— Причина, по которой соглашение здесь вообще не действует…
Хорсе уже разворачивала ладонь, готовясь в любой момент ударить по шее Эллы.
— В нём есть пункт: если Эгенир сам этого хочет.
Эгенир Талфон.
Причина, по которой он до сих пор не увеличивал число женщин вокруг себя добровольно, была проста: слишком часто они появлялись рядом с ним вопреки его желанию.
Именно поэтому женщины и заключили между собой соглашение — словно делили уже переполненный пирог колонии.
Хорсе остановила руку.
— Ты хочешь сказать…
Элла ответила уверенно:
— Да. Эгенир сам захотел.
Вот и всё.
— В этих словах нет ни капли лжи?
Строго говоря, мелкие исключения существовали. Та же Эртина однажды давила на него угрозой рассказать остальным. Но Элла, по-геройски смотревшая только на основной смысл происходящего, такими деталями не заморачивалась.
— Нет.
— Тогда должна быть причина.
Хорсе знала характер Эгенира. Он умудрялся считать выгоду и потери даже в самые неподходящие моменты. Безопасность прежде всего.
И именно ради такого человека они когда-то заключили соглашение.
Но если Эгенир действительно сам захотел близости — условия не применялись. Не женщина подошла к нему, а он выбрал её.
— Как…
В глазах Эллы не было лжи, и теперь уже Хорсе начала проваливаться во внутренний тупик.
«Зелье? Нет. Эгенир уже мастер меча, обычные препараты на него не подействуют».
Она сама раньше пробовала разные хитрости — возбуждающие средства, духи, прочее. Почти безрезультатно.
Оставалось одно.
«Предпочтения?!»
Хорсе быстро огляделась.
Что было иначе? Что изменилось? Что могло сделать Эгенира инициативным?
Но видимых подсказок почти не осталось. Одежда после недавней ночи была разорвана и выброшена, обстановка сообщала слишком мало. По постели можно было лишь понять, что они действовали привычно.
Этого было недостаточно.
— Кхм!
Элла стояла с видом победителя.
И внезапно в глазах Хорсе она поднялась куда выше обычного.
Хорсе всегда признавала силу Эллы, но считала её политически простоватой. Сесилия была умна, но постоянно завалена работой. Эйсиль слишком склонна жертвовать собой. Используя слабости остальных, Хорсе понемногу строила ситуацию, в которой могла бы незаметно приблизить Эгенира к себе.
А теперь перед ней стояла Элла — уверенная, спокойная, будто человек с более высокой ступени.
«А…»
Праведник.
Теперь Хорсе почти понимала, почему Эллу называют возвращением Героя.
И всё же одно было непостижимо.
«Дура набитая».
Она правда собиралась добровольно раскрыть сопернице секрет, позволивший Эгениру самому проявить желание?
— Но…
Элла посмотрела с сомнением. Почти как старшая наставница: «А ты вообще справишься?»
Это особенно раздражало Хорсе. По возрасту она была старше Эллы на два года и куда опытнее. За спиной Эллы стояли Эртина и младшая на год Мелиха, бросившая Академию, — и всё равно Элла смотрела сверху вниз?
— Я… я сама…
Лицо Хорсе задрожало.
— Ты хочешь сказать, что мне чего-то не хватает?
— Судя по тому, что вижу сейчас, да.
— Почему?
Хорсе отчаянно хотела узнать.
Ей хотелось просто разрубить всех соперниц и, когда Эгенир вернётся, заявить: «Назойливых свиней больше нет, теперь смотри только на меня».
Но это было не то, чего хотел Эгенир. Он и без того часто чувствовал рядом с ней неудобство.
— Скажи…
Слова шли с трудом.
Просить секрет у соперницы означало растоптать собственную гордость.
Но из-за Эгенира — и из-за спокойной уверенности Эллы — Хорсе пришлось уступить.
— Расскажи. Чего мне не хватает? И что это за секрет?
Элла удовлетворённо улыбнулась, почти как когда-то великий командир, перед которым наконец преклонил колено упрямый солдат.
— Поверь.
Будто за её спиной вспыхнул ореол Героя.
.
Грохот постепенно стих.
— Кх-х…
Эгенир чувствовал себя почти как в тот раз, когда обрушился особняк. Тогда он хотя бы был Чоэгэниром, а сейчас держался в основном за счёт маны.
Он пробился сквозь землю наверх.
— Чуть не сдох!!!
Весь в грязи, с Хериной и Мятежным демоническим мечом на руках.
— Эй! Зять! Дышать нечем! Вытащи меня уже!
Шерден застрял ниже. Сначала он помог выбраться Эгениру с двумя женщинами, а теперь протягивал руки сам.
— Подождите, осмотрюсь.
Подземелье всё-таки не было совсем уж халтурной постройкой. Нижняя часть обвалилась, но пространство сверху сохранилось.
— Вроде нормально.
Эгенир посмотрел вниз на Шердена.
— Ну?
— Вы ведь, когда я чуть не умер, стояли и ржали?
— …
— Возраст уже солидный. Может, сразу оставить это место под семейную могилу?
— АХ ТЫ ПСИХ!!!
— Шуток не понимаете? Не надо было тогда так на меня смотреть.
— Это сейчас не шутка! Я реально сдохнуть могу! Тащи меня, ублюдок!
Шердену пришлось расширить яму Третьей Рукой, прежде чем его огромная туша наконец протиснулась.
— Фух…
Только он выдохнул, как Херина резко вскрикнула:
— Ч-что произошло?!
— Быстро очнулась.
— Ученик! Где ты?!
— Тут.
Мятежный демонический меч тоже пришла в себя и сразу схватила Эгенира.
— Почему всё развалилось?!
— Потому что строители тут, похоже, были рукожопыми.
— Ничего подобного! — возмутился Шерден.
Но главным оставался другой вопрос.
Что произошло с Безымянным мечом?