- Тулман как-то упомянул, что на севере появился великий лидер, Ооин.
Они со спутницей последовали под его руководством в поход против
вырвавшихся на поверхность адских демонов и последователей культов Зла.
-
Госпожу демоны тоже беспокоили, так что она согласилась поучаствовать в
той войне. Продлилась она несколько десятилетий и закончилась
невероятным сражением.
Началась новая эпоха: Дракон тьмы одержал
верх, победил и демонов, и культы их союзников, и объединил под своим
началом весь континент. Казалось бы, вот он, мир и надежда для выживших,
триумф Добра над Злом… Но на деле победа обернулась поражением, а
правление нового властелина оказалось темным и жестоким.
Словам Ины вторил шелест голоса Ортлисс у Брэнделя в голове:
[-
Идеалы одного принесли беду тысячам: людским потерям не было числа.
Дракон тьмы, в прошлом – герой, и права его судить у меня нет, но и
простить его поступки я не могу. Четверых Святых и Священной войны без
него тоже не было бы…]
Брэндель мысленно согласился. То, что
последовало за этим, ему было известно в подробностях: после победы над
Драконом тьмы на тысячу с лишним лет землю тьма окутала. Мадара, остатки
народа Миирны и ведьмы – все они, основные противники в игровом мире –
по сути были остатками сил Дракона тьмы.
Так что сам он по понятным причинам, хоть и вынужден был принять его наследие, но радоваться подарочку не спешил.
Его
реакция невероятно удивила Ортлисс: подопечный явно оказался осведомлен
о событиях далекого прошлого. Настолько далекого, что никто из ныне
живущих о них не должен был знать подробностей: последними, кто еще хоть
как-то ориентировалась в тех смутных временах, оставалась похоронившая
себя в хрониках горстка магов из Серебряного Альянса.
[- Знаешь, я
ведь уже давно сомневаюсь на твой счет: вот и Дракон тьмы отличался
невероятной наблюдательностью… такое ли уж это и совпадение, что его
наследие досталось именно тебе?]
Но Брэндель, не желая больше
слышать об этой древней войне, промолчал, разглядывая темные своды и
гадая, что таит их история, а главное – что за сокровища здесь
припрятаны.
- Я смотрю, ты заинтересовался секретами этого места?
– после недолгого колебания снова заговорила Ина, – могу тебя кое-куда
отвести.
- Правда? – воодушевленно закивал Брэндель.
Но для
начала пришлось озаботиться останками Голема с маятником: Ина
настаивала, а он не возражал, решив тихо подождать в сторонке.
Металлический колосс оказался выдающимся противником и заслужил его
уважение.
Осторожно, прямо-таки бережно погрузив скрежещущую груду металла на спину, Ина слегка пошатнулась: весили останки немало.
Брэндель
же отправился захватить Золотой боевой флаг, но тут столкнулся с
проблемой: сколько он ни прыгал и ни тужился – вытащить намертво
застрявшее в полу древко никак не получалось.
- Золотой боевой
флаг поднимает уровень всех созданий и Карт, но лишь на определенном
расстоянии от себя, в радиусе где-то мили, а при срабатывании его
положение фиксируется так, что не сдвинуть, – прокомментировала Ина.
Немного смутившись, Брэндель застыл на месте, а Ина, заметив его замешательство, пояснила:
-
Существует два типа Карт-сокровищ с границами: первый прикрепляется в
объекту, второй – привязывается к земле, чтобы действовать в
определенном радиусе. Золотой боевой флаг – из последних, и для
повторного использования придется вернуть его назад в колоду.
«Черт
побери, но неудивительно… В игре оборудования такой силы, чтобы разом
сделать геймера непобедимым, я тоже не встречал: с Картами Судьбы
наверняка так же: всякой силе есть предел».
- Я как бы тоже
заметил проблему: ограничений с использованием Карт Судьбы хватает… – а
про себя добавил «взять хоть непомерные траты ЭП!».
- Если
думаешь, как заполучить побольше Карт-земель, тут тоже не все так
просто: их количество ограничено твоей силой. Ну ты и сам поймешь, когда
станешь настоящим Плейнсволкером – почувствуешь связь.
Пораскинув мозгами, Брэндель пришел к выводу, что Золотой боевой флаг – все равно невероятно полезная карта, даже за свою цену.
А Ина продолжила:
-
Чтобы доставать Золотой боевой флаг в любой момент ищи карты, способные
отфильтровывать нужные из колоды: Флаг ведь может стать ключевым в
твоей собственной будущей колоде: его можно будет доставать в каждой
битве – молниеносный результат гарантирован! А достать его можно двумя
способами: либо набрать полную руку, да еще и с Ускорением Мысли, как ты
уже сделал, либо найти карту, которая сама будет подбирать нужные из
колоды. Повезло тебе – заполучить настоящую Карту-сокровище…
Брэндель молчал, переваривая новую информацию.
-
Ключевая Карта в колоде «Рай для невзгод» – Троянский конь отчаяния, и
он как раз из вторых: ищет Карты созданий, и действует намного
эффективнее обычных поисковых карт, – загадочно добавила она после
небольшой паузы.
Расставшись с надеждой просто вытащить флаг,
Брэндель обернулся, ожидая как минимум объяснения, чем этот «троянский
конь» лучше других карт.
- Пускай и я, и железяка признали тебя
преемником и получателем Наследия госпожи, но позволь еще немного
придержать эту тайну, – получил он вместо ответа.
Судя по сопровождающему сие лукавому хихиканью, она понемногу приходила в себя от потери, и ее Брэнделя это порадовало.
Обсуждая
на ходу карты, они покинули зал и вскоре оказались в испещренной
длинными тоннелями природной пещере. Абсолютно нетронутой, без малейшего
следа человеческого присутствия.
Бессчетные тоннели змеились и
множились, образуя лабиринт и заставляя Брэнделя поволноваться: слишком
уж напоминало игровые подземелья повышенной опасности. В Киррлутце такие
называли лабиринтами Энора, в честь строящей их расы монстров с
козлиными ушами, слуг богини Гайи.
По сложности это местечко не
уступало лабиринтам Энора, но за тысячу лет изучить можно и не такие
катакомбы. Вот и Ина шла вперед спокойно и уверенно, будто прогуливаясь
по двору, а Брэндель не без колебаний, но следовал за ней.
Некоторое
время спустя они вышли к искусственному тоннелю, заканчивающемуся
ведущей вниз шахтой. Стены ее прямо-таки сияли и переливались
кристаллами, некоторыми – подозрительно огромного размера.
Но то, что ждало на дне, и вовсе лишило Брэнделя дара речи: три гигантских сияющих кристалла с… заключенными в них людьми.
Женщина
в типичной для мага мантии, словно уснувшая и без малейшего следа
разложения, но несомненно пожилая: тусклая кожа и седые волосы, на
изборожденном глубокими морщинами лице – страдальческая гримаса. Похоже,
перед смертью женщина страдала: что-то словно высосало из нее жизнь,
превратив в подобие мумии. И все же, несмотря на старость, даже смерть,
от ее изможденного тела исходило ощущение невероятной силы. Поначалу
Брэндель не понял, кто перед ним, но быстрый взгляд на склонившуюся в
уважительном полупоклоне Ину все прояснил: Келси!
- Твоя госпожа?
Молча кивнув, Ина осторожно положила останки голема на ближайшие кристаллы, грустя, но уже не рыдая.
Приглядевшись
к хранилищу тела Келси, Брэндель заметил, что исходящее от него сияние –
не просто свет, а плывущие вокруг руны. Поднимаясь к потолку, они
стремились куда-то ввысь, к покрытому сталактитами потолку.
«Там на потолке что, мифрил? А орнамент напоминает тот, что на полу в большом зале, но… странно это все».
И
тут он ахнул: получается, исходящее от кристаллов сияние поддерживает
Мана заключенных внутрь тел! И чего ради, скажите на милость, трем
настолько могущественным созданиям добровольно отказываться от жизней и
погребать себя под этими сводами?
О причинах их поступка можно
только догадываться, но при виде такого величия у Брэнделя перехватило
дыхание. Не удержавшись, он коснулся ближайшего кристалла из шахты –
«…прохладный, как мертвый…» – и перевел взгляд на вторую раку.
Внутри
застыл вооруженный мечом мужчина средних лет с резкими, словно
высеченными из камня чертами. Крепкий, но ловкий и очень, очень сильный –
даже с закрытыми глазами его присутствие давило.
«Словно стоишь у подножия скалы…»
- А это кто?
- Лучший фехтовальщик из всех, кого я встречала, предводитель здешних обитателей в то время, когда мы здесь только появились.
Но
Брэнделя этот персонаж уже не интересовал: переведя взгляд на третий,
самый дальний, кристалл, он уже не смог его оторвать. Ни разу в жизни он
не встречал столь ослепительной красоты: девушка, на вид не старше
восемнадцати лет, в платье из белого шелка с искусной вышивкой,
роскошном и на удивление современном, и несомненно подчеркивающем
высокий статус. И ткань, и распущенные белые волосы застыли в кристалле
словно разметавшись под порывом ветра, придавая ей сходство с
причудливым цветком. Все это создавало впечатление, что прекрасная
незнакомка жива, а время для нее просто остановилось. Казалось, еще миг –
и она откроет глаза, пробуждаясь от глубокого сна.
- Она тоже мертва?! – выпалил Брэндель, не подумав, но почти сразу же понял, каков будет ответ.
Обманчивое
ощущение движения могло ввести в заблуждение, но лишенное красок лицо
выдавало правду. Бледная, словно обескровленная, красавица в свой
последний миг сурово нахмурилась и сжала губы, словно борясь со смертью.
Ина кивнула.
Брэндель
и сам понял, что сморозил глупость: эти трое – явно современники, и
вместе нашли здесь вечный покой еще несколько тысячелетий назад.
«Только
вот не пойму: чем больше на нее смотрю – тем сильнее это странное
ощущение… Что-то есть в ней такое… знакомое. Не понимаю, каким
образом…»
И тут в голове у него словно распрямилась пружина.
Округлив глаза, Брэндель вгляделся в тонкие черты и находя все новые и
новые сходства… сначала – с малышкой Ромайнэ, потом – с ее теткой, а
еще, как ни странно – со старой и безобразной Бабашей!
- Ведьма… – само собой сорвалось у него с языка.
В памяти всплыло одно описание, всего лишь краткое упоминание: Ледяная королева, первая ведьма времен Золотой эры.
И тут все три кристалла одновременно взмыли вверх из шахты и зависли прямо перед гостями, словно чего-то ожидая.
Раздался низкий призывный гул.