По залу пронесся ураган шепотков.
- Великий маг из Гальбу? – спросил Старейшина.
- Но здесь и сейчас я представляю Ауин, – поправил Тулман.
- Каким образом? – нахмурился Старейшина.
- Чтобы установить порядок нужны усилия и борьба, и без ошибок и
провалов не обойтись. Уверен: Зеленая башня существует пока действует
Совет Черных Шипов. Даже если ее уничтожат – отстроится заново, а этот
прилив Маны – временное явление, и оно непременно закончится.
- Это значит… Вы нам поможете? В бою с волками?
Покачав головой, Тулман продолжил объяснение:
- Как я и сказал, здесь я представляю Ауин. Южные рубежи отчаянно
нуждаются в надежной обороне, и без друидов Петли Пассатов скверна из
Темного леса расползется на мою родину, а Ауин не может себе позволить
потерять города к югу от Ампер Сеале. Увы, мои возможности ограничены: я
смогу перенести телепортировать только Совет Черных Шипов. Но всех
жителей Зеленой башни не спасти. Так что… магическая формация в моей
комнате на постоялом дворе уже готова и ждет избранных.
Остановившись на мгновение, он вздохнул и продолжил:
- Да, я понимаю, создание формаций без разрешения хозяина –
крайне неучтивый поступок, и приношу за это искренние извинения, но
сейчас времени нет, так что вынужден поторопить с ответом. Вас
интересует мое предложение?
Друиды молча переглянулись, не издав ни звука. Отступление
означало сознательный отказ от жителей Зеленой башни. Пускай отстроить
ее заново – лишь вопрос времени, но как после такого смотреть в глаза
предкам при неминуемой встрече? Нет, лучше погибнуть в бою, чем жить,
покрыв себя стыдом.
Но, несмотря ни на что, в чем-то Тулман был прав: Зеленую башню
можно отстроить, и уходят они не навсегда. Это даже не бегство, а
отступление.
В итоге его предложение заставило нескольких друидов засомневаться.
- И скольких вы сможете вывести, уважаемый гость? – осторожно Старейшина, стараясь сохранять спокойствие.
- Сотню, не более.
Раздались пораженные вздохи. Многих друидов мощь великих магов
попросту ослепила: спасти стольких разом! Правда, прозвучавшая вслух
конкретная цифра отрезвляла, заставив осознать страшную реальность:
выживет всего сотня, а остальным остается только ждать смерти. Если бы
на смерть отправлялись все до единого, чтобы всем до единого бок о бок
пасть в бою, они бы не задумываясь пошли до конца. Но выбирать, кому
жить, а кому умирать – это слишком. Жестокий, невыносимо тяжелый выбор.
Шанса на жизнь заслуживали все, но кому решать, кто в состоянии выбрать?
Тулман не давил, терпеливо ожидая ответа.
В итоге заговорил один из друидов:
- Нужно отпустить молодых. Они – наша надежда.
Еще до начала нашествия волков друиды отправили из Зеленой башни
почти всю молодежь и пожилых людей, но многие талантливые и желающие
помочь остались, не желая оставлять своих в бою. Отправь они сейчас еще и
их, а обороне появятся бреши.
Но Тулмана такой ответ не устроил, и он заговорил вновь:
- Я бы предложил включить в круг избранных не только молодых.
Молодежи нужен опытный лидер: они с легкостью совершают ошибки, и лучше
бы с ними отправиться с несколькими наставниками. Тогда Зеленая башня
сможет возродится, и жизнь закипит как прежде.
Зал зашумел, заставив Старейшину повысить голос:
- Напомню: мы дали обещание этому человеческому юноше.
Друиды удивленно замолчали: им казалось, что Старейшина первым
должен был бы принять предложение Тулмана, и только с восхищением и
гордостью глядевший на него Анделлу понял правду.
Могучий Старейшина, столп и воплощение верований их народа,
хранил традиции древних друидов, наследников Золотой линии крови.
Подлинный друид по крови и духу не забывает обеты предков.
С почти полным исчезновением Золотой линии крови и иссяканием
Серебряной потомки четырех Святых поддались коррупции и алчности, а мир
после них постепенно дошел до нынешнего состояния, погрузившись в войны и
страдания.
Поддались искушению почти все, но друиды стали исключением.
Сохранили верность принципам и держали оборону против хаоса, сражаясь за
порядок. Пока держалась их связь с Матерью Маршой, они обязаны были
найти силы и сдержать все обещания.
- Я тоже против! – прозвенел высокий ясный голосок.
Все мгновенно обернулись на него, встретившись с яростным и
решительным взглядом зеленых глаз на маленьком личике. Малышка Зифрид
сжала кулачки и к удивлению всех присутствующих закричала:
- Мы обещали братцу Брэнделю! Дали обещание – обязаны сдержать!
Отступимся раз – и это ведь навсегда! Потеряем все, что мы так
стремились сохранить!
Пораженный такой несгибаемостью и стойкостью перед лицом опасности, зал одобрительно зашелестел.
Тулман и вовсе просиял улыбкой, зааплодировав, и похвалил вслух:
- Отлично сказано!
- Но это же противоречит вашему предложению… – озадаченно начал Анделлу, настороженный таким энтузиазмом.
- Да, противоречит, – заулыбался Тулман, – но могу же я
повосхищаться такой решительностью. Разнообразие точек зрения прекрасно,
а твердо верящие и верные своим идеалам заслуживают моего искреннего
восхищения. Но все же… Времени мало, и я вынужден повторить вопрос:
каково будет ваше решение?
- Я остаюсь! – мгновенно и не по-детски серьезно объявила Зифрид.
- Очаровательно, спору нет. Но молодая леди, не стоит ли вам
проявить чуть больше скромности на больших собраниях вроде этого и вести
себя сообразно положению? Возможно, прислушаться к мнению старших…
- А вам известно мое положение?
- Слухи до меня доходили.
- Но я же говорю только за себя! – запротестовала было Зифрид, нахмурившись.
- К сожалению, вашего положения и значимости для друидов налагают
определенные обязательства, и в ваших ручках в этот миг находятся
судьбы очень и очень многих. Вы же понимаете, какая это ответственность,
и о чем я говорю?
- Мудрено толкуете, но…
- Уважаемый гость, позвольте вернуться к основному вопросу, –
вмешался Старейшина, – Зифрид же очень молода, и в ее возрасте подобная
невинность и доброта весьма похвальны.
Тулман согласно кивнул:
- Что ж, тогда ответ мне дадите вы?
Слегка подавшись вперед, старый друид замолчал, сомневаясь.
Зифрид стояла рядом, кусая губу и прожигая Тулмана полным гнева и
даже презрения взглядом. Не зная, ни что нужно Брэнделю, ни
подробностей их уговора с Советом Черных Шипов, она просто чувствовала,
что уйди друиды сейчас – хорошего исхода ждать не стоит.
Многие молодые друиды хранили молчание, осторожно выжидая, пока
выскажутся старейшины, но те явно затруднялись. Оставшись, они поставят
крест на будущем поколении, а уйдя – нарушат уговор с человеком,
обещавшим спасти Зеленую башню.
«Обещания надо выполнять, но если делать это ценой разрушения многовекового порядка – и стоит ли оно того?»
«Мать Марша, дай нам знак»…
«Этот юноша рискует за нас жизнью, и отступись мы сейчас – чем будем лучше этих эгоистичных безответственных людей?»
И тут из центра зала выстрелил слепящий свет, заставивший всех
присутствующих прищуриться и закрыть глаза. Стоящий ближе всех юноша
дрожащим голосом выкрикнул:
- Рунные камни… они движутся!
У них на глазах открывалась, проливаясь причудливыми светящимися
зеленью узорами, магическая формация. Вся верхушка Совета бросилась к
ней, на ходу подпитывая ее своей Маной.
- Именем Деласитайль, ответьте на зов, придите на зов, яростные ветры небесные!
- Это… – только и выдавил Тулман при виде такого зрелища.
А огромная магическая формация развернулась в полную силу, выпуская в небеса пронзивший тучи сияющий зеленый столп.
В его свете перед изумленными взглядами зала отразились
координаты и несколько размытых силуэтов. Узнав Брэнделя, Тулман не
сдержался и поднял бровь, а при виде стоящего рядом Вильяма и вовсе
открыл рот.
- Благодарю Мать Маршу, похоже, не забывшую своего покорного слугу: а формация-то работает! – поприветствовал Брэндель.
Голос его звучал слегка искаженно и словно издалека, а услышанные
первые слова и вовсе неприятно удивили. Этот юнец что, не верит в Мать
Маршу?!
Впрочем, следующие его слова несказанно порадовали:
- Я с хорошими новостями, старейшины. Вход в Вальхаллу найден,
так что прошу отправить к вашему покорному слуге Зифрид, координаты вы
видите. Победа близка, остался последний шаг.
Раздались возгласы одобрения и облегченные вздохи.
Тулман нахмурился было, собираясь задать вопросы, но Вильям
подмигнул старому приятелю, заставив его передумать и пока что
промолчать.
Могучий Старейшина единственный сумел сохранить спокойствие, глубоко вздохнув и спросив Брэнделя:
- Сколько времени тебе понадобится, чтобы попасть в Вальхаллу и разжечь Огненное семя?
- К сожалению, не могу сказать определенно. Никто до меня такого
не делал, и, боюсь, задача это непростая. На самом деле, я еще даже не
открыл ворота в Вальхаллу.
Пускай Брэндель и предупреждал друидов о возможных трудностях еще до начала Волчьего бедствия, без недовольных лиц не обошлось.
- …У вас в лучшем случае четыре часа, молодой человек, – прервал
молчание Тулман, озабоченно переглянувшись с друидами, – сможете ли вы
спасти это поселение от Волчьего бедствия в столь короткий срок?
- Конечно же братец сможет! – воскликнула из-за спины Старейшины
Зифрид, не сдержавшись, когда Тулман посмел при всех сомневаться в способностях Брэнделя.
Но Тулман ее проигнорировал, прямо-таки впившись в него взглядом.
Тот, тоже несказанно удивленный присутствием Тулмана в зале с друидами,
выпалил:
- Великий маг Тулман? Почему… – и тут же осекся.
Тулман загадочно улыбнулся в ответ, словно поймавший ребенка за проказой взрослый, и ответил:
- А ты, похоже, и с самого начала знал, кто я такой, не так ли?
Ладно, оставим твой маленький обман в первую нашу встречу, но учти: на
все свои вопросы я рано или поздно получаю внятные ответы.
Брэндель поднял бровь. Тулман совершенно точно не собирался
нарываться на ссору из-за его небольшого даже не обмана, а так,
недоговаривания, так что сейчас явных поводов чинить ему препятствия у
мага не было… вроде бы.