Наступало утро: солнечный свет пробился сквозь облака, но не успел
разогреть холодный ночной воздух, и из ртов все еще вырывался белый пар.
В Трентайме наступала зима.
По горной долине шла группа пеших бойцов и всадников. Окруженные
насыщенной зеленью, издалека они почти сливались с ландшафтом, делая
общую картину почти чернильно-темной. Проглядывавшая из тумана то тут,
то там ярко-зеленая поросль на горных вершинах разительно
контрастировала с красками долины.
Всего в группе было тридцать человек, каждый вооружен и в полной броне, Явно не регулярная армия Ауина – наемники.
Единственные базы регулярной армии в Трентайме находились в
Паласе, и в северных горах Грэма, где ждала приказа рыцарская элита
Гродэна.
Пройдя по долине, воины зашли в лес через небольшой просвет на
опушке. Там их ждал еще один отряд, охранявший на вид павших духом
юношей. Заметив прибывших, они выжидательно подняли головы на их
предводителя, с виду дворянина средних лет.
Почти все неотрывно следили за его движениями, почти – кроме выделявшегося яростным взглядом молодого человека.
Дворянин, а это был ни кто иной как лорд Максен, ехал на любимом
коне. Черный жеребец с гладкой гривой был доставлен ему с севера и с тех
пор неразлучно следовал за ним во всех походах. Пускай скакун был уже
не так быстр, как раньше, привязанность всадника он сохранил в полной
мере.
[Прим. англ. переводчика: обращу внимание: имя лорда Максена –
Самюэль, но поскольку он возглавляет область под названием Максен,
официально обращаются к нему «лорд Максен»].
Подъехав к группе молодых людей, он безмолвно оглядел их.
Несколько дней назад он получил рапорт о мятеже в Фюрбухе.
Осторожный лорд не стал сразу бросаться к господину со всем войском, тем
более, что подчиненным феодалам было строго-настрого запрещено
приводить собственных солдат в столицу без приказа. Только убедившись,
что донесения точны, он приказал рыцарям собираться в поход.
Усадьба Максена находилась близко к Фюрбуху, так что его армия,
выдвинувшись утром, могла добраться туда уже к ночи. За ночь армия была
мобилизована, на следующее утро они уже были в пути, войдя в порт Гри.
Посланная вперед разведка доложила, что город не оккупирован, а до
ближайших деревень новости из Фюрбуха даже не доходили. Не обнаружил он
признаков мятежа и проехав еще десять миль.
Максен не удивился: по полученным отчетам, восстание организовала
всего лишь горстка наемников, и он не видел большой разницы между ними и
обычными бандитами, творившими в захваченном городе что душе угодно.
Он даже подумал, что заход в порт – скорее его паранойя, и можно
было обойтись и без этого. Только организованные силы, планирующие
захватить власть, могли посягнуть на порт, а он имел дело с кучкой
алчных разбойников, которые уже скорее всего скрылись с добычей, не
дожидаясь, пока его армия подоспеет и отвоюет город.
Сначала он опасался, что не обошлось без Мадара, ведь армия
немертвых уже давно рыскала вдоль южной границы, но последовавшие
рапорты его успокоили.
Ничего особенного, обычный мелкий бунт, и это мгновенно его успокоило.
Правда, хорошее настроение не продлилось долго: из доверенного
источника пришли следующие новости, приведшие его в недоумение и
заставившие собрать тридцать человек и выдвинуться в лес.
Его младший сын Карглис, тот самый юноша с дерзким взглядом,
выпрямился в светло-коричневом плаще, скрывавшем всю остальную его
одежду, но не видневшийся в складках меч. Из трех своих сыновей лорд
Максей был больше всего расположен к нему, в основном за
сообразительность и прекрасные навыки владения мечом. С другой стороны,
при всех вложенных усилиях юнец совершенно не хотел учиться, ленился и
проводил все время в праздности.
В конце концов, в попытке научить сына уму-разуму Максен отправил
его учиться в соседнюю провинцию, но все тщетно: тот не только не
изменил отношения, но и вернулся с кучей нелепых идей.
Узнав, что Карглис тайно бежал, взяв с собой подчиненных и слуг, он впал в ярость и приказал своим людям немедленно их схватить.
- Говори, – произнес лорд Максен наконец, гневно оглядывая его сверху вниз, – почему ты сбежал?
- Отец, но мне же скучно! – Карглис поднял голову, совершенно не обращая внимания на давление отцовского авторитета.
- Хмммм? А разве ты не хотел получить настоящий военный опыт? Ну
ладно, возьму тебя с собой в этот раз, но хочу, чтобы ты был со мной
честен.
- Военный-то? Да там кучка гражданских, кто это войной назовет…. –
слегка презрительно улыбнулся юноша, после чего посерьезнел, – что ж,
отец, а ты знаешь, что ходят слухи, будто принцесса Гриффин вернулась в
свои земли и собирает рыцарей?
Лорд Максен запнулся. Пускай он и был формально дворянином, но
мелкого пошиба, и не мог даже служить пешкой на политической шахматной
доске. Но слухи с севера до него несомненно доходили.
- А тебя это все почему заботит? – все же спросил отец.
- Конечно же заботит! – с волнением ответил сын, – предстоит
битва, в которой решится судьба королевства, и я решил сделать свой
вклад и получить свое, служа принцессе.
Лорд Максен никогда бы не ожидал от его сына таких амбиций, но для очистки совести разок попытался его отговорить:
- Глупости, ты в жизни не покидал Трентайма и вообще… ты хоть
знаешь, где эта принцесса на самом деле? А что сейчас творится в
политике?
- У меня свой путь, – полным уверенности тоном парировал Карглис.
Ответить лорду было нечего: его сын был умен, и мог на самом деле
найти в этом походе свой путь. И все же покачав головой и вытряхнув эту
мысль из головы, он продолжил настаивать, – да мне все равно, пускай у
тебя на самом деле свои «пути», но ты должен был сначала поговорить со
мной и убедить отпустить тебя в поход!
- Отец, ты же понимаешь, что навечно ты меня тут не удержишь, так
почему бы просто не благословить и не отпустить с рекомендациями к
кому-нибудь важному в Ауине? Титулы, которые твое поколение получило в
Трентайме – ваши личные достижения, и по мне – так настоящий рыцарь
должен добиваться своего в военных походах.
- Воен… Да ты хоть одну войну видел? – лорд Максен не смог
удержаться от подтрунивания над сыном. Сам он последовал за Гродэном в
молодости, еще будучи простым рыцарем, и все пройденные войны сделали
его циничным и осторожным человеком. Романтические и немного наивные
представления его сына о войне не вызывали ничего, кроме ухмылки.
«Но погоди-ка, моего сына учил всему лорд Палас, и пускай славой он не блещет, но точно самый опытный ветеран в Трентайме».
В горах Грэм лорд Палас защищал их территорию от нападений других
дворян, постоянно сражался с бандитами и иногда – даже с немертвыми с
юга. Периодические стычки с гражданскими были для него сродни прогулке, и
совершенно точно кто угодно в регионе признавал за ним огромный военный
опыт и строгую приверженность правилам.
Поразмыслив еще немного, он припомнил и то, что его сын сражался
там в спорах за территорию и вполне мог поднатореть в боевых действиях,
став не хуже его.
- Что ж, дам тебе шанс доказать мне на что ты способен.
- Как именно? – восторженно заглотил наживку юноша.
- Будешь мне помогать водном деле, докажи, что способен выполнить
задание – и я с чистой совестью тебя отпущу, – естественно, лорд Максен
имел диаметрально противоположное мнение на этот счет, но не хотел
терять время на споры и собирался разобраться с этим уже после окончания
предстоящей битвы.
«Может, к Паласу его потом отправить, раз уж он так любит войны?»
Несмотря на настойчивые слухи, что они с лордом Паласом не ладили, на самом деле все было далеко не так.
Впрочем, юноша почти сразу же раскусил замысел отца и, закатив голубые глаза, улыбнулся:
- Отец, эти люди – просто кучка неуправляемых гражданских. Зачем делать из мухи слона?
- Да ну? И откуда только такая уверенность? Обучение боевым
тактикам у лорда Паласа – не иначе! – лорд Максен тут же понял, куда
направить неуемную энергию сына, и подкинул идею, – а я слышал, что
главарь этих бунтовщиков – тоже молодой человек, прямо как ты, но ведет
за собой настоящих ветеранов наемников, причем умудрился подмять под
себя всех них, несмотря на их распри. А ты, с другой стороны, ничего
толком не делаешь, так почему бы не воспользоваться шансом и
продемонстрировать, на что ты способен? Укажешь ему на его место….
На самом деле, Максену не было дела до лидера взбунтовавшихся наемников: он просто хотел занять сына.
- Опять пытаешься меня отвлечь, но настоящего рыцаря так просто
сне проведешь, отец – сказал Карглис, но заинтересованное выражение лица
его выдало, – что ж, будь по-твоему, согласен, пойду посмотрю, что там
за зверь.
Максен сохранил нейтральное лицо, про себя посмеиваясь. И все же
самодовольство быстро сменилось мыслью, заставившей его вздохнуть: «Эх,
молодежь, слишком они импульсивны!»