы. Двое из них инстинктивно двинулись на разведку, и Чернокогтю пришлось буквально затаскивать их обратно за полы плащей. Отвесив пару быстрых воспитательных подзатыльников, вожак погнал стаю дальше.
Все спутники Чернокогтя прошли тщательную дрессировку, но в душе они по-прежнему оставались дикарями. Каждому из них прививали самодисциплину точно так же, как когда-то самому Чернокогтю — через интенсивные и изматывающие уроки фехтования. Единственный способ избежать унизительных побоев заключался в том, чтобы взять под контроль свои эмоции и освоить необходимые для боя навыки. Эта самодисциплина была жизненно необходима, ведь от природы хобгоблины отличались крайней жестокостью и полным отсутствием социальных навыков. В диких условиях они обычно убивали сородичей при первой же встрече. Тех, кто так и не научился подавлять свои инстинкты, ждала казнь. Они представляли слишком большую угрозу для лагеря и не приносили Чернокогтю никакой пользы.
Наблюдая за своими приспешниками, гоблин также осознал, что многие из наиболее успешных учеников претерпевали изменения по мере тренировок. У некоторых появлялись странные привычки: грызть ногти или издавать щелкающие звуки в моменты стресса, тогда как другие становились буквально одержимы какими-то вещами. Тот самый хобгоблин, что шагал прямо за спиной Чернокогтя, то и дело останавливался и постукивал себя по локтю каждые несколько секунд. Вожак мысленно порадовался, что не подхватил никаких подобных странностей, пока Сэйтер вколачивал в него науку.
Вскоре хобгоблины добрались до района, где дома лепились друг к другу, а глухие переулки заканчивались, поэтому им пришлось быстро выйти на главную дорогу. Здесь было не особо людно, но на улице хватало прохожих, и отряд Чернокогтя привлек к себе немало внимания. Фигуры в плащах вряд ли считались редкостью в Даггерпойнте, но, хотя черты лиц зеленокожих были надежно скрыты, в них таилось нечто отталкивающее. Возможно, дело было в их походке, а может, людей напрягал их рост. Среди человеческого племени хватало коротышек ростом с хобгоблинов, но они крайне редко носили темные плащи и уж точно не сбивались в крупные стаи.
Однако прежде чем они успели привлечь слишком много внимания, Чернокогть увел своих приспешников обратно в темный закоулок. Никто не поднял тревогу у них за спиной, так что они продолжили путь. Пройдя еще немного, отряд уперся в высокую стену, тянувшуюся между двумя домами. Разбившись на пары, хобгоблины подпрыгнули, вцепились в верхний край и проворно перемахнули через преграду. Приземлившись на другой стороне, они оказались на территории Центрального округа города.
Дальше продвигаться стало сложнее. Это было единственное место, где патрулировала городская стража, и хотя обычно они позволяли большинству людей входить и выходить беспрепятственно, Чернокогть не сомневался, что его свита вызовет у них подозрения. Они маскировались далеко не так виртуозно, как он. Секрет подражания людям заключался в том, чтобы бродить с таким видом, словно ты абсолютно слеп и вот-вот во что-нибудь врежешься.
Вожак выглянул из-за угла здания и осмотрелся. Не заметив ни одного стражника, он жестом приказал приспешникам следовать за ним. Всей толпой они перебежали улицу и юркнули в густые кусты, окаймлявшие чей-то двор. Спустя пару мгновений стая выскочила из укрытия и ринулась на соседний участок. Подобными перебежками они продвигались вниз по улице, пока не достигли конечной цели. Перед Чернокогтем раскинулось обнесенное забором поместье, где он когда-то встретил Аволуса. Как и в прошлый раз, длинную дорожку к дому преграждали металлические ворота, вот только теперь вход не охранял здоровенный свирепый амбал. Место выглядело абсолютно заброшенным.
Проявляя осторожность, Чернокогть дал знак своим подчиненным оставаться на местах, а сам отправился на разведку. Он с непринужденным видом подошел к воротам и огляделся по сторонам. Никто не вышел, чтобы остановить его, поэтому гоблин положил ладонь на железную решетку. От его легкого прикосновения створка бесшумно распахнулась на хорошо смазанных петлях. Чернокогть замер в ожидании, но охрана так и не появилась, поэтому он шагнул на территорию и бросил взгляд на особняк. Вокруг не было никаких признаков жизни, и вожак махнул остальным рукой.
Когда все миновали ворота, хобгоблины крадучись двинулись по дорожке, ведущей к дому. Одна ее сторона была обрамлена аккуратно подстриженной живой изгородью, поэтому зеленокожие передвигались пригнувшись. Приблизившись к парадному входу, Чернокогть заметил, что массивная дверь приоткрыта. Не сводя глаз с окон огромного особняка в поисках малейших признаков движения, он подкрался ближе и внимательно ее осмотрел. Замок был выломан. Вокруг металлической пластины торчали щепки растрескавшегося дерева, из-за чего дверь больше не закрывалась плотно. Вожак хмыкнул и заглянул внутрь. Дом тонул во мраке и казался совершенно пустым. Все шло совсем не так, как он планировал. Чернокогть не имел ни малейшего понятия о том, что здесь стряслось, но сильно сомневался, что Мастер Аволус сейчас сидит внутри, беспечно растеряв бдительность.
Дождавшись, пока приспешники подтянутся к нему, гоблин распахнул дверь, и стая проникла в особняк мага. Приемная выглядела в точности так, как запомнил Чернокогть, за исключением полного отсутствия людей и огромной дыры, пробитой кем-то прямо во внутренней стене.
— Это сто процентов дом мага. Что-то очень громко бахнуло, — заметил Прохвост, подходя к пролому и осматривая его. Края каменного крошева обгорели до черноты.
— Не думаю, что это дело рук Аволуса, — ответил Чернокогть, поравнявшись с Прохвостом. — Держу пари, на это место напали какие-то другие люди, владеющие магией.
В особняке густо пахло кровью, а повсюду виднелись следы ожесточенной схватки. Исследуя остальные комнаты, хобгоблины натыкались на новые подпалины от взрывов, изрядно пострадавшие от воды участки, торчащие из стен осколки черных кристаллов и нечто, подозрительно напоминающее бездонную яму прямо посреди коридора.
— Думаешь, так и задумано? — спросил один из хобгоблинов, вглядываясь в чернильные глубины провала. Деревянный пол вокруг дыры потрескался и пошел щепами.
— Нет, люди терпеть не могут дыры в полу там, где постоянно топчутся, — ответил Чернокогть. Уж это он знал по собственному опыту.
Дальнейшие обыски выявили немало весьма занимательных вещиц, которые стремительно перекочевали в карманы хобгоблинов, но ни единого следа самого мага. Кроме того, по всему дому валялась прорва книг и клочков бумаги с какими-то письменами, вот только никто из зеленокожих не умел читать. Чернокогтю оставалось лишь надеяться, что нужные ему секреты не записаны ни на одном из этих обрывков. Ему и в голову не пришло прихватить с собой человека на тот случай, если понадобится расшифровать человеческую мазню.
— Что будем делать, босс? Не похоже, что твой фокусник сейчас дома, — спросил Прохвост, когда вся стая вновь стянулась в приемную.
Чернокогть тяжело вздохнул и быстро обдумал ситуацию. Ему было просто необходимо разыскать Аволуса, даже если ради этого придется пойти на определенный риск. Оставалось уповать на то, что старик еще жив.
— Ждите здесь, — приказал вожак своим приспешникам.
Предводитель стаи вернулся в самую просторную и роскошную спальню из найденных ими и принялся шарить по углам. Ему потребовалось всего несколько минут, чтобы отыскать нужное: пару предметов одежды с едким запахом Аволуса. Гоблин сгреб тряпки в охапку и раздал их своим подчиненным.
— А это еще зачем? Я уже свистнул рубаху получше. Тут даже пуговицы серебряные! — возмутился один из хобгоблинов, держа перед собой выданную ему коричневую тряпку.
— Понюхай ее. Я ищу человека, который носил это барахло, — объяснил Чернокогть, пока зеленокожие передавали вещи по кругу и принюхивались. — Я отправлю нескольких из вас на его поиски.
— Ты хочешь, чтобы мы сами шарились по городу?
— Да, только не влипайте в неприятности. Разнюхайте все в округе, ищите следы Аволуса и следите за тем, чтобы ни один человек вас не разглядел. А если разглядит — прикончите его. Возвращайтесь сюда через четыре часа или сразу, как только найдете мага.
Все хобгоблины как по команде развернулись к выходу. Большинство из них кровожадно скалились от предвкушения.
Подобное рвение ничуть не позабавило Чернокогтя. — Нет, не все сразу! Кому-то придется остаться здесь со мной. Я сам решу, кто пойдет вынюхивать.
По рядам зеленокожих прокатился разочарованный стон, когда вожак ткнул пальцем в троих неудачников, которым предстояло куковать с ним. Они с явной досадой провожали взглядами уходящих товарищей. И Гера, и Прохвост были отправлены на охоту. Чернокогть предпочел бы держать их при себе от греха подальше, но они были слишком полезны, чтобы пренебрегать их талантами.
— А я найду себе красивую одежку и, может быть, новый парик! — радостно воскликнула Гера, переступая порог.
Прохвост следовал прямо за ней. — А я хочу целый поднос сосисок, да поострее!
Вожак угрюмо посмотрел им вслед. У него не было ни единой возможности проконтролировать своих приспешников, как только они скроются из виду. Ему оставалось лишь надеяться, что они не забудут о поисках Аволуса и не станут просто набивать брюхо до отвала.
— А мы что будем делать? — спросил один из оставшихся хобгоблинов, тоскливо глядя вслед более удачливым сородичам.
Чернокогть хищно оскалился.
— Мы устроим засаду. Не может быть такого, чтобы люди, напавшие на этот дом, не установили за ним слежку. Если мы как следует пошумим, кто-нибудь обязательно явится проверить, что к чему, и мы сможем задать им парочку вопросов.