Преодолев изначальное удивление, Босли быстро перешел к делу:
- Господин, возможно, беженцы и существуют, но большинство из них
– старики или больные люди. Сильные и молодые рабочие руки, в которых
вы нуждаетесь, нужны и дворянам, так что до них не добраться. Боюсь, от
беженцев вам пользы не будет…
- А готовность принять и потратить деньги даже на больных и
стариков доказывает нашу искренность и милосердие: здесь рады каждому. К
тому же, кто сказал, что среди беженцев нет дворян?
А еще вполне вероятно, что часть из этих работоспособных и
молодых не захочет расставаться с семьями, но кто из знати на это пойдет
– зачем кормить лишние рты? Женщин еще могут взять: они умеют и шить, и
работать на сборе урожая, да и вообще много чего. Но детям – будущему
этой страны – рад не будет никто. Никто, кроме нас.
У Брэнделя уже были далеко идущие планы на будущее Ауина, в
отличие от большинства в его поколении, поглощенного гражданской войной.
- В любом случае, я обо всем этом уже долго думаю, и больших
проблем не предвижу. Будущее этих земель – именно люди, и я собираюсь
преподать глупым дворянчикам, которые этого не понимают, хороший урок.
Потому и прошу зазывать к нам столько народу, сколько только сможешь, и
поскорее.
- Хорошо, допустим, люди будут, а чем их кормить?
До конца убедить Босли пока не получалось, хотя старик признавал в
душе, что новый подход к правлению Брэнделя уже завоевал сердца жителей
Фюрбурга. Великому мастеру не было дела до причин, стоявших за таким
поведением: будь то личная выгода или напротив – желание поступать по
совести – неважно. Зато одного он не хотел точно: чтобы все эти поступки
вводили в заблуждение. Нужно было сохранять ясность в голове, вплоть до
того, чтобы задумываться порой ночью: а вправду ли Львиное Сердце
избрало именно этого юношу?
Пока что он пользовался повсеместной поддержкой, и все чаще в его
адрес звучали хвалы и сравнения с мифическими героями прошлого.
Особенно одним – королем, оставшимся в истории фигурой с мечом в руке,
давшим перед своим войском вошедший в летописи обет.
Босли, впрочем, во все это верил с трудом.
- Да, провиант – проблема, но Великий мастер Босли, с каких пор
она стала твоей? – Брэндель с кивком окинул собеседника быстрым
удивленным взглядом.
- Нет, ну я-то из любопытства интересуюсь, – слегка смутился тот.
- Понимаю. Что ж, ну что до плана на этот счет – хммм, проблема
по-настоящему серьезная, и я это вижу. С другой стороны, одна мысль о
лишившихся дома и крова беженцах не дает покоя, и как бы тяжело не
пришлось, я считаю, что нужно сделать все от нас зависящее, чтобы им
помочь. Согласен?
Произнес все это он с достоинством и подчеркивая каждое слово,
сообразно моменту. Правда в глазах плясали веселые бесята, и старик
почувствовал, что его дразнят. Выйдя из себя, он выкрикнул:
- Ах ты… А ну завязывай по ушам ездить, прохвост, давай-выкладывай план как есть!
Девушки снова захихикали.
- Думаю, что с подспорьем вроде Шаффлундского рудника проблем не предвидится. По крайне мере, пока.
- Ну нельзя же полностью полагаться на покупку продовольствия! Не боишься эмбарго с севера?
- Во-первых, купцы в Ампер Сеале не все «купцы» как таковые, –
загнул Брэндель палец, – а во-вторых, северный флот все же пока
подчиняется принцессе, – за первым последовал второй, – конечно,
возможен и самый худший сценарий, но и сам Трентайм – не совсем уж
бесплодная пустошь, – третий.
У Брэнделя в рукаве был серьезный козырь – друиды – и насчет
сельского хозяйства волноваться не стоило: Элементалистами те всегда
были отменными.
Пускай сейчас казалось, что привлечь на свою сторону
придерживавшихся нейтралитета друидов – задача сложная, он уже расставил
на них сети. Тот самый уговор, который они заключили чуть ранее,
обязывал друидов защищать Фюрбург от любых войн, и это касалось и битв
за продовольствие для города.
Одна мысль об этом заставила Брэнделя улыбнуться во все две сотни акульих зубов.
- А еще я не понимаю, зачем тебе так много людей – Трентайм
весьма плотно заселен, и стоит его завоевать – создание армии не будет
проблемой…
Брэндель задумчиво потер лоб.
Пока что Босли попросту не понять, чего он добивается, и зачем. В
конечном итоге Брэндель хотел освоить всю великую Пустошь. Не
ограничиваясь ни королевством, ни Вальхаллой, он ставил себе цель
провести армию по Пустоши и присоединить ее к территории Ауина,
превратив его в могущественную империю.
Возможности и ресурсы для всех его планов можно было найти только на Пустоши.
«Возможно, однажды все они поймут, что стоит за моими поступками… если доживу, конечно».
- Великий мастер Босли, и все же, с каких пор ты настолько
переживаешь за мои земли? Возжелал вступить в мои ряды целиком и
полностью?
Босли громко закашлялся, подавившись слюной. Восстановив наконец дыхание, он поспешно затараторил:
- Ах ты шельмец, что удумал! Я же волнуюсь, что ты все пустишь по
ветру, и меня потопишь заодно со всей карьерой – нет, даже не так:
сведешь на нет все попытки принцессы вернуть силу этому королевству!
- Ну это, конечно, было бы странно – с чего бы? Ладно, не
заинтересован – и не надо, и зачем тогда поднимать совершенно не
касающиеся тебя вопросы? – слегка удивленно переспросил Брэндель.
- Ты на что намекаешь?
- Раз ты не собираешься и не заинтересован в том, чтобы
привлекать сюда беженцев, с чего бы поднимать вопрос с провиантом? Или
ты на место Амандины метишь?
Босли понимал, что над ним вовсю подтрунивают: да уж, парню,
несмотря на все выгодные отличия от остальных в его поколении, явно не
хватало уважения к старшим. И непохоже было, что он в ближайшее время
встанет на путь исправления.
- Ну я же не настолько бесстыдник, в отличие от господина: как
можно пытаться украсть должность у молоденькой девушки! Мы же с
Элементной ковки начали разговор, а тут ты…. Так, все забудь! Я тут
перед тобой объясняться не буду! – поняв вдруг, что все равно продолжает
оправдываться и все глубже роет себе могилу.
Решив сменить тему, он заговорил о другом:
- Ладно, твою просьбу я выполню, будет сделано, а теперь давай
вернемся к насущным проблемам. Доспехи по твоему запросу – не желает ли
господин проинспектировать?
- Хорошо бы, если можно, – кивнул Брэндель: полностью готовое
изделие его несомненно интересовало, но не смотреть же его не при всех! –
но не здесь: тут где-нибудь есть помещение, где можно уединиться и
поговорить без посторонних ушей?
- Одно с закрывающейся дверью есть, но к чему такая секретность? Замыслил что-то недоброе?
Брэндель хмыкнул.
Будь старик с ним полностью честен – зачем бы устраивать тайную
комнату? Не припомнив, что давал старому пройдохе на этот счет указания,
он все же не решился ему на это указывать: не стоило пылить по
пустякам. Вдруг этот упрямец еще всех их разгонит – придется уходить ни с
чем.
Босли провел троицу по пышущему жаром цеху, где вовсю кипела работа, и толчком открыл дверь в южную часть здания.
Брэндель тут же понял, что ошибался в своих подозрениях – Босли
имел в виду буквально то, что сказал: дверь с запором, а за ней – что-то
наподобие кладовки с местом для отдыха, видимо, его личного.
Места было немного: не больше десятка квадратных метров, и
половина из них была завалена многочисленными ящиками и бочками.
Отсчитав несколько ящиков слева, Босли остановился на нужном и, вскрыв
его ломиком, достал на свет божий странное изделие.
Доспех оно не напоминало даже отдаленно: скорее неудачную попытку или первую поделку подмастерья.
- Да ты погляди на это: как такое вообще можно носить? Металла аж
до шеи, вся голова непойми в чем – и как, кстати, эту самую голову туда
просунуть? Шея где? А торс и задняя пластина слишком близко друг к
другу – задохнешься же! Отверстия для рук и ног явно не на человеческое
существ рассчитаны, да и вес немаленький – тяжеловато будет на себе
такое таскать!
Босли и вправду пришлось тяжело – с трудом удалось даже достать доспех из ящика – но он тут же продолжил критику:
- Поспорить готов, что никто из рыцарей не сможет в этом ходить,
даже если все остальное сделать нормально. Попросту слишком тяжело!
Тяжело дыша, Босли наконец-то дотащил свою ношу до стола и с диким грохотом и скрежетом бросил как есть, подытожив:
- Ну погляди! Вот уверяю, все по твоему проекту, от и до, без
единого изменения, и ни один нормальный человек не в состоянии в таком
ходить! А ведь мы даже не один образец сделали: двести! Аж ДВЕСТИ штук!
Рассмотрев все как следует и даже ощупав, Брэндель просиял
довольной улыбкой. Воистину мастерство Босли превзошло все его ожидания –
тот и вправду оказался лучшим кузнецом во всем Ауине. Что ж, похоже,
свою славу и все сложенные во времена Второй войны Черной розы легенды
он заслужит.
О мастерстве автора можно было судить и по искусной выделке, и по
качеству брони – дело рук кузнеца не менее 60 уровня. Брэндель
ухмыльнулся, припомнив, как обычных НПС-кузнецов геймеры даже не
принимали в расчет. В глазах избравших небоевые профессии игроков,
быстро достигших в них невероятных высот, НПС попросту не заслуживали
внимания… за одним-единственным исключением: Босли. К нему буквально
через двадцать лет будут относиться как к сокровищу нации, со всеми
почестями и подобающим уважением.
Неудивительно, что Брэндель так и сиял улыбкой от уха до уха, разглядывая доспех, а в особенности – его создателя.
- Ты, шельмец, меня вообще слушаешь тут? – рявкнул Босли, ярость которого к тому моменту достигла новых высот.
- Ну конечно. Меня все полностью устраивает! – с кивком заключил Брэндель.
- Да я и сам поди вижу, и спрашиваю, с чего вдруг! – Босли чувствовал, что выдохся.
Разговоры с Брэнделем вообще утомляли: «Такое ощущение, что парень постоянно мыслями не с нами, будто витает в облаках!»
- Не изволь беспокоиться, буквально через мгновение все поймешь!
Просто я – не лучший кандидат на то, чтобы рассказать, что к чему.
- Да…? Чего? – смутился Босли.
И тут в дверь постучали. Не привыкший к тому, чтобы его беспокоили в комнате отдыха, старик нахмурился и проревел:
- Кого принесло?
- Я, великий мастер Босли… – хозяин голоса словно съежился от испуга.
- И каким чертом я должен понять, кто такой «я», придурок?! –
разозлился Босли еще больше, особенно при виде многозначительно
полуулыбки Брэнделя, – давай уже, выкладывай, чего надо, и лучше бы
причина была стоящая – а то мигом выкину из кузницы пинком под зад!
- Эммм… Я тут господина Брэнделя ищу…
Непонимающе заморгав, Босли с сомнением уставился на «господина Брэнделя»: тот только кивнул.
- Ну входи! – ответил Босли.
Дверь тут же открылась, показывая Морденкайнена в сопровождении утки-фамилиара и весьма странного незнакомца чуть позади.
Полностью укутанный в длинный халат гость явно не был человеком.
- Это что… гном?! – удивленно пробормотал Босли.