Едва Гу Цзюнь начертил над головой Ван Жосян обратный спиральный треугольник, жёлтый тайный знак в его левой руке засиял.
И вдруг на бледном лице Ван Жосян впервые за долгое время появилось живое выражение.
Она болезненно нахмурилась и громко вскрикнула:
— А-а!
Дядя Яйцо немедленно докладывал в штаб. Цай Цзысюань вызвал к палате реанимационную бригаду. У Шиюй не сводила глаз с Гу Цзюня, следя за его духовным состоянием.
Но только он сам понимал, что сейчас чувствует.
Сознание будто провалилось в водоворот.
Нет.
В лабиринт.
Если бы можно было вынуть из мозга всю нейронную сеть, она оказалась бы сложнее любого лабиринта, когда-либо построенного человеком.
Теперь Гу Цзюнь словно оказался внутри этой структуры и должен был вытащить из неё заблудившуюся Ван Жосян.
Бесчисленные нейронные пути переплетались в клубок, и каждый вёл в другую сторону.
Как человеческая жизнь с её бесконечными возможностями.
Гу Цзюнь удерживал разум и вспоминал инструкции к знаку.
Но здесь была не жизнь.
Это пьеса.
А в пьесе всё всегда движется по одному заранее проложенному пути, к одному и тому же финалу.
Как бы ни бушевала сцена, у неё всё равно есть главный герой.
Человек, сошедший с ума из-за «Короля в жёлтом»…
И тут перед глазами всплыло уродливое лицо мистера Уайлда.
Глубокие следы от расцарапанной кожи.
Бледно-красные искусственные уши.
— Мистер Гу… Похоже, вы уже знаете, что грядёт царство Хастура. Знаете, что весь мир преклонится под чёрными звёздами небес Каркозы… Поэтому пришли выпросить себе хорошее местечко?.. Хотите спросить, разве я не умер? Почему после всего пережитого вы всё ещё цепляетесь за такое поверхностное понятие, как смерть?.. Вы любите кино, да? Люди умирают в фильме, но стоит включить запись снова — и они опять там… Хе-хе. Вы жаждете смерти? Только смерть даёт вам величайшую разрядку? Каждая новая дорога после очередной трагедии заставляет вас плакать от волнения? Так ведь?..
«Демон, убирайся. Я пришёл не спорить с тобой!»
Гу Цзюнь резко усилил давление.
Его духовное состояние теперь было даже сильнее, чем до установки PEEK-пластины в череп.
Мощный поток духовной силы хлынул вперёд, неся в себе силу Города Заката и тайну обратного жёлтого знака.
— Ш-ш-ш… — голос мистера Уайлда стал резким и хриплым.
Он напоминал тварь из подземелья, внезапно попавшую под солнечный свет. По всему телу словно вспыхнули ожоги.
Из царапин на лице потекла кровь, искусственные уши едва не отвалились.
— Мистер Гу… Вы правда этого хотите? Правда?.. Вы совершили глупый выбор. Хастур знает всё… Будьте осторожны… Осторожнее… Вы идёте к гибели…
Гу Цзюнь не поколебался.
Существ, которые советовали ему «быть осторожнее», и так накопилось слишком много. Одним больше — ничего не меняет.
— Каждый смертный идёт к гибели. Я тоже. Только предпочту умереть от старости лет через сто.
И тут он увидел сцену.
В невидимом пространстве рука будто ухватила фигуру Ван Жосян.
Гу Цзюнь резко потянул её обратно.
— Староста, пошли!
— Гу Цзюнь?.. — Ван Жосян всё ещё была словно во сне, медленно просыпалась, но уже понимала, что происходит. — Опять ты меня спас.
— Дядя Яйцо сам сказал: такова работа врача… — Гу Цзюнь тащил её прочь, вверх, к сцене, к прорехе в занавесе. — Спасать людей — наш долг!
Одновременно обратный жёлтый тайный знак в его руке вспыхнул особенно ярко, рассыпался порошком и исчез.
Сердце Гу Цзюня судорожно сжалось.
Картина перед глазами снова стабилизировалась.
Он тяжело задышал.
Духовные силы были израсходованы больше чем наполовину.
— Богач Цзюнь, ну как? — встревоженно подступил Цай Цзысюань.
За дверью уже ждала реанимационная бригада. Сердечно-лёгочная реанимация, ЭКМО — подготовили всё.
— Дядя Яйцо, если что, ты делаешь массаж сердца, — сказала У Шиюй. — А я искусственное дыхание.
— Всё… нормально… — Гу Цзюнь снова глубоко вдохнул. — Пока не понадобится.
А Ван Жосян сидела на кровати.
В её глазах постепенно возвращался живой свет.
Она моргнула.
Потом ещё раз.
Дыхание перестало быть слабым, бледность сменилась здоровым румянцем.
Жизненная энергия возвращалась.
Ван Жосян покачала головой, оглядела всех четверых и наконец прошептала:
— Йитианцы ошиблись… Йитианцы ошиблись…
Глаза слегка увлажнились.
Только теперь она позволила себе почувствовать радость победы.
У Шиюй подошла, положила руку ей на плечо и провела синестетическую проверку.
Нос сморщился, брови поднялись.
— Формалин… Оригинал. Пахнет правильно!
После её окончательного вердикта палата взорвалась радостным смехом.
Дядя Яйцо громко ликовал. Цай Цзысюань с чувством процитировал:
— «Не пройдя мороз до самых костей, не услышишь аромата цветущей сливы».
Гу Цзюнь тоже не мог сдержать эмоций.
Город Заката.
Фонд Рэндольфа Картера.
На этот раз — огромное спасибо.
Новость о пробуждении Ван Жосян быстро дошла до руководства. Дядя Тун, Яо Шинянь и остальные были вне себя от радости.
Давняя туча над их головами наконец рассеялась.
Но дело было не только в спасении одного человека.
Это лишь начало.
Мир Небесной Тайны установил связь с межмировой человеческой организацией — Городом Заката и Фондом Рэндольфа Картера.
В темноте появился свет.
Не свет рассвета.
Не ослепительное полуденное солнце.
Свет заката.
Возможно, скоро он погаснет.
Но пока тьма ещё не наступила, этот свет продолжает сопротивляться и защищать.
После пробуждения Ван Жосян, разумеется, прошла стандартные проверки.
Проблем не обнаружили.
Она действительно оказалась в другом мире «Короля в жёлтом».
Но в отличие от Гу Цзюня и Юй Чи, Ван Жосян успела прожить один и тот же сценарий 1003 раза.
Что бы она ни делала, как бы ни сопротивлялась, сила пьесы каждый раз исправляла отклонения.
Сначала начало.
Потом сюжет.
Потом финал.
А затем всё начиналось снова.
Тысяча повторений безумной трагедии стали бы чудовищной пыткой для любого человеческого разума.
Перед тем как Гу Цзюнь вытащил её, Ван Жосян уже находилась на грани полного психического краха.
Она начала сомневаться даже в собственной личности.
И теперь ощущение не исчезло мгновенно.
Как говорил Цай Цзысюань: Чжуан Чжоу снится бабочка или бабочке — Чжуан Чжоу?
Потребуется время, чтобы это ушло.
А может быть, когда-нибудь среди ночи она всё равно внезапно проснётся в холодном поту.
На следующий день после её пробуждения Гу Цзюнь встретился с дядей Туном и другими руководителями по другому вопросу.
«Секретный свиток техники Опор разума».
Эта техника способна изменить устройство мобильных оперативных групп, состав команд и сам способ, которым люди объединяют духовные силы.