«И что они здесь делают?»
Брэндель решал пока просто понаблюдать: на подступах к их лагерю ауинские дворяне замедлились, явно тоже его изучая.
Вероятный лидер – слегка прихрамывавший мужчина средних лет, худощавый.
«Если верно припоминаю – граф Остин, из военного командования с
севера. Шестеро мужчин и две женщины чуть позади... Имен не припомню, но
наверняка найдутся члены королевского семейства, пускай и без реальной
власти».
Все как минимум – нейтрально настроенные, как максимум – из королевской фракции.
«Но что – то здесь не так. Хммм… Члены королевской фракции на
территории графа Ранднера – странно. Вместо них тут должны быть люди
Ранднера».
Брэндель и не догадывался, что лорд Обербек не только следит
практически за всеми его действиями с момента побега из крепости Риэдон,
и лично наблюдал за боем с Эбдоном. За ним уже давно установили
постоянную слежку.
Впрочем, отправленные в Темный лес дворяне об этом не знали, и
даже не представляли себе, кто Брэндель такой: их задачей был поиск
Львиного Сердца.
Граф Остин пребывал в уверенности, перед ним дворянин: настолько
исполненные достоинства манеры не изобразить, да и вид девушки рядом,
еще более собранной и чопорной, дополнил картину, добавив уверенности.
Если уж спутница у этого молодого человека в столь высокородную даму –
ошибок быть не может, перед ними дворянин.
Оглядев отдыхавших в лагере парней, Остин решил про себя, что это
сквайры, но присутствие ящеролюдов и эльфов заставляло засомневаться –
странное выходило сочетание.
Подойдя наконец к Брэнделю, граф начал с вопроса:
- Гражданин Ауина?
Брэндель кивнул, но решил не распространяться, понимая, что эти люди здесь не для дружеской беседы с земляком.
Ожидаемо и неизбежно, державшийся поблизости пухлый коротышка тут же вклинился в разговор:
- Тот самый предположительно дворянин?
- А вы сам-то – «предположительно дворянин»? – вернул Брэндель вопрос, подняв бровь в ответ на грубоватый тон.
Весьма характерный ломающийся голос коротышки помог припомнить, с
кем он имеет дело: известный дворянин-консерватор по имени Долант,
удачно состарившийся семидесятилетний мужчина, на вид – в расцвете сил.
Продолжительность жизни людей в этом мире намного превышала земную, да и
выглядел тот много моложе своих лет. Возраст выдавали только слегка
тронутые сединой волосы, впрочем, идеально причесанные.
Серебристого цвета форма тоже оказалась весьма узнаваемой:
обширную талию украшали три золотых листа. Ауинские графы получали три
серебряных сразу по вступлении в должность, а как золотой означал особые
заслуги перед королевством.
Пораженный тем, что его звание ставят под вопрос, Долант яростно взревел:
- Мне здесь доказывать свое звание нет нужды, ты, деревенщина
бестолковая! А ну отвечай! Это ты тут уже умудрился оскорбление
киррлутцской империи и навлечь неприятности на королевство!
Ответным взглядом Брэнделя можно было заморозить. Ублюдки
определенно пришли сюда показывать на него пальцем. Покачав головой про
себя, он в очередной раз поразился феноменальной глупости ауинской
командной верхушки.
- …Если ты спрашиваешь, не преподал ли я вчера кучке высокомерных
кретинов урок вежливости – ответ «да», – с сарказмом ответил он, – но
кто из нас двоих навлекает большие «неприятности на королевство» – еще
вопрос.
- Прекрасно! Признался! – проигнорировав реакцию Брэнделя, Долант
тут же ринулся в атаку, – послы из Киррлутца выразили протест. Если
тебе не передадут им в заданный срок – начнется война! Думаю, не надо
подсказывать, как ты должен поступить!
От услышанного Брэндель едва не расхохотался:
- Так мне предлагают добровольно сдаться? И ты правда решил, что это возможно?
- Это приказ, – ответила женщина средних лет в форме столичного административного офицера с эмблемой, на вид – Лантонранда.
- Приказ? И кого именно, позвольте узнать?
- Приказываем именем короля. Мы здесь по прямому приказу Его
Величества и выступаем в качестве его посланников на этих землях и несем
его волю. Тебе приказано сложить оружие и следовать за нами.
- А если я откажусь?
- Измена: ты подозреваешься в намеренном совершении действий,
которые могут вовлечь королевство в войну, и у нас есть все основания
тебя изгнать и сложить с себя ответственность! Ауин к этому не будет
иметь никакого отношения.
В этот раз чтобы сдержаться Брэнделю пришлось глубоко вздохнуть и
выдохнуть. Спокойно выдержать настолько демонстративное публичное
оскорбление он смог только благодаря опыту общения с дворянами в игре –
иначе все они уже давно бы попадали ледяными глыбами на пол. Оглядев
повнимательнее графа Остина, известного сторонника принцессы-регента и
высокорангового генерала северных армий, он обратился к нему:
- Граф Остин, а вы как военный офицер с этим согласны?
Тот не ответил, только слегка нахмурился. То, как Долант его
перебил, конечно, раздражало, но действия Брэнделя не пошли Ауину на
пользу, и это было в его глазах неоспоримо. Угроз войны от Киррлутца он
не боялся, но состояние здоровья короля побудило неугомонное и излишне
амбициозное дворянство к активным действиям, а вторжение Мадара добавило
им мотивов. Остин не видел другого выхода, кроме как выполнить
требования империи.
«Сплошное разочарование. А я-то надеялся, что будущему реформисту
найдется что сказать в мою пользу. Сама идея изгнания – абсурд! Неужели
они не в курсе, что на самом деле произошло? Сдаться – смерти подобно, и
с какой стати я должен это делать добровольно? Неужели это идея
Вероники? Нет, вряд ли. Просто потому, что… однозначно все это устроил
какой-то дворянский ублюдок их делегации, и не удивлюсь, если Киррлутц
за нами сейчас наблюдает» – размышлял Брэндель.
Пришлось признать, что и ауинские дворяне прогнили не меньше
остальных, и бороться тут не за что, так что он выбрал верный путь,
начав собирать собственные силы. С огромным трудом погасив гнев, он с
тенью улыбки на лице обратился к женщине:
- Так вы меня изгнать хотите?
- Это будет зависеть от твоего решения.
Не в силах больше сдерживаться, Брэндель презрительно
расхохотался в лицо этим шутам. На секунду даже мелькнула мысль достать
меч и показать им рукоять – просто, чтобы посмеяться на испуганным
лицами.
- Ну так чего же вы ждете? Идите, сообщите этим людям из Киррлутца, что меня изгнали. А что, вдруг они примут такой ответ?
Дворяне опешили. Они-то пребывали в полной уверенности, что
угроза изгнания тут же заставит Брэнделя сдаться. Послов из Киррлутца
такой исход точно не устроит: те утверждали, что Брэндель принудил
местного продавца совершить сделку и лишил члена императорского
семейства нужного предмета.
- Да он на арест напрашивается! – яростно проревел Долант и поднял руку, собираясь дать сигнал страже заняться наглецом.
Его люди – столичные рыцари, элита на службе у семейства Корвадо,
и им уж точно не составит труда заставить сдаться какого-то мелкого
дворянчика!
К тому же, понаблюдав за его сквайрами, он заметил, что
большинство парней – ровесники или даже моложе наглеца, так что какие бы
там ни были таланты, юнцы столичным ветеранам не ровня.
Присутствие нескольких эльфов его не останавливало тем более, как
и те ящеромонстры, на вид самые опасные из его приспешников. Пусть и
придется повозиться, но угроза войны с Киррлутцем того не стоила.
Вглядевшись в лица остальных, Брэндель убедился в верности своего
суждения: имперские послы явно не рассказали им всей правды – никто не
собирался останавливать рвущегося в бой Доланта.
- Что ж, да все присутствующие, похоже, всерьез собираются меня
сдать, пускай даже с применением силы? Ого, серьезный настрой! – со
смешком перебил он Долана.
- Естественно!
- Что ж, очевидно, никто из вас не в курсе подробностей вчерашнего происшествия: иначе вели бы вы себя совсем по-другому.
- Прекрати лгать.
- Лгать? – закатил Брэндель глаза, пожав плечами – да уж, тогда
продолжу: я совершенно точно не оскорбил единственную дочь герцога
Пестролистья, и не поставил ее в глазах присутствующих в неудобное
положение, а сама она не спровоцировала связывающее заклинание друидов,
да и вообще…
По мере того, как смысл его слов доходил до сознания графа
Остина, тот все больше округлял глаза. Похоже, все здорово усложнялось:
герцог тот славился настолько крутым нравом, что войну можно было
считать реальным вариантом исхода событий. А парень все не унимался:
- Но возможно, уважаемые господа могли забыть упомянуть, что я в
одиночку надрал задницы всему их отряду рыцарей – да так, что те еле
ноги унесли?
Собравшаяся было что-то сказать женщина открыла и закрыла рот,
ограничившись недоверчивым взглядом. Преукрашивания преукрашиваниями, но
надо же и предел знать!
- Ах да, ведь и графу Калленсу от меня досталось, а он вроде как
считается одним из выдающихся мастеров мечей в своем поколении. К его
несчастью, с моим заклинанием ничего сделать он не смог: не уверен даже,
что он выжил после ранения – сделав на мгновение паузу и добродушно
улыбнувшись, Брэндель добавил – что ж, надеюсь, шрама на лице у «рыцаря
цветов» не останется.
После этого, словно что-то припоминая, он задрал голову вверх и принялся задумчиво постукивать кончиками пальцев друг о друга:
- И вот еще: после графа была еще группа рыцарей, и, боже мой,
сколько же их там было! Имперских рыцарей! Все сплошь элита, столичные!
Думаю, свое поражение они запомнят надолго, я уж постарался. И еще, как
самый последний негодник, я посмел и чуть не убить их боевого алхимика!
Бедняга, всего четырнадцать лет – и уже гений, надо же как угораздило…
Слышал я, быть на хорошем счету у императора – та еще морока.
А под конец – самое худшее! Скорее всего, в этом моей вины больше
всего – та самая Вероника, командир Лазурного отряда, слышали о такой? И
вот, значит, пришлось нам с ней встретиться на дуэли, и тут я допустил
ошибку: не стоило угрожать ей жизнью герцогской дочери, чтобы заставить
отступить…
Разведя руками, он обезоруживающе улыбнулся:
- Вот поэтому я считаю, расскажи вам посланцы из Киррлутца все
это – неужели вы пришли бы меня арестовывать с этой горсткой стражи? Ну
удался бы ваш план, ну взяли бы вы меня под стражу – а дальше что? Кому
из всех этих униженных и оскорбленных будете меня сдавать?