- Мисс Ромайнэ, их действия нельзя назвать торговлей, это скорее пожертвования, – ответил шедший позади Санфорд.
- Ну очевидно же, это торговля. Покупка надежды за еду – чем не
сделка? – слегка подняла голову вверх Ромайнэ, задумчиво потерев большим
пальцем подбородок.
- Еда за надежду? И что это должно значить? – странно поглядела на нее Амандина.
Ответы Ромайнэ вызвали у всех одинаковую реакцию, и только
Брэндель стал исключением, поражаясь тому, как работает голова у этой
малышки. Похоже, приходившие ей туда идеи, нормальным людям были
попросту недоступны.
- Амандина, а сколько времени тебе бы понадобилось, чтобы вывести
это местечко в гордое звание самодостаточной экономии, если бы ты тут
всем заправляла? – спросил он вдруг.
Амандина сразу же почувствовала подтекст в его словах и
внимательно посмотрела на собеседника, гадая, действительно ли он
нацелился на эту территорию, или просто ее испытывает.
Впрочем, неважно, каковы были его намерения. Она обвела глазами
площадь, долго и серьезно вглядываясь в жалкие рубища прохожих,
настолько изношенные и многократно перешитые, что порой было невозможно
понять, как те выглядели изначально. Ответ дался ей с трудом:
- Самое скорое – за год… два, если возникнут трудности. Пока что
жители совсем обнищали, а территория не соответствует базовым
требованиям для перехода в коммерческую экономику. Даже проведи мы
налоговую реформу и перераспредели земли и построй нужным образом
функционирующий город - чтобы нарастить благосостояние нужно больше
ресурсов … Да, я уверена, что смогу обустроить коммерчески успешный
регион за два года, но потребуется огромная сумма денег...
- То есть всего лишь нужно перераспределить богатства между
жителями города, чтобы горожане вылезли из нищеты, так? Ну так на этом
время можно сэкономить, – перебила Ромайнэ, произнося это как само собой
разумеющееся.
- Ты это… серьезно? – Амандина чуть не подавилась, утратив
достоинство, – мы же ничем не будем отличаться от азартных игроков в
поисках наживы, если просто так одолжим деньги этим нищим! Да даже если
они умудрятся вернуть долги – это же наши собственные деньги, и шансы,
что мы все потеряем, слишком высоки!
Она оглядела сошедшую, как ей казалось, с ума Ромайнэ, словно у той нездоровая зависимость от рискованных сделок.
- Ты же практически сказала, что мы «одалживаем» им деньги, так?
Так вот, они же никуда не денутся, вернут все до единого! – можно все
это прописать в долговых расписках, – продолжила Ромайнэ как ни в чем не
бывало.
- Да к нам же ничего не вернется, они все потратят!
Ромайнэ взмахнула пальчиком в знак несогласия, чувствуя себя уже
практически банкиром мирового уровня, после чего указала им на
заполненную горожанами площадь.
- Будь все это в Бругласе – ты была бы недалека от истины, но
здешние люди совсем в отчаянии и нищете! И распределить между ними
деньги сейчас – все равно, что купить надежду. Можно научить их работать
на производстве и дать шанс исполнить мечту о независимости,
самодостаточности! Они смогут отработать все долги, а я попутно обрасту
коммерческими партнерами. Нет, это не азартные игры и вовсе не риск.
Посади тут монетку – на следующий год вырастет две.
И хитро-хитро подмигнула Амандине.
- А ведь… может сработать, правда, сложно придется…. – Амандина
хоть и понимала точку зрения Ромайнэ, но согласиться с этой логикой
сумасшедшего было трудно.
- Несомненно, определенные сложности возникнут… – кивнул
Брэндель, с признательностью глядя на Ромайнэ. Ее идея, конечно, не была
сделкой как таковой, скорее формой перераспределения. Но если направить
и капитал, и производство в руки высоко мотивированных жителей –
высокая продуктивность обеспечена. Сработать могло, правда, только если
все богатства и ресурсы региона сосредоточены в руках у его лорда. Одно
точно – с точки зрения построения экономической политики такой подход
более чем опережал свое время.
Пускай Брэндель и был в состоянии самостоятельно заботиться о
своих финансах, но специальных знаний для выстраивания коммерческой
инфраструктуры целого региона ему не хватало. Зато он был уверен в своей
способности заложить основы новой политики и оградить территорию от
внешних вмешательств.
- Вместо того, чтобы говорить о покупке надежды, можно назвать
это покупкой рабочей силы. С мотивированными трудовыми ресурсами
скорость наработки и финансовых значительно выше. Проводи мы такую
политику, важнейшей задачей стало бы перераспределение богатств.
Амандина, что думаешь? – обратился к советнице Брэндель.
- Надо отремонтировать дороги, – быстро ответила та.
Про себя Брэндель кивнул – он и сам об этом подумал.
- …… Господин, планируете что-то на этой территории? –
поколебавшись некоторое время, Амандина все же набралась смелости
спросить, но шепотом, и сама не веря, что произносит это вслух.
По сути, она советовала господину напасть на законного господина
этих земель, что приравнивалось к государственной измене. С другой
стороны, корона слабела с каждым днем, а она боялась за будущее
королевства, потрясенная до глубины души жестокостью и жадностью знати.
Брэндель сначала кивнул было, но потом покачал головой и потер лоб.
«Конечно, я заглядываюсь на эти земли: ублюдок-Гродэн ни в игре,
ни в жизни не отличается благородством – все понятно с первого взгляда. К
тому же, слишком он близко к моей будущей территории. Даже если не
нападет – все равно будет назначать грабительские цены и нечистоплотно
вести торговлю, заработать не даст. Но мне не хватает двух вещей для
того, чтобы его свалить: людей и времени».
По его оценкам феодалы начнут провозглашать независимость не
ранее, чем через месяц-другой, и именно тогда никому уже не будет дел до
двух воюющих на юге лордов. Вот тогда-то и наступит время разобраться с
бароном Гродэном.
«Но головная боль будет та еще. В этом году Трентайм – точно один
из беднейших регионов Ауина. Хм, я еще боялся, что организация торговли
в здешних местах окажется трудноватой для нее задачей: а она уже,
похоже, фонтанирует идеями. Но стоит ли говорить Амандине, чтобы начала
работу над планом уже сейчас? Следующая забота – деньги. Стартовый
капитал придется добывать шантажом дворян, снимающих сливки с
бругласских маршрутов, дальше – добывать доступ к богатейшим южным
копям. Остальные источники дохода, внешнюю торговлю, например, можно
оставить на Амандину».
Внезапный резкий удар хлыста прервал его мысли. Они с людьми
быстро обернулись на звук, и увидели группу въезжающих в город
всадников. Несмотря на кое-как наброшенную разномастную амуницию,
эмблемы они светили очень явно. Хозяев Ранднера выдавали и пеликаны на
шахматном фоне на флагах – Брэндель сразу же опознал личную гвардию
барона Гродэна.
Те быстро, но неуклюже пронеслись по неровным дорогам и,
размахивая плетками, разогнали жителей города, заставляя прижаться к
стенам. Испуганные, но привычные к скотскому отношению, они, похоже,
своим поведением развеселили всадников, чей грубый смех эхом разнесся по
улице.
Некоторым после этого пришлось даже выпрямиться в седлах, настолько неважная вышла осанка от этого веселья.
Амандина сразу же нахмурилась. В Бругласе такое зрелище тоже не
было непривычным – городская стража поступала так же. Оглядев верховых,
Скарлетт холодно хмыкнула.
- Они как будто что-то тащат за собой, – вдруг указал Сандфорд.
- Трупы, – ответил Брэндель со вздохом, – частная гвардия знати, выходили на задание, убили бандитов.
- А что не так? – удивилась Амандина его реакции, – разве не все солдаты так делают?
Но Брэндель положил руку ей на плечо, останавливая расспросы,
после чего указал в другом направлении. Разглядев, что там, она заметила
группу рыдающих коленопреклоненных женщин, закрывающих лица.
-…… Что происходит? – непонимающе нахмурилась Амандина.
- Я бы скорее назвал их не бандитами, а крестьянами, вынужденными
сбегать из-под гнета поборов господина. Многие прожили большую часть
жизни как обычные горожане, не принимавшие участия в грабежах, но за
уход от налогов стали вне закона, – ответил один из Серых Волков на ее
вопрос, всем своим видом выражая свое отношение, – моего отца убили так
же, гребаное знатное отродье ...
- Так поступают только мужчины? – глубоко вздохнув, продолжила Амандина.
- Да. Жизнь без крыши над головой – не сахар, – кивнул Брэндель.
На последнем комментарии Брэнделя городская площадь вдруг
погрузилась в странную тишину. Кое-кто еще издал странный звук, не
прошедший незамеченным на фоне проклятий и выкриков солдат, и тихих
стенаний женщин.