Тихая фраза Абеля была произнесена совершенно без оглядки на реакцию окружающих, обстановку или возможные последствия — на всё то, о чём он всегда пёкся до сих пор.
Он уже давно знал о чувствах Эльфриде, и, конечно же, понимал, чего она желает. Знал он и то, как может ответить ей взаимностью.
Но не мог. Последние полгода он жил, упорно игнорируя преданность Эльфриде. Это прозвучит как нелепое оправдание, но у него была своя причина. Ведь Эстель лежала без сознания.
Пока Эстель была без чувств, у Абеля просто не оставалось душевных сил, чтобы принять чьи-то чувства. Только тренировки. Его разумом правила одна лишь воля к тому, что он обязан стать сильнее. Это походило на такое сильное навязчивое состояние, что в этом не было бы ничего удивительного.
Но теперь Эстель очнулась. Больше не нужно было закрывать глаза на преданность Эльфриде. Он как раз думал об этом, когда Эльфриде, трудясь вместо него, пережила такое унижение, как пленение монстрами.
Он считал, что ещё даже не отплатил ей за всё добро. Абель не воспринимал это как какой-то долг, но ему хотелось ответить ей тем же, насколько сильно она помогала ему.
Именно поэтому, едва услышав новость о похищении Эльфриде, Абель потерял голову от ярости. Какое бы божественное покровительство у него ни было, прежде Абель никогда не устраивал настолько разрушительных сражений.
Не думая о последствиях, он сокрушал всё на своём пути, полагаясь исключительно на собственную силу. И причиной такого яростного боя было то, что на сердце у него было неспокойно.
"Похоже, всё это время у меня просто не хватало воли, чтобы открыто взглянуть на твои чувства."
Абель высказал свои искренние переживания. С извинением за то, что Эльфриде пришлось пережить из-за его прежнего упрямого поведения, и с решимостью больше никогда не отворачиваться от неё.
"Если честно, до сих пор я думал лишь о последствиях, которые возникнут, если я приму твои чувства, и тем самым сильно ранил тебя во многих смыслах. Я знаю, что заставил тебя ждать слишком долго. Поэтому, даже если ты больше не питаешь ко мне прежних чувств, я пойму."
Договорив, Абель отпустил руку Эльфриде. Он медленно наклонился. И опустился перед ней на одно колено.
"..."
Эльфриде не верила своим глазам. С тех пор как они познакомились, прошло уже целых семь месяцев. И всё это время Абель, стоило ей подумать, что он вот-вот откроет своё сердце, снова отталкивал её.
Она знала, что он делал это не ради забавы, а из-за собственных душевных терзаний. Поэтому она ждала и продолжала ждать.
Если подумать об этом сейчас, за последние полгода ей бывало немного обидно из-за Абеля, который совершенно не обращал на неё внимания. Но она всё понимала. Ведь Эстель, его самая дорогая соратница и возлюбленная, лежала без сознания.
Пусть у него и была причина, но отношения никак не двигались с мёртвой точки, из-за чего в душу закрадывались мысли, уж не напрасно ли всё это. Жила и тревога, что им придётся остаться просто друзьями.
И вдруг...
Абель прямо сейчас опускается перед ней на колено. Затем он медленно поднял голову и посмотрел на Эльфриде сложным взглядом, в котором смешались извинение, благодарность и нежность.
"Теперь я понял. Будь ты леди Эльфриде Батори или Героем Эльфриде — для меня ты одинаково дорогой человек. И мне плевать на последствия, которые возникнут из-за того, что ты леди Батори или Герой. Твоё присутствие рядом со мной гораздо важнее любых последствий."
Эльфриде медленно сжала кулаки. И несвойственным ей, слегка дрожащим голосом обратилась к нему:
"...Мы с тобой вместе уже целых семь месяцев."
"Да."
"И именно тогда я призналась тебе в своих чувствах. И тогда же ты пообещал дать мне шанс."
"...Всё верно."
Когда Абель подтвердил её слова, Эльфриде медленно разжала крепко сцепленные пальцы. Затем она осторожно коснулась ладонями щёк мужчины, стоявшего перед ней на коленях.
"Столько времени ты был так холоден со мной, а теперь заявляешь, чтобы я стала твоей?"
"...Прости меня."
"...Должна ли я радоваться этому, или мне стоит выплеснуть всю обиду, что накопилась за это время? Я и сама не знаю, как поступить."
Эльфриде медленно согнула колени. Её золотистые волосы, подставленные под голубой лунный свет, слегка заколыхались. Сквозь мягко сияющие пряди её голубые глаза блеснули чуть иным светом.
"...Но в одном я уверена."
Голубые самоцветы с необычным блеском неторопливо окинули взглядом мужчину, который стоял перед ней на коленях и просил стать его женщиной. И тут же уголки её глаз и губ слегка приподнялись, очертив красивую дугу.
"Ты всё ещё слишком важен для меня, Абель."
С её слегка раскрасневшихся щёк скатилась одинокая слезинка. Однако на её лице застыла вовсе не скорбь, а чистая радость.
Абель поднял голову и прямо посмотрел на Эльфриде. А затем первый протянул руку и нежно погладил её по щеке.
"Эльфриде."
"Да."
"Ты останешься со мной навсегда?"
"...Если ты этого желаешь. Я всегда буду подле тебя."
Услышав её ответ, Абель медленно приблизился к ней.
Не как Герой доверия Эльфриде, а как обычная женщина, Эльфриде кротко прикрыла глаза. Губы мужчины мягко, но уверенно накрыли губы женщины.
Словно изливая всю ту нежность, что она не могла выразить до сих пор, Эльфриде крепко обняла Абеля. Она прижала его к себе и долго не отпускала его губ.
После глубокого поцелуя их губы неохотно разомкнулись.
"...Прости, что заставил тебя так долго ждать."
"Ну же, всё в порядке."
Эльфриде качнула головой в ответ на извинения Абеля и лучезарно улыбнулась. Словно от чистого сердца, улыбкой, что была ярче луны в ночном небе.
"Ведь мы разделим столько любви, сколько мне пришлось прождать."
"...Что?"
Абель невольно вздрогнул.
"Что, нельзя?"
Оттого ли, что улыбающаяся Эльфриде была неописуемо прекрасна? Конечно, и это было чистой правдой, но растерялся он совсем по другой причине.
'..Она умеет строить и такие гримасы.'
Это была чарующая улыбка, переполненная решимостью буквально поглотить Абеля. Он издал тихий смешок и ответил:
"Конечно можно."
Абель невольно подумал, что в ближайшее время ночи у него выдадутся крайне изнурительными.
*
Замок Короля демонов. Это место, сокрытое где-то в мире, служило обителью Короля демонов и пристанищем для его прямых подчинённых — Сура.
Один из Сура и по совместительству советник Короля демонов, Андре, нетерпеливо расхаживал взад-вперёд, ожидая чьего-то возвращения. И вот, тот, кого Андре так сильно ждал, наконец явился в замок Короля демонов.
Андре собирался было радостно поприветствовать его, но, увидев Мажеса, вернувшегося в полном одиночестве, слегка нахмурился.
"Мажес, почему ты один?"
"...Заткнись, старик. Если бы ты явился быстрее, ничего бы не случилось."
"Его Величество вызвал меня, чтобы я передал тебе приказ привести её. Но ты не отвечал на связь..."
"Блядь, отвали! Я всё объясню позже, так что..."
Мажес прорычал это с угрозой в голосе, проходя мимо Андре, и бросил через плечо:
"...Просто оставь меня в покое."
"..."
Мажес скрылся сразу после этих слов, однако Андре и без лишних объяснений прекрасно понял, чем всё закончилось.
"...Даже Мажес потерпел неудачу."
Пусть тот и был немного самонадеянным и своенравным, но если судить сугубо по боевой мощи, он являлся третьим по силе среди двенадцати Сура.
И то, что такой боец вернулся с пустыми руками и никого не привёл, означало лишь одно — он проиграл Герою. О прежнем Герое ходили слухи, будто его удалось схватить, так что Мажес, скорее всего, уступил...
"...Он всё-таки слишком опасен."
Андре понял, что медлить больше нельзя. Существовал приказ Короля демонов взять его живым, но так продолжаться не могло... Он окончательно убедился, что ему нельзя давать расти дальше.
"...Придётся пробудить их."
Сура Андре пёкся о безопасности Короля демонов больше, чем кто-либо другой. Пойдя против воли господина, он решился использовать древних чудовищ, что доселе спали глубоким сном.
*
Хотя Эльфриде удалось спасти, а монстров на северном фронте — отбросить назад, оставалось ещё очень много дел по ликвидации последствий.
Для начала, пока шло восстановление уничтоженной линии обороны на севере, нужно было то и дело сдерживать монстров, спускавшихся из Альпийских гор. Эльфриде тоже сильно пострадала от внутренних ран после схватки с Сура, так что ей требовался отдых.
...Из-за этого проведение совместных ночей с Эльфриде пришлось отложить на потом. Было досадно, но времени у них впереди оставалось предостаточно.
Кроме того, требовалось подлечить жрицу Синтию, которая с тяжёлыми ранениями лежала без чувств. Пока Эстель полностью не восстановила свои силы, заботу о лечении взяла на себя Селин.
А Эстель усердно бегала. И это не метафора, а самое буквальное значение. Из-за того, что она слишком долго пролежала в постели, без использования божественной силы для укрепления тела она не могла даже долго ходить.
Однако постоянное поддержание божественной силы замедляло восстановление её внутренних резервов, поэтому Эстель в рамках реабилитации раз за разом чередовала ходьбу и бег.
Таким образом, на какое-то время мы обосновались на севере империи, и со временем успели привыкнуть даже к ледяному ветру, дующему с Альпийских гор.
Вот и сегодня я возвращался после зачистки очередного отряда монстров, пытавшихся прорваться через восстанавливаемый фронт. И вдруг вдалеке показалась женщина, которая мягко помахала мне рукой, приветствуя.
"Абель."
"Эльфриде? Тебе уже можно вставать?"
"Да, священники сказали, что умеренная активность мне пойдёт на пользу."
Эльфриде нежно улыбнулась, встречая меня. Похоже, она до этого отдыхала, так как на ней не было доспехов.
"Тебе не холодно?"
"Я оделась довольно тепло. Можешь проверить, если хочешь."
...Что проверить?
"Раз не холодно, то хорошо. А где Эстель и Селин?"
"Святая Селин ухаживает за Синтией, а Святая Эстель и сегодня на реабилитации. Так что я, как самая свободная, пришла тебя встретить."
Значит, они всё ещё заняты делом.
"Всем приходится несладко."
"Да, верно. Может, стоит выдать всем какую-нибудь награду позже?"
"Награду?"
Самой разительной переменой после того, как они с Эльфриде стали парой, стало её поведение. На мой вопрос Эльфриде лишь слегка приподняла уголки губ, а затем шагнула ко мне вплотную и прошептала почти на ухо:
"И Святые, и я уже изрядно проголодались."
"...Что?"
"Хотя нет. Не стоит откладывать это на потом."
"А?"
Вот в чём заключалась главная перемена. Прежней девушки, которая вечно сдерживала себя, больше не существовало. Теперь Эльфриде, словно у неё сорвало тормоза, без всякого стеснения требовала от меня ласки.
При встрече объятия стали обязательной программой, да и поцелуями она не брезговала делиться при каждом удобном случае. Из-за этого Эстель как-то раз даже приревновала и бросила колкость, мол, знайте меру.
Эльфриде крепко взяла меня за руку и потащила в свой шатёр. И стоило нам переступить порог, как она тут же коротко чмокнула меня в губы.
Когда её лицо отдалилось, я, пребывая в лёгком замешательстве, позвал её по имени:
"...Эльфриде?"
"Те двое заняты, тут уж ничего не поделать, но у меня-то сейчас полно свободного времени."
Эльфриде начертила в воздухе рунический знак. В тот же миг весь шатёр окутало плотным слоем маны.
"...Наружу не просочится ни звука."
"..."
Очаровательные голубые глаза устремились на меня. Это был взгляд, способный затянуть в себя словно водоворот, из которого невозможно вырваться.
Умеет же человек мастерски соблазнять.
"...Твои раны точно в порядке?"
"Да, всё хорошо. Я даже заранее осведомилась об этом."
...Какая поразительная предусмотрительность.
Эльфриде обвила руками мою шею, прижимаясь всем телом, и сладостно прошептала:
"Пожалуйста, подари и мне незабываемое блаженство, Абель."