«Ты меня разочаровываешь, дитя», — бросил Виндсом через плечо, когда мы вышли из комнаты в коридор. Стражников, которые были там раньше, уже не было. Не знаю где, да и какая разница. «Я говорил тебе не проявлять неуважения к нашему Лорду, а ты поступил именно так, да ещё и выставил меня дураком».
«Эй, ты не смог раскусить мой трюк с клоном. Это не моя вина, а твоя», — сказал я ему, ускоряя шаг и идя рядом с ним. «И я не так уж плохо себя там вёл. Просто говорил с ним, как с другом, вот и всё».
«Вы не друзья. Он наш Король. Ты никогда не станешь его другом, никогда не будешь ему ровней. Тебе повезло, что идёт война и твой континент в тебе нуждается, иначе тебя бы убили при первой же возможности», — Виндсом сердито посмотрел на меня.
«Если бы не было войны, меня бы здесь и не было», — ответил я. «Кто такой Энон?»
Мы с Виндсомом шли в тишине, он не отвечал. Мы завернули за угол, и тогда он наконец заговорил. «Энон из клана Экклея, из расы Левиафанов».
«О, раса Левиафанов, интересно. Это будет весело», — произнёс я. Не думаю, что в романе был персонаж-Левиафан. Даже не знаю, чего ожидать. Как он будет выглядеть? Это потрясающе.
«С Эноном тебе лучше вести себя прилично, он… не так снисходителен», — сказал мне Виндсом. Какой ещё асура был таким уж снисходительным? Он это о том, что лорд Индрат меня не убил? «Энон — сильный воин расы Левиафанов, мастер, использующий ману воды, прямо как ты».
«Я так и подумал». Разве левиафан в сказках не был морским чудовищем или кем-то вроде того? «Я буду вести себя лучше. Прости за то, что было раньше. Просто… я не знаю… извини. Я правда не хотел никак реагировать, но не сдержался».
«Тебе одиннадцать лет, так что это понятно, и всё же я считаю, что ты должен был вести себя лучше», — произнёс Виндсом серьёзным тоном. «Ты такая доминирующая фигура в войне, а вне битвы ведёшь себя как обычный ребёнок».
«Э-э-э», — протянул я. Не думаю, что я всё время веду себя как ребёнок вне битв, но я понимаю, о чём он. Я не могу винить во всём Волю Змея, хотя при желании мог бы.
Наконец мы подошли к двери. Уиндсом постучал, и громкий старческий голос крикнул нам. «Чего тебе ещё!» Этот асура звучал как старик. Виндсом открыл дверь и вошёл внутрь.
«Энон, я привёл мальчика». Я последовал за ним в комнату. В кресле сидел мужчина. У него было такое же хрупкое телосложение, как у лорда Индрата — не толстый, не худой. У него были длинные белые волосы со светло-голубыми кончиками. Также у него была довольно длинная белая борода, а глаза были светло-голубыми. Когда он встал, то оказался примерно одного роста с Виндсомом.
«А-а», — проворчал он, осматривая меня. «Один из мальчишек, что должен одолеть Вритру… интересно. Я не чувствую в нём Змея». Почему он говорит о Воле Змея? «Виндсом, ты уверен, что это он?»
«Это его клон». Мы с Виндсомом стояли в пяти ярдах от Энона, а он продолжал. «Можешь показать ему, что хотел. Я вернусь через двадцать минут, большего ты не получишь».
«Я думал, я здесь на два дня?»
«Уже нет», — ответил Виндсом. Вероятно, потому, что я не принял сделку лорда Индрата целиком, а согласился лишь частично. «Энон, проследи за его поведением, ему одиннадцать».
«Уходи, Виндсом», — сказал Энон. Виндсом кивнул, затем бросил на меня взгляд и вышел, оставив нас с Эноном наедине. «Вирион Лейвин, дитя, способное управлять кровью, укротитель зверя с Волей Змея… ты весьма занимательная личность, с которой я должен был познакомиться».
«Спасибо, сэр Энон. Я услышал о расе Левиафанов где-то час назад, но приятно с вами познакомиться», — сказал я, стараясь не показаться грубым. Я не знаю, кто такой Энон, так что могу попытаться быть с ним вежливым. «Вы хотели мне что-то показать?»
«Не совсем», — сказал Энон своим старым, усталым голосом. «Дело в твоей Воле Змея. Я знаю, что ты клон, что для меня вообще отдельная загадка, но это неважно». Энон начал расхаживать передо мной. Я стоял неподвижно и наблюдал. «Судя по твоим словам, ты не знаешь, что Змеи — потомки расы Левиафанов».
Мои глаза расширились. Этого следовало ожидать. «Так значит, Змей — это как Виверна?»
«Да», — ответил он, но прежде чем он успел продолжить, я добавил.
«Но ядро Змея, которое я получил, было всего лишь S-класса. Разве потомок асуры не должен быть сильнее?» Думаю, это был резонный вопрос.
«Полагаю, ты убил молодого Змея, чего я, прямо скажем, не одобряю». Я собирался сказать ему, что это сделала Сильви, но он не дал мне такой возможности. «Я слышал, ты можешь получить доступ к двум фазам своей Воли, но раз Змей — наш потомок, думаю, тебе следует знать, что существует три фазы».
Я никак не отреагировал. Я не был уверен, существуют ли три фазы, теперь знаю. Но, зная больше о Змее, это имеет смысл. «Я так и думал, но вы хотите сказать, что я могу получить к ней доступ, не убив себя?»
«С чего бы доступ к третьей фазе должен тебя убить?» Он посмотрел на меня с недоумением, я посмотрел на него с таким же недоумением. Я думал, наши тела не могут выдержать такую мощь, поэтому Артур в романе чуть не умер. «Пока ты не будешь находиться в третьей фазе слишком долго, ты должен быть в состоянии её использовать».
«Оу», — я опустил взгляд. Погодите-ка, Артур в романе чуть не умер только потому, что слишком долго был в третьей фазе? Я не помню всех деталей, но это бы многое объясняло. «Неважно, я думал, что если третья фаза и существует, я не смогу оставаться в ней по состоянию здоровья».
«Что ж, это правда. Я бы сказал, что с твоим телом Меньшего у тебя будет доступ к ней где-то на, не знаю, пять-десять минут, может, меньше». Это логично, и с этим можно работать. Интересно, похоже, у меня теперь есть чего ждать. «Знаешь, мне говорили, что ты наглый, дурно воспитанный ребёнок, а ты стоишь здесь и не кажешься ни наглым, ни кем-то в этом роде».
«Это потому, что я стараюсь быть хорошим мальчиком», — саркастически ответил я, и Левиафан улыбнулся.
«Ну так вот», — сказал он. «Твоя третья фаза разрушит твоё представление о том, что можно делать с водой. Мощь, которую ты получишь, будет на совершенно ином уровне. И, насколько я знаю, именно так ты и управляешь кровью, верно?» Я кивнул. «Что ж, тогда в третьей фазе твоя магия крови станет ещё сильнее».
«Если бы я знал это, чёрт, я мог бы его убить», — я представил, что если бы активировал третью фазу против Каделла, то смог бы дать ему куда более серьёзный бой. «Но тут есть другая проблема: очевидно, мне нужно ещё сильнее сблизиться со Змеем, а это даст ему больше контроля над моим разумом, и порча распространится».
«Я об этом забыл», — сказал Энон. Довольно важная деталь, сложно забыть, но он меня не так уж хорошо знает. «Я бы сказал так: ты сможешь использовать её один раз, прежде чем окончательно сойдёшь с ума. После первого раза эта сила сломает тебя, если ты попытаешься использовать её снова. И даже после первого раза ты уступишь ещё часть своего разума».
«Вот оно что. Какое разочарование, даже использовать нельзя». Теперь это мой козырь. По крайней-мере, я знаю, что если придётся отступать, у меня будет это в рукаве, чтобы выбраться из любой ситуации. Ну, из большинства ситуаций. «И какой смысл был мне это говорить? Я не смогу её использовать. Вот если бы лорд Индрат дал мне лекарство, тогда да».
«Не буду задавать вопросы по поводу этого заявления, но это не единственное, что у меня для тебя есть», — сказал он, отступая от меня. «Ты — Меньший, я это знаю, и может я и старая карга, но я бы с удовольствием посмотрел на падение Вритры», — он склонил голову набок. «А может, и некоторых других. Так что тебе следует знать, какой силой ты обладаешь».
«Я думал, что знаю», — я не понимал, о чём он говорит.
Левиафан покачал головой. «Нет. Если я прав, ты, вероятно, соединился с волей зверя, сосредоточившись только на использовании её для управления кровью. Судя по отчётам Виндсома, ты не используешь магию, которой обладает Змей».
«А?» — вопросительно произнёс я, несколько ошеломлённый его словами. «Погодите». Я понял, о чём он. Во время ассимиляции я впервые тренировался с магией крови со старейшиной Вирионом в Зестире. «Вы хотите сказать, что я до сих пор не использовал силы Змея?»
«Именно это я и говорю», — я ошарашенно посмотрел на него, чувствуя себя немного глупо. «Да, твоя связь с маной воды усиливается, и это, по твоим словам, делает тебя сильнее в магии крови, но ты не используешь способности, которые идут вместе с Волей Змея».
«Я чувствую себя полным идиотом», — сказал я, глядя в потолок.
«В какой-то степени так и есть». Я снова посмотрел на него. «Но я понимаю, почему ты никогда этого не делал. С твоей магией крови тебе это не нужно. Однако однажды может понадобиться, и будь у меня больше времени, я бы помог тебе это понять, но, к сожалению, лорд Индрат отклонил моё предложение».
«Пф, ещё бы», — я покачал головой. «Он не хочет, чтобы я становился слишком сильным, это очевидно. Ну, я и так это знал».
«Это я тоже не буду оспаривать», — сказал Энон. «Слушай, у меня мало времени, так что позволь кое-что объяснить. У тебя есть доступ к силам Змея, тебе просто нужно понять, как их контролировать». Я даже не знал, что это за силы. «Силы у всех разные, так что я не могу сказать, какими они будут, но они связаны с маной воды».
«А способность управлять погодой может быть силой? Однажды во время битвы мне удалось поддерживать постоянный туман. Ничего особенного, но радиус был большой». Я думал о своей битве с Каделлом, когда пытался направить ману воды в его кровь.
«Нет, но способность контролировать ману воды в такой степени — это заслуга Змея, однако это не его способность», — сказал мне Энон, и теперь я понятия не имел, что это может быть за способность. «Как я уже сказал, я не знаю, на что ты будешь способен, но я хотел, чтобы ты знал, что ты не использовал силы Змея в полной мере».
«Чёрт, что ж, спасибо, Энон», — искренне сказал я. «Мне многое предстоит изучить. По крайней мере, один асура оказался полезен». Если бы он мне ничего этого не сказал, эта поездка была бы для меня бессмысленной. Хотя, я почти уверен, она и не должна была иметь смысла.
Дверь распахнулась. Я обернулся. В дверном проёме стоял Виндсом.
«Пора возвращать тебя в Дикатен. У тебя больше нет причин оставаться здесь теперь, когда ты отклонил сделку Лорда. Даже та частичная сделка, на которую ты пошёл, недостаточна для твоего пребывания», — сказал он властным тоном, который выдавал его гнев.
«Я ценю ваши слова, Энон, и надеюсь, однажды мы встретимся снова». Я кивнул ему, а затем сказал. «Виндсом, я не принял сделку сразу, потому что Тессия мне как сестра».
Я вышел из комнаты, бросив взгляд на Энона. Он ухмылялся, вероятно, потому, что я разговаривал с Виндсомом как с обычным человеком.
«В Блэкбенде тебя уже должны ждать», — сказал мне Виндсом, и мы пошли по коридору. Похоже, моё время в Эфеоте уже подошло к концу. Добрый час или два, и всё потому, что я не захотел убивать Тессию сразу же. Я хотел время подумать, ну надо же.
Впрочем, я сделаю то, что должен. Несмотря ни на что.