Дневник наблюдения за Эписто.
Испытуемая… становится немного странной.
Точнее, она будто начинает воспринимать вообще всё происходящее как часть собственного удовольствия.
Такого Эгенир действительно не ожидал.
— Эй.
— Да, господин.♡
Эписто слегка опустила голову, будто смущаясь.
Если это всего лишь актёрская игра, то её талант действительно соответствует уровню великого демона.
Но за все прошлые циклы Эписто ни разу не проявляла подобной актёрской манеры.
Наоборот, это она вытягивала наружу чужие настоящие желания и вела людей к падению.
«Странно».
Что именно вызвало эту перемену?
Она медленно опустилась на колени перед Эгениром и просто ждала, когда тот расстегнёт брюки.
— Господин… сегодня я постараюсь слушаться ещё лучше…
— Не «постараешься». Будешь.
— Да.♡
Эгенир вытянул ногу.
Эписто тут же обеими руками обхватила её, словно самую драгоценную вещь в мире, и начала целовать.
Для простого знака подчинения это выглядело уже… слишком похоже на отдельный фетиш.
— Господин.
— Что?
— Могу ли я… своим ничтожным и грязным языком вылизать священные ноги господина, включая пространство между пальцами?
Вот это уже было сильно дальше ожидаемого.
Хотя с точки зрения исследования — результат впечатляющий.
Значит, существует какая-то сила, способная заставить даже постоянные оскорбления и давление превращаться для неё в удовольствие.
«Если бы я раньше знал, может, стоило попробовать нечто подобное и на других женщинах».
Эгенир почти всегда изображал идеального доброго мужчину, поэтому таких случаев раньше попросту не видел.
Да и большинство женщин вокруг него находились на уровне, где попытка грубо обращаться с ними могла закончиться моментальным ответным «воспитанием».
— Можешь.
— Да!♡ Огромное спасибо, господин!♡
Эписто тут же высунула язык и медленно начала вылизывать его стопу и пространство между пальцами.
Одновременно одна рука сама поползла под юбку.
— Кто разрешил тебе трогать себя?
— Ха… ха…♡ Но… но…
— Оправдываешься?
Хлоп!
Эгенир решил пока продолжить процесс.
От удара Эписто издала сладкий стон, и у него мелькнула мысль: точно ли стоит идти дальше?
— Встань.
— Да…♡ Мой милосердный, благородный и самый великий господин во всём мире…♡
Похоже, особенно заметная перемена началась после того, как он однажды надел на неё форму горничной, рассчитывая унизить этим.
До того изменения шли постепенно.
Но потом Эгенир решил ударить по гордости великого демона — фактически аристократа среди демонов — словами: «Даже это для такой женщины, как ты, слишком роскошно», и заставил её надеть короткую форму горничной, предназначенную скорее для эротической игры, чем для настоящей работы.
И получил совершенно противоположную реакцию.
[Спасибо, господин!♡]
Глаза Эписто чуть ли не превратились в сердца.
После этого, стоило ей увидеть Эгенира в этой форме, слово «господин» стало почти обязательным окончанием любой фразы.
Сначала он решил, что это хитрость: вызвать в нём вину или дискомфорт, чтобы тот перестал внимательно следить за её состоянием и скрытыми планами.
Но потом…
[Господин…]
[Что?]
[Могу ли я признаться благородному господину в своём проступке?]
Эписто, которая становилась всё страннее, опустилась на колени.
[В чём?]
[Я… осмелилась задумать сопротивление наказаниям и наградам, которые дарует мне благородный господин…]
[Сопротивление?]
[Да… В моей маске существует дополнительное хранилище маны.]
Результат оказался намного значительнее, чем ожидалось.
Она сама рассказала: у человека дополнительным центром может быть область лба, а у демона — рога. То есть существует ещё одно хранилище маны, о котором обычные люди почти ничего не знают.
Эгенир воспользовался её информацией и начал осваивать дополнительный маршрут маны.
А когда Эписто после признания заявила, что совершила смертный грех и попыталась ударить себя по щеке…
[Кто позволил портить чужую собственность?]
[Что?]
[Твоё тело не твоё. Моё.]
Хлоп!
Он снова ударил её по ягодице.
[Только я решаю, что можно повредить в принадлежащей мне вещи.]
[А-а…♡]
После этого Эписто окончательно превратилась во что-то похожее на яндере, но очень странную яндере.
Она буквально спрашивала разрешения на всё.
[Господин…]
[Что?]
[Это… безумное и грязное тело желает справить малую нужду…]
[……]
Тогда Эгенир чуть не раскрыл рот от удивления.
[Моё ничтожное тело осмеливается хотеть мочиться прямо в присутствии господина. Прошу наказать меня…]
Она даже улыбалась и подставляла щёку, будто разрешая ударить.
[Иди и пописай.]
[Но это грязное тело может испачкать благородную одежду, которую дал господин…]
Даже форму горничной, которую он изначально дал исключительно ради унижения, Эписто теперь считала святой ценностью.
Она боялась снять даже бельё без разрешения.
Правда, когда обслуживала Эгенира, рука сама иногда тянулась туда, но и за это она немедленно просила наказания за «неверность».
В итоге Эгениру пришлось самому снять с неё бельё и даже присутствовать, пока она справляла нужду.
И после этого он наконец понял суть изменений.
«Крайняя трансформация… в итоге основана на удовлетворении».
Страшный вывод.
Если все этапы ведут к удовольствию, то постепенно каждый этап тоже начинает восприниматься как удовольствие.
То есть если женщина в итоге достаточно удовлетворена, она начинает учиться воспринимать все действия Эгенира — его «игры», если это вообще можно так назвать, — как элементы одного процесса.
Эписто всё сильнее привыкала к удовольствию и перестраивала значение любых его действий в своей голове.
«Блядь».
Дерьмовый результат.
Эгенир хотел не превратить вообще все этапы в удовольствие. Ему нужна была реакция на подъём и падение симпатии: месть, сопротивление, разрушение психики.
Но Эписто будто действительно «пала»… только глаза у неё при этом были такие, словно она, наоборот, получила спасение.
— Накажите меня! Господин! Накажите это ничтожное тело!♡
Она сама выпятила ягодицы, умоляя о наказании.
Если считать всю цепочку происходящего разновидностью секса, то Эписто просто постепенно превращалась в человека, одержимого сексом.
Как в предупреждениях о том, что постоянный просмотр экстремальной порнографии способен сделать обычный секс недостаточно стимулирующим.
Теперь Эписто сама стремилась получить наказание ради следующего, более сильного стимула.
Настоящая собака Павлова.
Наказание — потом член.
Не это он собирался изучать.
Хлоп!
Он ударил сильнее.
— А-а-а!!!♡
Эписто обмякла.
И когда Эгенир достал член, она тут же бросилась к нему, осторожно убрав зубы, и приняла в рот.
«Вот же…»
Пиздец.
Чем это теперь отличается от того, что он просто идеально прокачал симпатию одной мазохистки?
Он даже не ожидал, что может таким образом сформировать эрогенные реакции.
«Хотя если смотреть с хорошей стороны, я создал женщину, которая идеально слушается…»
Но увеличивать число женщин ещё и таким способом Эгенир не собирался.
К тому же формально она всё ещё демон. Считать её «своей женщиной»? Как-то не укладывалось.
Но когда она смотрела на него глазами спасённого верующего, чувство вины начинало расти даже несмотря на её демоническую природу.
— Мана господина! Член господина! Какая священная…♡ М-м-м!!!♡
Как Эписто и говорила, исключительно чистая мана Жарочлен-ветра и Громочлен-ветра постепенно очищалась и собиралась в её маске.
Исходная демоническая энергия уже почти полностью исчезла.
Вместо неё маска и весь внутренний цикл энергии всё сильнее заполнялись маной Эгенира.
— Эй.
— А-а!♡
Он схватил Эписто за волосы и приподнял.
Она от одного движения будто снова достигла оргазма, и ткань под короткой юбкой заметно намокла.
— Да…♡ Господин…♡
— Сейчас тело работает на моей мане?
— Да…♡ На священной и благородной мане господина…♡
— А твоя демоническая энергия?
— Моя грязная и нечестивая прежняя сила полностью уничтожена… Сейчас я смываю падение этого тела одеждой и энергией, которые позволил мне господин…♡
Ну как после такого её просто выбросить?
Эксперимент фактически дал результат и провалился по исходной цели. По логике Эгениру следовало прекратить его и убить испытуемую.
Но взгляд, которым она смотрела на него как на божество, выращивал чувство вины всё сильнее.
«Ладно. Если всё равно убивать…»
Пусть хотя бы получит то, чего так хотела.
С этой мыслью Эгенир стянул с неё бельё.
— Г-господин?!♡
Эписто выглядела ошеломлённой.
— Повернись.
Смысл был понятен.
Из её глаз даже покатились слёзы от переполнявшего восторга.
— Н-наконец-то… я смогу принять печать господина своим телом?♡
— Да.
— А-а-а!!! Спасибо! Правда, правда огромное спасибо, господин!♡
Эписто чуть не ударилась лбом об пол, кланяясь.
И от этого у Эгенира снова неприятно заныло в груди.
«Нет. Всё равно потом надо убить».
Если перерезать ей горло в момент самого сильного экстаза, может быть, даже жаловаться не станет…
Он посмотрел на открытые ягодицы и мокрую между ними щель.
Хлюп.
Эгенир медленно провёл членом между складками.
Одного касания оказалось достаточно, чтобы Эписто снова задрожала и выплеснула влагу.
— Простите!!! Моя грязная жидкость попала на тело господина!!!♡
Она тут же задвигала ягодицами, словно снова просила наказания.
Сегодня Эгенир решил хотя бы один раз сыграть по её правилам и легко хлопнул ладонью.
Кожа уже заметно покраснела, а возбуждение только усиливалось.
Долгая подготовка ей действительно была не нужна.
Эгенир вошёл.
— А-а-а-а!!!♡
Короткая форма горничной, бывший великий демон Эписто.
В итоге она пала настолько далеко, насколько только возможно, и сама превратилась в покорную рабыню, выставляющую ему тело.