С окончания боя прошло уже три часа, но суета все не унималась.
Новости
об учиненной на дворянском собрании резне мгновенно дошли до верхушки
Собора Святого Пламени, вынудив в рекордные сроки организовать
расследование. Правда, в его результативности почти никто не сомневался:
если что и всплывет – то очень и очень нескоро.
Полы в коридоре
дворца Роше, цвета слоновой кости и отполированные до блеска, сияли
настолько, что быстро снующие сейчас туда-сюда священнослужители в
красном успели оставить на них отчетливые следы. Подметив, что кому-то
сегодня вечером или с утра придется здорово потрудиться, все это убирая,
Брэндель расположился во внутреннем дворике. В ожидании продолжения
собрания он присел на скамью под сенью лавра и принялся лениво скроллить
статистику. Привычные зеленые буквы в то всплывающих, то закрывающихся
окнах, системные сообщения и тому подобное – все как всегда. Хорошо, что
эта странность видна только ему, иначе бы обвинений в ереси не
избежать.
К его удивлению, ХП от убийства двух бойцов Золотого
ранга и вороха Серебряного хватило на то, чтобы поднять уровень.
Профессия Тамплиера считалась настолько элитарной, что для перехода с
его пятнадцатого на шестнадцатый требовалось почти столько же, сколько
для шага 25-26 у того же Воина. Правда, с повышением уровня поднялся и
штраф за наличие второй профессии (Воина же), но равномерно подросшая
статистика все равно крайне радовала.
«Продвинутые профессии
раскрываются только года через два по игровому времени, но я выгадал
целый год – спасибо гримуару Аммана, хоть и реплике».
Сейчас от
того остался малюсенький шарик, но все эти ХП неплохо прокачали Девять
соратников. Решив пособирать еще, пока есть время, Брэндель ждал и
любовался новыми цифрами.
«Скоро дойду до уровня, когда можно
будет полностью активировать Элемент, но для этого хоть чейн-квест бери,
а пока надо разобраться с мелкими делами: слишком много их накопилось.
Правда, и здесь затягивать нельзя, иначе не пережить следующий прилив
Маны – короче, одни проблемы».
По старой привычке потирая лоб,
Брэндель глубоко задумался. События в Петле Пассатов – только начало:
следующая волна Маны в той или иной мере накроет почти весь континент.
«Провидцы
на юге Ауина считают, что повышение активности монстров – последствия
прилива в Петле Пассатов, но они правы только в одном: связь
действительно есть. Только вот обратная: монстры пошли в атаку из-за
начала волны, а не в честь ее окончания».
Вздохнув, он поднял
уровень «Короны Шипов» и «Крови Солнца» до 10. Пока он на полпути: эти
промежуточные навыки открываются только с тридцатого уровня Тамплиера.
«Кровь
Солнца отражает половину урона от атаки, а Приветствие при встрече
добавляет +11 к Защите. Ну вот, теперь хоть имею право называться
Воином! Хоть до идеала еще далеко, но раньше-то Защита и вовсе застряла
на рейнджерском уровне…»
На этот счет он испытывал смешанные
чувства: быстрое повышение уровней радовало, но снаряжение и
оборудование за этим ростом не поспевали. Конечно, с Гальран Гайей,
Багровым благословением и Кристаллом Спектрального рыцаря здорово
повезло, но по остальным пожиткам на фоне геймерского прошлого он пока
что нищий. Пламенное кольцо и Элементный браслет все еще при нем, но
выглядели бы достойнее уровне эдак на двадцатом, а сейчас –немного
некомильфо. Кровные Наколенники – хороши, но тоже уже немного не то, а
уже про доспехи и говорить не стоит.
«То, что пришлось выводить из
крепости Риэдон столько народу, здорово изменило мои планы. А еще
наемники Красного Бронзового Дракона, а потом – захват Трентайма… На все
это ушло порядком времени: даже не получилось прокачаться в Подземельях
– честно говоря, собственных ожиданий по силе к нынешнему моменту я не
оправдал. Ладно, хоть до Ампер Сеале добрался вовремя, а иначе можно
было бы сворачиваться и перечеркивать весь прошлый год. Но тут…»
Брэндель нахмурился. В последнее время история пошла по-другому, и теперь события развиваются в неизвестном направлении.
Дворянское
собрание поспешно перенесли во дворец Роше, все еще владение Собора
Святого Пламени. Оглядывая потерянным взглядом окружающие интерьеры,
благодаря сильнейшему Восприятию он подмечал каждую трещинку в стенах,
но из-за утраты предсказуемости все равно казалось, что зрение
затуманено.
«Дело в покушении?»
Он почти наверняка знал, что это дело рук герцога Аррека, и их последние гляделки это наглядно доказали.
«Но
нелогично же! Какой в этом смысл? Ведь в его интересах поддержать
королевскую фракцию! Что же заставило его изменить мнение и встать на
сторону Зайферов? К тому же, на собрании не показалась добрая половина
дворян с реальной властью, и я ни на секунду не поверю, что они не в
курсе заговора».
Подметили это и все до единого из еще не
принявших сторону одной из противоборствующих фракций. Да и поведение
Собора Святого Пламени вызывало серьезные подозрения: ожидалось, что
безопасность в Ампер Сеале будет обеспечена на высшем уровне. Как Темные
еретики, да еще в таком количестве, смогли проникнуть сюда
незамеченными?
Даже Брэндель считал, что на дворянские собрания без приглашения вход заказан.
«Но
сама идея организовать покушение здесь? Я бы, наверное, воспользовался
Картами Судьбы, так что не стоит исключать, что так не сделал кто-то
другой. А вот что дальше – вопрос. В игре у принцессы не было сильной
армии, но с поддержкой Аррека они одержали верх в гражданской войне. А
теперь все, кто должен был поддержать королевскую фракцию, испарились
бесследно…»
Так и не поняв, почему все так обернулось, он принялся
перебирать каждый поворотный пункт в истории игры и каждую мало-мальски
значимую деталь, гадая, что из этого могло повлиять на развитие
событий. По крайней мере, пока остается преимущество в виде знания
теперь уже неясного будущего и его предпосылок. История уже изменилась
под влиянием некоторых его поступков, но пока хотя бы оставался шанс
порыться в памяти и найти причину нынешнего поворота.
Поджав губы и нахмурившись, Брэндель только-только собрался окончательно уйти в себя, как над ним нависла тень.
- Брэндель.
Подняв
глаза, он забыл как дышать. Фрейя! В ауинской военной форме, с
подросшим за время разлуки хвостиком, собранная и одновременно
потерянная, и с виду – точь-в-точь героиня эпоса… Только вот глаза горят
не решимостью, а радостью и умиротворением, скорее как у влюбленной
девушки. Впрочем, почти сразу поняв, что она себя выдает с головой,
Фрейя встряхнула головой и немного покраснела.
- Давненько…
-
Фрейя! – просиял Брэндель. Что еще добавить он пока не сообразил, но
при виде той самой девчонки из Бучче, с которой он начал свой путь в
этом мире, все проблемы и боль в сердце словно отступили.
- Проделала весь этот путь, чтобы поздороваться? – не выдержав, принялся подтрунивать он.
И
где-то посреди фразы понял, что засевший в голове образ несгибаемой
Богини Войны размывается, а на смену ему приходит Фрейя. Живая,
настоящая – такая, как в их первую встречу. Почти силой заставившая его
передохнуть после ранения, и не ни на минуту не покинувшая, разозленная и
очаровательная одновременно. Тогда он относился к ней как на НПС,
будущей Богине Войны, но зато сейчас, когда трансформация уж вовсю шла,
перед ним почему-то оказалась просто Фрейя.
- Ах ты… – традиционно начала закипать та, несмотря на радужные ожидания.
Ее
отправила передать сообщение Брэнделю принцесса, но Фрейе до сих пор
было не по себе от того, что в столь высоких кругах в курсе об их
дружбе.
- А ты… Почему здесь? – спросила она наконец.
- Все по той же причине, по которой просил тебя держаться поближе к принцессе Гриффин.
-
А точно, – припомнила Фрейя, успокаиваясь, – но ты сказал, что только
поступление в Королевскую кавалерийскую академию даст мне шанс помочь и
себе, и Бучче. Так ты здесь, чтобы уговорить принцессу отвоевать Бучче,
начать войну с Мадара?
Покачав головой, Брэндель вгляделся в танцующие тени на увитой плющом ближайшей стене.
- Нет, не поэтому. Вот скажи, что ты думаешь о нынешнем положении дел в Ауине… и с принцессой?
Замолчав, Фрейя грустно присела рядом, теребя хвостик, и лишь после затянувшейся паузы тихо ответила:
-
Честно говоря, я и подумать не могла, что в королевстве все настолько
плохо. Когда командовал капитан Марден, слышала, что есть некоторые
сложности, но все равно «Ауин силен и несгибаем», а покуда на границах
все шло своим чередом – политика и дела столичные казались чем-то очень
далеким… Брэндель, а эти Темные еретики, что напали – они точно
фанатики? Как думаешь, может герцог Аррек иметь к этому какое-то
отношение?
«Ого».
Покосившись на Фрейю, Брэндель обнаружил,
что его больше не буравят восхищенным взглядом: теперь рядом, немного
скованно отвернувшись, сидела уже Богиня Войны. А вот и отблеск в ее
глазах, первая ласточка того самого пронизывающего насквозь стального
взгляда… Сейчас даже мысль о том, что это та самая девчонка из Бучче,
казалась смехотворной.
Пальцы как будто сами собой сжались в
кулаки: это ведь его вина… Это он, своими руками толкнул ее на этот
путь, отправил ее повторять историю!
- Как думаешь, есть еще шанс спасти это королевство?
- Не знаю, но я с Ауином до конца: здесь моя жизнь и смерть, – прошептала она, вглядываясь куда-то вдаль.
- Ты это в академии поняла?
-
Отчасти, – помолчав, признала Фрейя, – думаю, в глубине души я всегда
это чувствовала, просто раньше не задумывалась… А знаешь, Брэндель,
спасибо, что заставил задуматься! Ты подтолкнул меня в нужном
направлении: академия – это огромный опыт, наверное, самый ценный в моей
жизни! Она меня изменила, по-настоящему.
Брэндель одобрительно улыбнулся: она явно этого ждала.
Но
на сердце у него притаилось совсем другое, и не нашлось бы слов, чтобы
высказать это вслух. Как же сильно он ошибался: не его вмешательство
превратило ее в Богиню Войны. Фрейя такой и родилась – яркой, как
солнце, и горящей до последнего луча. Правда, сейчас, когда она
наконец-то осознала правду о себе и уже становилась тем, кем должна была
стать, он ощутил укор сожаления.
«А ведь ты еще могла быть той девчонкой из Бучче… Это же тоже ты, и тогда все сложилось бы по-другому».
Неужели
его геймерский идеализм подугас? История игры казалась незыблемой,
каким-то нерушимым монолитом. Все события уже давно записаны в хрониках,
все решено, и чтобы повернуть судьбу королевства нужно сдвинуть горы.
Нужны невероятные усилия, а ставки настолько высоки, что приходится
жертвовать человеческими жизнями. И вот они, последствия: перед ним –
почти готовая Богиня Войны, а он… скучает по Фрейе?
- А ты, кажется, уверен, что власть перейдет к принцессе… Почему? – разогнал невеселые мысли новый вопрос.
- То есть ты разделяешь ее идеалы? Склоняешься на ее сторону?
- Так не пойдет, хитрец, я первая спросила, – хмыкнула Фрейя, – так ты в королевской фракции?
Брэндель отрицательно покачал головой.
- Говорил же: я – Высокогорный рыцарь, и мы ни разу не вмешивались в дела монархии и политику.
Фрейя
медленно кивнула, припоминая рассказы и про «горного рыцаря», и про
«королевскую фракцию», и про «магов из башни», и покраснела. А она-то
уже решила, что Брэндель – из дворян! Хотя, судя по тому, как он ее
порой бесит, по этому критерию вполне проходит.
Оба погрузились в
воспоминания о прошлом, и почти сразу же поняли, что хотят этим
поделиться. Слова нашлись как-то сами собой, и вот, уже минуту спустя
они оживленно вспоминали ночное небо над Бучче и Джонатана, первого из
столкнувшегося с некромантом милицейских, и горные тропы, и Золотое
Древо… И крепость Риэдон, и горящий в ночи город… А главное – то,
насколько судьба – странная штука, и главное – переменчивая. Людские
поступки ведут к событиям, о которых и помыслить нельзя. Прошло уже
порядком времени, когда Фрейя вдруг ойкнула и виновато спросила:
- А что Ромайнэ? С ней все хорошо, ты ее в обиду не даешь?
- Большое спасибо, что спросила, и со мной все в порядке… до тех пор, пока это она меня не обижает, – лукаво кивнул Брэндель.
Фрейя расхохоталась – вот это уже похоже на правду – после чего добавила:
- Тебя хочет видеть ее высочество.
Брэндель снова кивнул, в этот раз – с готовностью и понимающе.