Чтобы протиснуться в полуразбитое окно Крейгу пришлось пригнуться. По
осколкам заскрежетали латные сапоги для верховой езды из толстой стали:
вместе с ним, через другие проходы, зашли еще семеро в похожем
облачении. Все они одновременно обнажили мечи.
В зале творилось
непонятно что – полный хаос из тел, оружия и крови. Темные еретики то
тут, то там нападали на почти не сопротивляющихся дворян, но охрана
важных персон пока держала оборону. Особенно на этом фоне выделялась
свита принцессы: и близко не подпускали к себе врага, а какой-то парень
рядом с графом Пассеро – и вовсе штабелями укладывал тела.
Крейга
сразу же обратил на него внимание и, сощурив единственный оставшийся
глаз, оскалился. Имя, а точнее весьма печальную известность, он
заработал себе еще во времена наемничества, то есть очень и очень давно,
и его спутники были о нем наслышаны. А раз уж все они оказались бойцами
Золотого ранга, и всех их вызвали сюда одновременно – напрашивался лишь
один вывод.
Они обменялись понимающими кивками: пора, возврата нет.
Всего
один их шаг вперед – и зал словно накрыло покрывалом из ужаса.
Герцогские стражники задержали дыхание и, встревоженно переглядываясь и
почти забыв, как дышать, опустили мечи.
Почувствовавшая неладное Гриффин взволнованно огляделась, и не зря.
На
стороне дворян – в общей сложности почти два десятка бойцов Золотого
ранга. Герцоги неустанно разыскивают на своих землях таланты, и не без
успеха – спасибо обширным владениям – и она в курсе, что сильных воинов
там хватает… Только вот что все они делают в одном месте, здесь и
сейчас? На собрание их не звали.
Герцог Зайфер с этой неизменной
легкой улыбочкой…Видимо, уже отдал приказ: его люди перестали даже
делать вид, что сражаются – просто стоят на месте, опустив оружие.
Герцог Аррек спокойно держит руку на рукояти меча, но скорее по
привычке: даже в запавших глазах в глубоких глазницах – ни проблеска
эмоции, как будто впереди пустое поле.
Герцоги Виейро и Карсук, и
графы Велкин с Монтань-Гризе – даже не высовываются из-за спин стражи,
явно демонстрируя отношение к происходящему.
Стиснув зубы,
принцесса ненадолго опустила голову, силясь не показать бушующую в душе
ярость. Попытка обнаружить служителей Собора тоже мало что дала: всего
двое рядовых священников, с которых и не спросишь, а стоящих внимания
фигур и в помине не видно.
Крейг нахмурился: они припозднились, времени мало. Яростно сверкнув глазами, он указал мечом на Флитвуда:
- Вон тот старик – верховный маг! Не дайте ему закончить заклинание! – выкрикнул он первый приказ.
Остальные
дружно кивнули и одновременно двинули в атаку. Нейтрально настроенные
наблюдатели, заметив странную динамику между герцогами, принцессой и
напавшими, снова попятились, еще более испуганные.
У них на
глазах творилось самое настоящее покушение, и цель – принцесса, но раз
силы напавших настолько велики – тут же не до верности короне.
На
их глазах гас последний луч света, меркнул последний проблеск чести и
славы королевства, но привычное «каждый сам за себя» оказалось сильнее.
Не определившиеся остатки разношерстной толпы бросились врассыпную,
подальше от королевской стражи.
Убийственная восьмерка ускорилась.
Многие
побледнели, некоторые – упали в обморок, но не принцесса. Гриффин не
только не двинулась с места, но и не дрогнула, и не промолвила ни слова.
Окинув зал холодным, полным презрения и одновременно – силы – взглядом,
она подняла меч и приняла боевую стойку.
За спиной у Брэнделя
словно выросли крылья. Как будто в последний раз взвился ауинский флаг:
даже не оборачиваясь, он почувствовал ее несокрушимую веру и стойкое
желание идти до конца.
Вспомнив, что ее ждет, Брэндель тихонько вздохнул и тоже поднял меч.
Да,
сегодня она всколыхнула что-то даже в этих прогнивших сердцах: многие
сегодня поверят, что Ауин еще может возродиться, что есть шанс спасти
королевство от гибели. Увы, в итоге все вернется на круги своя, а
принцесса неизбежно ступит на путь, с которого уже не вернется.
- Ага, юный ты наш гений! – прошипел Крейг, бешено сверкая глазами.
Надо
же, а у парня-то раскрыт Элемент! Ну что ж, такие обычно высокомерны, а
он – какое совпадение – обожает сбивать спесь с зарвавшихся юнцов. Лицо
само собой исказилось в жестокой гримасе.
Да, юнец силен, но не
сильнее него. В себя, и прежде всего – в свой боевой опыт – Крейг верил
непоколебимо, равно как и в то, что таким молокососам до него далеко.
Даже гениям нужно время, чтобы вырасти и набраться опыта: потому
большинству так и не суждено прославиться – почти все убиты именно в
юном возрасте.
Уже почти ощущая вкус победы, такой долгожданной и
сладкой, словно стекающая по глотке кровь, он даже облизал губы и
напрягся. Очень, очень скоро его пересохшую глотку омоет божественный
красный нектар… А кому наслаждаться дуэлями, как не превосходному и
непобедимому фехтовальщику вроде него? Тем более, что это радостное
предвкушение ни с чем не сравнится: каждый раз свежо, как впервые.
Первый выпад – и воздух между ним и парнем словно разлетелся во всех направлениях, оставляя вместо себя зияющий вакуум.
Атаковал Крейг безупречно – не придраться и строжайшему из критиков – чем и откровенно напугал принцессу.
В
тренировочных боях Гриффин успела показать себя прекрасной
фехтовальщицей, но при виде этого обманчиво-простого удара сразу поняла,
какая между ней и этим убийцей пролегла пропасть. Реальный боевой опыт
незаменим. Да, все навыки у нее есть, но инструктор тысячу раз прав: для
прорыва на следующий уровень нужно их закрепить хотя бы в парочке
реальных сражений. Правда и то, что невозможно достичь вершин, не
понимая, к чему стремишься.
И все же она сдержала испуганный крик и
не стала предупреждать об опасности: зачем давать Брэнделю понять, что
она в него не верит?
- Осторожнее! – испуганно окрикнула вместо нее Дерфаль.
Гриффин
покосилась на старую подругу, почувствовал укол сожаления: ей, члену
королевской семьи, в любых обстоятельствах пристала лишь сдержанность, а
о такой свободе остается только мечтать. Груз этой ответственности она
несла всю жизнь, с самого рождения
В глазах у нее отразился
убийственный металлический блеск летящего к цели клинка. Но у Брэнделя
на лице не дрогнул и мускул: он лишь выставил вперед Гальран Гайю в
простейшем парировании, знакомом любому рядовому в ауинской армии.
Не
успел яростный лязг металла ворваться в уши – а понимающие в фехтовании
наблюдатели уже пораженно ахнули от такой топорности. Самая базовая,
простейшая из простейших, защита – ей даже милицию обучают! Можно
сказать, инстинктивный и бесхитростный защитный жест при виде летящего
навстречу оружия. Несмотря на безупречное исполнение, в глазах знати –
худший ответ из всех возможных: некоторые даже посетовали, что такая
атака заслуживает большего усердия в обороне.
Подмечено было
точно: любой мало-мальски сведущий в бое на мечах знает, что из такой
позиции уже не выбраться, и поражение неизбежно, тем более с таким
противником.
Вот и Крейг, можно сказать, неторопливо выбирал, как
продолжить атаку. Решив наконец, что парень настолько перепугался, что
не может сражаться, он все же оставался начеку, и не без причины. Потеря
глаза от руки одного из таких вот юнцов кого угодно научит: их не зря
называют «дарованиями». Реакция у парня, конечно, странноватая и
смахивает скорее на отчаяние, но нельзя ослаблять бдительность.
Он
даже отступил, но было уже поздно. Неизвестно откуда возникший у шеи
клинок пропорол кожу, мускулы и кости, проливая кровавый дождь.
Во взгляде полетевшей с плеч головы застыло сожаление.
«Как можно быть настолько быстрым?!» – единственная мысль пронеслась по всему залу.
На
самом деле Брэнделей было двое: один показался из-за спины другого,
выставившего меч в простейшей защите. В сиянии черного клинка как будто
отразились все источники света разом.
На пару мгновений все
застыло: никто не осмеливался издать ни звука, пока тишину не нарушил
первый хриплый вдох. Остальные наконец-то вспомнили, как дышать.
Дежар:
Хмыкнув, он смерил Брэнделя гневным взглядом. Неудивительно: кому как
ни ему, потерявшему руку от той самой техники, ее не опознать?
- Ааа?
- Да как он…
Сплошные междометия.
Брэндель обернулся на блеющих дворян, но те смущенно склонили головы.
Миру во всем своем великолепии явилась величайшая из трех древних школ фехтования.
[Прим.
англ. Переводчика: Девять соратников с клонами, следом – способный
преодолеть временной барьер Удар молнии и, кажется, Звездный резонанс?]
Первый
же обмен ударами закончился смертью бойца Золотого ранга – такое
происходило только в масштабнейших битвах, когда война охватывала добрую
часть континента. Из сохранившегося в памяти объединяло эти школы
только одно – невероятная смертоносность и давящее действие, способное
кого угодно лишить воли, не давая продолжить бой.
Семеро
оставшихся спутников Крейга мигом покрылись мурашками – странное, почти
забытое ощущение, словно перед тобой какое-то чудовище из легенд. Когда
плевать на всю боевую дисциплину, а инстинкты прямо-таки вопят, что надо
бежать. К несчастью для себя они сумели собраться.
- Убить его! – раздался первый крик.
Решив,
что раз уж смерть смотрит прямо в глаза, лучше действовать сообща, все
семеро синхронно шагнули вперед, собираясь в формацию.
И устраняя тем самым фактор предсказуемости: теперь Брэнделю грозило нападение с трех направлений одновременно.
- Нет! – снова отчаянно выкрикнула Дерфаль, поняв, что тот попал в смертельную западню.
И
все же убийцы допустили одну ошибку: сосредоточились на Брэнделе,
совершенно упустив из виду его людей. Кровожадно сверкая глазами, Морфей
метнулся вперед и попросту выхватил у одного из них клинок.
- Твой противник – я! Не смей оскорблять господина! – выкрикнул вампир под стон и скрежет сминаемого нежной ручкой клинка.
Трап
трапом, а в бою – яростная машина для убийства. Покосившись на
оставшуюся от его зачарованного, между прочим, меча груду металла,
убийца побледнел.
«Что за сила такая…»
Андреа даже не стала
утруждаться разговорами: просто призвали всю пролитую в зале кровь,
окружив себя багровым водоворотом, из которых показалось два ревущих
дракона. Поймав выплюнутые ими прямо ей в руки черные сабли, вампирша
застыла на месте, буравя презрительным взглядом мерзких человеческих
букашек перед собой. Нацелилась она сразу на троих.
Брэндель в
этот момент уже отражал летящий в него удар, но нашел мгновение
поразиться грандиозности картины, и даже почти пожалел ее «мишеней».
Большинство «темных еретиков» к тому моменту уже поубивали, так что ей
будет, где развернуться. Следующей мыслью стало, что в дуэли с таким
противником как Андреа, да еще на пике силы, ему, пожалуй, пришлось бы
тяжко. К счастью, сейчас она собралась прикончить совсем не его, а
вполне конкретных и заслуживших смерть мерзавцев.
- Что стоим? – недовольно выкрикнула вампирша тем временем через плечо, – решили, что я одна против семерых пойду?
- Что? – опешили в свите принцессы, едва придя в себя.
Слишком
уж шокировал их выход Брэнделя – настолько, чтобы почти забыть о том,
что бой в разгаре. Что ж, такое-то подкрепление в корне меняет дело.
Морфей
уже разделался с первым противником: тот в основном полагался на силу, а
далеко превзошедший его трап, оказался к тому же и быстрее. Стоило тому
открыться – единственный удар в сердце сделал дело.
Брэнделю
очень хотелось понаблюдать за асассинами, чтобы по школе фехтования
вычислить, откуда те, но под ногами мешались остатки первого отряда,
карсукские бойцы Серебряного ранга. Те прямо-таки висли на нем гроздями,
так что пришлось снова воспользоваться Девятью соратниками и побыстрее
всех прикончить.
Андреа отделалась легче всего: аналогичную
одолевающую «мошкару» уняли кровавые драконы, а сама она разнесла
остальных градом заклинаний.
Теперь Брэнделя появилась минутка
приглядеться к своему неопознанному знакомому. несомненно опытный боец, и
то, что противник оказался ощутимо слабее, тому не помогало. Стиль
Обербека можно было описать тремя словами – быстро, точно и свирепо –
под стать волчьему прозвищу. Каждый выпад пришелся точно в цель, и
противник в минуту истек кровью.
Неожиданно выступила в полную
силу и Ниа, да так, что сразу стало понятно: перед ними – самый
настоящий Тамплиер: мощнейшая боевая аура и тяжелая броня держали
противника на расстоянии. Правда, и подавить сопротивление, чтобы
перейти в атаку она так и не смогла, и лишь с помощью подоспевшего на
помощь Морфея тот был повержен.
«Неудивительно, что дом Пассеро ее
так ценит. Дерфаль правильно сделала, что назначила личным
телохранителем! Подумать только, прямо-таки супер-танк!» – одобрительно
кивнул Брэндель про себя.
Меньше всего помощи было от Макарова.
Конечно, для советника он сражался просто прекрасно и демонстрировал
нешуточные навыки, но в итоге едва не пострадал. Спасло только
вмешательство Буги, и уже совместными усилиями они опрокинули атаку
убийцы.
Но только они собрались перейти в наступление, как тот
обнаружил, что остался один: все его спутники уже убиты. Ни секунды не
колеблясь, он попытался сбежать, и имел бы все шансы скрыться, но
Флитвуд как раз успел закончить заклинание.
- Время, остановись! – выкрикнул он, посылая по воздуху магические круги.
Бегущий асассин послушно застыл на месте.
В
этом-то и состояло и преимущество, и слабое место любого мага. Немного
времени на подготовку – и любой, даже самого низкого ранга, волшебник
мгновенно одолеет сильнейшего из воинов. С другой стороны, в боевых
условиях как раз времени и нет, так что любой воин раньше снесет
указанному магу голову с плеч. Ну а дуэль двух магов – вещь крайне не
зрелищная, можно сказать, скучная. Бросаются заклинаниями туда-сюда,
ловят их на ходу и нейтрализуют отменяющими, пока хоть одно не попадет в
цель. В итоге заканчивается все буквально в мгновение ока, но к тому
времени наблюдатели успевают здорово заскучать.
Далеко не впервые
сражающемуся в связке с магом Брэнделю осталось лишь взмыть в воздух и
прямым ударом в сердце прикончить последнего.
Приземлившись, он
развернулся и вопросительно уставился на оказавшегося неподалеку герцога
Аррека. Тот немного удивленно поднял бровь, но сумел сохранить лицо.
Только холодно прищурился и опасно сверкнул глазами.